Теневая хроника

— Больше не сбежишь, выродок! Бейте его! Бац! Бац! Бац! Группа детей окружила одного мальчика. Они избивали его ногами, а тот не в силах ничего сделать, просто прикрылся руками. Это бы продолжалось долго. Но… Буц! В голову одному из обидчиков прилетел камень. Тот от боли прикрыл её. Он со злостью посмотрел на кинувшего камень. Камень кинул мальчишка 12 лет, в окружении таких же как он по возрасту. Рядом с ним был бугай, у которого была мерзкая ухмылка для ребенка. Также с ними стоял сдержанный паренек с палкой в руках. Хотя держал он её, как будто у него в руках меч. Увидев этих троих, ребята испугались.  — П-пойдем… он получил свой урок. С этими словами группа поспешила скрыться. Мальчишка, что бросил камень проводил их взглядом. После он перевел его на их жертву. На вид это был мальчик лет 10. Когда все это кончилось, он со шмыганьем и с высохшими слезами принял полусидящую позу. — Ты в порядке? Спокойный голос мальчишки издавал чувство комфорта. — Я в порядке… Шмыг… спасибо.  — За что они тебя так? Заговорил парень с палкой в руке.  — Я не знаю, «Шмыг» они прицепились ко мне, и стали называть «выродком» «Шмыг» но мне всегда удавалось убежать… «Шмыг» — Почему же они догнали тебя в этот раз? — Я… споткнулся об камень… -…  — Ха, ну и неудачник, да к тому же ещё слабак и плакса! Пойдемте, нечего на него время тратить. Бугай не проявил сострадания к мальчику. Для него он выглядел слабым и жалким. Но парень со спокойным голосом так не считал. Он посмотрел на бугая с серьезным выражением на лице, намекая ему заткнуться. Бугай смутился, но замолчал. — Значит, это первый раз, когда ты попался? Ты должно быть невероятно быстрый? Спросил все тот же успокаивающий голос.  — Еще бы! Если бы не камень, они бы никогда меня не догнали. Парень перестал хныкать и плакаться, теперь он говорил со злостью. — Но убегать от них вечность — это не выход! Снова промолвил парень с палкой.  — А… я … На это у мальчика не было что возразить. Грусть и подавленность заполонили его душу В тот же момент, обиженный мальчик увидел протянутую руку. — Пойдем с нами! — А? Мальчик поднял свои глаза на владельца руки. Он был поражен. Внеземная, ангельская улыбка красовалась на лице мальчишке, что спас его. Реакция его товарищей не заставила себя долго ждать.  — Что? — Ей, подумай хорошенько, зачем он… — Я ПРИНЯЛ СВОЕ РЕШЕНИЯ! ЭТО НЕ ОБСУЖДАЕТСЯ! С задором и уверенностью прокричал он. Этот выкрик не был агрессивным или угрожающим, но в нем чувствовался неприкасаемый авторитет. После него, все затихли.  — Ну так что? Пойдешь? -… Зачем… тебе это? — Нууу… ты мне просто понравился. Посмеялся мальчишка. Обиженный десятилетний был поистине заворожён. Он как будто смотрел на яркое солнце, в самое ослепительном состоянии.  — Конечно! Хлоп! Крепко схватившись за руку своего спасителя, мальчик обрел… своего первого друга!</i> ..... … … …  — М… Ххх, хм… Глаза медленно начали открываться. Легкое головокружение и головная боль приносили нереальный дискомфорт. Тиол пришел в себя на крыше здания. " Что… Где… Я? " Он огляделся по сторонам, пытаясь вспомнить, что произошло. " Точно! Я же встрял в заварушку с Клавикусом! Но… мне удалось сбежать… как? » Дебошир усиленно пытался вспомнить, как он убежал. Постепенно все события восстановились в единую картину. Только… Ай! Резкий приступ головной боли прокатился по голове. Таинственный голос, с которым он заключил сделку, полностью был удален из памяти Тиола. Каждый раз, когда он задумывался о своем побеге в деталях, его череп раскалывался от боли. Видимо, то существо не хотело, чтобы о нем было известно. Хоть это и казалось странным, парень не придал этому особого значения. Дабы избежать боли, он предпочитал больше не думать о той стычке. Потерянными глазами он взглянул на небо. Его прошиб холодный пот. На дворе была ночь, освещенная лишь парами огоньков. " Твою ж! Она меня убьет » … … Несмотря на боль от синяков и легкого онемения в теле, Тиол двигался как молния, перебираясь по хлипким и ветхим крышам Южного района. Ему понадобилось 5 минут, и вот он уже на окраине. Эта часть города находилась под самыми стенами, и служило жителям как спальный район. Потому здесь было более безопасно и тихо, нежели в остальном криминальном округе. Хотя состояния маленьких и по сто раз ремонтированных хибар напоминало, что ты все в том же Южном районе. Топ! Топ! Топ! Дебошир подошел к одной из таких хибар. На пороге конкретно этой стояла маленькая статуя медведя. В Арилоне сохранилось верования, что такие статуи отпугивали недоброжелателей, болезни и невзгоды, помогая хозяевам домов. Все это конечно байки и суеверия, но люди верили в это тысячелетиями, с чего бы им прекратить сейчас? Рука юноши потянулась к дверной ручке! Бдуц! Дверь была закрыта. Он заметил, что из малюсенького окна виднелся тусклый свет, напоминающий свечу, и вздохнул. Толи с облегчением, толи с беспокойством. После чего, дебошир отошел от домика на несколько метров. Там была груда мусора, среди которой были прогнившие деревяшки, куски гранита, осколки низкосортной черепицы и тому подобное. Занырнув в эту кучу по локоть, Тиол начал раскапывать землю под ней. Раскопав достаточно, он вытянул небольшую шкатулку. Осмотрев и поняв, что её не трогали, он извлек из кармана небольшой ключ, и открыл её. А там… Ещё один ключ! Закопав шкатулку на место, дебошир наконец вернулся к двери… Чтобы поднять статую медведя, и достать из-под земли ещё одну шкатулку! И только открыв уже её приобретенным ключом, Тиол получил долгожданный старый дверной ключик. Осмотрев замочную скважину на наличия взлома, он наконец открыл эту чертову дверь! Тиол был очень… предусмотрителен. Он явно не хотел, чтобы в этот дом пробрались. Но важен был не сам дом, а жилец в нем… Скриииип! Переступив порог, ему стало… комфортно. Дебошир за весь этот день почувствовал себя… в безопасности. Это чувство появилось, как только он закрыл дверь за собой. Он снял свою грязную верхнюю одежду, и положил на стоящую рядом табуретку. Медленными и аккуратными движениями Тиол передвигался по дому. Хоть удавалось это с трудом, из-за скрипящего пола. Он заглянул в самое крупное помещения, напоминающую кухню. Увиденное заставило его заволноваться. За столом сидела женщина. Тусклый свет свечи освещал, как она спала на этом столе, упершись головой в руки. Эта была любимая поза для отдыха одного лентяя. Видимо, она кого-то ждала, но не выдержав скуки, уснула. Но Тиола почему-то это встревожило. Он нежно стал будить женщину. — Мам… Мам! — Ххмхмх… А? Она проснулась, и стала зевать. Затем посмотрела на Тиола сонными глазами. — Сынок… Наконец то ты вернулся! Это был единственный родной для него человек, его мама. Теперь стало видно её лицо. Оно было уже немолодое, видно, что ей было далеко за 30-ть, и тем не менее, её природная красота позволила выглядеть привлекательно даже в таком возрасте. Также, на лице красовалась две находящиеся друг возле друга родинки. Видя, что с ней все в порядке, юноша улыбнулся. — Как ты себя чу…] … … Бам! Не заметив для себя, этот бывалый уличный боец упал на пол. И тут… Хвать! Мама схватила его за воротник. — Итак, не соизволишь ли объяснить, где ты шлялся до ночи?! Я места себя не находила, гадёныш. Да ты хоть знаешь… Упреки разгневанной матери непрерывно шли прямо в уши Тиолу. Он очень пожалел, что не вернулся вовремя. Настолько, что готов был снова драться с «Красноглазыми Львами», лишь бы не быть в этой ситуации.  — А? Погоди… Что-то углядев, женщина схватила подсвечник, и направила к своему сыну. Теперь стали видны все его синяки, и порез на руке. — Ты опять полез в драку? Серьезно спросила она. Дебошир лишь отвел взгляд. В ответ женщина лишь вздохнула.  — Погоди, я принесу мазь. С этими словами, мать ушла искать лекарства. Известное «Южное бедствия» еле оправился от этой мозготрепки. Не один удар и близко не смог бы так ошеломить. Он сел на табуретку. Характер у его мамы был… взрывной. Она очень быстро вспыхивает, из-за чего у нее очень задиристый нрав. Большинство жителей её недолюбливали, так как не боялась все высказать прямо и уверенно, не терпя лжецов и тех, кто говорили за спиной. Часть этого настроя перенял и её сын, так что они фактически были семьей изгоев. Но это их вполне устраивало. Для Тиола мать была всем. Она была единственным родным для него человеком, и несмотря на жесткие взбучки, он любил её, как никто. Теперь юноша был расслаблен и спокоен. Он вернулся… вернулся домой!… … … … … В последний раз. … … … …