Глава 3
2 декабря 2020 г., 17:38
Они буквально рухнули на пол директорского кабинета.
Тяжелая аппарация выпила изрядное количество сил, и Северус был практически истощен. Он перевернулся со спины на живот, подполз к девушке.
Грейнджер лежала на боку без движения, кожу покрывала мертвенная бледность, глаза были закрыты. Северус испугался, что она не дышит, но оказалось, девчонка просто в глубоком обмороке. Перемещение и из нее вытянуло немало магии.
Он в очередной раз проклял старика, устроившего им такое изматывающее приключение и полностью опустошившего его карманы.
К счастью, Северус предусмотрительно держал в кабинете запас необходимых снадобий. Тяжело опираясь о мебель, он достал флаконы и тут же пустил их в дело.
В первую очередь влил в себя и в Грейнджер универсальный антидот, потом парочку должных придать сил зелий, и под конец на всякий случай положил девчонке в рот безоар. Северусу пришлось хорошо постараться — самостоятельно глотать Грейнджер не могла.
На смену магическому истощению пришло полное физическое. Северус кое-как подхватил Грейнджер под мышки и затащил ее в спальню.
Едва за молодым директором закрылась дверь, как отмерли портреты в кабинете. Их почти всех разбудило такое необычное появление. Но почившие волшебники, не сговариваясь, решили не вмешиваться и молча, с беспокойством наблюдали за творимым действием.
Бывшие директора стали переглядываться.
— Эта мисс мне знакома, — озадаченно произнес волшебник, вольготно развалившийся в кресле. — Несколько дней назад она была на Гриммо и бесцеремонно спрятала мой портрет в свою безразмерную сумочку.
— Вы говорите о подруге Гарри Поттера? — спросил седобородый старец в старинной одежде, с массивным посохом в руках. — Что произошло, как думаете?
Ответила немолодая волшебница с высокой прической и большим кружевным воротником на платье:
— По всей вероятности, они от кого-то убегали. Великий Мерлин! Они выглядели ужасно!
— Бедный наш директор, — тряхнула серебристыми локонами еще одна пожилая волшебница в лимонной мантии целителя. — Налицо магическое истощение. Остается надеяться, что магия Хогвартса поможет ему быстро восстановиться.
— Кхм-кхм... коллеги, — подал голос маг в очках-половинках и в мантии с поблескивающими звездами, — просветите, что здесь произошло. Я, прошу меня простить, ненадолго уходил.
— Не просветим, — неприязненно ответил представительный мужчина — обладатель примечательного берета с кисточкой, — опять будешь мальчишке мозг выносить.
— Но это может быть очень важно, я требую!
— Ох, Дамблдор, вы от нас уже ничего не можете требовать, — снова подала голос серебристоволосая целительница, — идите гуляйте дальше...
Северус тем временем устроился с девушкой на одеяле перед горящим камином. Сейчас им нужно было как можно больше тепла и покоя. Он поправил голову Грейнджер на подушке, укрыл их обоих теплой мантией и обессиленно сам провалился в глубокий сон. Благо головная боль наконец-то стала утихать.
* * *
Гермиона проснулась и не сразу поняла, где находится. Видимая часть помещения была незнакомой, но ощущения чего-то привычного вкупе со стрельчатыми окнами, проглядывающими за чуть раздвинутыми плотными шторами, и камином, почти таким же, как в гриффиндорской гостиной, намекали, что она в Хогвартсе. Лежать вдруг стало неудобно — не привыкла она спать на твердой поверхности. Зато ее окружало приятное тепло. С одной стороны был камин, а с другой... О, Мерлин! Гермиона все вспомнила: библиотека, Снейп, Кричер, портал, непонятный пугающий старик, она, целующая своего профессора... Гермиона медленно повернула голову и с ужасом уставилась в знакомый подбородок; так же медленно подняла взгляд повыше. Из горла непроизвольно вырвался писк. Снейп даже не шевельнулся, сказал тихо: — Уймись, Грейнджер, все закончилось, спи давай. — Но, а как... вы... я... Мысли лихорадочно заметались, в голове возникло множество вопросов, но ни один из них сформулировать у Гермионы не получилось. Мешали стыд за свое поведение и нестандартность ситуации в общем. — Что ты за неугомонная девица, — вымученно посетовал Снейп, — спи, и желательно рядом. Потом объясню. Гермиона немного успокоилась. Главное, профессор на нее не злился, и, вообще, во всем виноваты зелье и старик. Тут физиологические потребности, из-за которых она, собственно, и проснулась, потребовали решительных действий. — Профессор, мне надо... очень... — Дверь в уборную там, — Снейп махнул в нужную сторону, и Гермиона потихоньку начала выбираться. — И, Грейнджер. Свалишься по дороге, поднимать не буду. Гермиона направилась, куда было указано, и оказалась в самой обычной туалетной комнате с унитазом, ванной и висящим на крючке рядом с раковиной белым полотенцем. Чертыхнулась. Пол был холодным, а свои тапочки, получается, она подарила тому древнему деду. Сделав свои дела, она вернулась в комнату. Гермиона уже сообразила, что находится в личных покоях директора. Поначалу у нее возник было порыв найти портрет Дамблдора, поговорить с ним, или подумать и придумать, как встретиться с друзьями в Хогвартсе, но буквально через несколько минут порыв выветрился, потому что небольшой заряд бодрости, погнавший ее в уборную, бесследно исчез, и Гермиона почувствовала себя невероятно вымотанной. Никогда с ней такого не было. Ноги подкосились, она свалилась-таки на пол и оставшееся расстояние преодолела на четвереньках. Ее погнало обратно к Снейпу единственное желание — поспать, и чтобы было тепло. Что-то такое она читала про временное и постоянное магическое партнерство, понимала, что вынужденная близость пойдет ей только на пользу; благодаря «Истории Хогвартса» догадывалась, что замок, по всей видимости, подпитывал своего директора, а тот, в свою очередь, помогал ей. Гермионе стало все равно: исчезли и стыд, и неловкость, и сомнения, и все посторонние мысли. Она устроилась под мантией, без зазрения совести сунула ледяные ступни между ногами Снейпа, а холодные ладошки — ему под рубашку. — Нахалка, — буркнул сквозь сон Северус.* * *
Гермиона была в бешенстве. Этот гадкий, противный, самодовольный, злобный Снейп напоил ее сонным зельем, запер в спальне, а сам исчез! Хоть бы записку оставил! Она зло запахнула все время норовившую сползти мантию. Мантия. Гермиону бросило в жар. Когда Снейп бросил ей свою мантию и взамен потребовал снять халат, чтобы выяснить, какой «дрянью напоил их и щедро облил с головы до ног старый ублюдок Принц», Гермиона легкомысленно стала снимать халат прямо при директоре. И, только поймав странный нечитаемый взгляд Снейпа, поняла, что расслабилась как последняя дура, и что ее пижаму, состоящую из шортиков и майки, никак нельзя назвать целомудренной. Это тогда она была не в себе, но сейчас-то?! Опасаясь услышать что-нибудь нелицеприятное, Гермиона быстро схватила мантию со стула и юркнула в ванную, где просидела около получаса, пытаясь остудить горящие щеки. Потом взглянула в зеркало и тихонько рассмеялась — она выглядела кошмарно: темные круги под глазами, всклокоченные волосы, которым срочно требуется расческа... Навоображала себе всякую ерунду. Как смогла, привела себя в порядок, вышла и сделала вид, будто ничего такого не произошло. Но Снейпу было не до нее. Кивнув на накрытый стол, он отошел к книжной полке и перестал обращать на гостью внимание, перебирая книги и наскоро их пролистывая. Голодная Гермиона принялась за еду, наивно полагая, что профессор просветит ее о дальнейшей судьбе. Угрозы она не ощущала. Раз он столько раз побывал на Гриммо и не навредил, и не бросил ее у старика... а ведь наверняка в одиночку выбрался бы гораздо быстрее и без опустошительных потерь. Она до сих пор ощущала небольшую слабость. Пока ела, во все глаза разглядывала Снейпа. С зачесанными назад чуть влажными волосами, в простой черной рубашке, черных брюках, заправленных в сапоги, он был совершенно не похож на профессора, которого она знала. Снейп-незнакомец своей поджарой фигурой и не искаженным брезгливой гримасой лицом выгодно отличался от Снейпа-знакомца, вечно недовольного и скрытого под просторной мантией. — Я обещал объяснения, — Снейп положил перед Гермионой раскрытую книгу. — А это выпей сейчас, — сунул ей под нос склянку, — полегчает. Под его пристальным взглядом она послушно опустошила флакон и уставилась в книгу. Аккуратно взглянула на обложку. Книга была о целительстве, посвященная магическим истощениям. Случаи в книге описывались лишь отчасти похожие, но в общем картина вырисовывалась ясная. Все было примерно так, как Гермиона и предполагала. У них со Снейпом получилось своеобразное соглашение. Они вместе потратили магию, потом вместе исцелялись, вернее, напрямую исцелялся директор, а Гермиона лечилась опосредованно, попадая в магическое поле своего временного партнера. Минут через пятнадцать ее веки отяжелели, и Гермиона уснула прямо за столом... Чтобы спустя неизвестно сколько часов очнуться запертой в спальне, на кровати, укрытой толстым одеялом. Теперь она бесилась и ругала себя последними словами. Как есть дура — выпила зелье, и даже не спросила для чего оно, хотя могла бы и сама понять уже по его вкусу! Оставалось ждать, переживать и надеяться, что с вредным профессором ничего не случилось.* * *
Северус вышел за границу антиаппарационного барьера. Развернул бумажку: «Захочешь встретиться, позови Дестру». Записку принесла сова почти сразу, как Северус проснулся. Наглая птица не стала ждать ответа, тут же улетела. Делать нечего, ему придется встретиться с тем, кого он с удовольствием отправил бы к праотцам. На всякий случай усыпив Грейнджер, Северус отправился на встречу. — Дестра! Северус хотел побольше узнать о месте, куда должен был прийти. И появившемуся домовику он приказал перенестись на крыльцо дома, а еще лучше очутиться перед воротами. Домовик перенес его на дорожку между оградой и особняком. — Явился? Быстро, однако, — сидящий в кресле Гэвиус изобразил кривую улыбку, окинул внука оценивающим взглядом. — А ты ничего. До совершенства, конечно, далеко, но хотя бы перестал быть похожим на инфернала. Не зря я в тебя столько силы влил. Хоть на рожу твою смотреть приятно. — В гробу я видел твою щедрость, — процедил Северус. — Я знал, что ты не оценишь моих усилий, — покачал головой старый Принц, — щенок неблагодарный. — Верни палочки, — потребовал Северус и ядовито добавил: — Зелья, так уж и быть, можешь оставить себе. — Не дерзи, мальчик, ты у меня дома, — Гэвиус усмехнулся и сказал в пустоту: — Дестра, принеси нашему гостю что он просит. Заодно остальные игрушки захвати, — снова повернулся к Северусу. — Что с девушкой? Как она себя чувствует? Северус вызверился: — Зачем она тебе? Задумал новую пакость? — Мерлин упаси, — отмахнулся Принц, — я от предыдущей еще не отошел. Можешь успокоиться, на новую, как ты выразился, пакость у меня не хватит ни времени, ни сил. Мне понравилась эта девочка, тешу себя надеждой, что она когда-нибудь станет леди Принц. Присмотрелся бы ты к ней. Или уже имеешь на нее виды? — Тебя не касаются мои предпочтения, но я, если ты не забыл, преподаватель и несу ответственность... — С таким украшением, — перебил Северуса Гэвиус и указал тростью на его предплечье, — ты ответственно обязан сдать ее своему хозяину. Нет, не понимаю! Что такого нашла симпатичная девушка в таком ублюдочном сукином сыне? — Что ты мелешь? Сам-то ты кто? Тебе плевать на чужие чувства! Ты по своей прихоти выдернул нас к себе и опоил Амортенцией! И сейчас в своем старческом маразме воображаешь невесть что! — Пустоголовый болван. Если бы ты догадался залезть в ее хорошенькую головку, то увидел бы безмерное уважение к одному профессору зельеварения и спрятанные в потайном кармашке одной сумочки несколько «Вестников зельевара» со статьями этого самого профессора. И это несмотря на сволочное отношение! Поистине, женское сознание — одна из загадок мироздания! — Когда ты успел залезть ей в голову? — Сразу же, как вы появились. Мне было интересно. Удивительно упорядоченный разум. Не у каждого взрослого мужчины такой. Тем поразительней ее интерес к тебе... Речь Принца прервал домовик. Он положил на маленький стол две волшебные палочки; махнул тощей рукой с длинными пальцами, и рядом материализовались полтора десятка флаконов и другие вещи Северуса. Северус положил палочку Грейнджер в карман, а своей проверил остальной выложенный арсенал. Не найдя ничего подозрительного, рассовал его по прежним местам. — Не лезь к девчонке, — с угрозой сказал Северус, засовывая последнюю взятую со стола «игрушку» в ножны на поясе. — Если ты сгинешь, — не повелся на грозный тон Гэвиус, — я ее удочерю. — Ты даже не представляешь, как мне хочется свернуть тебе шею, — выплюнул Северус и быстро вышел. — Нисколько в этом не сомневаюсь, — бесстрастно заметил вслед ему Гэвиус, а через минуту его сотряс смешок: — Ты больше Принц, чем я думал, внучок... Едва Северус переступил порог спальни, как в него полетела подушка, он уклонился, затем успел перехватить руки, которые хотели его то ли ударить, то ли обнять. — Мисс Грейнджер, — мягко сказал Северус, не выпуская из ладоней тонкие девичьи запястья, — я принес вашу палочку и готов отправить вас на Гриммо прямо сейчас. Гермиона сдула с глаз мешающую прядь и обиженно сказала: — Я волновалась. — В вашем положении естественно беспокоиться за свою безопасность. — Я за вас волновалась тоже...
