Мысли вслух

Когда солнечное лето сменяла осень, а затем зима, Она становилась совсем неприветлива; один только взгляд на Её безжизненное лицо давал любому осознать настоящий термин холодности. После лета Она как будто становилась другой: будто умирала, медленно сгорая в собственном огне раз за разом. Голубые глаза — почти серые, словно изо льда, на дне зрачков коих стала покоиться чистая печаль. Вечно отведённый взгляд, бледная кожа и трясущиеся кончики холодных пальцев. Дни тянулись по-честному долго; каждое мгновение на работе было в тягость. Кажется, однажды побывав в разгаре веселья, остановиться ты уже не можешь — и каждый час ждёшь чудо на продолжение — всего лишь маленький глупый миг. Ей было весело летом. Встретить своих близких друзей — конечно же, знакомых из интернета — отправиться куда-то на юг: в маленький городок на побережье Крыма. Ночи напролёт болтать о всякой чепухе, пить пиво — вроде как не вкусное, веселиться и смеяться; болтать ногами на плавучем пирсе, обнимать каждого до головокружения и говорить эдакий пьяный бред. Ругаться с кем-то из компании, падать с электросамоката и разбивать себе зубы об асфальт, вечная беготня по аптекам, обжигающее солнце и свежий воздух. Что-то было в новинку: настоящие человеческие чувства, на планку выше, чем просто «дружба». Что-то глубже, чем просто «тактильность». Какая-то платоническая любовь, завязанная между людьми толстой верёвкой. Была радость и счастье, были слёзы и обиды; боль от несправедливости происходящего; потери друзей и расшатанные отношения на, казалось бы, прочном мосту. Кто-то всегда будет прав; кто-то виноват. Люди никогда не будут одинаковыми, и с каждым своим новым знакомством Она в этом убеждалась всё больше и больше.