18 карат Невезения одного Каджита

      Так же как день сменяется ночью, одна мысль сменяла другую. Несмотря на всю усталость в теле, разум Акраша пребывал в полном смятении. Ладони до сих пор дрожали, стоило ему вспомнить битву с драконом. Заст немного сумел подлатать уставшее тело каджита, но даже это не давало никакого покоя. В его груди до сих пор пылал остаточный жар, когда он поглотил душу дракона. Да, именно поглотил. Только так кошколюд мог описать то, что с ним произошло вчера.       Не раз и не два он слышал от разговоров очевидцев, как на какой-то город нападает дракон, а вслед за ним появляется воин в тяжёлых латах с закрытым шлемом, силой Голоса сражает наповал и затем кости дракона обнажаются, когда вся чешуя истлевает как бумага на костре. Столп яркого света вырывается из древних костей, пронзая душу героя, сразившего дракона - и только тогда зверь умирает окончательно, без шанса на воскрешение. И все как один они твердили - это был Довакин. Воин с кровью и душой дракона, чей Голос заставлял небесных повелителей сложить голову и крылья. Настолько он был могуч и ужасен.       И теперь. Ха. Да нет, просто невозможно - так хотел бы считать Акраш, но суровая реальность говорила сама за себя. Он своими руками убил чешуйчатую тварь и за это она наградила его страшной правдой. Правдой, в которую он даже смирившись не хочет верить. Нёрдвельфир сделал ему ужасный подарок перед смертью. И что самое ужасное - похоже, дракон пусть и опоздал, но всё же нашёл свою цель. Но почему? Почему так сложилось? Ведь уже есть один Довакин, зачем Богам понадобился ещё один?       Или же это просто какая-то ужасная шутка? Если это так - у Богов просто отвратительное чувство юмора. Наверное, наказание за атеизм и богохульство. Даже не смешно. Лениво раскладывая карты на деревянном столе, каджит поднял взгляд голубых глаз на сидящего перед ним норда. Усталый, мрачный. Он практически молчал всю ночь. Здоровяк, присоединившийся к этой лёгкой незамысловатой игре, скрестил руки на груди. Его взгляд - бодрый, резвый, предельно серьёзный, не то что днями ранее.       Фенрир сидел рядом с ними, тоже молча, бегающим взглядом наблюдая за когтистыми руками, словно простой обыватель, стремящийся разгадать секреты уличного фокусника.       Акраш сложил стопку карт, перетасовал, снова сложил, ловким движением выудил карту из середины колоды и показал Здоровяку.       - Эта карта?       Здоровяк лишь хмыкнул. Рядом с ним стоял нетронутый - вот уж чудо из чудес - стакан, доверху наполненный элем. Он вздохнул, чуть подаваясь корпусом вперёд и складывая локти на столе.       - Котяра, нам надо это обсудить.       - Я не хочу ничего обсуждать, - отрезал Акраш, угрюмо хмуря серые брови. Когтистая ладонь устало потёрла переносицу и поднялась вверх, оглаживая подросший ирокез. Надо бы посмотреться в зеркало. - Мы убили дракона, этого достаточно.       - Босс, мне кажется, нам нельзя оставлять это без внимания, - спокойным голосом обратился к нему Заст, качая головой. - Это слишком серьёзно, чтобы молчать.       Каджит устало вздохнул. Время уже близилось к утру, сон отказывался приходить. Сидеть наедине со своими мыслями тоже не хотелось. Лишь игра в карты да тускло горящая свеча как-то отвлекали от навалившейся суеты.       - Слушайте, я не знаю, что здесь обсуждать, - вор понуро опустил плечи, небрежно бросая колоду на стол. - Мне и так тяжело. Столько всего навалилось за последние полгода.       - Я понимаю, - хмыкнул Здоровяк, медленно кивая. - Я и сам полгода назад по развалинам шырялся как последний алкаш да пивко варил со вкусом полыни. Но я хотел бы тебе подсобить, мы же братаны.       Каджит усмехнулся. Да, что есть то есть. Странная история знакомства - хотя это буквально описание любого его знакомства со всеми, кого довелось встретить в этой отмороженной стране - обернулась походом в нордские руины, а затем, спустя полгода, охоту на вампира и убийство дракона-террориста. Год назад Акраш бы пальцем у виска покрутил, скажи ему хоть что-то из этого.       - Спасибо, конечно, но я не уверен, что ты сможешь мне чем-то помочь.       - Отнюдь, - нордлинг улыбнулся, сверкая зубами - о, наконец-то он их почистил - и достал из-за пазухи небольшой свёрток. Карта Скайрима в миниатюре. Разложив её на столе, он ткнул пальцем в точку посередине. - Узнаёшь?       Акраш внимательно посмотрел на карту. К северо-востоку стоял Виндхельм, на западе Солитьюд. Палец Здоровяка плотно соприкасался с точкой в центре карты - Вайтран, безусловно. Он кивнул, вопросительно поднимая взгляд.       - Допустим. И?       - А тут? - толстый палец смещается чуть ниже по линии, изображающей дорогу, ведёт по ней полукругом и плотно утыкается в другую точку поменьше.       - Это... Ривервуд? Причём тут Ривервуд?       Здоровяк кивнул, убирая палец с карты. Он задорно усмехнулся, почесав бороду.       - Ну чё ты, Котяра, забыл что ли? Ривервуд - твоя первая отправная точка. Помнишь храм Ветряного пика, где мы встретились?       Акраш кажется начал понимать, к чему тот клонит. Ветряный пик был не просто храмом - а древненордским храмом. Руины давно забытой эпохи, когда власть драконов над Скайримом ещё казалась неоспоримой. Именно там они впервые встретились и именно там завязалась их, можно сказать, дружба - на тот момент так было тяжело считать, но сейчас у него не оставалось сомнений.       Не дожидаясь ответа, авантюрист продолжил:       - Так уж сложилось, что Ветряный пик оказался моими первыми руинами, которые я исследовал вдоль и поперёк. Пока я бегал за пивом в Вайтран, кто-то успел прирезать мою банду. Когда я пришёл - уже никого не осталось. Ведомый искренним любопытством и стояком на приключения на жопу, я решил полазить внутри. Вопреки моим ожиданиям, предателем оказался не Арвел - его тело я нашёл возле странного прохода, дальше логова паучихи. Золотого Когтя, который тот опять спиздил, при нём не было, - почувствовав, как в горле стало пересыхать, Здоровяк опрокинул в себя стакан эля, не оставив ни капли. - Дык вот, к чему це я. Внутри я нашёл здоровенную хуйню, стена. С выцарапанными на ней странными знаками. Как их бишь... Иероглифы, во. Я тогда понятия не имел, что это за хрень. Пошарился, забрал хоть что-то ценное и двинул в Вайтран. Тут я уже всяких умных книжек накупил по культуре моих далёких предков из прошлого и узнал, что це хуйня - это Драконья стена. На ней драконы сами выцарапывали какие-то стишки на своём драконьем.       Акраш внимательно слушал слова Здоровяка слово в слово, попутно размышляя и начиная понимать, к чему тот ведёт. Сам каджит не был знатоком нордской культуры, но будучи в Коллегии почитал парочку книжек. Далось с трудом - у него, как выразился бы Здоровяк, стояка на эту тему не водилось.       Тем временем Заст, заскучавший от нордского монолога, собрал небрежно лежащие карты вместе и начал строить из них домик. Эльф высоких талантов, не иначе.       - И короче, в книгах чёт такое писалось, что на них драконы частенько ковыряли не просто стишки, а ещё и эти... Как их там, блять... Короче, крики. Свои, драконьи. По частям. У обычных людей шанс чёт такое выучить разве что к старости, но ты у нас Довакин. Довакины, как пишут, могут слёту схватывать и читать их, даже не понимая, чё они ваще значат.       - То есть, ты хочешь сказать, что я могу там узнать что-то интересное для себя?       - Прям в яблочко моей тёщи, Котяра. Нам бы стоило сходить туда и проверить всю эту дичь. Может, ты для себя чёт и найдёшь. Может быть нет. Но проверить надо.       Честно говоря, в этом даже был смысл. Недолго думая, Акраш кивнул. Идея ему, честно сказать, не нравится от слова совсем, но в последнее время ему вообще ничего не нравится. Особенно его становлением героем древних нордских легенд. Куда Боги смотрели, когда приписывали ему этот дар - непонятно. Как будто просто наугад ткнули.       - А, и ещё, - Здоровяк вздохнул, откинувшись на спинку стула. - Я в вещах покопался, пока тебя в тюрячке держали. Маска того вампира проебалась.       - Как это проебалась? Ты её потерял? - Акраш хоть и не был особо заинтересован, но заметно удивился. - Или ты хочешь сказать...       - Ага, - ответ напрашивался сам собой. Норд пожал плечами, снова скрещивая руки на груди. - Походу твоя подружка её стиснула спозаранку, пока мы дрыхли. Либо же кто-то под шумок её спиздил, пока мы спасали этот городишко. Но это вряд ли - баба у стойки сказала, что во время нападения следила за всеми, кто сидел в трактире. Никто зал не покидал.       Вот так новость однако. Почесав затылок, Акраш невольно задумался: зачем Диане маска? В деньгах она не нуждается, какой-то определённой ценности как магический предмет для неё не несёт. Если она просто хотела оставить её как трофей - могла бы прямо сказать, вряд ли кто-то из них был бы против. Тем более, её вклад в победу над вампиром был очень силён. Конечно, всех в конце спас Заст, но тем не менее, если бы не бретонка, они могли и не продержаться до того момента.       Общая картина складывалась весьма подозрительно. Возможно, эта маска и была её изначальной целью. Непредусмотрительно сразу бросаться обвинениями, но вывод напрашивается сам собой: она просто использовала их, чтобы добраться до артефакта. И по всей видимости, Диана знала заранее, где и в чьих руках маска. Они - просто инструмент для достижения цели.       А прошлая ночь - так, всего лишь мимолётное развлечение. Даже как-то неприятно, хотя каджиту было грех жаловаться - так хорошо ему в ту ночь не было с того самого момента, как он покинул Сиродил. Можно ли считать это наградой за труды? Сомнительно. Приятным бонусом? Возможно. Но ощущение, что им просто попользовались, заметно выросло.       - Я вчера общался с ярлом Балгруфом, - сменил тему Акраш, когтями постукивая по поверхности стола. - Он сказал, что ещё мне могут помочь Седобородые. Ты знаешь, как до них добраться?       - Не-а, этого не чухаю. Возможно, тебе надо к нему сходить да спросить. Чё вчера не спросил?       - Я вчера только-только из тюрьмы вышел, ещё и ярл меня так перехвалил, что я аж потерялся. Забыл уточнить, честно скажу.       Да и голова гудела. Да и тело болело. И ещё тысяча причин, почему автор не прописал этот момент (во всём виноваты ящеры!), но это уже что-то за гранью. Забыл и забыл. Чё бубнеть-то?       - Как-то нет желания лишний раз там появляться.       Стоит только раз вспомнить лицо Айрис, когда они только встретились вчера, то аж мурашки по спине пробежали. Хотя дело было не в ней, но слышать её подколки и очередную тираду о том, какой Фесерил в его компании несчастный и как она не хочет, чтобы тот водился с каджитом - нет уж, увольте. Странно, что Балгруф её ещё там держит, пусть и как почётного гостя, но всё же.       Хотя стоит отдать ей должное, рыцарская честь и повадки выставляют её не такой уж и занозой в заднице. Если задуматься - она вполне даже симпатичная. Для эльфийки. Это, конечно, показатель, но не все босмеры бывают хороши лицом. Это у альтмеров все как на подбор, уродца не встретить, но там и за генетическую чистоту расы неплохо сетуют.       Эленвен, к слову, тоже была симпатичная. Чем-то напоминает любимый типаж Горома. Думается, он бы к ней подкатил. Манерами девушка не обделена. Пока рот не откроет - прям божий одуванчик с красивой задницей. Да и грудь ничего. Каджит успел оценить.       Но! Речь, конечно же, о другом. Похоже, ему всё же придётся наведаться в Драконий Предел, уточнить информацию. Но один он туда точно не пойдёт.       - Заст, когда ты возвращаешься в Коллегию?       - М? А, через день-другой, - не глядя на каджита, босмер высунул набок язык, прищурил тёмный глаз, укладывая последние две карты на вершину своего изящного домика, чей вид копировал фасад Драконьего Предела. Акраш с удивлением вскинул брови, поражаясь мастерству маленького эльфа. - Я ещё успею с тобой прогуляться до Пика, Босс.       - Спасибо, Заст. Твоя помощь неоценима.       - Всегда рад, Босс.       Легонько потрепав великовозрастного мужчину по светлой шелковистой макушке, Акраш вздохнул. Кажется, он даже немного повеселел. Теперь хоть что-то стало понятно. До окончания срока запрета на посещения занятий осталось чуть меньше четырёх недель, у него есть время разобраться с этой ситуацией. К тому же, рядом с ним останется ещё целый гид по нордским легендам.       А ещё у него вновь в голове всплыла мысль наведаться к своему чешуйчатому другу, Алокниру. Раз драконы чувствуют драконорождённых как самих себя и прочих сородичей, то наверняка он знал и о том, что Акраш тоже не самый простой каджит. И скрыл это от него. То ли от страха, то ли от простого нежелания делать его своим врагом. Любой вариант сгодится и любой вариант каджит готов ему простить - Алокнир, в конце концов, не ворует у людей скот (почти) и не жрёт людей забавы ради. Только мёд да маленькая кучка золота чисто самолюбие потешить. Положительный парень, жаль только люди его не примут.       Впрочем, Акраш и сам с сомнением смотрит на перспективу знакомства с некровожадным и дружелюбным драконом. Если бы не проблема с зубом, который каджит ему выбил Огненным шаром, то бедного кота бы уже сожрали с потрохами. Если, конечно, тот бы не подавился или не взвыл от боли в зубах. Шёрстка-то у Акраша плотненькая, проглотить будет трудно.       - Тогда сходим днём к ярлу Балгруфу, он мне всё расскажет, а затем двинемся в Ветряный пик. После этого Заст поедет по своим делам, а мы с тобой, Здоровяк, решим, что делать дальше.       - Я всегда с тобой, Котяра. Дрогнем!       И под весёлый хохот авантюрист опрокинул в себя ещё одну кружку эля. Акраш, слабо усмехнувшись, сонно скрестил руки на груди. Сейчас ему как никогда захотелось прилечь и хорошенько вздремнуть.

***

      - Во-о-от же ску-у-ука смертная!       Лениво покачивая правой ножкой, Фана откинулась на спинку стула, держа в правой руке раскрытую книгу. Она умела читать, и делала это весьма неплохо, но ей не слишком уж хватало терпения прочитать до конца хоть одну книгу. Тесс, её сестра, в этом плане весьма преуспела - в Арканеуме не осталось, наверное, ни одной доступной книги, которую бы та не изучила. Содержание той или иной книжонки с множеством буковок Фана узнавала как правило со слов родной сестры, и узнавала именно самое важное. Её личный хвостатый поисковик, своего рода.       - Не жалуйся, - тихо прошептала Тесс, придерживая рукой здоровенную лупу, через которую и читала мелкий шрифт на заглавной странице. Частые посиделки за книгами день и ночь напролет не очень хорошо сказались на зрении в долгосрочной перспективе, но она не жалуется. И сестре тоже не стоит. - Мы здесь не просто так сидим.       - Я знаю, знаю. Но меня эта тишина раздражает.       - Будешь шуметь - дядька Ураг тебя в окно выбросит, - подметила Тесс, перелистывая страницу.       - Ха, напугала. Я же каджитка, я всегда приземляюсь на лапы! - парировала Фана, захлопывая книгу и бодренько так поднимая ножку, укладывая её на стол.       - Фана, мы ом-рат. У нас нет лап, - она на секунду замолчала. - В привычном понимании для каджитов.       - Ой, да знаю я, - светлая каджитка ом-рат фыркнула, спуская ногу обратно на пол. - Зато я нравлюсь Шефу больше тебя.       Тесс раздражённо вздохнула, перелистывая ещё одну страницу. И вот опять этот разговор. Фана всегда, когда ей становилось скучно, заводила разговор об Акраше. Либо как о каком-то чудесном феномене, либо как о неплохом бойце, либо как об объекте для изучения. Ну и вот это вот ещё.       - Пускай, - равнодушно (что правда) ответила тёмная каджитка ом-рат, даже не отрывая взгляда. - Меня это не интересует.       - Ой, да ладно, я же знаю, что он тебе нравится.       Тесс нахмурила брови так, как если бы Фана сказала сейчас нечто столь очевидное. что даже в озвучивании не нуждалось.       - Лучше скажи, кому он не нравится, - вполголоса ответила она, качая головой. - Шеф, - она сделала паузу, вспоминая его настоящее имя, и тут же отметая его. Она уже привыкла его так кличить из-за сестры. - умеет цеплять людей. Он завёл себе много друзей, хотя пробыл тут не так уж долго.       - Он пробыл здесь достаточно, чтобы нажить себе врагов, - хмыкнула ей двойняшка, уводя взгляд куда-то в сторону. - Шеф говорил, что напоролся на Фер-р-ргюса ещё в первый день, как пришёл. И с тех пор они друг у друга как занозы в жопе.       Что правда то правда. Они оба были по-своему уникальны и тем друг другу не понравились. Отношение Тесс к Фергюсу было чуть выше, чем к грязи, но при этом он был довольно выдающимся магом. Чего греха таить - без Фаны она бы не выстояла с ним в схватке, как ни крути. Только в связке им удалось хоть как-то загнать его в угол. По голой силе с этим шкафом тяжело сравняться, только у Шефа хватило сил.       Впрочем, сравнивать их с собой было бы кощунством - Тесс и Фана были хороши и как бойцы и как маги. Акраш, пусть и талантливый, но всё же новичок, который больше радеет за ближний бой и рукоприкладство. Фергюс - сильный за счёт своей массы, но всё же не такой ловкий в ближнем столкновении, однако хорошо знает магическую базу и достиг поразительных высот. За счёт труда, конечно же. Что не красит его дрянной характер и животные повадки, но создаёт внушительное впечатление как о магическом практике.       - Шеф вообще какой-то странный, - Фана вздохнула, мотая головой. - Вроде каджит, но от него прям несёт имперскими повадками и этикетом. Да и говор у него такой же, прям как настоящий человек разговаривает, без хрипотцы, чистым голосом.       - Мне кажется, ему просто повезло с голосовыми связками, - отметила Тесс, перелистывая страницу обратно. Из-за рассуждений она уже забыла, что читала. - Да и он вроде сам говорил, что родился в Сиродиле, разве нет?       - Да, есть такой момент. Но всё равно. Покоя мне это не даёт.       - Он тебе просто непонятен. И поэтому нравится.       Фана фыркнула, косо глядя на сестру. Но она была права - Акраш ей был непонятен. Ни как каджит, ни как имперец. Разговаривает и ведёт себя так же, но в бою он прям превращается в дикого сенча, готового рвать и метать до победного. Возможно, дело в сдерживаемых инстинктах - непохоже, что он сдерживает их сам или в полной мере осознаёт их. Видимо, жизнь среди одних только людей да эльфов по-своему сказалась. У двойняшек с этим было проще - они с самого рождения понимали, кто они и что у них внутри. А Шеф как будто и не интересовался этим и жил как все вокруг него. Если копать глубже, то сказывалось ощущение, что он либо выдаёт себя не за того, кем кажется, либо действительно сам этого не знает или не понимает. Странный кадр.       Во всяком случае, с этим разобраться может только он сам. А они просто будут вертеться рядом - раз уж так сложилась судьба - и помогать, если понадобится. Им сейчас всё равно нечем заняться, кроме как распоряжаться своей жизнью. У них нет к нему столь безграничной верности как у Фенрира Заста, нет столь тёплых и нежных чувств, как у той же тёмной эльфийки, Мерриль. Нет невысказанных чувств и слов, как у другой девчонки, Рин. Нет ненависти, как у Фергюса. Они просто его друзья - так уж сложилась судьба. И если ему понадобится их помощь - они помогут. Просто потому что он этого заслуживает.       Да и к тому же, друзья ведь должны помогать друг другу, так?

***

      Стойкий запах гари пробивался в нос даже сквозь леденящий душу мороз. Одетый явно не совсем по погоде, Илай изумлённым взглядом оглядел старые дома у ворот Вайтрана. Чуть копоти на стенах, у одного здания так и вовсе слетела верхушка - причём на порыв ветра это явно не смахивало. Расспросив стражника у ворот, имперец осознал, в чём дело: на днях на город напал дракон. Отряд авантюристов помог городской страже отбить нападение и спасти жителей, но вместо того, чтобы наградить их почестями, капитан стражи посадил лидера группы за решётку до прибытия ярла с мирных переговоров. На самом деле затея Генерала Туллия хоть и имела смысл, но была чересчур наглой - отправлять к нему гонца сразу как только Довакин изловит дракона и отправится уничтожать Пожирателя мира.       Но это постольку поскольку. Сейчас задача Илая кое-что разнюхать, прийти к ярлу с письмом и дождаться, пока тот даст ответ. Туллий сказал дать ему столько времени, сколько нужно, даже если на это уйдёт несколько месяцев. Категорично, но тем не менее, если это затянется, то можно принять за небольшой отпуск. Насколько было известно - сейчас только ведётся подготовка к поимке того самого дракона. Значит, жертвой авантюристов был уже другой дракон. Случайно он тут оказался или нет - дело другое.       Остановившись в местном трактире и сняв комнату на пару дней, Илай сложил сумку с вещами под кроватью, снял броню и прилёг на кровать отдохнуть. Пару часов вздремнуть не помешает - решив, что мучить казённого коня на диком морозе будет жестоко, он приехал сюда на повозке, но в ней шибко не поспишь, постоянно трясёт и дерево скрипит от холода. Да и зуб на зуб не попадает.       Решив, что голод его пока не мучает, он подремал немного, после чего привёл себя в порядок с дороги. Побрился, умылся, причесался (хотя причёсывать было особо нечего, стрижка коротка как комариный нос), и оделся в подобающую форму имперского солдата - разве что ещё подштанники напялил, мороз же. В город он приехал по гражданке, хоть и не успел перед отъездом прикупить куртку потеплее. Сейчас же, перед официальным визитом, можно и приодеться как следует. Закрепив ножны с орихалковым мечом на поясе, Илай покинул таверну и направился в Драконий Предел. Охраняющий ворота стражник молча кивнул ему, спокойно пропуская имперского солдата - то ли по глупости, то ли от безответственности, то ли просто потому что сейчас действует договор о ненападении.       В любом случае, предстояло как-то подобрать нужные слова, чтобы ярл сразу не выпнул его взашей. Легионер всю дорогу думал над этим. "Коротко - и ясно" самый лучший подход. Не расшаркиваясь бросить ему свиток в лицо! И тут же со свистом залететь в тюрьму на пятнадцать суток. Если до казни не дойдёт. Шикарный план.       Распахнув массивные двери, Илай отчеканенным шагом зашёл внутрь. Просторный зал с высокими потолками, массивные деревянные колонны, повсюду увешаны охотничьи трофеи, стойки с фамильной бронёй и оружием. Породистые олени, головы медведей... Похоже, в Скайриме особенно ценят охоту на диких зверей. Что ни говори - базовая потребность людей диковатой культуры. В конце концов, норды есть норды.       Сам Илай не считал их дикарями в обычном смысле этого слова - норды народ чести и старых традиций. Пока они идут в ногу со временем, но это до тех пор, пока Империя поддерживает с ними связь. Что же станет с народом Скайрима через десять, а то и двадцать лет, если Ульфрик Буревестник победит в войне? Застой, властвование традиций над современным прогрессом? Или же они не доживут до того времени, когда уже можно об этом судить? Альдмерский Доминион становится сильнее день ото дня, в то время как Империя подавляет очаги восстаний на всех подконтрольных территориях. Не одни норды столь строптивы, как может показаться на первый взгляд. Бретонцы, оставшиеся в составе Империи, тоже плетут свои дворцовые интриги. Сиродил сейчас сам по себе.       В любом случае, это дело будущего. Сейчас у Илая своя задача - и он должен её выполнить как полагается. Ступая вверх по деревянным ступенькам, имперец отчеканенным шагом минует длинные обеденные столы, украшенные свежими яствами - близится время обеда. Желудок предательски заурчал, парень тихо цыкнул. Надо будет потом забежать в таверну и подкрепиться, он не ел с самого утра - сон оказался дороже вкусного козьего окорочка.       Карие глаза заметили небольшое столпотворение у хозяйского трона. Высокий и крепкий как морская скала норд в тяжёлой стальной броне и рогатом шлеме стоял, скрестив руки на груди, и о чём-то беседовал с маленьким - даже, казалось, чересчур маленьким - босмером средних лет в вычурной голубой мантии с золотой отделкой. Они вели себя тихо, не заглушая беседу до странного знакомой фигуры с ярлом - он видел только его спину, укутанную в поношенную мантию мага-новичка с заплатками на скорую руку, и торчащие уши с коротким чёрным ирокезом. Светло-серый каджит в редкую чёрную полоску и длинным полосатым хвостом, плавно виляющим влево-вправо. Илай не стал привлекать к себе лишнее внимание, лишь беглым взглядом вновь оглядел просторный зал.       Над троном ярла он приметил древний как сам город драконий череп. Это трофей от недавно убитого дракона? Оперативно повесили, ничего не скажешь.       - ...добраться до Айварстеда ты можешь наняв повозку в Рифтен. Маршрут пролегает как раз мимо деревушки, поэтому половину пути ты можешь преодолеть так. На крайний случай, я дам дозволение и тебе предоставят доброго коня, друг мой. Я полагаю, ты ещё задержишься в городе?       - Да, мой ярл, - каджит плавно склонил голову. - Мой друг дал мне небольшую наводку на местные нордские руины, хотелось бы сначала проверить, прежде чем идти к Седобородым. Может, я хоть что-нибудь смогу разузнать.       - Тогда позволь мне пожелать тебе удачи, - Балгруф, опираясь руками о подлокотники, поднялся с трона и положил руку на плечо кошколюда, одетого в мантию мага. - Честно говоря, я даже представить не могу, как тебе пришлось тяжело вот так узнать о своём даре, но я уверен, что тебе хватит сил справиться. Люди твоей породы - стойкие. Ты наверняка отыщешь свой путь.       - Я... - каджит хотел было ответить на столь тёплые слова, как вдруг его прервал голос хусхарла.       - Мой ярл, к вам пришёл ещё один гость, - тёмная эльфийка, которую Илай не успел заприметить (видимо было слишком темно), строгим кивком головы указала на легионера. Авентино рефлекторно встал по струнке, левая сжалась в кулак и почтенном жесте прильнула к груди, ударившись о кожаный нагрудник. - Полагаю, из Солитьюда.       И вся толпа тут же обернулась, обращая свои взгляды на незваного гостя. Маленький босмер посмотрел на парня с лёгкой улыбкой на губах и светлым взглядом, как типичный добрый добряк, каких ещё свет не видел. Норд, его напарник, медленно повернул закованную в рогатый шлем голову. Его ухоженная борода сразу же цепляла глаз, губы растянулись в широкой улыбке, выдавая смешок. Балгруф посмотрел на легионера куда с меньшей теплотой, нахмурил светлые брови, качая головой. Очевидно - его прибытие уже можно считывать как высшую степень наглости.       Серый каджит в мантии плавно повернулся к легионеру полубоком. Взгляд холодных как небесная гладь глаз устремился прямо в его лицо, расширяясь от удивления. Сам Илай, впрочем, разделял эти эмоции. Они не виделись так долго, что, казалось, могли бы уже давным-давно забыть друг друга как несчастный сон.       - Илай?.. - голос кошколюда, тихий, чуть несмелый, нарушил повисшую в зале тишину.       Легионер узнал своего старого друга. Его лицо смягчилось, карие глаза с теплом посмотрели на удивлённое лицо кошколюда, руки расслабились, потянувшись к голове.       - Акраш, - с лёгкой улыбкой на губах, Илай кивнул ему, снимая кожаный шлем с головы. В груди аж потеплело от сей внезапной встречи. - Я безумно рад тебя видеть, друг.       Здоровяк, сложил руки на боках, разразился диким хохотом, помотал головой и тут же спустился по ступеням.       - Эй, Юбколюб! Сколько лет сколько зи-и-им!       - Э.. Здоровяк?!       Не успел Илай опомниться, как норд уже схватил его как тряпичную куклу и крепко прижал к себе. Объятия, более походящие на болезненный удушающий. Выбив весь воздух из лёгких юного имперца, Здоровяк похлопал его по спине и опустил на пол, положив руку на плечо.       - Ну чё ты, ёпта, рассказывай! Как ты чё ты?!       Рассказ, однако, обещал быть очень долгим...

***

      Плавным, текучим движением поправляя вычурную тёмную перчатку на правой руке, статный альтмер в одеяниях талморского чародея взял с поверхности тёмного стола раскрытый лист бумаги и протянул сидящему напротив него эльфу. Тоже альтмеру, с солидной сединой, в очках с металлической оправой. Гараэл, качая головой, взял листок, бегло глазами прочитал его содержание и положил перед собой, беря в руку гусиное перо и макая кончик в чернила.       - Я надеюсь, моё присутствие здесь не окажется для вас столь затруднительным, мастер? - спокойным, тихим голосом осведомился гость, откидываясь на спинку стула.       - Я всегда рад тебя видеть, Артанис, поэтому можешь об этом не переживать, - Гараэл тихо хмыкнул, поджал сухие губы, рукой плавно вырисовывая собственную подпись на документе. - Тебя отправили сюда с проверкой?       Артанис - так звали спокойного гостя, - помотал головой. Высокий даже по меркам альтмеров, статный, с короткими каштановыми волосами, наголо бритые виски. Лицом он чем-то смахивал на Элмаона - у них был похожий типаж внешности, если исключить цвет глаз. У Артаниса они были голубыми, блеклыми, как у тающего льда. Но тёплыми. В отличие от змеиной позолоты его нерадивого горе-ученика.       Чуть махнув рукой, он дождался, пока Гараэл подпишет документ, и затем аккуратно подтянул лист пергамента к себе, складывая его пополам.       - Мы здесь проездом, мастер. Негоже Первому эмиссару ездить с проверками к другому Первому эмиссару, - Артанис тихо хмыкнул. - Однако моя подопечная, Селендис, всё же настаивает на этом. Ей тяжело отказать. Скорее всего мы заглянем с проверкой в Северную сторожевую крепость. Из-за инцидента полгода назад с бунтующими нордлингами, высшее начальство постановило, что этому месту надлежит проявить особое внимание.       - Элмаон будет в восторге, - устало бросил старый эльф, качая головой.       Артанис усмехнулся, отодвигая стул.       - Элмаон всегда в восторге, когда видит моё лицо. Правда, степень восторга скорее минусовая. Мы давно уже в разладе.       Гараэл тихо хмыкнул, взирая на поднимающегося со стула эльфа. Ещё мальчишка, такой же, как и Элмаон. Молодой, но в отличие от него, куда более сдержанный, мудрый не по годам. Какое-то время он занимался его наставничеством, но пыточных дел мастер из него выходил никудышный: слишком мягкий. Но за это, пожалуй, Гараэл его и ценил - нелегко найти в себе силы открыто признаться в этом и избрать для себя другую стезю. Несмотря на всю возвышенность альтмерской расы, многие из её методов и по сей день остались такими же варварскими и жестокими. И пыточное ремесло осталось в их числе.       - Тем не менее, я думаю, он обрадуется твоему появлению, - Гараэл отложил перо в чернильницу и тоже встал со стула, тихо вздыхая. Годы берут своё.       - Вы ведь тоже здесь из-за его проделок, мастер. Вряд ли из-за одного только провала леди Эленвен.       - Греха таить не вижу смысла, - старый эльф мягко улыбнулся, складывая стопку книг к краю стола. - Этот мальчишка всегда был бедовым. И всё же, лучше за ним буду присматривать я, нежели кто-то ещё. Ко мне он хотя бы прислушивается.       - Благородно, - отозвался Артанис, поставив стул на место. С долей сочувствия посмотрев на старца, он тепло улыбнулся, медленно поворачиваясь к входной двери. - Был рад вас повидать, мастер. До новых встреч.       Плавно ступая к выходу, юный эльф распахнул дверцу и махнул рукой на прощание, закрыв за собой. Гараэл так и остался стоять в одиночестве, перебирая стопку книг раз за разом, утонув в пучине своих собственных мыслей и одиночества.       - Элмаон, Элмаон... Что же ты наделал?..

***

      - Нет... Мгм, не то.       Перебирая склянки с зельями, юная имперка помотала головой. Зелёные глаза с вдумчивым прищуром разглядывали наклеенные на колбы бумажки с надписями, отчаянно выискивая нужные. Склянка за склянкой - и ничего. Понуро опустив плечи, Рин с усталым вздохом махнула рукой, подползая к кровати. Прошло где-то несколько дней с того момента, как Акраш покинул Коллегию. Дела, приключения, дух авантюризма. Она даже не думала, что будет скучать по этому балбесу, едва он только исчезнет с поля зрения.       Плюхнувшись пятой точкой на мягкую перину, она сбросила с ног милые сапожки и забралась на кровать, утыкаясь в лицом в подушку. Распущенные волосы назло лезут в рот, она лишь тихо жуёт их, задумавшись о чём-то своём. Балбес. Дурак. Придурок. Ушёл и толком ничего не сказал. Никогда ей ничего не говорит, пока она сама не спросит. Неужели он ей больше не доверяет?       Дура. Она же сама установила дистанцию между ними. Конечно же он не пришёл бы. На что она надеялась? Что Акраш будет и дальше относиться к ней как к принцессе, пока она нос воротит? Глупо. Выплюнув локоны изо рта, она перевернулась на спину, скользнула к краю кровати и тихо вздохнула. Сама от него отстранилась, а теперь лежит мучается. Ещё эту одноглазую с собой взял. Паршивец. Как только смелости хватило?       А, точно. Она ведь сама напросилась. И Рин отошла на второй, если не третий, план. Сама. Акраш же проявлял к ней своё внимание. Но она переволновалась, что это может зайти дальше, и сама отсекла его. Это говорит в ней зависть? Или же она правда жалеет об этом? Тяжело. Очень тяжело.       Их краткая романтическая история пошла от того, что её сильно гложет чувство вины. Рин подставилась под удар, а страдать за это пришлось Акрашу. Он едва не погиб, стремясь уберечь её. Она не считает себя полностью виноватой - давно уже поняла, что тот эльф уже долго преследует каджита, ходит за ним по пятам. Поэтому он плохо спал и просиживал штаны за игрой в карты и гулянками. Он просто не мог успокоиться и жить нормальной жизнью. А она его отчитывала за это. Ела ему мозги. Она не знала, но тем не менее, от этого ей не становилось спокойнее. Чувство вины только сильнее росло. Опять же, за что? Он ни секунды не раздумывал, чтобы уберечь её. Бросился в ловушку, чтобы выиграть время. Акраш бы сбежал вместе с ней, будь это простая талморская облава. Но пришли именно за ним, за его головой.       А Рин, дура, не захотела его слушать и навязалась в драку. Из-за её безмозглости всё это произошло. Глаза наливаются влагой каждый раз, как она об этом думает. Даже сейчас слёзы сами текут.       И именно из-за этого чувства вины она боится. Боится становиться ближе. Потому что, быть может, это не её настоящие чувства. Просто ошибка, вызванная огромным чувством вины. Поэтому она отстранилась. Ей страшно, если отношения зайдут дальше, а потом она избавится от чувства вины и цепной реакцией вся их романтика выветрится как дым. И останется лишь копоть, неприятная, налипшая на стенки лёгких и мешающая нормально дышать. Рин - не девушка в беде. Все беды давно покинули её жизнь. Остался лишь груз вины.       И из-за этого груза ей страшно. Но она справится. Как-нибудь сама. Она разберётся с собой и тогда будет ясно, что она действительно чувствует. И чего она действительно хочет. Ей нужно только немного времени. Совсем чуть-чуть. Немного поплакать, заняться своими делами. Чуть-чуть времени всё осмыслить, покопаться в себе. Дайте ей только чуть-чуть времени. И всё придёт в норму.       Да, всё обязательно придёт в норму. И тогда она поймёт, что же ей делать дальше.

***

      Эль течёт рекой. Звон металлических кубков с мелодичным звуком струн лютни создавал необъяснимо уютную атмосферу в таверне. Здоровяк, залпом осушив свою кружку, с характерным стуком поставил её на стол, задорно вытирая рукавом остатки эля с губ. Илай, сидевший рядом, рассмеялся, мотая головой.       Внезапная встреча с Акрашем в Драконьем Пределе помогла сгладить углы в переговорах с Ярлом Балгруфом. Тот принял Илая как гостя и спокойно выслушал предложение, однако сообщил, что своё решение он примет только после поимки дракона. Как только дело будет сделано и Довакин отправится убивать Алдуина, он сообщит Илаю о своём ответе. До тех пор - он свободен делать что угодно, в рамках дозволенного, конечно же. Желательно бы не покидать город до того момента, поэтому на предложение Здоровяка сбегать в руины как в старые добрые он, пусть и с сожалением, отказался.       - Рад вас всех видеть, друзья, - имперец хмыкнул, скрещивая руки на груди.       - Мы тоже рады, - ответил ему Акраш, отпивая из кружки. Чуть поморщив нос, он встряхнул ушами, складывая когтистые руки на столе. - Ну давай, рассказывай, как ты там вообще? Есть что нового?       - Кроме того, что теперь я числюсь в адъютантах у легата Бриарея - ничего, - имперец взялся рукой за свою кружку. - Служба в Легионе - дело стабильное. Стабильно сражаемся, охраняем границы и стараемся поддерживать порядок. И стабильно терпим запах вонючих носков в казармах.       - Да-а-а уж, - громко усмехнулся Здоровяк и могучей рукой похлопал того по спине. - И чё как там успехи в этой дрочильне?       - Дроч... Где?..       - Война, юный Илай Авентино. Он про войну, - вставил свои пять дрейков мирно сидящий в сторонке Заст, снова из игральных карт копию Башни Белого Золота. Каджит присвистнул, одобрительно качая головой. Талантище.       - Гм, да. Я про войну, - Здоровяк хмыкнул, отводя взгляд в сторону. - Я э-э-э от жаргона отдрочиться не могу, старость берёт своё.       - Здоровяк, тебе годами чуть за тридцать, какая старость?       - Молод ты ещё, Котяра, молод да зелен! С моим образом жизни я не должен был и до четверти века дожить, - он срыгнул, наливая себе между делом ещё кружку эля. - Дык вот, Юбколюб, чё там по войне-то?       Илай поджал губы, неоднозначно мотая головой. Война дело тяжёлое. И их положение сейчас, по правде сказать, незавидное. Империя начала сдавать позиции в последние полгода, и всё из-за нападений драконов на окрестные города и сёла. Везде имеется своя городская стража, безусловно, но Генерал Туллий приказал выслать по небольшим отрядам всюду, где может понадобиться помощь. Из-за этого им не хватает людей, чтобы держать оборону в стычках с Братьями Бури. А подкрепление из Сиродила не спешит выдвигаться. Казалось, всё складывается против Империи.       - Сложно сказать, Здоровяк, - Илай пожал плечами. - Сейчас Генерал Туллий сделал все ставки на перемирие и на Вайтран в частности. Если у нас получится убедить Ярла Балгруфа примкнуть к нам, то это станет поворотной точкой в Гражданской войне. Сейчас Братья Бури уверенно движутся вперёд, нам тяжело им противостоять. Ещё и при Хелгене мы потеряли наших последних боевых магов - без них дела на поле боя идут тяжко.       Акраш тихо хмыкнул. Да, он на своей шкуре знает всю убойную силу Огненного шара. Парочка таких магов и ход стычки может легко обернуться в сторону парней в юбках, нежели в сторону мятежников, которые пренебрежительно относятся к магической стезе. Один удачно брошенный огненный шар может буквально раскидать кучку бронированных солдат, одной цепной молнии достаточно чтобы испепелить как минимум двух бойцов. Буквально в пепел превратить. Мощь магии тяжело переоценить или недооценить. Акраш это понял на своём примере и по ходу своих ученических изысканий.       - Я так понимаю, из магов у вас остались только целители?       - К сожалению. И тех тоже не хватает, раненых слишком много. Последние пару стычек мы сумели обернуть в свою пользу, но цена была довольно дорога. Положение незавидное.       - Ну, не будем о грустном, - Здоровяк увесистой рукой хлопнул по столу, подзывая к себе официантку. - Барышня, нам ещё по элю!       Натянуто улыбнувшись, Илай кивнул, ковыряясь вилкой в овощном салате. Баранина сегодня, к сожалению, у них закончилась. Вот он, продовольственный дефицит во всей красе. Хотя он сам виноват, прошляпил вспышку с самого утра, когда ещё была возможность заказать себе сочный козий окорочок.       Акраш, будучи тоже не в восторге от отсутствия мяса в своей тарелке, понуро плечи опустил. И тут стукнул кулаком по плечу Илая.       - Хульда сказала, что к вечеру у них будет говядина. Поэтому не тушуйся, поедим как следует сегодня.       - Хах, спасибо, Акраш, - легионер вяло покачал головой. - Ну а что у тебя было нового за эти полгода?       Каджит повернул лицо в сторону, поджимая губы. Честно, ему хотелось нервно посмеяться, не то от радости, не то от грусти. Его ситуация непонятно к чему располагала, а что до событий за прошлое полугодие... Да, разговор будет очень долгим.       - Знаешь, Илай, - кошколюд взял в когтистые пальцы вилку, повертел ею туда-сюда, и ткнул зубчиками в листок салата. Бедный салат-латук (капуста в простонародье) неприятно заскрипела, да так сочно, что аж у автора проснулся аппетит. - По моим приключениям за эти полгода можно целую книгу писать - (шутка от автора, фить-ха!) - и одной книжки будет мало. За эти полгода я...       И Акраш неторопливо начал свой рассказ. Не приукрашивая скучное и не преуменьшая красочное. От их расставания и вплоть до событий недавних дней - он начал рассказывать ему, не скрывая неприятных подробностей и предельно честно. Душой своей каджитско-драконьей он чуял, что Илаю можно доверить всё. И даже дурных мыслей о доносе Талмору не возникало.       И, как мог бы понадеяться сам каджит, не зря.

***

      Плавно потягиваясь как кошка, Диана сбросила со своих плеч тучную шубу и с меховым воротником. Размяв тонкую, хрупкую шейку, она поправила повязку на глазу и сладко вздохнула. Так спокойно и хорошо ей не спалось уже несколько месяцев. Бросая взгляд на зеркало в углу, она подошла к нему, цокая каблуками сапог, и внимательно оглядела себя. Короткие тёмные волосы, чуть растрёпанные, слипшиеся от ветра и грязи. Она не мылась уже пару дней, пока провела их в дороге.       - Надо принять ванну... - тихо проронила она, ладонями аккуратно касаясь своей груди, пальцами водя по утончённым изгибам небольших холмиков.       Ещё несколько дней назад на её груди сияли глубокие раны от вампирских когтей - и вот те на, буквально одно заклинание чудотворца Фенрира Заста и не то что ран, даже шрамов не осталось. Красота её тела осталась неопороченной. Диана мягко улыбнулась, склоняя голову набок. Дурёха, совсем забыла следующим утром стиснуть у Акраша его любимую рубашку на память. Торопилась. А сама-то без рубашки в одной шубе щеголяла.       Она усмехнулась, вздыхая полной грудью, и отошла от зеркала, скидывая с ног сапоги. Голые пятки коснулись холодного каменного пола, она босиком добежала до кровати и плюхнулась на неё, одетая в одни только кожаные штаны.       - Дура, надо было у кровати их снять... - ладонью по лбу себя шлёпнув, усмехнулась. Совсем уже голову потеряла с этой беготнёй.       Но дело ещё не закончено. Она добралась до своей цели, осталось отдать находку в должные руки. А там... Там будет видно. И лучше разделаться с этим поскорее. Помотав головой, она встала с кровати и поросячьей рысью добралась до любимых сапог. Обувшись, она подошла к шкафу рядышком и распахнула дверцы. Выбрав первую попавшуюся рубашку, она накинула её на голое тело и застегнула пару пуговиц и снова накинула на плечи любимую шубу. Поправив непослушные локоны, она взяла со столика диадему и вышла из комнаты. Перед её глазом предстал тёмный, длинный коридор, освещаемый лишь блеклым светом факелов, горящих холодным синим пламенем. Спрятав руки в карманы, она лёгкой походкой пошла вперёд, минуя извилистые повороты в другие коридоры этих необъятных катакомб.       Да, верно. Она была не в таверне, это была именно что гробница. Нордская. Хотя можно ли назвать это место гробницей, учитывая, что отсюда вычистили весь драугрский смрад? Тот ещё вопрос. И не об этом она должна сейчас думать. Почувствовав тяжёлое присутствие за своей спиной, Диана обернулась и миленько махнула маленькой ладошкой.       - Привет, Асвард.       - Диана, - норд в кольчуге приветственно отвесил кивок. - Я уже тебя заждался.       - Возникли небольшие проблемы. Проныра на вампире отчаянно не хотел сдаваться, - она хмыкнула, продолжая идти дальше. Асвард поравнялся с ней, бросая хмурый взгляд. - Не смотри так, я пыталась изо всех сил.       - Ты могла погибнуть, - с причитанием в голосе бросил он, беззлобно ругнулся. - Я уже хотел вмешаться.       - Так отчего же не стал? Твоя помощь была бы кстати.       Асвард замолчал. Угрюмо. Тяжело. У Дианы аж на сердце потяжелело - она ненавидит, когда он так замолкает. Пихнув локтем того в бок, она подняла на него взгляд.       - Асвард?       - Я учуял волка. Старого. Мудрого. Сильного, - он говорил отрывисто, будто пытаясь вновь прокрутить в голове весь спектр тогдашних эмоций. - Но лишённого благословения Хирсина. Волка, который сам отказался от Его дара. Я был там не нужен.       - Волка? О ком ты? Там был разве что милый и дурашливый каджит да бычара с тебя ростом, - хмыкнула Диана, а затем резко умолкла, обдумывая слова друга. - Нет, подожди, ты это не серьёзно. Старина Фенрир?       - Ни для кого не секрет, что маленькие эльфы заключают сделки с Повелителем Охоты, Диана, - Асвард угрюмо фыркнул. - Как и не секрет, что он к ним очень сильно располагает. Маленькие эльфы лучшие охотники Тамриэля. Они знают, как загнать жертву в ловушку. Знают, что такое страх и как с ним бороться. Очень много знают. Раздражает.       - И тем не менее, себя он не раскрыл. Хотя это было бы лучше, чем сидеть и ждать, пока настроится заклинание, - Диана покачала головой, поджимая губы.       - Он просто не может, Диана, - констатировал Асвард, хмыкая. - Маленький эльф сам отказался от дара, но Хирсин не снял с него своей метки. У Бога-Охотника на него свои планы.       - Мне уже его жаль. Знаешь, никогда бы не подумала, что у такого добряка есть такой ужасный скелет в шкафу, - она мельком взглянула на Асварда и смущённо сжала плечи. - Извини.       Асвард беззлобно рыкнул, легонько хлопая ту по плечу. Он никогда на неё не обижался. Всегда был на её стороне. Бретонка улыбнулась, бросая взгляд вперёд. Тронный зал был уже близко.       - Можешь за него не переживать. Повелитель сказал, что пока он не представляет угрозы.       - Этот "Повелитель" много чего говорит, Асвард, - с пренебрежением высказалась Авье, скрещивая руки под грудью. - Я бы с опаской относилась к его речам.       - Но он помогает тебе с твоим недугом. Стоит хоть немного довериться.       Колдунья покачала головой, закатывая глаз. Она вновь пихнула того локтем в бок, недовольно мыкая. Из всех людей в своей жизни она могла доверять только этому волку в человечьей шкуре. И никому больше. Даже Засту. Даже Толфдиру. Никто не вызывал доверия больше, чем этот узколобый громила - и не потому, что он глуп, нет. Асвард очень даже умён, только живёт по звериным порядкам и руководствуется инстинктами. Сложно его за это судить, когда ты всю сознательную жизнь живёшь со зверем внутри себя.       Диана его понимала. Это был не его выбор, но он им гордится. Как и гордится собой. А вот собой она гордиться не может. Она совершила самую глупую ошибку в своей жизни ещё долгие тридцать два года назад и по сей день за неё расплачивается чудовищными кошмарами. Кошмарами, которые не кончаются, пока не выполнить определённое условие. И то помогает от силы на неделю.       Ещё пара спокойных ночей была впереди, а потом ей придётся опять с ними мучиться, пока условие не будет выполнено. И так раз за разом. До конца жизни, которая вряд ли кончится от простой старости. Эта тварь не даст этому случиться. Диана в этом была уверена как никогда.       Пройдя мимо двух сторожевых солдат в одеяниях древненордской прислуги драконьего культа, Диана вошла в просторный тронный зал. Она видела его уже не раз, но каждый раз захватывало дух. Нет, он не отличался чем-то особенным, просто был достаточно крупным. Больше завораживала его атмосфера. Мрачная, гнетущая. Пропитанная тоской и унынием. И вместе с тем - в ней витала своя мощь. Мягкая, но готовая тяжёлой рукой сдавить шею насмерть. На вычурном, обшарпанном и повидавшим годы троне, сидела фигура, одетая в простую, невыразительную мантию. Вернее даже сказать - на мужчине была белая рубашка, а поверх неё просто кожаный плащ, чем-то похожий на свадебный сюртук. Чёрный, тоже повидавший время и потерявший свой лоск. Оттого и невыразительный.       Это был данмер, зрелый на вид, с аккуратно ухоженной бородой, короткой. Кажется, она стала ещё меньше с их последней встречи. Короткие волосы были неухоженными, растрёпанными. Последствие бессонных ночей - она никогда не замечала, чтобы этот эльф имел тенденцию спать. Он восседал на троне с видимой отрешённостью, подпирая сжатой в кулак ладонью голову. Взгляд - задумчивый, глубокий. Алые глаза сияли в этой кромешной тьме как глаза монстра.       Он и впрямь был своего рода монстром, но не в привычном понимании. Если смертного можно было назвать монстром - то только за его характер, темперамент или его деяния. И ничего из этого не вписывалось в характеристику этого эльфа. Его не назвать таким уж загадочным, или же сказать, что он специально создаёт такой образ - больше сказывалось ощущение, что он сам до конца не знает, кто он на самом деле.       - С возвращением, Диана, - мягким, бархатистым тоном поприветствовал её данмер. Его губы сами собой сложились в тонкую улыбку. - Как твои успехи?       - Здравствуй, Солджиус, - приветственный кивок отвесила Диана. Поклона не будет, много хочет. - Я сделала то, о чём ты просил. Она при мне.       Солджиус, удовлетворённо кивая, медленно поднялся с трона и спустился вниз по ступеням. Грубые руки эльфа были спрятаны в карманы плаща, он безразличным взглядом смерил норда возле бретонки и подошёл к ним ближе.       Диана, решив не медлить, достала из широкого кармана шубы свёрток. Драконья маска, обмотанная кровавыми лоскутами - хоть на что-то сгодилась её старая рубашка. Данмер, проницательно взглянув на неё, спокойно перевёл взгляд на лицо бретонки.       - Надеюсь, осложнений не возникло?       - Была парочка. Например, ты не сказал, что вампиры умеют оборачиваться страшными тварями, - с нотками яда бросила Диана, протягивая несчастный свёрток.       - Я верил в твои силы, - ответил ей Солджиус бархатистым тоном, деликатно забирая свёрток в свою руку. - К тому же, с вами ведь был Фенрир Заст. Ценный актив.       Невероятно ценный, ты просто не представляешь, - в сердцах и мыслях съязвила Авье, вместе с тем мило улыбаясь.       - Я рада твоей вере в меня, но тем не менее, ты мог и предупредить. Я бы тогда подготовилась получше.       - И тем не менее, ты жива и здорова, - хмыкнул Солджиус, складывая губы в довольной ухмылке. - И Фенрир Заст прекрасно показал, что всё ещё при силах. Это была полезная информация.       - Ты использовал Диану только для этого? - тихо рыкнул Асвард, стискивая кулаки. - Чтобы узнать, на что способен малявка-эльф?       Солджиус покачал головой, поднимая изучающий взгляд на нордлинга. А после - одарил его ухмылкой.       - Вовсе нет. Я не ожидал, что он присоединится к вашей компании, это скорее приятный бонус. Не более того.       - Гм...       Сдержав порыв взять худощавого данмера как тряпичную куклу и разбить ему лицо об пол, норд отвернулся, не желая вклиниваться в разговор. Эльф перевёл свой взгляд обратно на бретонку.       - Твой друг не отличается терпением. Советую поработать над этим.       - Асвард сам решит, над чем ему работать, а что лучше не трогать, Солджиус, - она замолкла на секунду. - При всём уважении.       Данмер многозначительно повёл плечами, после чего вынул руку из кармана и плавно протянул ей серебряный кулон, в сердцевине которого инкрустирован алый рубин.       - Возьми, это поможет унять кошмары. Зачарование потеряет свою силу через месяц, не раньше.       Диана с сомнением посмотрела на побрякушку и судорожно выдохнула. Тонкие брови сложились домиком. Она недовольно выхватила кулон с мужской ладони и спрятала в карман шубы.       - И долго ты будешь кормить меня этими кольцами да прочей бижутерией? Солджиус, мы же договорились...       - Диана, - мягкий бархатистый тон вдруг сменился холодным, чуть жестковатым. Данмер строго посмотрел на неё, чуть склоняя голову вбок. - Нелегко найти способ от твоего недуга. Пока что я могу помочь тебе только этим. Даэдра с особым упоением вцепился именно в твою душу. Тяжело будет выторговать для неё свободу.       - А мне как прикажешь жить всё это время? Я чувствую, как его сила растёт на моих терзаниях, Солджиус! - вспылила девушка, шумно втянула носом воздух - кажется, на глазах уже слёзы наворачиваются. Она касается ладонью повязки с золотистым узором в виде карточной масти "Пик", накрывает её, готовая сорвать в любой момент. - Его метка не даёт мне покоя, я не знаю, мне уже почти ничего не помогает.       - Я что-нибудь придумаю, чтобы решить эту проблему. Прояви терпение, Диана, - он протягивает руку, касаясь своей ладони чужой, мягко сжимает, отнимая её от лица. - И не вздумай снимать повязку. Максимум на ночь. Она помогает сдерживать его влияние, не забыла?       Диана скуксила лицо - не от каприза, а от досады. Одинокая слеза сама собой скатилась вниз по щеке с открытого глаза. Бретонка прикрыла веко, шмыгая носом.       - Я помню, Солджиус.       Она всё помнила. Помнила все эти страдания. Помнила, как он предложил ей свою помощь пару лет назад. И он помогал ей. Но даже несмотря на его поддержку, она всё ещё не могла проникнуться к нему доверием. И от этого даже досадно, от этого она столь нетерпелива и не может поверить в вероятность успеха.       Она всё помнила. До последней секунды. И она даже не заметила, как сильные мужские руки аккуратно затянули её в дружеские, крепкие объятия. Диана тоскливо уткнулась в плечо данмера, сложив руки у него на груди. И лишь тихо всхлипывала в ткань поношенного сюртука, не в силах сдерживать слёзы.       В зале повисла гнетущая тишина, нарушаемая лишь тихими стенаниями Дианы Авье, великой колдуньи. Асвард стоял в углу, от бессилия стуча носком ботинка по полу, а Солджиус лишь крепко обнимал её, плавно водя ладонью по спине, с утешением. Его лицо не выражало собой ничего, кроме вечной тоски и сочувствия.       Ни улыбки, ни грустной мины. Лишь лёгкая отрешённость. Он всегда таким был.

***

      Ловко отбивая щитом летящую в него стрелу, Здоровяк метнул в стоящего поодаль драугра свой топор. Тот впечатался в грудь мертвеца, опрокидывая дряхлое тело на пол. Сияние в глазах потухло, тварь была (вновь) отправлена к праотцам - если такое понятие для проклятых на вечное служение даже после смерти в принципе применимо.       Вскинув правую ладонь, Акраш призывал энергию маны и преобразовал её в огненную стрелу. Та прилетела точно в голову бегущего на него драугра в тяжёлой броне. Старый обшарпанный шлем слетел с дряхлой головы и со звоном отлетел в сторону, находя точку приземления на голове другого, бывшего без головного убора. Сев на нём сикось-накось, он закрыл ему весь обзор - и это позволило Засту зачитать заклинание. Яркая вспышка впилась в грудь мертвеца и тот осел на полу как мешок с картошкой.       Каджит, зачитывая заклинание призванного кинжала, упреждающим ударом сначала пнул тяжеловеса в грудь ногой, а затем метнул кинжал в обгоревшую голову. Драугр упал замертво, не подавая признаков нежизни. Отряхнув руки, Акраш усмехнулся, оглядывая поле боя. Итог один: авантюристы - три, драугры - ноль. Сухая победа.       - Ух, славно оттянулись! - гаркнул Здоровяк, вынимая топор из дохлой тушки. Взмахнув им, он повесил его на пояс. Голубые глаза пропоицы устремились на кошколюда. - Жалко, что Юбколюба здесь нет. Ему бы понравилось!       Акраш звучно рассмеялся, мотая головой. Да уж, если вспомнить, как бедолага легионер трясся полгода назад в этих руинах, было бы тяжело представить, что сейчас ему тут точно пришлось бы по вкусу. К их общему сожалению, из-за дел связанных с посланием для ярла, ему пришлось остаться в городе до лучших времён. Понятное дело, что приготовления для поимки дракона не займут много времени - возможно, к их возвращению в город, Довакин уже успеет слетать на драконе куда ему надо. Возможно нет. Каджит уже осведомлялся у ярла по этой теме, но внятных ответов не получил - похоже, он сам не представляет, как это будет происходить.       Тем не менее, у Илая была причина остаться. Печально, но факт.       Поправив сползший набок капюшон, Акраш сунул руки в карманы и побрёл дальше. Здоровяк шёл впереди группы, освещая факелом дорогу - ведь не все могли видеть в темноте так хорошо, как кошколюд. У босмеров острый глаз, но даже идеальное зрение в кромешной тьме не поможет. К сожалению.       Во всяком случае, дальнейшая прогулка по Ветреному пику прошла без особых трудностей - тела драугров валялись тут и там. Очевидно, убрать их в этой части было некому, а судя по следам разложения - лежат они достаточно давно. Тяжело определить на сколько давно - ветхая плоть насквозь пропитана бальзамическими маслами, тут даже дедукция или профессиональный взгляд не поможет. Так он думал, по крайней мере. Заст, может, что-нибудь да сказал бы по этому поводу, но спрашивать его не хотелось.       Недолго шагая, они дошли до длинного коридора, стены которого были украшены нордскими письменами и рисунками. Каджит решил не всматриваться - он не любитель и не знаток культуры древних постояльцев сего чудного заведения. Однако глаз зацепило тело, лежащее впереди, в конце коридора. Группа неторопливо подошла к нему, встала в кружок. Средних лет авантюрист, чьё тело осталось лежать здесь и гнить. Тёмная дряблая кожа, острые уши. Сгнившие и вытекшие глаза.       - Это Арвел?..       Здоровяк молча кивнул, смерив тоскливым взглядом старого друга. А затем просто отвернулся и пошёл дальше. Каджит не стал задаваться вопросом, почему тот не похоронил его тело, пока была возможность. Возможно, в наказание за жадность. Всё-таки, дважды попадаться на одном и том же...       - Слушай, а как ты понял, что Арвел снова украл Коготь? - в спину тому глядя спросил Акраш.       - Раньше здесь была дверь. Коготь был ключом от неё. Когда я нашёл Арвела здесь мёртвым, Когтя при нём не было, - Здоровяк покачал головой. - Он не дурак. Придурок, но не дурак. Если бы бежал от смерти - не пришёл бы к двери, которую невозможно открыть.       Ответ звучал убедительно. Хмыкнув, Акраш посмотрел на Заста, сложившего ладони в молитвенном жесте. Прямо как жрец Аркея. Похоже, это тоже его обязанность как целителя и мастера Школы Восстановления - однобокое суждение, но каджит бы иначе не объяснил, почему Заст так делает.       Впрочем, этот маленький босмер всегда трепетно относился к такому понятию как ценность жизни.       Мягко похлопав эльфа по плечу, Акраш кивнул в спину Здоровяку и они нагнали норда. Минуя замудрённый спуск и ещё несколько проходов, они пришли в здоровенную пещеру, с небольшой трещиной в потолке. Оттуда пробивались лучи закатного солнца, освещая собой высокую скалу, в которую вдолбили что-то подобие стены. Полукруглой стены, с изображением драконьей морды и резными иероглифами, неаккуратными, но идущими ровно в один ряд. Сразу видно: куриной лапой писано. Вернее, драконьей.       Подобравшись к ней ближе, Здоровяк хлопнул Акраша по спине, указывая на чудаковатое изваяние - иначе эту стену и не назвать. Каджит, несмело взглянув сначала на норда, с сомнением поджал губы.       - Ну же, Котяра, давай. Ты видишь на ней что-нибудь?       - В смысле? Я что-то должен был там увидеть?       Норд лишь пожал плечами, затем ещё раз хлопнул того по спине. Покачнувшись вперёд, Акраш выставил ногу, удерживая равновесие. Недовольно бросая взгляд на авантюриста, он фыркнул, зашипел как агрессивный кот, а затем посмотрел в сторону стены.       - О... Кажется, да, подожди, что-то на ней есть. Но я не понимаю, что.       - Подойди, попробуй прочитать, - Здоровяк хмыкнул, скрещивая руки на груди. - Говорят, Драконорождённые могу читать драконий язык. Конечно, вряд ли они его понимают как положено крылатым пиздюкам, но ты попробуй.       - Ха... Попробуй. Легче сказать, чем сделать.       Не решаясь сдвинуться с места, Акраш прищурил глаза, всматриваясь в мерцающие царапины на каменной стене. Было трудно что-то разглядеть - мерцание буквально плыло, не давая зацепиться за текст. Заст, увидев сомнения каджита, подошёл к нему и аккуратно взял за рукав.       - Эй, Босс, пойдём. Я схожу с тобой.       С удивлением переведя взор на маленького босмера, Акраш похлопал глазами, задумался на секунду, а затем кивнул. Вместе, рука об руку, они медленно подошли к Стене Слов. И по мере приближения, сияние становилось ярче, иероглифы становились чётче - на лице Заста было абсолютно спокойное выражение лица, из чего каджит сделал вывод, что этого света он попросту не видит.       Значит, дело было в нём. В его душе. Ещё одно подтверждение того, чего он не хотел.       Подойдя почти вплотную к стене, Акраш выпустил руку босмера и плавно, боязливо коснулся кончиками когтистых пальцев светящегося узора. Провёл по ним, подушечками проникая в углубления, чуть нажимая.       А затем его как будто хватил удар. Мощный толчок в грудь, но не физический. Внутри всё сжалось, невидящий взор упёрся в стену, прямо в иероглифы, которые начали угасать. И по мере их угасания, в памяти Акраша чётко отражались эти самые иероглифы. Точь в точь. Чёрточка к чёрточке, точка к точке. Он не понимал их значения, но память, душа и тело приняли их как родные, как будто так всегда и было.       Отпрянув от стены, он схватился за голову. Не удержав равновесия, осел на холодном камне, ударившись задницей. Судорожно дыша, он попытался унять дрожь в руках, зажмурил глаза, шумно выдыхая.       - Котяра! - сорвавшись с места, Здоровяк подбежал к каджиту и присел рядом, укладывая руку на плечо. - Ты как!? В норме? Ты что-то смог прочесть?       - Я... Не знаю. Я не умею их читать, но как будто бы... - он замолк, поднимая взгляд на стену. Она погасла, выдав свой последний секрет одному из последних Драконорождённых, и теперь вновь уснула вечным сном. - Как будто бы я... Понял, что на ней написано. Но не словами. А... Не знаю, естеством. Это что-то на уровне мышечной памяти, наверное. У меня такое чувство, будто я могу без запинки произнести то, что прочитал. Но не понять сути.       - Тяжело однако... - задумчиво хмыкнул норд. Приложив ладонь к бороде, он почесал её, поднимаясь на ноги. - Может быть тебе стоит..?       - Что?       Звучно промычав, Здоровяк жестами попытался изобразить что-то невнятное. Посмотрев на него как на дебила, Акраш пальцем у виска повертел.       Однако тут же его взгляд внезапно зацепился за Заста. Маленький эльф встал напротив него, складывая руки вместе и создавая защитный магический оберег. Посмотрев на маленького эльфа с долей признательности, Акраш кивнул. Стало понятно, что он хочет от него. Поднявшись с земли, кошколюд сделал глубокий вдох, размеренный выдох. Он собрал всю волю в кулак, сжал её, и направил её в своё сердце. В душу.       Едва он раскрыл рот, как вспыхнувшие в памяти иероглифы сами зазвучали на языке. Волна неведомой силы захлестнула всё его тело от пяток до кончиков ушей и вышла через его голос неистовым выкриком.       - Фус!       И волна неведомой, могучей силы, столкнулась с магическим оберегом Заста, пробивая защиту. Оберег с треском битого стекла разлетелся, босмер чуть пошатнулся, но прочно устоял на ногах, удовлетворённо кивая. Отряхнув руки, он принюхался к ним.       - О, травой пахнет.       - Ха-ха! ХА! - весело взмыл рукой вверх Здоровяк, победно так, бодро. - ХА, Котяра, да у тебя талант!       Шумно выдохнув, Акраш покачал головой, улыбаясь через силу. Это был конец его спокойной жизни. Теперь официально: это недоразумение на Акраше теперь ещё и Довакин, ко всем его заслугам. И к сожалению, вопросов теперь появилось ещё больше.       Босмер, тепло улыбаясь, аккуратно подошёл к кошколюду и, встав на цыпочки, похлопал того по плечу. Отечески так, бодро.       - Что ты будешь с этим теперь делать, Босс? Ты теперь официально Довакин.       - Я... - Акраш запнулся, бегающим взглядом осматривая лицо Заста. На долю секунды прикрыл очи, он ладонью вытер своё мохнатое лицо и судорожно выдохнул. - Ничего. Я с этим ничего не буду делать.       И конечно, он слукавил. Заст, понимая это по дрожи в его голосе, лишь ухмыльнулся. Снова похлопав по плечу, он убрал руку, пряча её в складках робы.       - В таком случае, Босс, предлагаю тебе немного отдохнуть. Ты это заслужил.       Да, отдых. И правда. Небольшой привал тут, потом обратно в Вайтран. Там он поспит, забудет этот день как страшный сон и...       - Нет, не время, - бросил он, спрятав озябшие ладони в карманы. - Я что-нибудь придумаю, но я точно знаю две вещи: ноги моей у Седобородых не будет.       А вторая - это то, что он никогда в своей жизни не станет спасать мир. Ни за что. И никто его не заставит. Быть героем - это работа не для него. Для какого-нибудь избранного. И место избранного сейчас как раз очень так кстати занято.       Но и бросать талант на самотёк тоже не вариант. С тихим вздохом прикрывая глаза, он приподнял голову, задирая подбородок кверху.       - Мне срочно нужно повидать Алокнира. Непременно.