Яркая луна, обжигающее пламя

Слэш
R
Закончен
24
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
Мини, 7 страниц, 1 часть
Описание:
Сун Ланя любят двое, каждый по-своему.
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
24 Нравится 0 Отзывы 5 В сборник Скачать
Настройки текста
Сун Лань узнал этого человека. Пусть прошло двенадцать лет... но такое не забывается никогда. Дышать стало тяжело, будто в горло вцепилась костлявая рука лютого мертвеца. Во рту пересохло, виски сдавила боль. Сун Лань слегка сжал ладонь Сяо Синчэня в своей. На пир в Башне Кои прибыл глава клана Фэн, воины которого когда-то разрушили деревню, где жила семья Сун Ланя. Родителей Сун Ланя убил сам глава Фэн. И этот мерзавец до сих пор живет и процветает, разбогател на торговле специями... резня в безымянной деревеньке, одной из многих, сошла ему с рук - время тогда было смутное, многие кланы враждовали, не поделив территории. До горя простых людей никому не было дела. Даже через двенадцать лет Сун Лань помнил, как ранним утром пошел в соседнюю деревню навестить тетушку, а когда вернулся, увидел горящие дома, разоренные кладовые и лежащих на земле убитых людей. Он до сих пор, бывало, просыпался, крича от страха, потому что видел во сне, как склонялся над телом А-Тао, главного весельчака и заводилы в компании мальчишек с их улицы. Широкий рот был распорот ножом, на лице запеклась кровь, а в глазах застыло выражение немыслимого страдания. Помнил Сун Лань и то, как, задыхаясь, спешил домой, и еще издалека услышал крики и плач. Богато одетый господин избивал отца, насмехаясь: - Не хотел отдать мне свою миленькую женушку? Не хотела она жить со мной по доброй воле? Вот и подыхайте оба, как собаки! - Папа! – Сун Лань поспешил к отцу, но не успел ступить пару шагов, как упал от удара кнута, застонал от боли, пробравшей всё тело, и лишился чувств. А теперь глава Фэн пьет лучшее в Ланлине вино и хвастается, называя себя защитником бедных и слабых, говорит, что его подданные могут ничего не бояться, пока он держит меч в руках! Как же омерзительно это лицемерие, и омерзительна роскошь главного зала, сплетни, лицемерие глав провинциальных кланов, заискивающих перед великими орденами... - Что с тобой, Лань-эр? – шепотом спросил Сяо Синчэнь. - Тот господин в оранжевом ханьфу с красной каймой… Дальше Сун Лань мог не объяснять. Сяо Синчэнь знал его историю, знал, почему он иногда просыпается в холодном поту. - Если ты вызовешь его на поединок, я буду на твоей стороне, - тихо, уверенно сказал Сяо Синчэнь. Иначе быть и не может. Они друг для друга – свет и тень, утешение и спасение, и никто не сможет этого нарушить. *Неделей позже* - Красавчик, ты один? А приятель твой где? Сун Лань обернулся, холодно глянул на нахала, окликнувшего его. С Ченмэем он поспорил когда-то, еще в первый визит в Ланлин, порывался даже ударить, но Сяо Синчэнь остановил. Приглашенный ученик Ланлин Цзинь обладал редким талантом к заклинаниям и изобретению талисманов, но и характером отличался на редкость скверным... хотя разве можно ждать благочестия и изысканных манер от уличного бродяжки, самоучки, которому просто улыбнулась удача? И этот Ченмэй нахально заводил с Сун Ланем и Сяо Синчэнем вольные разговоры, рассказывал смешные истории - больше всего злило, что Сяо Синчэнь от души смеялся над простоватыми шуточками!... - бывало, бросал даочжанам цветы, краденые, наверно, слишком уж часто садовники в башне Кои причитали, что кто-то обрывает самые красивые пионы и орхидеи. Как-то раз Сун Лань обнаружил под дверью своих покоев сборник с непристойными картинками об «обрезанных рукавах» и был вне себя от ярости. И смел же этот бесстыдник на такое намекать! Вот и сейчас Ченмэй стоял у него на пути и разглядывал его, будто раздевая взглядом. - Что вам угодно от меня, молодой господин Сюэ? - равнодушно спросил Сун Лань. - Будь осторожнее, красавчик. Старине Гуаншаню очень не нравится то, что вы с даочжаном Сяо полезли помогать семье Чжан, - тихо, вкрадчиво сказал Ченмэй. - Они что-то знают о мутных делишках главы Фэн, он им пару раз перешел дорогу. Конечно, защищать тех, кто слабее, дело благородное, ну и враг у вас, выходит, один и тот же. Но действовать надо хитро, понимаешь? Случись что, глава Цзинь поддержит главу Фэн, а не мелкий и бедный клан… и не заклинателей-одиночек. Слава и добродетель прибыли не приносят, а «спасибо» не булькает. - Я делаю то, что велит мне долг. Глава Чжан с семьей не может справиться с таким количеством нечисти на своих землях в одиночку. Впрочем, что я объясняю.... вам, молодой господин Сюэ, сострадание неведомо, - Сун Лань презрительно скривил губы. Парень сердито фыркнул: - Если это так, какого гуя я с тобой разговариваю? Я тебя предупредить хочу. Из самых искренних побуждений. Рискуя своей выгодой, между прочим. - Увы, я сомневаюсь в бескорыстности ваших побуждений, - хмыкнул Сун Лань. – Догадываюсь, вам что-то от меня нужно… - И ты стесняешься предположить, что именно? – Сюэ Ченмэй облизнулся и достал из рукава горсть конфет. – Какой благовоспитанный юный господин! Но ведь догадался! Угостить конфеткой, за сообразительность? Кстати, как тебе понравились весенние картинки? - Убожество, - сквозь зубы процедил Сун Лань и поспешил прочь. Напоминание о дурацких рисунках было последней каплей. Ведь Синчэню книжка пришлась по душе! Он, краснея, смущенно смеясь и прикрывая рот ладонью, разглядывал изображения любовников, сплетающихся в объятиях. А Сун Лань боялся наблюдать за ним, и всё равно не мог отвести взгляд от нежного румянца на щеках и изящных пальцев, разворачивающих очередной свиток. Нет, как этот нахал Ченмэй посмел предположить! Сун Лань не позволял себе подумать о чем-то столь низменном… ему достаточно было легких, будто случайных, прикосновений… достаточно было, что, когда его мучили кошмары, он мог прийти к Сяо Синчэню и лечь рядом с ним, спрятавшись в его объятиях от всего злого, что есть в мире. Пройдя по аллее и немного успокоившись, Сун Лань остановился у искусственного озера и задумался. Через несколько дней он вместе с Синчэнем собирался идти на ночную охоту вместе с кланом Чжан. Даже если Сюэ Ченмэй ошибается и никто ничего против них не умышляет, следует запастись талисманами и заговоренными нитями. Как знать, какие твари могут обитать на окраинах. Вернувшись в свои покои, он долго и старательно чертил линии на талисманах. За этим занятием его и застал Сяо Синчэнь. Неслышно подошел, достал из рукава платок и стер с его щеки чернильное пятнышко. - Ты так хмуришься, Лань-эр. Что тебя огорчило? - Глава клана Фэн даже поговорить со мной не соизволил! – сквозь зубы процедил Сун Лань. – Сказал, что слава хорошо, но богатство и родословная – еще лучше, и что таким нищим монахам, как я, лучше и не приближаться к благородным господам. Он еще смеет называть себя благородным… а я даже не могу прилюдно обвинить его в гибели мамы с отцом, свидетелей ведь не осталось, его люди вырезали всю деревню. Он отложил кисть в сторону и уставился в окно. Сяо Синчэнь сел у него за спиной, бережно разминая ему плечи. - Но есть свидетели других преступлений главы Фэн, и этих людей мы можем поддержать и защитить. Мы создадим свой орден, Лань-эр, и будем помогать всем, кто в этом нуждается. С нами будут считаться, и никто не посмеет сказать дурное о твоем происхождении. - Это мне и отвратительно, что в большинстве кланов о людях судят по их силе и власти! – раздраженно воскликнул Сун Лань. – Ценят происхождение, деньги, умение интриговать, что угодно, только не самого человека. - Тшш. Когда-нибудь всё изменится. Должно измениться, - мягко уговаривал Сяо Синчэнь. - А еще за мной снова увязался этот пакостник Сюэ Ченмэй, говорил возмутительные вещи. Ты замечал, как он на нас смотрит? – Сун Лань покраснел, замялся. – Будто на сладости, с которых хочет снять обертку! Сяо Синчэнь засмеялся. - Лань-эр, ты слишком строг к нему. Он еще юн, и разве он видел в жизни много хорошего? С ним никто не говорил по-человечески, вот он и не умеет… нам с тобой очень повезло, что нам вовремя встретились добрые люди, а кому-то, случается, и не везет. Клан Цзинь просто использует таланты Ченмэя, растит из него сильное и опасное оружие, но ни одному человеку не интересно, что у него на душе, к чему он стремится. Если бы он попал в наш орден… - Твоя доброта не знает границ, Синчэнь! Ты любого готов утешить, обогреть, расспросить о сокровенном и помочь найти дорогу к мечте, - Сун Лань откинулся назад, прижимаясь к нему, подставляясь под прикосновения. - Не все люди умеют это ценить. А ты совсем себя не бережешь. Сяо Синчэнь ничего не ответил, лишь легко коснулся губами его виска. * - В деревне Му до недавних пор люди жили спокойно, - рассказывал глава Чжан. – Наверное, в последний раз здесь охотились еще во времена моего деда. И только пару месяцев назад стали пропадать люди, которые допоздна задержались в лесу или в поле. Поначалу думали на разбойников… народ ведь у нас трудолюбивый и вполне зажиточный, лихому люду есть чем поживиться. А потом староста деревни возвращался вечером из города, и еле спасся от твари. Полагают, это каменный зверь. На каменного зверя не ходили в одиночку даже сильные заклинатели, ведь это крупное существо обладало прочной, будто скалы, броней, и свирепым нравом. - Могу ли я попросить вас, глава Чжан, и нескольких человек из вашего клана, поддержать защитное поле? – предложил Сяо Синчэнь. – Когда каменный зверь чует опасность и нападает, то бежит очень быстро, сметая всё на своем пути. Нельзя, чтобы он добрался до деревни. Мы же со всей остальной партией последуем вглубь леса, выследим и окружим чудовище. Глава Чжан согласился. Начертание знаков для создания защитного поля было одной из его сильных сторон. Пусть с виду он был невысоким и хрупким, но синевато-зеленые волны его ци создавали прочный щит. Даочжаны направились по узкой тропе, освещая себе дорогу талисманами-светлячками. Блуждали они довольно долго, несколько раз наткнулись на крупные, глубокие следы копыт, свойственные каменному зверю, но всякий раз протоптанные дороги заводили к высохшим ручьям или покинутым логовам. У одной из пещер Сун Лань наткнулся на обломки стрел и ножей – должно быть, кто-то пытался здесь охотиться, но неудачно. Вдруг вдалеке мелькнули оранжевые вспышки ци. Сяо Синчэнь присмотрелся, тихо сказал: - Осторожнее, Цзычэнь. Похоже, здесь охотятся и люди из клана Фэн. - Уверен? – Сун Лань сжал рукоять меча. - Не знаю. Ты говорил, что молодой господин Сюэ предупреждал тебя насчет главы Фэн, - вспомнил Сяо Синчэнь. Сун Лань хотел было сказать, что не верит он этому человеку, но тут из густых зарослей выбежал с десяток лютых мертвецов, готовых напасть. Он молниеносно отбил первые удары, упокоил заклятиями сначала самых сильных и воинственных. Сяо Синчэнь сражался бок-о-бок с ним, вспыхивали серебристые искры, блестело лезвие меча… но на смену одним лютым мертвецам приходили другие, а следом за ними ринулись воины в темных одеждах без знаков какого-либо клана. - Синчэнь… зажги сигнальный огонь! – тяжело дыша, прошептал Сун Лань. - Адепты Чжан… не смогут… защитить всех одновременно… - так же устало возразил Сяо Синчэнь. – Нельзя оставить людей без помощи. Сейчас, держись… Он очертил мечом круг и быстро защитил энергетическим полем – не слишком прочным, но способным хоть ненадолго прикрыть двоих и дать им перевести дыхание. Отдышавшись, Сун Лань тихо сказал: - Нужно зажечь огонь, Синчэнь. Или… или я останусь здесь, попробую их сдержать, а ты лети в городок Хо, там есть охрана из адептов клана Цзинь. До Хо можно было быстро долететь на мече, но даочжаны не были уверены, не скрывается ли где-то поблизости еще один отряд разбойников или наемников? А если еще и не повезет столкнуться со зверем… - Останусь я, а в Хо полетишь ты, - сказал Сяо Синчэнь. – У тебя кровь на рукаве, Лань-эр… - Это не моя. Они продолжили бы спорить, ведь ни один не хотел оставлять самого близкого человека в беде, но их прервал душераздирающий вопль и хрип. Одного из нападавших душил лютый мертвец, другого сразу трое мертвецов раздирали когтями. Сун Лань ощутил мощный поток темной ци и начертил еще несколько знаков, чтобы поддержать защиту своей энергией. Тьма наступала, казалось, отовсюду. Будто черная волна нахлынула, окутывала всё вокруг, обращала нечисть против прежнего повелителя, заставляя уничтожать врагов. Как только последний умолк, корчась в предсмертных судорогах, волна рассеялась, будто и не было. Сюэ Ченмэй объявился как будто из ниоткуда, из тьмы, будто даже не человек, а лесной дух. - Даочжан Сяо. Даочжан Сун. - Ты? – Сун Лань ступил шаг вперед, с недоверием разглядывая парня. – Это ты убил их? Зачем тебе было защищать нас? - А что, вы с даочжаном Сяо думали, что глава Фэн согласился бы на честный поединок? Как же, - Сюэ Ян засмеялся. - Вы оба что, до сих пор судите всех по себе? Зря... Сун Лань вздрогнул, глядя на трупы с распоротыми животами. - Они получили свое, - продолжил Сюэ Ян, бесшумно приблизился и обнял его. - И так будет с любым, кто посмеет хоть пальцем тронуть тебя или Сяо Синчэня. - Что?.. - Сун Лань вздрогнул, но почему-то не попытался освободиться из жарких, сильных объятий. - Я знал, что глава Фэн мутный тип. Приезжал он в том году, долго они с папашей Цзинь о чем-то шуршали, - Сюэ Ян презрительно фыркнул. - Оба фрукты еще те, красиво свистеть умеют, а на деле... ну, я и подослал к нему бумажного человечка, думал, проверю, как работает изобретение Старейшины Илина. Мдаа.... проверил… ну что, к сожалению, глава Фэн погиб на ночной охоте, и нам будет его не хватать. Сун Лань наконец осторожно освободился из его рук. - Извини, я не люблю прикосновений. Так все же, почему ты решил нас спасти? Сюэ Ян хищно улыбнулся. - Какой ты недогадливый, даочжан Сун. - Я понял, что ты ухаживаешь, цветы и сладости трудно было бы понять по-другому. Но за кем из нас? - Спросил. Это все равно, что спрашивать, что мне больше нравится, леденцы или засахаренные фрукты! Сяо Синчэнь засмеялся, первым вспомнив, сколько разных сладостей Сюэ Ян всякий раз тащил из лавки. - Но это же невозможно, так нельзя! - возмутился Сун Лань, краснея. - Отчего же? В весенние игры прекрасно можно играть втроем! Это было неправильно. Не такому Сун Ланя учили в монастыре, а Сяо Синчэня - в обители Баошань-санжень. Защитить себя и других от опасности, добиться для злодея справедливого наказания - да. Но не расправляться настолько яростно, сметая на своем пути всё, подобно пожару. И они не представляли себе раньше, что и к любви можно относиться так… видеть в чувстве не единство интересов и общую цель, а нечто дикое и первозданное. Жадность? Страсть? Стремление не отдать никому? И все же только теперь он чувствовал, что боль, так часто невыносимо сжимавшая сердце, уходит. Души погибших обрели покой. Ему стало легче оттого, что за его мать и отца, за людей из его родной деревни кто-то отомстил. Он глянул на Сяо Синчэня... а тот улыбнулся и шепотом ответил: - Я понимаю тебя. Я на твоей стороне. Всё хорошо. А потом Сяо Синчэнь обнял его со спины, поцеловал в шею, а Сюэ Ян осторожно сжал ладони Сун Ланя в своих: - Я за тебя и даочжана Сяо кого угодно убью. Волоску с твоей головы упасть не дам! Сун Лань вздрогнул. Было так непривычно, что его касались двое... Знакомая нежность - и неизведанное прежде обжигающее пламя. «Я приму всё, что ты чувствуешь и переживаешь, я всегда тебя пойму». «Я убью того, кто захочет причинить тебе боль». И необходимы ему были оба. - Ченмэй, мы поговорим позже, - сдержанно сказал он, пытаясь справиться с волнением. – Сейчас не время… мы еще не выследили каменного зверя. - Понятно, - кивнул Сюэ Ян. – У меня есть компас зла. Изобретение Старейшины Илина, но именно этот дорабатывал я сам. Справимся. А ты побереги силы. Дальше они шли вместе. И, несмотря на усталость и тревогу о будущем, Сун Лань был уверен: с чудовищем они справятся, смогут защитить людей из деревни. В темном небе над ними ярко светила луна.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты