Ты... невероятный...

      В какой момент своей жизни Вэй Усянь осознал, что влюбился? Руки дрожали, а на глаза наворачивались слёзы, никаких бабочек в животе не было и в помине, как обычно это описывают в книгах или фильмах. Нет. Одна грусть и отчаяние, что после своего обещания не влюбляться, после кучи раз за полгода, когда его чувства жестоко втаптывали в землю, парень дал слабину. Но ничего уж не поделаешь. Не то, чтобы Вэй Ин был некрасив, наоборот, точёные черты лица, прямой нос и яркая, как солнце улыбка, что невозможно не начать улыбаться после того, как взглянул на неё. Светлые серые глаза, в которые заглядываешь и теряешься, будто видишь кучу звёзд в дневное время суток, хотя всё это — лампы и внешний свет в отражении радужки. Но его не любили, всегда называли просто другом. Говорили, что он прекрасный друг о котором можно только мечтать, но не парень. Независимо от внешности, которая цепляла взгляд, у него было много минусов. Никто не захочет встречаться с человеком, который не может спать неделями из-за кошмаров, с надоедливым характером, или с уродливыми белёсыми полосами на руках. Вэй Ин пережил смерть родителей 6 лет назад, но никак не мог убедить себя, что он не виноват в том пожаре, когда помимо родителей погибло ещё 10 человек. Он просто постеснялся говорить, что пахло газом, а когда родители включили плиту произошёл взрыв. Мальчик вылетел на улицу через окно и повис на ветке дерева без сознания. Ему было двенадцать. А шрамы, которые появились спустя трёхгодовой депрессии не заживут никогда. Сейчас у него всё наладилось, но кошмары всё так же продолжают его мучать. Синяки под глазами становятся все больше, а улыбка из-за недосыпа с каждым днём всё более натянутая. Что ж, видимо, это судьба… Ох, как же она несправедлива. В комнату, через белоснежные занавески пробивались огненным маревом лучи солнца, заставляя парня на кровати нахмуриться и с недовольным полустоном-полухрипом перевернуться на другой бок, ещё не осознавая, что через пару минут к нему завалится сводный брат и кинет в парня тем, чем под руку попадётся. Так и случилось. Под бормотание Цзян Чэна, Вэй Ин поплелся умываться, чуть ли не падая на пол от внезапного потемнения в глазах. Парню только через несколько недель стукнуло бы девятнадцать, а чувствовал он себя на все девяносто один, если не больше. Встав у раковины и посмотрев в зеркало, Вэй Усянь увидел молодого парня с беспорядком на голове, из-за спутавшихся грязных волос по плечи, синяками под глазами и озлобленным после сна видом. Теперь он больше походил на своего братца, который ходил с таким выражением лица каждый день. Хмыкнув, парень умылся и помыл голову. В общем, привел себя в порядок. Выйдя из ванной парень даже не слушал, что бубнил брат, пытаясь найти его рюкзак, чтобы помочь его собрать, Вэй Ин глянул на время. До пар оставалось ещё около получаса, а в первый учебный день опаздывать было бы не особо хорошо, да и портить отношения с преподавателями в институте, в который он так сильно старался поступить, не спал ночами, заучивая материал, который будет на вступительных, тоже не очень вписывалось в его планы. Хоть он был той ещё занозой в заднице, как любил поговаривать Цзян Ваньинь, учеником он был прилежным, редко прогуливал и был почти отличником. Глянув на чай, который ему любезно приготовил его шиди, и с чистой совестью не притронувшись к нему, Вэй Ин накинул черную рубашку, что была больше на несколько размеров, чёрные брюки и серые коверсы, взял у брата из рук рюкзак и вышел из квартиры, ожидая, когда из неё выйдет и Цзян Чэн, чтобы закрыть дверь и отправиться в институт. — Холодно. — буркнул Вэй Ин, как только оказался на улице. — Сам виноват, я говорил, что на улице не лето. — опять начал ворчать Ваньинь, закатывая глаза. Дальше разговоров не последовало, парни в полной тишине дошли до автобусной остановки, в ожидании нужного транспорта. Солнце противно слепило глаза, а морозный осенний воздух холодил легкие и пробирался под тонкую ветровку, заставляя Вэй Ина поежиться и ещё сильнее нахмуриться. Он точно превращался в ещё одну версию Цзян Чэна! Наконец, нужный автобус соизволил приехать, задержавшись на целых 10 минут, и парни, синхронно закатив глаза и фыркнув, зашли в теплый салон, устроившись на сиденьях. Никто по-прежнему не говорил, все и так было понятно. Они и без слов понимали, что каждый из них едет не на учебу, а «убивать» с таким-то взглядом и настроением. Спустя минут 15, автобус притормозил на их остановке и парни снова оказались в цепких лапах холодного ветра, спеша спрятаться от него, чуть ли не бегом направляясь к зданию института. Белоснежные стены с бледно-голубыми колоннами вокруг отражали солнце, ибо как ещё объяснить то, что универ будто светился на фоне остальных серых зданий. Поддерживать в чистоте и порядке такое огромное помещение чрезвычайно трудно, но в любом случае каменная дорожка была в полной чистоте, без единого куска мерзкой грязи, ни одного опавшего и медленно гниющего листочка. «Чересчур чисто…» — пронеслась мысль у Вэй Ина, когда он зашёл в здание, направляясь к нужному кабинету уже в одиночестве, ибо брат учился на другом факультете, а именно – архитектурном, а он отдавал предпочтение художественному. Отыскав нужную, все так же белоснежную дверь, парень прошёл за свободное место за партой, возвышающейся над всеми в самом конце. Рядом сидел ещё один парень, энергично обмахиваясь веером. Почувствовав присутствие ещё кого-то, он повернул голову, сталкиваясь взглядами с Вэй Ином, что натянул на лицо приветливую улыбку и протянул руку. — Привет! Я Вэй Ин. Парень тоже улыбнулся и пожал руку. — Я Не Хуайсан, очень приятно. Парень не расслышал. — Нехуй-сан?.. Тот прыснул, закрывшись веером. — Не думал, что и тут встречу «самых оригинальных». Все так по-началу говорят, но нет — Парень сделал паузу на ещё один смешок — Я Не Хуайсан. — Ох, я и правда не расслышал, что ж, прости, если обидел — Усянь снова улыбнулся — Да нет, все в порядке. Парни продолжили щебетать, пока в аудитории не стихли голоса других. Вошли два человека, один постарше другой помладше. Тот, кто старше, в раздражении погладил свою козлиную бородку и прошел за стол, а тот, кто младше, сел за первую парту возле окна. — Ты знаешь их? — тихо шепнул на ухо Не Хуайсану Вэй Ин — Да. Лучше не злить их. Наш профессор — Лань Цижэнь, а тот, кто за первой партой его главная гордость — Лань Ванцзи. Парень как изо льда, лучше не подходи к нему, правда. — Откуда ты знаешь все это? — Тут учится мой друг, он и рассказал, а так как он брат Лань Ванцзи, то и с ним мы пересекались… Ох, как вспомню его взгляд, ах холодно становится… — парень демонстративно поёжился. Парень ничего не ответил, только посмотрел задумчиво в окно. Сердце Вэй Ина рухнуло, когда на стекле он увидел отразившийся, будто выточенный из нефрита, профиль Лань Ванцзи. «Красивый, нет слов, слишком красивый для этого универа…» — Подумал парень, перед тем, как отвести взгляд.