Дракон и кентавр

POV кентавра Солнце медленно поднималось над краем Великой степени. Тени скользили по равнине, подгоняемые ветром, быстро, стремительно. Среди теней одна почти обгоняла ветер. По мере того, как вставало солнце, случайному наблюдателю открылась бы редкая картина. Одинокий кентавр, пересекающий степное море. Земля вибрировала под ударами копыт. Густая грива тяжелыми локонами, спадая с его головы, развевалась на ветру, окутывая его тело, подобно плащу. Со стороны могло показаться, что это обычный скакун и всадник на нем. Однако громовой рокот копыт говорил - то гигант. Тело кентавра бугрилось огромными мышцами, казалось, он составлен из мускулов, как из гранитных блоков. Его торс принадлежал великану. Тело жеребца было покрыто густой шерстью, такой черной, что кентавр казался порождением ночи. Острые копыта высекали в камнях искры. Под спадающими чуть вспотевшими волосами виднелось лицо, которое контрастировало с демонической внешностью кентавра. Лицо это принадлежало юноше, еще очень молодому, и невероятно прекрасному. Уверенный мужественный подбородок, чуть полные губы, высокие скулы, резко очерчивающие лицо, придающие ему особую выразительность, сияющие изумрудные глаза под разлетом темных бровей, высокий лоб, увенчанный кудрями шелковистых волос. Если бы не тело гигантского атлета, юношу можно было бы принять за изнеженного наложника в гареме какого-нибудь иноземного владыки, однако только на первый взгляд. Выражение лица свидетельствовало о дикости, ярости. Губы кривились в презрительной усмешке, глаза метали молнии. Кентавр был рассержен на самого себя. По меркам его народа он был еще очень молод. Как и все кентавры, он путешествовал вместе со своим племенем-табуном. Как несправедливо, что в силу возраста он мог так редко требовать у покорных самок или младших самцов, чтобы они удовлетворяли его похоть! Кентавр - а звали его Арис - искренне завидовал тем существам, которые были способны сами приносить себе наслаждение Однажды у границ людских земель он увидел юношей, которые купались в реке, а после ублажали свои фаллосы. Как он тогда завидовал им! Кентавр устроен так, что не способен коснуться вместилища своей мужской силы, своего орудия. Как несправедливо было это, ведь именно в этом органе помещалась и душа, и магия кентавра! Ариса бесило и то, что природа наградила его особым пылом. Если обычные кентавры возбуждались каждые два-три дня, то с ним это происходило почти каждый день. Но он еще не мог требовать, чтобы ему помогало так часто. Конечно, никто в племени не позволил бы ему дойти до той запретной стадии, когда его конская мошонка наполнилась бы таким количеством магического семени, что лопнула бы, оборвав его жизнь, но все же. И потому Арис позорно убежал, убежал из племени, чтобы показать свой норов. Сейчас он понимал, что это было не лучшей идеей, особенно учитывая характер его проблемы. Он путешествовал в одиночку почти сутки, и уже ощущал в мошонке слабое покалывание. Это еще не было возбуждением. Когда кентавр возбужден, все его чувства бушуют, усиленные в тысячу раз, а наслаждение подобно пытке. Нет, но возбуждение приближалось. Чем больше накапливалось семени, тем сильнее Арис чувствовал просыпающийся магический потенциал. Он раскинул свои чувства во все стороны - ему могло повезти, он мог наткнуться на живое существо, которое бы удовлетворило его, однако вокруг было пусто. Впрочем... на самой границе восприятия Арис ощутил.. нечто... кого-то. Он не был уверен, а возбуждение еще не достигло того уровня, чтобы он чувствовал на таком расстоянии... Он ждал, что существо проявит себя... "Интересно, кто бы это мог быть?" - размышлял юноша-кентавр.... POV дракона Воздух над предгорьем был еще достаточно прохладным и спокойным, но в нем для тех, кто имел хотя бы немного магических знаний или обладал хорошо развитой интуицией, уже чувствовалась некое волнение. Это магическое напряжение напоминало затишье, которое бывает перед сильными бурями, однако сейчас природа не была причинной для этого волнения, повисшего в каждом сантиметре этой местности. Высоко над уровнем облаков летел древний ящер - гроза и страх всех местных созданий; лишь жалкие единицы могли противостоять им достойно. Это был черный дракон, самый редкий из видов драконов, отличающихся своей жестокостью и вспыльчивостью. Однако этот дракон не был еще в своем зрелом возрасте, а был скорее подростком, нежели юношей своего народа. Но даже в таком возрасте его крылья были изодраны частыми схватками и сражениями, что лишний раз свидетельствовало о трудном нраве. Обладающие магическим слухом, если бы они находились сейчас рядом с этим драконом, услышали бы потрескивания воздуха вокруг дракона, когда проявлялась его магическая аура. Причиной этому было внутренние состояние дракона - внутри него буквально все горело от злости и гнева. Несколько дней назад он не смог спариться с самкой своего вида и был отвергнут, а его место занял более сильный собрат. Дракон прилетел на это нагорье неспроста - еще от своих предков он узнал, что если появиться необходимость стать сильнее, есть верный способ сделать это. Детородный орган кентавров мог принести ему необходимые силы, но добыть его было трудной задачей даже для черных драконов, так как кентавры жили лишь табунами, а племенем кентавров-магов не смог бы справиться даже черный дракон. Взмахи крыльев стали реже, дракон стал уверенно снижаться. По его предположению искомые существа обитали именно где-то в этих краях. Но поиски уже затягивались, и в сознании дракона стали все чаще появляться тревожные мысли, что найти кентавров у него не получиться. Круг над местностью, еще один, еще, но результатов поиска не было. И когда дракон уже практически совсем отчаялся, его взгляд заметил мелкую едва различимую с такой высоты черную точку. Дракон снизился, и точка приобрела свои очертания - чернокрылый громогласно зарычал - ошибок быть не может! Под ним был именно кентавр!.. Когти на лапах дракона невольно выпустились и вновь спрятались - в щелках-зрачках загорелся огонек черного пламени. Сделав круг над этой еще пока едва заметившей его "точкой", дракон пришел в замешательство - кентавр был совершенно один! В первое мгновение дракон думал, что табун находиться где-то поблизости, но сделав еще несколько кругов на безопасной высоте, он отмел это предположение. Медлить было нельзя. Дракон сложил крылья, стремительно снизился и, сделав короткий круг над кентавром, с грохотом приземлился в десятке метров от своей потенциальной жертвы. Челюсти чешуйчатого властелина неба разомкнулись, и с них закапала слюна, прожигавшая землю. Запрокинув морду, дракон зарычал. POV кентавра Арис услышал резкий свист ветра, шорох крыльев. Огромная тень накрыла его, заставив остановиться и быстро пригнуться. В этот момент молодой кентавр всем своим существом жалел, что отбился от табуна. Прямо перед ним на землю величественно опускался огромный черный дракон. Все тело кентавра напряглось в предвкушении битвы, однако предвкушение было приправлено толикой страха. Арис уже успел разглядеть, что его противник еще не достиг размеров взрослого дракона, так что молодой дракон и он, гигантский кентавр, были вполне сопоставимы по размерам. Тело дракона клубилось темными крыльями, шипами, когтями. Арис знал, что его кожа благодаря врожденной магии кентавров была неуязвима для человеческого оружия, ее не мог поразить даже клинок, однако он знал, что дракон был способен ранить его. Арис развернулся к дракону лицом - это не было бравадой, ведь для кентавра главное было защитить единственно уязвимую часть своего магически непробиваемого тела - вместилище их мужской силы, которое, как и у любой мужской особи, было равно и важным, и невероятно хрупким. Арис издал низкое боевое ржание, стал концентрировать свою магию. Увы, в его семенниках накопилось еще недостаточно семени, чтобы в полной мере использовать магию. Арису была доступна лишь небольшая часть сил. Юноша постарался вызвать перед своим мысленным взором сцены последнего совокупления, когда он покрыл сразу двух кобыл из его табуна. Он ощутил, как покалывание в мошонке усилилось, приятная сладкая дрожь прошла по его еще пока мягкому фаллосу, спрятанному в особом кожаном чехле, как и у обычного коня. Прилив сил позволил Арису призвать огненную стихию. Воздух вокруг него задрожал, подернувшись маревом, создавая крепкий щит. - Это земли кентавров, ящерица! - дерзко заорал Арис. - Убирайся в свои горы!.. POV дракона Черношкурному хищнику еще не доводилось сражаться с кентаврами, и поэтому проявление магии со стороны соперника заставило его действовать более аккуратно, чем он планировал. Земля сотряслась от поступи массивных лап дракона - дракон увеличил дистанцию между собой и кентавром. С магами сражаться тяжело, крылатый ящер понимал это, так как неоднократно сталкивался с ними, и победы в этих сражениях обходились очень дорогой ценой - тяжелые раны, бессилие, помутнения разума и еще множество других последствий. - Убир-ратьс-ся?.. Ты с-с-смеешь мне приказ-зывать, с-смертная твар-р-рь?.. Громко шипя, произнес дракон, не сводя с кентавра своего взгляда. Марево вокруг соперника мешало обзору - воздух искажался от высоких температур, и поэтому контур кентавра был немного смазан. Одновременно с тем, что он наблюдал за своей жертвой, дракон подготавливался к дальнейшей атаке - изодранные крылья он сложил и прижал как можно плотнее к себе, лапы были чуть согнуты. Силу вражеского заклинания он не знал, и поэтому понадобиться немного времени, чтобы подобрать подходящую атаку. - Я, С-с-сириус, пр-р-рилетел именно з-за тобой!.. И ты уже не уйдешь отс-сюда живым!.. Готовьс-с-ся к с-с-смерти!.. Вновь прорычал крылатый ящер. Зрачки Сириуса почернели и стали источать черный дым, а его пасть стала быстро приоткрываться, производя на свет неприятные на слух звуковые сочетания. Вокруг дракона, читающего заклинания, материализовались две огненные сферы. Сферы сделали пару кругов вокруг призвавшего их хозяина и, словно только получили приказ, устремились в направлении соперника, чтобы сжечь его. POV кентавра Арис принадлежал к тем редким кентаврам, кого пьянила близкая опасность. Он по-прежнему удерживал в сознании соблазнительные образы, он чувствовал, как стремительно кровь несется по его жилам. Юношу охватил боевой пыл. Он слегка приоткрыл губы и тихо застонал, ощутив пульсирующий толчок в мошонке. Его возбуждение медленно, не неуклонно возрастало. Близкая опасность придавала пикантности всей ситуации, юноша прошелся взглядом по дракону, отмечая перекатывающиеся под стальной чешуей мышцы. По природе кентавры бисексуальны, поэтому Арис мог по достоинству оценить и красоту самца, даже относящегося к другой расе. Конечно, Арис понимал, что не справиться с драконом огненной магией, кентавры были сильны не в этом. Огненное марево служило лишь отвлекающим маневром. Арис прикрыл глаза, понимая, что у него совсем мало времени, пока странные звуки, которые исторг из себя дракон, не материализуются боевым заклинанием. Юноша направил свои ощущение во вместилище своей мужской силы. Ощутил, как пульсируют его такие большие яички, как они истекают наполненным магией семенем, как мягко омывает ветер нежную бархатистую кожу его мошонки. Он полностью погрузился в источник своей силы, черпая силы для магии кентавров. Он протянул импульсы, исходящие от своего источника, к дракону, нащупывая то, что роднило всех самцов в мире - бурлящую мощь и томительную хрупкость источника мужской силы. Казалось, что он проник в тело дракона, видит его мышцы, сухожилия, кости... наконец то, что ему было нужно. Магия кентавра коснулась гениталий дракона. Арис резко выдохнул, превращая свой выдох в сладострастный стон, и малая толика силы возбуждения передалась дракону. Малая толика для кентавра, такое количество сексуальной энергии было непредставимо для любого другого существа, даже для дракона. Арис увидел, как в него летят огненные сферы, созданные драконом, и в этот миг заставил ящера почувствовал непередаваемое сводящее с ума возбуждение, полностью ломающее концентрацию и развеивающее любую магию... POV дракона Дракон, зная силу своего заклинания, уже надеялся на легкую победу или хотя бы на серьезное ранение соперника, но все обернулась совсем не так, как он ожидал. Когда огненным сферам оставалось до кентавра считанные метры, в тело дракона ворвался поток чужеродной энергии. Этот поток подействовал на половую систему ящера - считанное мгновение, и семенники черного дракона, раздувшись, стали вырабатывать вязкую и крайне горячую семенную драконью жидкость. Концентрация была мгновенно утеряна, и огненные сферы боевого заклинания с легким хлопком лопнули, не долетев до кентавра. По телу дракона пробежала сильнейшая судорога, заставившая его и без того пригнутые лапы согнутся еще сильнее. Из пасти могучего существа вырвался сдавленный полурык, полустон - сознание чешуйчатого буквально затопило волной возбуждения, и он потерял контроль над своим телом. Он даже не почувствовал, как одна из его передних лап соскользнула в сторону, и он слегка завалился в бок. Семенники под его шкурой в интимном месте раздулись от семенной жидкости до не виданных размеров, и стали причинять своему хозяину неприятную, но чем-то отдаленно приятную боль. Дракон с громким хрустом сомкнул свои сочившиеся слюной челюсти и гортанно прорычал в сторону кентавра. Его магическое чувство уловило то, что он не смог заметить из-за отвлеченной на заклинание концентрации, а именно невидимые для глаза магические импульсы, словно нитками протянутые от паха кентавра к его собственному паху. "Пр-р-роклятье!.. Будь пр-р-роклята эта чудовищная магия!..." - прорычал дракон и, собрав остатки воли, пока еще они были, оборвал эти импульсы, связывающие его гениталии, мощным выбросом темной энергии. Казалось бы, непрекращающиеся потоки волн возбуждения с обрывом импульса сразу же прекратились, тело дракона вновь стало слушаться своего хозяина. Однако подобная атака привело его половую систему в перегруженное состояние - от межлапья то и дело исходили горячие волны как перед спариванием, но гораздо сильнее и с сильной отдающей в семенниках болью. Когда дракон поднялся на лапы, из его половой щели буквально брызнуло струей липкого и резко пахнущей смазки. Дракон попытался было что-то прорычать на кентавра, но дыхание было еще сбивчивое и слишком частое, и поэтому вместо слов раздалась лишь серия непонятных звуков, больше напоминающие обыкновенные животные стоны. POV кентавра Заклинание достигло цели. Кентавр задорно рассмеялся. Легкая победа над драконом опьянила его. Арис представлял, какие интенсивные ощущения может вызвать магическое прикосновение кентавра. Юноша взмахнул рукой, снимая огненный морок. Арис оскалил зубы, когда дракону удалось прервать связь, но особого значения это уже не имело. Нужные процессы в теле дракона были запущены, передав часть своей силы, юноша передал и часть изъяна, который присущ силе кентавра, ее разрушительный эффект, если вовремя не слить излишек семени. Юноша тяжело дышал. Его возбуждение стремительно росло, как того требовала магия. На гладкой коже выступили бисеринки пота, плоский живот с 8 кубиками поднимался и опускался, накачивая легкие воздухом. Арис перенаправил свою магию на себя самого. Потоки магии обтекали его тело, как вода теплого ручья. Арис знал, что, как и кентавры, драконы бисексуальны, кроме того, кентавр, будучи воплощением мужественности, мог соблазнить кого угодно. Он раскинул руки, играя мышцами, стал перебирать копытами, показывая свое сильное тело. Небрежным жестом он откинул со лба прядь волос, показывая дракону свое прекрасное лицо. Теперь, когда дракон возбужден, первобытная красота юноши-кентавра должна была подействовать и на него. Играя с драконом, Арис презрительно усмехнулся, когда дракон неловко повалился на землю, а между задних лап раздвинулись броневые пластины, скрывающие обычно фаллос дракона, и оттуда брызнула смазка. Арис и не думал, что его магия окажет такой ошеломительный эффект. Видимо, дракон еще совсем молод, наверное, даже ни разу по-настоящему не совокуплялся, раз на него это так подействовало, решил молодой кентавр. – Что, тебе не нравится моя магия? - заговорил Арис. Голос юноши звучал сильно и звонко, хотя в его спокойных интонациях было слышно некоторое напряжение. Юноше все труднее было концентрироваться самому из-за возрастающего давления в паху... POV дракона Сириус сдавленно прорычал и оскалился в сторону кентавра - он все еще находился под властью импульсов возбуждения и здраво оценивать ситуацию не мог. На удивление дракона, кентавр снял свое защитное огненное марево и буквально подставился своим незащищенным телом под взгляд чешуйчатого во всей своей красе. С краешков челюстей могучего дракона засочились ниточки слюны, верный признак того, что он был в крайне возбужденном состоянии - тело его соперника было действительно просто превосходным!.. Крупное и сильное тело жеребца с густой шерстью производило неизгладимое впечатление! Этот мощный круп, черный окрас густой шерсти, могучий торс с блоками мышц, все вместе вызывали в сознании черного дракона самые похотливые желания, не чуть не уступавшие, как если бы это была самка его вида. На мгновение дракон направил свой взгляд в область гениталий этого кентавра, которые отсюда просматривались лишь небольшой частью, но зато какой вид!.. Крупные слегка покачивающиеся лошадиные яйца и выпирающей препуций. В сознании крылатого властелина неба промелькнула грязная мысль, что несколько мгновений назад его собственные гениталии были связанны импульсами с этими лошадиными, от этой дразнящей мысли его ножны выплеснули еще одну порцию смазки. Дракон разгневанно зарычал и расправил свои крылья, но взлетать однако не стал и вновь сложил их в тот момент, когда рык стих. Ему было унизительно, что он стал раздумывать о спаривании в такой момент, и из-за этого гнев переполнил его, очистив сознание от похабных мыслей. - Мерз-з-завец!.. Я убью тебя во чтобы мне это не с-с-стало!.. Ты пож-ж-жалеешь, что пос-с-смел ис-с-спользовать на мне свою магию!.. Чуть качнувшись в сторону, дракон стал медленно надвигаться на кентавра - соблазнить у последнего почти получилось, но чувство униженности вернули дракона в чувство. Теперь он не сомневался, что расправиться с этим копытным существом во чтобы ему это не стало. Когти на лапах крылатого выдвинулись и были готовы к использованию, осталось лишь сблизиться на дистанцию удара. Двигаться сейчас Сириус быстро не мог, его лапы еще по-прежнему дрожали, а пах буквально раскалился от возбуждения, на что дракон старался не обращать внимания. Дистанция между кентавром и драконом постепенно уменьшалась. POV кентавра Пах молодого кентавра пульсировал, раскаленный от все прибывающей мощи. Его конский придаток быстро твердел, удлиняясь, вырастая, пока не достиг длины почти в полтора метра. Арис достиг пика своего возбуждения, что позволяло ему применить самую действенную магию. Ноздри юноши улавливали резкий пряный запах мужских соков молодого дракона. Его первое заклинание все еще действовало, но дракон быстро приходил в себя. Арис заметно нервничал. Дракон покачнулся, но все же встал и стал надвигаться на кентавра. Юноша понимал, что его перспективы довольно мрачны. Он мог погибнуть в схватке с драконом, а если бы победил или убежал, то оказался бы наедине с роком кентавром, и уже к закату, если бы он не нашел пары и не излил семени, его бы ждала ужасная смерть - его огромные драгоценные лошадиные яйца переполнились бы спермой и лопнули. У него оставался единственный шанс, не просто победить дракона, но совокупиться с ним. И тогда Арис решился применить новое заклинание, которое он никогда прежде не испытывал, но о котором множество раз слышал от старейшин. Юноша снова обратился к источнику мужской силы. Он заметил, как поглядывает на него дракон, значит, Арису удалось завладеть вниманием ящера. В десятки раз больше энергетических нитей устремилось от паха кентавра к мужским железам дракона-самца. Однако вместо того, чтобы слегка пощекотать их, возбудить, Арис резко одним толчком впрыснул в половую систему дракона огромную часть своей силы, вызвав у того мгновенный взрыв оргазма. Дракон еще не возбудился настолько, чтобы кончить, но магия кентавра заставила его семенники произвести огромное количество спермы почти мгновенно. Дракона накрыла волна экстаза, так он не кончал еще никогда. Арис чувствовал, как гудят его яйца, качая и семя, и ману, как вибрирует его член, выполняющий для кентавра ту же функцию, что и для мага волшебный жезл, он направлял течение энергии. Юноша раскинул руки, напрягая мускулы, острее чувствуя свое молодое сильное тело, как искры экстаза пробегают вдоль его позвоночника. Он послал к дракону новую волну, а за ней еще одну и еще одну. Еще миг, и дракон поймет, что его оргазм, несмотря на яркость, не заканчивается. Арис усилил их связь. Он старался не терять чувство времени. Юноша понимал, что оргазм - это испытание для организма, удовольствие не может длиться бесконечно, оно истощает ресурсы организма, кода смешиваются боль и наслаждение. Арису кто-то рассказывал, что драконы обычно кончают меньше минуты. Ему доставляло особое удовольствие, что он поддерживал непрекрощающийся оргазм у молодого дракона уже большее пяти минут.... POV дракона Тело дракона содрогнулось, словно от мощнейшего удара, и массивное крылатое существо зашаталось на своих лапах, лишь каким-то чудом сумев сохранить равновесие - это произошло в тот момент, когда с десяток энергетических нитей от готового к спариванию достоинства жеребца буквально вонзились в самцовую щель дракона и, внедрившись в нее, ворвались в семенники ящера. В сознание Сириуса ворвался огненный вихрь - зрение пропало почти сразу, тело окутало жаром и, чем ближе к его паху, тем температура чешуи была выше. Из широко раскрытых челюстей вырвался оглушительный рык, а в след за рыком из краешков пасти дракона брызнула настоящая пена. Семенники дракона под действием накачиваемой в них энергии похоти отдались ужасной болью - количество спермы, которое они вырабатывали в считанные доли секунды превышало все естественные нормы для его вида. Время для дракона просто перестало существовать, передние лапы, в конце концов, подкосились, и он грузно завалился вперед прямо вперед своими грудными защитными пластинами - принужденно вызванный оргазм буквально разрушал его организм и постепенно разрушал его разум. Для дракона перестал существовать окружающий мир, он лишь чувствовал, как конские яйца в ужасном темпе содрогаются и тем самым перекачивают через энергетически нити в его семенники ужасную по силе волну грязной энергии. Половая щель дракона зафонтанировала струей кипящей смазки, и практически сразу вместе с этой обжигающей струей наружу выдвинулся, полностью приведенный в готовность, черный детородный орган ящера. От черного раскаленного драконьего достоинства валил пар - словно чувствуя возбужденный орган кентавра, он подрагивал в такт сокращениям его яиц. Дракон был в беспомощности, жалкие попытки оборвать такое количество энерго-нитей лишь тратили и без того быстро истощающиеся запасы сил. Его передние лапы были согнуты, насколько это вообще было возможно, и поэтому грудь, покрытая защитными пластинами, была вжата в землю. Драконья морда была задрана вверх, и уже не было возможности услышать рык - рыку препятствовала вырывающаяся пенная слюна. А вот задние лапы крылатого хищника были наоборот выпрямлены и немного разведены в разные стороны, круп и хвост был задраны - таким образом дракон хотел снять обжигающею температуру со своих гениталий. Но вместо этого вырывающиеся клубы пара от органа обожгли его же собственный сфинктер. POV кентавра На мгновение Арис перенесся в затуманенное сознание кентавра. Да, заклинание удалось. У юноши-кентавра дрожали руки. Казалось, два огромных солнца взрываются в его мошонке, он никогда не активировал столько магии. Пот струями стекал по телу кентавра, заливал глаза. Юноша откинул со лба слипшиеся волосы. Он пошатнулся, с трудом справляясь с высвобожденной мощью. Дракон перед ним повалился на землю. От огромного тела ящера исходили волны жара. Из черного фаллоса хлестала смазка и семя. Арис встал на дыбы, уже плохо справляясь с собственным возбуждением. Придаток кентавра ломило от возбуждения, он продолжил расти, превысив длину в полтора метра. Так он еще никогда не вырастал, наверное, он почти достиг двух метров. Ярко-красная головка, похожая на шляпку большого гриба, уже касалась земли, когда фаллос кентавра пульсировал. Арис стал медленно обходить дракона. Из-за слишком выросшего фаллоса ему было трудно идти, чувствительная головка фаллоса касалась земли. Арис вскрикнул, когда он случайно зацепился на острый камень, и связь между ним и драконом чуть не порвалась. Наконец, он добрался до цели. Прижатый к земле дракон лежал, распластавшись. Хвост был задран вверх, он подрагивал. Арису открылся вид на выпирающие под чешуей семменники дракона. В отличие от других рас у самцов-драконов они прятались внутри тела, но в моменты возбуждения обозначались двумя полусферами под кожей. Из щели торчал придаток, брызжущий соком. А под хвостом виднелось отверстие, вход. Как и у других самцов, самцовые железы особенно близко подходили к этому проходу, поэтому Арис знал, что своими действие не только причинит боль, но и усилит возбуждение дракона. Кентавр встал на дыбы. Тяжелые копыта обрушились на хребет дракона, вжимая его в землю. Фаллос ткнулся во вход дракона. Арис качнул крупом, чтобы удобнее пристроиться. Межвидовое спаривание всегда вызывало такие сложности. Арис никак не мог попасть, а меж тем уже самым остро нуждался в том, чтобы освободить своим яйца от накопившейся спермы... POV дракона Властелин небес выглядел сейчас, как жалкий червь, - силы оставили его тело, делая из хищника беззащитную жертву. Его животные зрачки частично вернули себе способность видеть, и они с ненавистью уставились на объект его унижения – кентавра, что заставлял работать его семенники на износ. Когда последний стал приближаться к нему, дракон попытался было подняться на лапы, но этой жалкой попытки кентавр даже не заметил. Ноздри дракона горели от сильнейшего запаха жеребцового мускуса, что источали гениталии кентавра. Когда Арис скрылся из его поле зрения за его крупом, у дракона перехватило дыхание, в его сознании практически сразу же создался образ того, что сейчас произойдет. - Ничтож-ж-жное с-с-существо, не с-с-смей!.. Запоздало зарычал дракон, и в следующий миг его чешуйчатое тело было раздавлено и подмято конской частью кентавра - дракон забился под кентавром, но силы уже были на исходе и особого эффекта это не вызвало. Могучее крылатое существо находилось в позе, как если бы он был самкой в состоянии течки под не менее могучем земным существом - дракон с ужасом понимал, что сейчас его сделают самкой и "оплодотворят" его. Под тяжестью кентавра дракон стал задыхаться и, чтобы не погибнуть от удушья, ему пришлось упереться передними лапами в землю и упереться ими, но его круп при этом задрался еще выше. Когда же его сфинктера коснулась грибовидная гигантских размеров конская головка, колечко сфинктера дракона будто в ужасе перед этим "монстром" плотно сжалось и сомкнулось. Конское достоинство попало в зону жара от гениталий дракона - клубы пара от драконьего детородного хозяйства обволокли конский ствол, заставляя его покрыться капельками выкипевшей смазки. Пространство вокруг этих величественных представителей неба и земли стало заполняться удушливым запахом спаривания двух самцов.. Дракон попытался расправить свои кожистые крылья, но этого у него не получилось - брюхо кентавра было прямо на них и вдавливало их в его спину.. POV кентавра Фаллос кентавра ткнулся в сфинктер черного ящера. Арис зашипел от боли. Тело дракона было раскаленным, как будто под черно чешуей билось живое пламя. Это оказалось непредвиденным препятствием, но у юноши просто не было выбора, он уже не мог остановиться. Жар испарял смазку, обильно капающую с головки конского придатка. Что ж, тем труднее дракону будет принять его, решил Арис. Передними копытами Арис встал на дракона, пресекая попытки того как-то изменить свое унизительное положение. Сложенные крылья ящера трепетали, но не могли сбросить вес гигантского кентавра. Задними копытами Арис уперся в землю, руками он помогал себе удерживать равновесие, все свои чувства сосредоточив на члене, который искал входа в пещеру дракона. Толчок, другой, грибовидная головка соскальзывает. Ариса охватило раздражение. Накопившаяся сперма требовала срочного выхода, тем более что ее количество стремительно увеличивалось, чему способствовала магия, которую призвал кентавр. Наконец, конский придаток Ариса уперся в ворота дракона. Кентавр качнул крупом, и с трудом огромная головка начала раздвигать вход в ящера. Дракон болезненно шипел, требуя прекратить, но юношу это даже забавляло. Арис надавил его сильнее, и его выросший почти до двух метров фаллос стал медленно погружаться в дракона. Проход был невероятно узким. У Ариса перехватило дух от ощущения раскаленного тела, плотно обхватывающего его член. Впрочем, ему помогало свойство кожи кентавра, ее мало что могло ранить, такой же крепостью обладал и фаллос, единственным уязвимым местом оставалась мошонка, но жар ее не доставал. Кентавр слегка присел, погружая свой фаллос все глубже и глубже. Он рвал мышцы дракона, но ему было все равно, потому что, наконец, он чувствовал некоторое облегчение. Он совокуплялся. POV дракона От нестерпимой боли когти передних лап дракона вонзились глубоко под землю и стали вычерчивать на ней характерные борозды. Разрываемый конским фаллосом сфинктер насилуемого зверя был на пределе - впившиеся в жеребцовый "ствол" анусовое колечко мышц стало постепенно рваться и заливаться кровью. Драконья морда, из челюстей которой не переставая раздавался душераздирающей рык боли, то устремлялась к небу, то наоборот зарывалась в землю перед собой. Все попытки сопротивления Сириуса угасали еще при первой же попытки - кентавр ловко контролировал действия дракона, не позволяя ему выбраться из-под себя и с чудовищной силой вдавливал чешуйчатого в землю передними копытами. Адская боль от разрываемого членом сфинктера, что врывалась в сознание дракона раскаленными иглами, постепенно парализовала его и лишила возможности к сопротивлению. В момент, когда кентавр внедрился в крылатого практически на половину длины своего фаллоса, раздался громкий щелчок - колечко мышц чешуйчатого не выдержало и лопнуло сразу в нескольких местах, мгновенно расширившись в диаметре и окропив гениталии жеребца раскаленной драконью кровью. Рык мгновенно стих - настолько сильной была боль, что дракон просто беззвучно задрал морду вверх с широко раскрытыми челюстями и высунутым толстым язычком, не в состоянии выдавить из себя не малейшего звука. Насилуемый дракон вновь стал задыхаться - в его обезумевших от боли зрачках можно было увидеть настоящие слезы. Его собственный член пульсировал и, не переставая, изливался потоками смазки и не вмещающегося семени, образовав под собой уже достаточно большую лужу белой пахучей жидкости. Сириусу казалось, что он был буквально насажен на этот гигантский конский член, который уже проник в его недра. POV кентавра Дракон под кентавром извивался в судорогах боли. Тело ящера металось под жеребцом, пытаясь вырваться. Арису приходилось напрягать каждый мускул, чтобы удерживать тело дракона прижатым к земле. Мышцы кентавры бугрились, волнами они перекатывались под шкурой конской его половины, выпирали сквозь человеческую кожу, вырисовываясь точеным рельефом. Пот тек с кентавра, вся его кожа блестела от маленьких ручейков. - Теперь ты мой! - засмеялся кентавр, когда почувствовал, как рвется проход дракона, делаясь шире. Арис закрыл глаза, но его чувства невероятно обострились. Его сердце перегоняло кровь с удвоенной силой. Все соки его могучего организма, вся магия сосредотачивалась в его яичках, пульсирующих, как два солнца, напряжение и возбуждение изливалось по тонким каналам в огромный член, нагнетая давление, делая его твердым, как гранит. Арису не нужно было видеть, чтобы ощущать свое погружение в дракона - его член был невероятно чувствителен. Неожиданно юноша ощутил, как его фаллос, погружающийся в дракона, коснулся участка тела ящера, который немного отличался от остальных - он был чуть шероховат, выпукл, еще горячее, чем остальное тело. Простата дракона, понял кентавр, особая точка, самое легкое прикосновение к которой сводит с ума любого самца. Арис качнул конским крупом назад, чтобы провести свое разбухшей головкой по этому месту, а потом снова погрузил свой придаток жеребца, опять задев это место. Толчок вперед и обратно. Он не погружал свой член на всю длину, желая поиграть с этой особой точкой. POV дракона В определенный момент проникновения конского достоинства, на фоне ужасной боли дракон ощутил внезапно приятную волну нахлынувших ощущений. От подобной неожиданности дракон выгнулся дугой в спине и задрал свой хвост еще сильнее. - Аргх-х-х!.. Как-же пр-р-риятно!.. Прорычал дракон и сразу же осекся. "Неуж-ж-жели я прор-р-рычал это в слух?!.." - промелькнули тревожные мысли в его сознании, но Сириуса настигла новая волна ощущений, и он не смог трезво оценить сложившуюся ситуацию. Кентавр методично внедрялся своим фаллосом в его разорванное и униженное подхвостье и тем самым массажировал его простату, одаряя дракона волнами острого удовольствия. Боль от болезненного изнасилования не покидала пределов сознания чешуйчатого, но теперь на фоне волн наслаждений она немного притупилась. Насилуемый зверь не заметил, как он начал слегка помогать кентавру - его задние лапы раздвинулись еще сильнее и теперь едва заметно на глаз сгибались в такт коротким толчкам крупа кентавра. В недрах его подхвостья уже бушевало настоящие пламя, и этот невыносимый жар передавался конскому члену. От двух спаривающихся созданий, особенно от области сближенных друг к другу гениталий валили клубы пара, покрывая чешую, шкуру и кожу капельками пота и воды. Детородный орган крылатого, так же как и конское достоинство, уже было полностью во взведенном состоянии и, пошатываясь от постоянных толчков, разбрызгивал во все стороны драконье семя и смазку. POV кентавра Арис зашипел сквозь зубы - тело дракона с каждой минутой становилось все горячее, это уже почти доставляло ему неудобство. Юношу забавляла реакция дракона. - А, так теперь тебе уже все нравится! - насмешливо бросил он. Арису было трудно сосредоточиться, чтобы говорить внятно, поэтому его голос прозвучал хрипло. По телу кентавра прошла волна возбуждения, когда он ощутил ответную реакцию дракона, ставшего совершать движения в такт напору жеребца. Арису постепенно надоело играть с простатой дракона. Он хотел скорее слить застоявшееся семя, его конские яйца были уже переполнены. Усмехнувшись, кентавр резко качнул крупом и погрузил свой фаллос в дракона на всю длину. - Дааа! - выдохнул Арис, когда ощутил, что его фаллос, как клинок, полностью вошел в кожаные ножны дракона. Это было ни с чем несравнимое чувство, когда каждое движение стимулировало его чувствительный придаток, стократно усиливая возбуждения, приближая сладкий финал. Дойдя до конца, Арис качнулся назад, почти полностью вынув свой фаллос из ящера, а потом снова вогнал его на всю длину. А потом снова достал, и снова погрузил. Постепенно он вошел в привычный такой естественный для кентавра ритм. Казалось, сама сердцевина его жизни пульсировала в том же ритме. Все тело кентавра - и мощный торс, и огромное конское тело, и даже двигающийся как поршень фаллос - все было лишь продолжением того сгустка самцовой энергии, которая заключалась в его яичках, вместилище его силы, души, магии. Юноша-кентавр в этот момент сам сводился к его мошонке, источнику мужественности. Только этот орган был важен, он и был этим органом...