Правда или действие, Яку?

Яку Мориске считал самой низостью не доверять своим сокомандникам. Но и рассказывать им все, что лежит у него на душе, не спешил. На душе у либеро было не очень спокойно, а вот помощи просить именно у тех людей, с кем он играет, не хотелось. Ведь: а) Куроо, Ямамото и Инуока провернут все так, что потом их же и придется вытаскивать из задницы. б) Кенме будет все равно пофигу и он не сможет дать совет. в) Фукунага, конечно, сможет помочь хоть как-то, но все же не особо хочется. И наконец— г) Льва он не станет просить ни в коем случае, потому что он сам и является этой проблемой. Привязанность к своему длинному кохаю третий номер Некомы заметил совсем недавно— буквально тогда, когда жадно поедал глазами его открытые ноги и спину, сокрытую под красной форменной футболкой. Хайба этого не заметил, на что Яку до сих пор молится, но Мори-кун и знать не знал, что это углядел Кенма. — Слышь, Куроо, — Козуме после тренировки остановил капитана и попросил нагнуться к сеттеру, дабы прошептать на ухо пару фраз о Льве и Яку-сане. Тетцуро внимательно выслушал и тут же расплылся в одной из своих улыбок а-ля маньяк-кровосися. Улыбка стала шире, когда он сказал об этом Бокуто, своему бро, и два капитана придумали план, дабы свести любящие сердца. В тот вечер ребята уговорили Яку выпить чуть-чуть с ними, чтобы отпраздновать последний день тренировочного лагеря. Тренер сов совершенно прозрачно намекнул им на то, что если они присоединятся к торжеству, то даже пламенная речь Акааши Кейджи и Конохи Акинори их не спасет. Поникшие Фукородани потопали в свои комнаты, а тренер Некомы попросил не слишком разыгрываться, иначе он их всех разгонит. Куроо отдал честь Некомате и достал весь свой запас. Бутылка за бутылкой, слово за словом, как говорится, и вот уже Лев нервно хихикает, а Кенма наконец-то улыбается. Инуока отрубился ещё после первого стакана и сейчас мирно, свернувшись клубком, дрых на диване в общей комнате. — Оя оя оя! Народ, — капитан икнул.— Кто будет в бутылочку— правда или действие? Кенма сонно потёр глаза и гневно посмотрел на парня. Чё в его пьяную голову придет один только Асахи знает. Делать было нечего, и все расселись. — Яку-сан, пойдёмте с нами! — Хайба улыбнулся показывая на место около Фукунаги и Кенмы, а либеро странно хмурится. Не нравится ему эта затея, где могут выведать какой-нибудь секрет или попросить сделать какую-нибудь ересь. Куроо потянул Мориске за руку и одновременно крутанул бутылку. Третий номер плюхнулся, больно ударившись задницей и прошипел проклятие о том, что вырежет семью Тетцуро и скормит ее воронам. — О! Тора! — Куроо улыбнулся, увидев куда показал конец бутылки. Несчастный лысик даже не думал что попадется именно бешеной фантазии капитана. — Действие! — казалось он совсем не раздумывал, что подливало масло в огонь. — Иди налей мне води- водочки! — Такетора выдохнул и шатко пошел до другого конца комнаты. Чуть не опрокинув все на своем пути, а заодно и Льва, как шкаф, тот все же смог дать Куроо стаканчик и сам закрутил бутылку. Пару раз выпадало на Льва, которому даже было задание разбудить в другом корпусе Акааши, за что Хайба словил люлей. Кенма же звонил Шоё и говорил ему, что больше не хочет быть его лучшим другом, а потом заплакал и ныл ему о том, что сеттера заставили. — Яку, напугай кого-нибудь из Аобаджосай! — Фукунага хихикнул, а сам либеро, уже выпивший некоторую часть алкоголя, набрал номер Ватари, единственного с кем они переписывался оттуда, ибо они оба либеро и заорал ему о том, что Яхаба и Кьетани (он узнал имена у Лёвы, который выпытал это у спящего Инуоки) в заложниках. Ватари сделал вид что напугался, а сам Яку крутил бутылочку дальше. Почта Ямамото уйти спать с Фукунагой, на что оба сперва скорчил рожи, а потом Куроо нашёл их спящих в обнимку, Куроо закрутил бутылку вместо Торы и Кенме пришлось бежать вокруг корпуса 10 раз. Кенма завещал Яку убить Льва и Куроо, на что мамочка Некомы охотно согласилась. Игра могла продолжаться долго, но тут Хайба воскликнул. — Яку, а почему вы не выбираете правду? — И правда, почему? — Куроо и Лев заинтересованно смотрели на либеро, а Кенма на заднем плане искал бутылку, дабы разбить ее об своего парня. — Не знаю, это же не интересно, — Мориске икнул и пожалел о своих словах до того, как они вылетели из рта, — А что давайте правду. — Тебе нравится Лев? — Тетцуро выпалил это со скоростью света и увернулся от бутылки. Хайба наклонился. — Так мне будет лучше слышно с вашей высоты, Яку-сан, — и сразу же словил пиздюлей. — Да, нравится и что? — Мориске рассчитывал на то, что завтра с утра они все равно ниче не вспомнят. Козуме закатил глаза, а Куроо начал орать о том, что Бокуто должен ему сотку. Лев вдруг резко замолк и схватил сенпая за руку, выводя с собой в туалет. Мори-кун совсем не успевал за гигантскими шагами своего кохая, но его крики о том что «иди тише»,«куда ты так летишь»,«Лев!» не были услышаны. Отдавшись на произвол водки в крови, парень был резко припечатан к стене, с нависшим Хайба. — Я-яку-сан, — Мориске отметил про себя то, что тот покраснел буквально до корней волос, а голос его дрожал, — можно я Вас поцелую? Яку ахуел. Яку не выхуел, но он сам потянул эту морду за поцелуем, внутри пища от радости. Маленькие искусанные губы накрыли нежные чужие и рядом прозвучал щелчок камеры. — Отлично, Бокуто-сан проспорил свою последнюю сотку. Акааши убрал телефон и развернулся в сторону туалета к которому он шел. Парни явно смутились, но свое занятие не прекратили. Они целовались очень легко, словно боялись чего-то. — Яку-сан… — Лев, давай на «ты». Мы буквально только что целовались. — Правда или действие, Яку? Хайба хихикнул и переплел руки вместе со своим парнем. Сам Мориске сморщил нос и в прыжке клюнул его в щеку.