По воле небес

— Кодовое слово? Серьезно? — засомневался Магнус, когда они подошли к двери. — Значит, Катарина уже в курсе. — А кто мне дал эту наводку, по-твоему? — отозвался Рафаэль. — Председатель Мяо? — неуверенно сказал Алек. — Чего? — прыснул хранитель. — При чем тут Мяо? — Ну, вы сказали «кодовое слово», — смутился парень. — Я знаю только кодовое слово у Кат… — Чшшш! — зашипел Магнус, зажимая ему рот ладонью. — Тут и у стен есть уши! — Здесь другое кодовое слово, — лениво сказал Рафаэль. — Ты его знаешь? — уточнил ангел. — Нет, я по приколу вас сюда притащил, — съязвил вампир. — Разумеется! — Тогда какого ангела ты тянешь? Говори давай, — поторопил его Бейн. — Я выдерживал драматическую паузу, — ухмыльнулся Сантьяго и выразительно произнес: «Капусточка моя».       На глазах у скептически настроенного Алека дверной замок щёлкнул. Магнус захохотал во всё горло, первым заходя в квартиру. — Я тоже ржал, — довольно залыбился Рафаэль, пропуская вперёд Алека. — А ничего, что этот пароль вы произнесли вслух? Его ведь тоже могут услышать, — заметил Алек, оказавшись в темной прихожей. — Правильный пароль, произнесенный вслух с целью открыть дверь, могут услышать лишь те, кто пытается войти, — ответил ему мужской голос из глубины квартиры. — Неверный же могут услышать все, так что с этим поосторожнее.       Загорелся свет, и Алек увидел мужчину лет сорока пяти. Его кожа была бледной, на голове странная приподнятая прическа в лучших традициях пятидесятых годов, темные волосы с едва пробивающимися седыми волосками и свободный костюм без пиджака. Несмотря на некоторые несостыковки в деталях, Лайтвуд узнал в нём друга Магнуса с фотографии. — Рад, что ты жив, капусточка, — немедленно подтрунил ангел, повисая у него на шее. — Предпочел бы сгинуть, чтобы больше не слышать этих дурацких прозвищ, — ворчливо произнес мужчина, обнимая его в ответ. С Рафаэлем они просто обменялись кивками, а вот брюнету он протянул руку. — Рагнор Фелл, — представился он. — Будем знакомы. — Я знаю, — улыбнулся парень. — Алек Лайтвуд. Очень приятно. — Знаешь? — удивленно поднял брови Рагнор. — Видел у Магнуса фотки, — пояснил парень. — Правда, там Вы выглядели… слегка по-другому. — Вот так? — поинтересовался Фелл, щелкая пальцами и снимая гламур. — Ого! — вытаращил глаза Алек, жадно разглядывая кожу зеленого цвета и красные рожки, разделившие копну темных волос на три гряды. — Потрясно выглядите! — Рад, что не пугаю тебя своим видом, — доброжелательно улыбнулся он. — И умоляю, никаких дедовских обращений. Пусть мне уже 1519 лет, но я совсем не такой старый, как ты думаешь. — Я и не думал, — заверил Алек. — Но я, если честно, понятия не имею, как можно дожить до такого возраста и выглядеть так же, как Вы…ты. Маги вообще стареют? — Я знал одного мага, которому было две с половиной тысячи лет, — серьезно сказал Рагнор. — Его звали Альдус Никс, и он выглядел чуть старше Гэндальфа в нашу последнюю встречу. — А когда состоялась ваша последняя встреча? — с интересом спросил Алек, приятно удивленный тем, что Рагнор знаком с творением Джона Толкина. Магнус бросил на них ревнивый взгляд. — Почти 302 года назад, — прикинул маг. — То есть, ему сейчас 2800? — легкомысленно сказал Алек и вдруг сообразил, откуда ему знакомо так часто употребляемое число 300. — Боже, он погиб, да? — с жалостью спросил он. — Тебе, наверное, странно слышать эти вечные разговоры о временных промежутках плюс и минус триста лет, — понимающе сказал Рагнор. — Да уже привык, если честно, — пожал плечами Алек. — Что поделать, если меня окружают лишь те, кому уже перевалило за пятьсот… — Эй, мне вообще-то ещё и двухсот нет, — завопил Рафаэль. — А мне ещё только 498 — самая юность, так что не обобщай, малыш, — вкрадчиво, но слегка властно произнес чей-то голос, а потом взору явился и его обладатель. Точнее, обладательница.       Блондинистые волосы, притягивающий взгляд пышный бюст, стройная фигура, обтянутая платьем кровавого цвета, игриво торчащие из-под губ клыки. Вампирша. Алек ни на секунду не усомнился в том, кто перед ним. ✄-------------------------------------------------------------------------       «Скорее всего, Джейс не вспомнит о том, что произошло недавно. У него есть свой ангел-хранитель, который должен стереть его воспоминания с целью защиты мира примитивных, так что не удивляйтесь, если что. И вообще лучше не говорите с ним на эту тему». — Почему у всех, кроме меня, есть долбанный ангел-хранитель? — проворчал Саймон. — У меня его тоже нет, — пожала плечами Клэри. — А что? Я же… ну, ты понял, — смутилась она, украдкой поглядывая на Джейса. — Чшшш! — одернул её Саймон, показывая сообщение на экране.       Девушка до боли закусила губу, моментально находя в голове неизвестную переменную. Вчера — То есть, ты — это совсем не ты? Если я найду в интернете картинку с волком — то это будет то, чем ты становишься каждый месяц? — со странной смесью эмоций на лице спросил Джейс, когда они вернулись в общежитие. — Джейс… — Так да или нет? Это ведь то, во что превращаются оборотни? В волков? — неумолимо требовал он ответа. — Да, но… Это ведь ничего не меняет, правда? — с тревогой посмотрела она на своего парня. — Это по-прежнему я, Клэри… — Ты поэтому уезжаешь к родителям? — перебил её блондин и вдруг «догнал». — Стоп, ты вообще уезжаешь куда-то или?.. — Пару раз действительно ездила, — поспешно сказала девушка. — Так вот почему ты так сорвалась куда-то в нашу годовщину… Чёрт! — выругался парень. — И где ты проводишь это время? — В лесу на окраине города… — еле слышно проговорила Фрэй. — Охренеть… — выдохнул Эрондейл и заходил по комнате. — Саймон знал? И Алек тоже? Я что, один был не в курсе? — Джейс, они тоже не так давно узнали… — Но, тем не менее, узнали, — мрачно сказал парень. — Ты бы хотел, чтобы я тебе рассказала? Сомневаюсь, что ты бы мне поверил, если бы Магнус при тебе не свалился с неба, — раздраженно спросила Клэри. — И как бы ты отреагировал? — Не знаю, Клэр! Я и сейчас не очень этому рад… — хмуро признался Джейс. — Я вообще не рад, что оказался в эпицентре всего этого мракобесия… Я этого не просил. — Именно поэтому я и не говорила тебе, куда ухожу. Всё оставалось бы по-прежнему, если бы ты сегодня не увязался за нами, — сердито сказала рыжеволосая. — Ну да, я сам во всём виноват, — язвительно произнес Эрондейл. — Потому что единственное, на что я боялся напороться — это твой роман на стороне, а всё оказалось гораздо хуже… — Не было никакого романа, Джейс, это же бред! — воскликнула Фрэй. — Я уже понял, но лучше бы это был он, — бросил блондин и начал яростно тереть лицо руками. — Джейс, — жалобно сказала девушка. — Чёрт, чёрт, чёрт… Прости, Клэр. Я… Мне надо подумать над всем этим, — избегая её взгляда, произнес парень и ушёл к себе в комнату, захлопнув дверь.       Следующим же утром Джейс вёл себя как обычно. Чмокнул свою девушку в щёчку, поздоровался с Саймоном, и теперь троица восседала в любимой кафешке, по общей негласной договорённости не обсуждая произошедшее вчера вечером.       «Почему твой Магнус не стирает тебе память? Ты тоже примитивный» — яростно напечатал в сообщении Саймон. В ответ Алек отправил ему дерзкий смайлик с высунутым языком. — Выпендрёжник, — фыркнул Льюис. — Радуется небось, что находится в самой гуще событий. — Его чуть не убили по твоей вине, — укоризненно шепнула Клэри. — А ещё он пропустил несколько зачетов и два экзамена. Его ещё даже до диплома не допустили, а ты говоришь… — Ему покровительствуют могущественные существа, — отмахнулся Саймон. — За его диплом я переживаю меньше всего. Хотя ума не приложу, что ему придется наплести родителям. — Кому? — встрепенулся отвлекшийся Джейс. — Алеку, — с готовностью пояснил ему Саймон с явной провокацией, отпихивая предостерегающую руку Клэри. — Ты ведь помнишь, что нам вчера рассказал Алек? — Алек? — недоуменно спросил Джейс. — Я его вчера даже не видел. Разве он не съехал из общежития? — Точно! Я ведь вчера один с ним встречался, — излишне эмоционально воскликнул Саймон. — Совсем вылетело из головы, — он многозначительно посмотрел на Клэри, застывшую с потерянным видом.       Девушка обреченно кивнула, адресуя действия своей головы Саймону, и крепко сжала руку своего парня. Может, всё не так плохо? Может, ангелы просто дали им второй шанс… на отношения, полные тайн и лжи с её стороны. Очередной таймер обратного отсчета. ✄------------------------------------------------------------------------- — Камилла, дорогая, — поприветствовал её Магнус, приобняв девушку. — Магнус, — сладко улыбнулась она, целуя его в щеку ярко-красными губами. У Алека отчего-то засосало под ложечкой, и он невольно присмотрелся, не осталось ли у Магнуса на щеке кровавых следов или отметин от её клыков, да и вообще… — Несколько недель уже не заглядывал, как ты? — поинтересовалась она, и Алек вдруг понял, куда его хранитель метнулся первым делом, очутившись на земле после возвращения. К своей бывшей пассии, ну конечно же… — Как всегда — в центре событий, — улыбнулся хранитель и виновато посмотрел на потихоньку закипающего Лайтвуда. — А этот симпатичный молодой человек, — игриво произнесла она, с интересом окидывая взглядом Алека, — и есть твой НОВЫЙ подопечный? — Он не новый, Ками, — поморщился Магнус. — Пожалуйста, будь милой с Александром. — Камилла Белькур, — представилась девушка, протягивая наманикюренную лапку. — Алек, — сухо представился парень, стараясь не прокусить себе язык насквозь. — Прости, но у тебя что-то болит? — проницательно посмотрела на него Камилла, еле заметно усмехнувшись. Алек сообразил, что слишком явно выдает себя и попытался быть более бесстрастным. — Нет, — спохватился он, делая нормальное лицо. — Прошу прощения. — Наслышана о тебе, — туманно изрекла она.       «Чёрт, он что-то рассказал ей про меня. Что именно?» — лихорадочно размышлял парень. — Я тоже о тебе кое-что слышал, — желая показать, что знает больше, чем это было на самом деле, Лайтвуд заглотнул наживку. — Правда? — с искренним интересом спросила вампирша. — И что же?       Алек запаниковал, ища глазами Магнуса, который с сочувствием смотрел на него. — Так, одну фразу, — он бил почти вслепую. — Заинтриговал, — она наклонила голову вбок. — Какую? — «Бессмертие долговечнее любви», — сглотнув, процитировал Алек строчку с обратной стороны фотографии. — Digne réponse⁽¹⁾, — рассмеялась она и объявила: — Он мне нравится, Магнус. — Проверка пройдена? — улыбнулся хранитель. — С отличием, — заверила она его и, дерзко подмигнув оторопевшему Алеку, удалилась в гостиную, подхватив под ручку Сантьяго. — Что ещё за проверка? — шепнул Алек Рагнору, не решаясь задать этот вопрос Магнусу. Последний дальновидно последовал за парочкой. — Эта фраза существует только в одном месте и в единственном экземпляре. Если уж ты до неё добрался, значит, всё с тобой понятно, — в треть голоса объяснил ему Фелл. — И что со мной понятно? — не понял брюнет. — А зачем ты перевернул ту фотографию? — усмехнулся Рагнор. — Не говоря уже о том, зачем полез в шкаф, стал искать альбом, вытаскивать именно её. Ты знаешь, что написано на обратной стороне фотографии со мной, Магнусом и Катариной? — Нет, — сознался Лайтвуд, понимая, к чему тот ведёт и заливаясь румянцем. — То-то и оно, — удовлетворенно отозвался маг. — Не переживай, зато ты прошел её проверку на доверие. — А если бы не прошёл? — не выдержал парень.       Рагнор задумчиво посмотрел на него. — Она бы растерзала тебя, как кусок мяса, — серьезно сказал он. — Не в буквальном смысле, конечно, но — поверь, в буквальном хотя бы есть шанс на выживание. — Мерзость какая, — содрогнулся Алек. — И Магнус с ней встречался?! — вырвалось у него. — Ты не первый, кто задается этим, увы, риторическим вопросом, — с сожалением поделился Фелл. — Впрочем, кто прошлое помянет… К тому же нас слышат, — сказал он, намекая на вампирский слух.       Алек благоразумно заткнулся. ✄-------------------------------------------------------------------------       «Джейс Эрондейл!»       Джейс больше не был уверен в том, что ему не потребуется помощь психиатров… или хотя бы бутылка крепкого алкоголя, чтобы усвоить всё то, что он напрасно надеялся переварить за эту ночь.       Вчера он на тяжелой ноте распрощался со своей девушкой, уверенный в том, что произошедшее — лишь плод его больного воображения, а виной всему — регулярный недосып. Утром он, как назло, помнил всё случившееся в ещё больших деталях, чем вчера, и потому со стоном накрылся подушкой, планируя провести весь день в этом положении. Хочешь насмешить Бога — расскажи ему о своих планах…       «Джейс Эрондейл!» — Какого чёрта? — вслух пробормотал блондин, оглядывая комнату. Весть о том, что его разум одержим дьяволом, сейчас пришлась бы очень кстати. — Джейс! — голос взрослого мужчины совершенно явно обращался к нему. Парень уже в третий раз протёр глаза, не наблюдая никаких изменений: комната была абсолютно пуста. — Я в твоей голове, юноша, — важно произнес голос. — Идиот, — пробурчал Джейс, — уже лет сто как никто не говорит «юноша»! — А как говорят? — обиженно переспросил голос. — Ну, не знаю, — задумался блондин. — Парень? Друг? Бро? — Бро? — скептически переспросил невидимка. — Ну, это типа «брат», — пояснил Эрондейл. — О, это то, что надо, — оживился кто-то в его голове. — Слушай и запоминай, бро… — Господи… — неверяще простонал Джейс. — Я не хочу делать то, что я должен сделать, — сказал незнакомец. — Я хочу помочь. — Да, давай, помоги мне, — съязвил Эрондейл. — Сделай мне лоботомию, потому что мне уже ничего другое не поможет. — Чего? — недоуменно переспросил голос. — Нет, зачем такие крайние меры? — А что ещё можно сделать, чтобы ты прекратил бубнить в моей голове? — резко спросил парень. — Пожалуй, ничего, — осторожно сказал невидимка. — Отлично, — фыркнул Джейс, заваливаясь обратно на кровать. — Приступай! — Идиот! — собеседник явно скопировал его ответ. — Я здесь не за этим! — И чего же ты хочешь, пятидесятый оттенок моей шизофрении? — злобно выплюнул Джейс, мечтая отдохнуть от всего этого. — Вернее сказать, чего я НЕ хочу, — загадочно изрек голос. — И чего же ты НЕ хочешь? — передразнил его блондин. — Стирать твои воспоминания о вчерашнем дне, — выронил невидимка.       Джейс резко сел на кровати. Он был глуп, когда ему это было выгодно, но сейчас был совершенно не тот момент. — Думаю, что не ошибусь, когда предположу, что ты как Магнус для Алека? Ну, с крыльями? — нервничая, крикнул он в потолок. — Ангел? — рассмеялся незримый. — Ну… наверное, да, — признал его правоту Эрондейл. — Ну… наверное, ты прав, — также поддразнил его голос. — Значит, так, запоминай… — Ты мой чёртов ангел? — воскликнул Джейс, даже не думая скрывать свой восторг. — Чёртов ангел? Как ты вообще смог уместить два этих противоположных по смыслу слова в одном предложении? — в голосе собеседника угадывалось явное отвращение. — Да какая разница, — нетерпеливо сказал блондин. — Почему ты не здесь? — Это лишнее, — отрезал голос. — Выслушай меня! Ты пока ещё примитивный. ПОКА… — Что это значит? — сразу же прервал его парень. — О, Всевышний! Заткнись и выслушай, Эрондейл! — гаркнул невидимый мужчина. Джейс сразу как-то уменьшился в размерах. — Что за дурацкие гены… Мне нужно стереть твои воспоминания о том, что произошло вчера, но я этого не хочу. — Почему? — осторожно спросил Джейс. — Потому что скоро проявится забытая сущность. Я хочу, чтобы ты всё помнил. В общем, слушай… ✄------------------------------------------------------------------------- — Как оно? — в своей хмурой манере поинтересовался Рафаэль со стаканом в руке, когда Алек заглянул к нему на кухню. По привычке испанец уединился, решив утолить свой голод (а может и жажду). Или же дело было в Алеке, который, случись что, вполне мог стать для него приличной закусочкой. — С переменным успехом, — пожал плечами тот. — Знаешь про Лоренцо? — Магнус рассказал, — скривился вампир. — Многоличный говнюк. Не верю ни единому его слову. Сдохнуть он хочет, ага. У него какая-то своя хитроумная схема, которую он хочет провернуть — не зря же десятилетиями варился в этом котле, а сейчас ещё и камень ему подавай.       Алек вздрогнул, машинально дернувшись рукой к внутреннему карману куртки. — Ты хорошо знаешь Камиллу? — спросил он. — Фактически с момента обращения, — поджал губы Сантьяго. — А что? — Так, интересуюсь. Хочу понять, что она за человек, потому что мне на первый взгляд сложно судить. — Злишься из-за проверки? — хихикнул Раф, успешно активируя лайтвудский детонатор. — Что это вообще за дурацкий тест, — в сердцах воскликнул Алек. — Насколько я одержим Магнусом? Бред какой-то. — Или насколько тебе не плевать на него, — подсказал испанец. — На все сто мне на него не плевать, но разве это может показать какая-то глупая фраза? — раздраженно сказал брюнет. — Я вообще-то его подопечный и не должен интересоваться его жизнью или им самим… — Но ты ведь интересуешься, — логично заметил Рафаэль. — Да, но… Не в этом дело, понимаешь? — неохотно сказал он. — Я ей не доверяю. А ты? — Я вообще никому не доверяю, — сразу откликнулся Сантьяго. — Так что можешь даже не задавать мне этот идиотский вопрос. — Даже Магнусу? — улыбнулся Лайтвуд. — Я же сказал: этот вопрос идиотский, — почти дружелюбно посмотрел на него вампир и неожиданно вздохнул. — Магнус ей доверяет. Больше, чем нужно. — Ты серьезно? — удивился Алек. — Ага, — мрачно кивнул тот. — Он знает Белькур с момента её обращения, когда-то он помогал ей, как и мне. А однажды он чуть не покончил с собой, когда был смертным. Ну, то есть, бессмертным магом, но умереть он всё-таки мог с человеческой точки зрения. Камилла вытащила его и в прямом, и в переносном смысле: сдёрнула с моста и заставила заново полюбить жизнь. Так и началась их история. — Это… сильно, — признал Алек. — Никогда бы не подумал, что Магнус способен на суицид. — А тебе что, всегда хотелось жить? — с интересом спросил Рафаэль и вдруг хлопнул себя по лбу. — Всё время забываю, что тебе всего 22 и ты не видел миллион раз, как умирают твои родные и близкие, оставляя тебя одного жить дальше, — саркастично сказал он. — Не знаю, как тебе это удается, но я только что почувствовал себя виноватым за это, — коротко рассмеялся парень. — Я же профессионал, — самодовольно улыбнулся испанец. — Значит, Камилла не такая уж и стерва, какой кажется, — подытожил Лайтвуд. — Она? Стерва, и ещё какая, — немедленно возразил вампир. — То, что она пару раз наставляла людей на путь истинный, не делает её тем, кем она не является. Она всё равно чёртова Снежная Королева, к тому же себе на уме. — Вы же друзья, — заметил Алек. — Тебе не кажется, что ты лицемеришь по отношению к ней? — Неа, — усмехнулся Рафаэль. — Всё, что я о ней говорю, я также говорю ей в лицо. Я не подразумеваю, что она плохая, я говорю, что она не подберет котенка с улицы и не усыновит ребенка. Она знает себе цену; при этом она хороший друг и на неё можно положиться. Магнус ей доверяет во многих отношениях. — Но не ты, хоть она и помогала тебе освоиться после обращения, — сделал ещё одну попытку Лайтвуд. — Как раз именно поэтому, — поправил его испанец, криво улыбнувшись. — Схватываешь на лету. — Тогда я вообще не понимаю, почему ты был влюблен в Камиллу, — произнес Алек. — Ты ей не доверяешь и считаешь, что она стерва. — Ну вот, а говоришь, что не понимаешь, — отозвался Сантьяго. — Грелся когда-нибудь у живого костра? Здесь то же самое. Он горит, и ты можешь смотреть на него вечно. Подойдешь поближе — рискуешь спалить одежду. Отойдёшь подальше — не согреешься. Иногда на нём можно пожарить зефирки или приготовить поесть, но еда тоже может сгореть, если ждать слишком долго. Этот адский огонь всё время пылает, и его хочется то ли потушить, то ли подкинуть дров. Ты не доверяешь этой огненной силе. Странно всё это, в общем, — пожал он плечами. — Я понимаю, — неожиданно кивнул Алек. — Неужели? — слишком понимающе усмехнулся Рафаэль. — Магнус тоже был в неё влюблён. — Давно? — с замиранием сердца спросил брюнет. — Лет четыреста назад, — виновато сообщил вампир, огорченный, что почти сразу пришлось сдать все карты. — Прости. Я тоже стерва, только в мужском обличии. Знаю, тебе неприятно это слышать, но я не удержался. И прости, что стёр тебе память, — неожиданно вспомнил он. — Всё в порядке, — улыбнулся Алек. — Спасибо за честность. — Надеюсь, ты меня ещё не ненавидишь, — с тревогой посмотрел на него Сантьяго. — На самом деле ты мне стал нравиться гораздо больше с тех пор, как я узнал о тебе правду, — Лайтвуд с удивлением понял, что даже не покривил душой. — Ты хороший и честный парень, несмотря на всю свою толстую броню из сарказма. — Целоваться не будем, — фыркнул Рафаэль, возвращая себе своё привычное самообладание. — Оставь это Магнусу.       Алек смущенно улыбнулся, потупив глаза. — Да не может быть, — хохотнул Сантьяго. — Я попал в цель? — Не понимаю, о чём ты, — закатил глаза Лайтвуд. — Ну-ну, — хмыкнул испанец. — Раф, я хотел кое-что спросить, — решился Алек. — Кто такой Уилл Эрондейл? — Ооо… Я ничего не знаю, — уверенно отреагировал он. — Врёшь, — тут же уличил его брюнет. — Я не буду рассказывать, — отказался Рафаэль. — Он жил задолго до моего появления на свет, так что… поищи первоисточник. — Магнус молчит, — пожаловался Алек. — Значит, ему есть о чём помолчать, — загадочно выронил Сантьяго, поселив тем самым ещё больше сомнений в голове Лайтвуда. ✄------------------------------------------------------------------------- — Сотрудничали, значит, — фыркнула Иззи, хитро поглядывая на Андерхилла. — Весьма плодотворно, как я понимаю…       Ангел пристыжено вздохнул.       После того, как Лоренцо надолго залип, жадно разглядывая светлые кудри, простую светлую рубашку и ангельские черты лица, все трое поднялись обратно в квартиру. — Лоренцо, нам больше некуда пойти, — мягко сказал Андерхилл. — То есть, я бы хотел остаться в своей старой квартире вместе со своей подопечной… если ты не возражаешь. — Это ведь твоя квартира, — эхом отозвался Рэй. — Оставайтесь столько, сколько нужно.       Иззи показалось, что она ослышалась. — Изабель могут искать, а я отвечаю за неё головой, — продолжал объяснять Эндрю. — Нам нужно безопасное место… — Я понимаю, — всё так же отстранённо сказал Лоренцо. — Ты и Изабель. Вы оба можете здесь жить. — И ты не… не сдашь нас ищейке? — с надеждой спросил ангел. — С чего бы мне это делать? — тоскливо поинтересовался маг.       Изабель тактично удалилась на кухню делать кофе, оставляя мужчин наедине. — Спасибо тебе, Лоренцо, — с облегчением выдохнул Андерхилл.       Вместо ответа Рэй сделал резкий шаг вперёд, обхватывая его лицо ладонями и обрушивая на него трепетный поцелуй. От неожиданности ангел начал ему отвечать. Не то чтобы он не мечтал сделать то же самое уже более 300 лет… — Ангел мой, — прошептал Лоренцо, не отрываясь от его лица. — Энзо, — хрипло отозвался Андерхилл. — Как же я скучал… — А я скучал по тому, как ты меня называл, — счастливо улыбнулся маг, оглаживая его скулы кончиками пальцев. — Я знал, что ты поймешь, — усмехнулся Эндрю, целуя ускользающие пальцы. — Как я мог усомниться в том, что ты станешь Ангелом небесным? Ты ведь и при жизни был ангелом, родной, — коротко рассмеялся Лоренцо. — А я даже представить не мог, что тебя окличут «Демон», Энзо, — внезапно взгляд хранителя посуровел. Лоренцо, напротив, стал похож на нашкодившего пса. — Я… я ужасный человек, Эндрю, — признался он. — Я больше не тот Лоренцо, которого ты знал. Я убил многих невинных людей — просто потому, что они встали у меня на пути… — Я знаю, — эй! — я знаю, Лоренцо, — мягко произнес ангел, пальцами расчесывая его распущенные волосы. — Я не говорю, что здесь нет твоей вины. Ты мог быть лучшим человеком и лучшим магом, чем я всегда тебя видел. Но я понимаю, правда. Тебе было больно, ты хотел избавиться от этого груза и больше никогда этого не чувствовать. И я знаю, что это не помогло, но я надеюсь, что смогу помочь я. Поцелуй меня, прошу…       Их губы снова слились в чувственном прикосновении, разливая вокруг себя безграничную нежность и горечь прошлой утраты. — О, небеса, благословите Всевышнего, — прошептал Лоренцо. — Клянусь, что буду молиться ему каждый день. 301 год 8 месяцев и 15 дней — ровно столько мне потребовалось, чтобы перестать умирать. — 301 год 8 месяцев и 15 дней, — эхом повторил за ним Андерхилл. — Ровно столько я уже ангел. Не знал, что ты считаешь. — Каждый день, — улыбка Рэя вдруг погасла. — Что ты сказал? — Что? — Эндрю уже сообразил, что сболтнул лишнее, но было немного поздновато давать заднюю. — Ты сказал, что ты ангел уже 301 год 8 месяцев и 15 дней, — отрывисто повторил за ним Лоренцо. — Что это значит, Эндрю?! — Что ты имеешь в виду? — испуганно переспросил Андерхилл. — Не надо со мной играть, — губы у мага задрожали, он схватил своего любимого за плечи. — Хочешь сказать, ты стал ангелом сразу после смерти?! Ответь мне, Эндрю!       Его руки заискрили, не сдерживаемая хозяином магия проявляла звериную сущность, сужая его зрачки и делая кожу чешуйчатой. — Да, — выдохнул Андерхилл, желая сбросить со своих плеч отягчающий их груз вины.       Рэй отшатнулся, смотря на него как на предателя. — Почему ты не сказал? — с болью спросил Лоренцо. — Почему не пришёл, не явился ни разу? Почему ты… молчал всё это время, Эндрю?! Я думал, что потерял тебя навсегда… Триста лет, Андерхилл! Все эти годы… Ты мог мне сказать, но ты молчал, пока я мечтал сдохнуть в мучениях, — его лицо исказило страдание напополам с ненавистью. — Ты наслаждался этим, так ведь? ОТВЕТЬ МНЕ, ЭНДРЮ! — Нет, — еле слышно сказал хранитель. — Мне было больно, когда я смотрел, как ты мучаешься. Клянусь тебе, Энзо… Я страдал в той же мере, что и ты. Но… пойми! Я умер. Я не мог вернуться и делать вид, что всё так же, как и раньше. Потому что это было не так… — То есть, ты просто взрастил в себе идею мученика и лелеял её эти столетия, пока я жил попеременно то бессмысленной местью, то глупой мечтой о твоём воскрешении, так? — злобно прошипел Демон. — Поверить не могу, что когда-то мы поклялись друг другу в вечной любви! Потому что моя любовь всё ещё со мной, а вот где была твоя все эти три столетия, Андерхилл? ГДЕ ОНА?! — Энзо, — взмолился непонятно о чём ангел.       Рэй тем временем открыл портал прямо из своей квартиры. — Я не выдам ваше местоположение, обещаю, — резко произнёс он. — Постарайся больше не попадаться мне на глаза. Впрочем, у тебя это отлично получалось последние триста лет… — Лоренцо, нет! — вскрикнул Андерхилл, кидаясь к порталу, в котором только что исчезла его надежда на искупление. — Даже не буду спрашивать, — покачала головой Иззи. — Это ваше дело, точнее, твоё, но…       Она крепко обняла своего судорожно вздохнувшего хранителя. — Я чувствую, как тебе паршиво, а от этого паршиво мне, — грустно произнесла девушка. — Прости, — виновато сказал Эндрю. — Не извиняйся, — махнула рукой Иззи. — Я понимаю. У нас, людей, иной раз такие тараканы в голове случаются — что уж говорить про трёхсотлетних ангелов…       Андерхилл неожиданно рассмеялся. Наверное, это можно было назвать истерикой, потому что он минут пять давился хохотом, а потом столько же утирал выступившие на глазах слёзы. — Ну вот, теперь я точно верю, что ты был смертным, — прокомментировала Изабель. — Человеческие эмоции налицо! — Спасибо, что напомнила, что это такое, — поблагодарил он девушку. — Честно говоря, я уже давно… — начал он и вдруг пропал. В прямом смысле. Он сидел на стуле напротив Изабель и просто… исчез! — Эндрю? — неуверенно позвала Иззи. Тишина. Всё так же лежали осколки чашки на полу и остывал кофе, который девушка налила для хранителя. — Андерхилл?! — перепугалась младшая Лайтвуд, для которой исчезновение ангела было практически новшеством.       Хранителя не было ни в комнате, ни в прихожей, ни где-либо ещё. Эндрю Андерхилл бесследно испарился. ✄------------------------------------------------------------------------- — Я тебе сильно не нравлюсь, верно? — проницательно сказала Белькур.       Алек заметил, как после возвращения Рафаэля в гостиную Камилла тихонько встала и вышла на балкон, элегантно держа в руках свою «кровавую мэри». Что-то потянуло его вслед за ней, и он всё ещё не мог понять, что именно. Он даже не успел переступить порог, как она огорошила его своим вопросом, так что растерянный парень не сразу понял, что она обращается к нему. — Всё в порядке, — успокоила его вампирша. — Ты не должен испытывать ко мне теплых чувств. Неприязнь — вполне. Недоверие — безусловно. Обида — твоё право. А вот ревность оставь, нам с тобой нечего делить. — Я не обижаюсь, — подал голос Алек. — Просто считаю, что это было глупо и бессмысленно. — Это было ответом на вопрос, почему ревность неуместна, — улыбнулась она. — Ты пытаешься стать частью его жизни, хотя фактически именно он — часть твоей. — Видимо, вы достаточно близки, если он рассказал тебе о примитивном, которого должен защищать от таких, как ты, — холодно заметил Лайтвуд. — Грубо, хоть и прямолинейно, — отметила вампирша, кокетливо отпивая из бокала. — Я рассчитывала хоть на какую-то благодарность после того, как вы встретились, иначе он так бы и прятался от тебя по углам. — Что? — ошеломленно спросил Алек. — Думаешь, он терпеливо ждал, как пай-мальчик, пока ты его заметишь? — усмехнулась Камилла. — Он пришёл поплакаться, что не готов к этому. Мне пришлось раскрыть ему глаза на правду — почему он боится встречи с тобой. В глубине души он и так это знал, но ему требовался дружеский пинок, чтобы рискнуть всем — иначе для чего ещё нужно жить? — Я не знал, — пробормотал брюнет. — Пожалуйста, обращайся, — насмешливо сказала Ками. — Так что ты хотел спросить? — С чего ты решила, что я хотел что-то спрашивать? — пристально посмотрел на неё Алек — Дорогой, мне почти 500 лет, — снисходительно взглянула она на него. — А ещё у меня вампирский слух. — Понятно, — вздохнул Лайтвуд. — Вы с Магнусом… — Давняя история, — сразу ответила она. — Буквально. Мы любили друг друга сотни лет назад. Наша любовь была прекрасна в своей свободе, но это было не то, что мы оба искали. После этого мы оба снова любили — и я, и Магнус, хотя нас до сих пор связывает взаимное уважение и крепкая дружба.       Алеку было больно от таких слов, но он понимал, что двадцать лет — это ничтожно малый срок, чтобы его можно было всерьез противопоставить тысячелетию. Прошлое — это вещь, которую невозможно изменить, однако он мог повлиять на будущее. Жаль, что для этого всё равно придется переворошить прошлое… — Я не ревную, — покачал он головой. — По крайней мере, не к тебе.       Она с интересом окинула его взглядом. — Сам сообразил или Рафаэль подсказал? — спросила она. — Ты знаешь Магнуса с тех пор, как стала вампиром. Значит, тебе известно, кто такой Уилл Эрондейл. Расскажи мне, — проигнорировав её вопрос, попросил Алек. — Ох, мальчик мой, не уверена, что ты хочешь это знать, — с фальшивой заботой протянула она. — Переживу как-нибудь, — дёрнул плечом Алек. — Ах, Уилл, — мечтательно вздохнула она. — Он был таким милым и неискушенным… — А можно по существу? — хмуро оборвал её брюнет. — Какой ты скучный, — надула она губки, но просьбу выполнила. — Если совсем кратко, то он был Сумеречным охотником, а Магнус стал его первой любовью. Это не закончилось хорошо — он, как и все охотники в то время, подчинялся законам Клэйва, а сам он был слишком молод, чтобы бороться за то, во что верит. Публичная связь с нежитью, тем более с мужчиной, преследовалась. Им пришлось разорвать отношения. Уилл женился на женщине своего круга, и у пары родился сын. Когда началась война… — Уилл погиб? — взволнованно спросил Алек. — Да, но за месяц до этого, — с некоторым сожалением произнесла Камилла. — Это были предвестники войны, унесшие жизни многих. Уилл погиб у Магнуса на руках, успев взять с него клятву, что он защитит их род, чего бы ему это ни стоило. Эгоистичный ублюдок знал, что Бейн согласится. Опустошенный в своём горе, всё ещё любящий его маг готов был пообещать ему все блага мира. С тех пор прошло несколько столетий, но Магнус даже после своей смерти считает своим долгом исполнить последнюю волю бросившего его охотника. — Боже, — охрипшим голосом выдавил Алек. — Поэтому он хочет найти Эмму? Она и её ребёнок — последние представители рода Эрондейлов? — А ты времени зря не терял, — скривила губы в усмешке Камилла. — У меня есть друг — Джейс Эрондейл, — осторожно сказал Лайтвуд. — Он случайно не может… оказаться потомком их линии? Ведь не такая уж и распространенная фамилия… — Всё может быть, малыш, — таинственно произнесла Белькур.       «Я это выясню», — подумал Алек и по лицу Камиллы сообразил, что подумал он вслух. — Демон… Лоренцо, — слегка сбился парень под её внимательным взглядом, — сказал, что я — копия Уилла Эрондейла. Почему он так сказал?       Впервые за весь вечер Алек увидел что-то искреннее на лице Камиллы. Жалость. — Дай мне свою руку, — велела она, и Лайтвуд с некоторой опаской протянул ей ладонь. Вампирша ухватилась за неё и закрыла глаза. В ту же секунду Алека пронзили странные образы, поочередно сменяющие друг друга в голове.       Молодой парень лет 17, чем-то похожий на самого Алека, с пронзительно голубыми глазами и черными волосами, уложенными, вопреки обыкновению самого Алека, в прическу, скромно улыбается. Тот же парень, чуть постарше, с сияющим клинком в руке смотрит куда-то вдаль; на его лице пробивается еле заметная щетина, а волосы всё так же приглажены. Молодой мужчина с улыбкой, которая, скорее, самодовольная ухмылка, чертит на себе какие-то странные иероглифы. Повзрослевший мужчина лет сорока, с теми же голубыми глазами и черными волосами, с огромной любовью смотрит на кого-то… кого?       Лайтвуд словно вынырнул из ледяной проруби, отчаянно пытаясь отвоевать хоть немного воздуха для своих несчастных легких. Он с благодарностью задышал, когда вампирша отпустила его руку. — Таким я его запомнила, — отстраненно произнесла Белькур. — Уилла…       Осознание запоздало накрыло Алека. Связь между ними была слишком явной, чтобы не обращать на неё внимания. Он был раздавлен и сломлен, но всё ещё помнил, что он не в том месте, где можно демонстрировать свою слабость. — Ты знала его? — прохрипел брюнет. — Не так, как Магнус, — покачала она головой и решительно выдохнула. — Послушай, я не пытаюсь всё испортить. Ты дорог ему, это правда, но я не хочу, чтобы ты заблуждался. Грош цена тем отношениям, что строятся на лжи и недомолвках. Цените свои чувства, пока они ещё есть, пока… никто не отнял у вас возможности быть рядом с любимым…       Боль разъедала его, как кислотно-щелочная реакция, но всё же он сумел уловить и нотки чужого страдания за этой ядовитой пеленой. — Валентин? — коротко спросил он. — Уже больше года, — её голос дрогнул. — Его звали Ральф. — Они знают? — спросил он, кивком головы подразумевая всех, кто находился в данный момент в комнате. — Думают, что его уже нет в живых, — горько сказала Камилла. — Мне жаль, — тихо сказал Алек, испытывая искреннее сочувствие к Белькур.       Что-то тронуло его изнутри. Может, жалость к Камилле или влияние момента, или злость и обида на Бейна, или слова Рафаэля: «Магнус ей доверяет», возможно, явная ненависть девушки к Валентину, а может, что-то ещё. Артефакт обжег ему пальцы, когда он коснулся его. «Советую передать в другие руки» — сказал Демон больше суток назад. — Пожалуйста, сохрани это у себя, — взволнованно сказал он, вкладывая камень в её ладонь. Глаза Камиллы расширились, брови взлетели до самых волос, из чего Алек сделал вывод, что ей известно, что это такое. — Почему я? — прямо спросила она, испытывающе глядя на парня. — Потому что у нас общий враг, — негромко сказал Алек, напоследок ловя её шокированный взгляд, и покинул балкон.