Добавь скорость

Черная Aston Martin и черный Kawasaki Nigia подъехали к началу моста Банпо. Парень с округлыми формами прижимался к бензобаку, выгибаясь в спине и оттопыривая мягкое, сочное место. Окно машины опустилось, и за рулем сидел Чонгук. Парень протянул руку к Чимину, привлекая его внимание. -Надеюсь, эта ночь мне запомнится, — Чон сжал ладонь в кулак, а затем медленно растопырил пальцы, слегка двигая ладонью вниз. Этот жест обозначал пошлое «расслабься». О боги, вы бы только видели глаза Пака за этим тонированным стеклом, они горели словно дикие, его сердце забилось сильнее лишь от одного движения кисти, которое даже нельзя назвать эротичным. Он расслабил губы и протяжно выдохнул через них. -Я тоже, — Чимин едва смог сказать и слово, внизу его живота заиграло новое чувство. Он захотел этого альфу не просто, чтобы увидеть на его лице слезы и почувствовать его запах, но и чтобы этот альфа ощутил ванильную сладость, исходящую от омеги. Байкер смотрел на часы около спидометра, в ожидании 23:46, чтобы начать гонку. Эта ночь действительно будет долгой, только ни альфа, ни омега не знали об этом. Пак резко устроил бернаут и посмотрел на Чона. Глаза парня горели диким желанием, Гук решил устроить прощальный трюк, перед 46 минутами, и повторил бернаут на машине, сжигая бедную резину с такой силой, будто всю оставшуюся гонку Aston будет проходить без нее. На часах 23:46, и два зверя со звоном стартанули к направлению конца моста. Байк визжал, как демон, заставляя сердце Чона биться с новой силой. Этот адреналин, этот запах и этот сумасшедший шум моторов. Все это зажигало новые огни в теле парня. Байк обогнал автомобиль и ехавший впереди Пак, громко крикнул своему «сопернику» задиристую фразу. -Добавь скорости, иначе проиграешь! — Чимин отвернулся от фар авто и продолжил смотреть на дорогу. -Ах ты, сучка, — Чон тихо рыкнул на эту сладкую омегу, которую он хотел съесть до каждого сантиметра нежной кожи, — только подожди, булочка, — парень упер педаль газа в пол, и стрелка на спидометре быстро начала набирать высоту. Огни улиц расплывались в огромные пятна, превращаясь в полосы света. Два черных дьявола ревели по всему мосту. Казалось, что звук двигателей уже полностью наполнил уши бедных бет ехавших с работы. Радужный фонтан красиво переливал красками по отражающей поверхности Астон. Чимин красиво вилял на байке, немного наклоняя своего коня в бок и обратно, создавая при этом иллюзию качель. Толстое колесо и аппетитная задница парня не давали Чону обогнать этого зверька. Пиджак Пака, конец которого трепыхался на ветру, добавлял загадочности в силуэт байкера. Глаза Чонгука буквально пожирали омегу, взгляд альфы не отрывался от этой прямой, красивой спины. Чон хотел провести по чужой линии позвоночника и увидеть дрожащее тело Пака. В голову ударяли новые пошлые мысли, а в черных брюках тесно было находиться. Желание овладеть этим телом и услышать нежные стоны омеги сводило с ума Гука. На середине моста обезбашенный Астон выезжает на встречную полосу, распугивая все ехавшие ей на встречу машины. На этой стороне моста машине будет легче обогнать байк. Пак повернул голову на машину сбоку от него и заметил как стекло медленно спускается. Чон сидел, нагло ухмыляясь Чимину. Альфа нежно запрокинул голову назад, приоткрыл рот и сделал медленный толчок бедрами вверх. Эта поза напоминала пик возбуждения, будто Чон уже на пределе от удовольствия. Пак от такой картины невольно сам потерся о свой байк. Это заставило парня отчетливо почувствовать легкую тяжесть внизу живота. Черные джинсы уже не могут сдерживать возбуждение омеги, и это зудящее чувство дискомфорта заставляет «булочку с корицей» сглотнуть и отвернуть взгляд обратно на дорогу. Стекло машины поднялось, а на лице альфы красовалась улыбка, такого горячего и нежного омегу он еще не видел. «Играется, сволочь», — мысли начали захватывать Пака, — «я ему еще поиграюсь». И вот, выезд с моста, машина резко набирает обороты и обгоняет Чимина. Эта черная иномарка заставила омегу оцепенеть и просто смотреть на номера альфы. Байк пытается уйти в бок, но водитель авто не дает и сантиметра чтобы пройти, виляет также мастерски как и Каваши. После моста два черных короля заехали в ближайший переулок. Омега быстро слез со своего байка, снял шлем и схватил за грудки наглого альфу, который не только обогнал его, но и игрался во время гонки. Длинные ресницы Чона быстро моргали, а черные шоколадные глаза смотрели на красные щеки омеги. -Чего ты такой красный? — Гуки слегка наклонился, — булочка, чего ты так стесняешься? — альфа наклонил голову в бок, — неужто моего «выдоха», — парень снова слегка запрокинул голову, приоткрыл губы и издал нежный стон. -Ах ты, — Пак положил свои ладони на щеки альфы и притянул его лицо к себе, — не играйся «фраппе», — Чимин вцепился в чужие губы не давая ответить. Он страстно кусал эти губы, пока не почувствовал чужие руки на своей талии. Крепкие пальцы мяли нежные бока омеги, заставляя Чимина прижиматься к сильному телу Чона. Альфа явно был не против такого, он с удовольствием отвечал укусами сладкой булочке, не давая омеге перевести дух. Чонгук буквально терзал эти пухлые ванильные губы, оставляя на них кровавые ранки. Пальцы Гука игрались с чиминиными боками и поясницей, а ширинка черных брюк ловила чужое возбуждение. -Стой, — Пак прекратил поцелуй и опьяненными глазами посмотрел на Чона, — поехали в отель? -Ну поехали, — Гук облизал губы, — раз ты такая неженка, — парень провел пальцами по позвоночнику, — только про свой байк не забудь, — Чимин прогнулся в спине и только сильнее прижался к альфе. Этот самовлюбленный Чон буквально игрался каждым действием, омеге нравилось это, нравилась, эта пошлая игра, которая заставляла выжидать нужного момента и только тогда действовать.