This Christmas (i'll Burn It to the Ground)

Гет
PG-13
Завершён
15
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
4 страницы, 1 часть
Метки:
Описание:
- Вы сказали, что сегодня ужасный день, но сегодня ведь рождество. Вы не любите его?
- Мой самый нелюбимый день в году, - сказала Мортиша, обернувшись через плечо.
- Значит я сожгу его дотла
Посвящение:
Незакрытой сессии
Примечания автора:
Мой видос на эту тему (не совсем трейлер, но там как посмотреть)
https://youtu.be/cF52ol9yyVY

Вдохновлялась песней "Set it Off - This Christmas"
Фанфик не Songfic, ибо из песни тут только пару строчек
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
15 Нравится 1 Отзывы 2 В сборник Скачать

Часть 1

Настройки текста
      В воздухе просвистела стрела и воткнулась острым наконечником в мишень, всего в паре сантиметров от головы мальчика. Возможно он и хотел закричать, но сделать ему это не позволял кляп. Возможно кляп исчез из комнаты хозяев мрачного особняка, но если после игры дети вернуть его на место, никто и не заметит пропажи. — Сегодня с арбалетом не очень выходит, попробуем кинжалы, — на белом личике, обрамленном черными косичками, сверкнула демоническая улыбка.       За обедом один стул пустовал.

***

— Чудесная, мрачная ночь, полная луна, крики стервятников над свежими незахороненными трупами… — Никакая ночь не сможет соревноваться с тобой в красоте, cara mia, — мужчина аккуратно взял ухоженные руки супруги в свои шершавые ладони. — Хотя, признаюсь, эту ночь спасают только трупы у раскопанных могил.       Над семейным кладбищем четы Аддамс пролетел ворон, громко каркая. Порывы ветра срывали шаль Мортисии, намериваясь добраться до самых темных уголков души женщины. Если она у нее была, конечно, но это мог проверить лишь ее супруг, другим не было позволено приближаться слишком близко к черноволосой. Не считая тех редких самоубийц, желающих найти скоропостижную смерть от острой шпаги. — Querido, даже погода сегодня на редкость чудесная. — Ветер пробирает до костей. Слишком уютно для рождества, — на последних славах лицо Мортиши усеяли маленькие морщинки недовольства. Женщина невольно закатила глаза, вспоминая о том, что сегодня даже кипящего масла ни на кого не вылить, Ларч взял отгул и уехал к маме, а в доме больше не было силачей, способных занести на крышу особняка тяжелый чан. — Мортисия, ты помнишь наше первое рождество? — Ох, Гомес, я отказала тебе тогда в восьмой раз.

***

— Но мама, я не могу жениться на Офелии! — На красавицах Флоре и Фауне не можешь, на Офелии не можешь, а она, между прочим, Гомес, наследница очень важного рода, — парень после слов матери снова закурил, в ход шла уже, наверно, четвертая сигара. — Да я лучше на гвоздях спать буду! На дыбу лягу! — Гомес! Сначала дела, а потом только развлечения. Ну чем, чем тебе не нравится мисс Фрамп? — Она блондинка, — пятая сигара, — наши дети будут уродами. — Твоя кузина Клэр тоже блондинка… — Вот именно! — Не перебивай меня, Гомес. Твоя кузина Клэр вышла замуж за богатого англичанина, которого ей нашли ее родители. И ты женишься на той девушке, которая понравится мне. И которая будет носить знатную фамилию или пару-тройку миллионов в акциях.       Миссис Аддамс тяжело опустилась в кресло. Ей и так нелегко было справляться с бытом огромного особняка, так еще и после смерти мужа на ее хрупкие плечи легли заботы о семейном бизнесе.       Недавно почтальон принес не самое радостное письмо от родственников.       «По обычаям семьи Аддамс, если старший сын умирает, не оставив завещания, все имущество возвращается отцу. В случае, если отца нет в живых, младший сын или дочь могут вступить в наследство только после брака.»       Никто не знал, когда и кем были установлены эти законы, но и перечить им никто не осмеливался.       Миссис Аддамс уже несколько лет носила траур по старшему сыну, но и младшему желала лишь всего самого лучшего в жизни. А Гомес был тем еще упрямым индюком и никак не мог осмыслить, что действовать надо прямо сейчас, пока никто из кузин или кузенов не предъявил свои права на особняк и пару триллионов к нему прилагающихся. Миссис Аддамс глубоко вздохнула. — Хорошо, дорогой, и что же ты хочешь? Подождать пару лет и лишиться всего имущества? Жить под мостом? Да, отличный план, под мостом, но хоть без кольца на пальце, — по впалой от стресса щеке женщины, покатилась блестящая слезинка. — Я женюсь, мама. Я женюсь, да, обещаю. — Гомес закурил шестую сигару за последний час, — Только не на Офелии, — под усами мелькнула хитрая улыбка, — раз ты хочешь заполучить для меня невесту из знатного рода, то я возьму в жены Мортисию. — Мортисию? Миртисию Фрамп? — женщина громко рассмеялась, да так, что люстра задрожала, — Да, малышка Мортисия. И сколько раз она тебе уже отказала?       Гомес опустил голову, потупив взгляд в яркие узоры ковра. Вещь впервые оживился за разговор, сначала подпрыгнул на месте, а потом стал энергично выстукивать семерку азбукой Морзе. Два тире, три точки. Нет хуже унижения, когда даже Вещь знает о твоих любовных неудачах. Два тире, три точки.       Они познакомились на похоронах дальнего родственника Аддамсов. Недавно, осенью вроде, а может и в конце лета. Гробовая тишина, облака, закрывающие солнце. И она. Ее идеальное лицо было белее трупа дяди Шарля. Черные как смоль волосы, заплетенные в тугую косу, и такого же цвета глаза. Бледные руки аккуратно сжимали стебли роз. Бутонов не было, но это к лучшему, их яркий цвет портил бы всю красоту и элегантность хрупкой девушки. В тот же день он предложил ей всего себя. Руку, сердце, огромный дом, состояние и руку, на этот раз не Вещь, а свою, в знак поддержки, любви и безмерной преданности. Тогда она отказала в первый раз.       Когда Гомеса привели на смотрины будущей невесты в дом Фрамп, он не мог упустить такой возможности и снова сделал предложение Мортише. В седьмой раз. Два тире, три точки. — Вещь, достаточно, мы поняли. Скажи, Гомес, почему ты уверен, что она не откажет тебе на этот раз? — Раньше она мне отказывала, так как была обручена. Я это исправил. — Вещь радостно запрыгал, вспоминая тот день. — Завтра рождество. Попытаю удачу еще раз! — Гомес, наши пыточные инструменты еще не наточили, оставь это на потом.

***

      Декабрьский ветер покачивал облысевшие кроны деревьев. Гомес ждал всю богиню мира мертвых уже около часа. Да, он пришел за полтора часа до назначенного времени на место встречи, но ожидание мучительно выжигало его изнутри.       И тут появилась она. Выплыла на тропинку, ведущую к заброшенной части парка. Покачивая бедрами, Мортиша медленно приблизилась к, уже давно не крашеной, скамье. Черное платье покрылось небольшими складками, когда девушка присела. — Мистер Аддамс… Гомес, прежде чем вы что-то скажите, я хочу поблагодарить вас. Я знаю, что смерть моего жениха дело ваших рук. Всех трех, — Мортисия улыбнулась уголками губ, смотря на то, как вещь весело бегает вокруг них. — Я не хотела выходить замуж за Виктора, это было dеcision de maman. — Мисс Фрамп, вы говорите по-французски? — Oui. — Позволите? — Гомес взял аккуратную ручку девушки в свою и запечатлел на ней нежный поцелуй. — Мортисия, вы пленили мое сердце с самой первой встречи. Да я готов вырвать сердце из груди и преподнести его вам. Не свое, конечно, но я слышал, что продавец в мясной лавке был груб с вами.       Девушка не торопилась с ответом, наблюдая за игрой Вещи. Ручка, вывалявшись в грязи и луже, сейчас пытался вытереться опавшими листьями. — Мисс Фрамп, я смотрю вам очень нравится мой друг? — Да, он забавно чешется, — девушка издала сдавленный смешок. Наверно, наибольшее проявление эмоций, которое Гомес видел у нее. — Я где-то слышал, что правая рука чешется к деньгам. Так может это знак, Мортисия? Вы выйдете за меня? — Гомес достал из кармана пиджака старое, но очень красивое кольцо. Еще три часа назад оно принадлежало покойной бабушке Аддамс. — А я слышала, что то, что чешется правая рука, предупреждает о скорых несчастьях. И знаете, Гомес, я больше склонна верить этой примете. Делать предложение в такой ужасный день. Просто уму непостижимо. Признаюсь честно, вы мне симпатичны, но ваших слов любви мало, я верю только действиям, — Мортиша уже хотела было уходить, но оклик парня ее остановил. — Вы сказали, что сегодня ужасный день, но сегодня ведь рождество. Вы не любите его? — Мой самый нелюбимый день в году, — сказала Мортиша, обернувшись через плечо. — Значит я сожгу его дотла, — легкая улыбка заиграла на бледных губах под усами.

***

— Ох, Гомес, я отказала тебе тогда в восьмой раз. — Мортисия перевела нежный взгляд на супруга. — И согласилась на девятый, — легкая ухмылка и снова нежный поцелуй оставлен на тыльной стороне ладони прелестной Мортисии. — Вы с Вещью собрали по улицам города 16 елей. Тысячу подарков… — Наивные дети в торговом центре думали, что эта куча достанется им. — Ты облил все бензином и торжественно кинул горящую спичку. Чудесный костер, прекрасное пламя. Mon cher, это был лучший подарок на рождество.       Супруги медленно приблизились друг к другу, оттягивая сладкий момент поцелуя. Губы соприкасаются сначала в неуверенном движении, но потом поцелуй перерастает в танец страсти. Руки ведут себя все раскованнее, Гомес хочет изучить каждый миллиметр ее кожи прямо на этом диване. Поцелуи становятся еще жарче и у Мортиши уже нет сил сдерживать стоны. — Мам, пап, я пойду поиграюсь на кладбище, — сказала Венсдей, постукивая лопатой по ближайшему памятнику, прерывая то, что могло стать прекрасным окончанием вечера в супружеской постели. — Отличная идея, — не без разочарования в голосе сказал Гомес, — а где твой брат? — Он присоединиться ко мне позже. Мы будем играть в могильщика и труп. — Да? И какая роль у Пагсли? — Человека, который любит рождество.       Хищная улыбка обнажила два ряда белых зубов. Косички подпрыгивали в такт движениям лопаты.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты