Один из немногих, кого спасли

      — Дазай-Сан, скорее идите ужинать — прозвучал радостный голос из кухни.       Осаму встал с футона и попытался вспомнить его обладателя. По всей квартире доносился приятный запах. Кто-то гремел посудой, возможно расставляя тарелки. — Дазай-Сан, быстрее, пока еда не остыла — настойчивее сказал голос.       Шатен привстал с футона и поправил полы домашней футболки, попутно оглядывая себя в зеркале. Уже привычные полоски бинтов, немного сместились, но всё ещё скрывая участки кожи. Дазай хмыкнул, всё ещё пытаясь вспомнить чей голос его зовёт.       Голос был явно мужской, бархатный. Обладатель напевал какую-то песню, заставляя тело мужчины покрываться мурашками. Голос манил, затягивал, заставляя Осаму шагнуть в направлении кухни.       Зайдя в помещение, Дазай заметил серую макушку, стройные ноги в шортах, которые скрывали их наполовину. На парне был одет фартук. — Дазай-Сан, я заждался — протянув руки, произнёс Ацуши, ослепляя улыбкой.       Осаму проснулся, резко усаживаясь на футоне. На лбу была испарина, руки подрагивали, а сам мужчина глубоко вздыхал. — «Дазай-Сан, я заждался» — эта фраза всё ещё висела в воздухе, явно не собираясь покидать мысли шатена.       Мягкая улыбка парня, всё ещё стояла перед глазами, заставляя мужчину зажмуриться, чтобы не упустить фантазию. Вскоре она начала рассеиваться.       Дазай глубоко вздохнул, открывая глаза. Такие сны стали частью повседневной жизни детектива, что не могло быть не приятным. Парень во сне радовал и заставлял сердце радостно сжиматься.       Шатен откинул волосы назад от слегка покрасневшего лица. Ацуши во сне вытворял такие вещи всё чаще. Осаму невольно прикусил губу. Такие сны ненормальны. А чувства к собственному кохаю пугали.       Бывший мафиози посмотрел в окно. Солнце только начало вставать из-за горизонта. Мужчина поднялся с футона, посмотрев в зеркало напротив. Впрочем ничего не изменилось, всё те же бинты и мешковая одежда. Не слишком длинные, но и не короткие слегка вьющиеся волосы.       Перед глазами детектива, вновь появился Накаджима. Дазай махнул головой, прогоняя воспоминание и принялся думать, что ему делать. До работы оставалось ещё три часа, в квартире было чисто, так как это не первая бессонная ночь.       Неожиданно шатен подумал о старом друге. Друг, который всегда умел поддержать, друг, заставляющий улыбаться и готовый помочь в душевных проблемах.       Наспех собравшись и окинув взглядом квартиру, Осаму как можно тише закрыл дверь и повернул ключ в замке, прислушиваясь. В общежитии было тихо. Мужчина направился к выходу из здания.       Перед глазами была вывеска, гласившая о том, что он пришёл в нужный пункт назначения. Круглосуточный бар, где Дазай, ещё в то время работающий в мафии, часто пропадал.       Над дверью тихо звякнул колокольчик, оповещая о новом клиенте. Шатен окинул взглядом ничуть не изменившуюся барную стойку, пару столов, которые вечером были заняты.       Мужчина сел на один из стульев у стойки, показывая бармену, что заказывать ничего не будет. Окинул взглядом пустующее место рядом, вновь вспоминая как они с Одасаку проводили время за разговорами. — Одасаку, что такое любовь? — спросил Осаму, скучающе облокотившись о барную стойку — Это сложно объяснить, но как почувствуешь, то сразу поймёшь — убедил друг и потрепал по волосам, улыбнувшись.       Эти слова бывший мафиози стал вспоминать чаще. По причине, ещё неизвестной самому мужчине. Дазай считал, что любить он не умеет. Ему лишь бы девушку, которая согласится умереть вместе с ним. Вот только смотреть на Накаджиму приятнее, чем думать о смерти.       Осаму скучающе вытянул ноги, придерживая голову рукой. Ацуши сам того не зная, напоминал о себе каждый день, заставляя шатена думать о парне. — Ты сказал, что я пойму — прошептал Дазай — Но где же это понимание?       Мужчина вышел из бара, посмотрев на время. До работы оставалось чуть больше часа. Шатен решил, что придёт в офис и попробует поспать там. И может крики Куникиды отвлекут его от глупых мыслей. — Чёртов суицидник! — начал свою тираду идеалист, заставший уснувшего Дазая — Ладно бы хоть работал, тогда твоя усталость была бы обоснована!       Мужчина не слушал, время близилось к девяти, а Накаджима всё ещё не пришёл на работу. Осаму нервно усмехнулся, из-за чего тут же получил какой-то папкой по голове. — Куникида-Кун, прекрати пожалуйста — страдальчески проговорил Дазай, прикрывая голову руками, вызывая ещё больший гнев у Доппо — Ты бы лучше волновался о отсутствии работников.       Идеалист приподнял брови и строго осмотрел детективов. Шатен смотрел тоже, ища Кёку. — Где Ацуши-Кун? — посмотрев на синеволосую, задал вполне логичный вопрос Осаму. — Я не знаю, на утро его не было дома — ответила девушка взволнованно.       Осаму удивлённо моргнул глазами. Накаджимы не было дома? Сердце сжалось от беспокойства. — Дазай, найди его — строго произнёс Доппо, разворачиваясь, явно намекая на то, что возражений не принимает.       Шатен встал с софы, потягиваясь и разминая затёкшие плечи. Он был без понятия, где искать тигра. — Кёка-Чан, Ацуши ночевал дома? — Да перед сном мы убирались в квартире, а потом разошлись по комнатам. — Ты не слышала как и когда он уходил? — Нет.       Осаму помассировал виски. Где искать он не знал. — Вчера вечером ему позвонили. Он казался раздражённым — проговорила Кёка.       Мужчина кивнул. Раздражённый? Шатен задумался. Чаще всего Накаджима был в таком настроении из-за его бывшего кохая. В голове Дазая промелькнула мысль, что возможно Рюноскэ назначил встречу. Может быть на старом складе, где они чаще всего под наблюдением наставника проводили тренировки.       Осаму вышел из агентства и поймал такси, назвав адрес и протянув деньги. За окном мелькали деревья и здания. Вскоре он прибыл на нужное место и не спеша пошёл к складу. Начинающий детектив и правда был здесь и проводил беседу с псом Портовой мафии. Спрятавшись за каменной балкой, Дазай решил понаблюдать. — Ты хотел спросить, почему ко мне Дазай-Сан относится нормально? — раздался язвительный голос его кохая. — Называй это как хочешь, но да суть ты понял — злобно ответили в ответ.       Бывший мафиози усмехнулся, вот в чём причина, они не могут его поделить. Мужчина улыбнулся, собираясь уже выходить из своего укрытия, но следующая фраза заставила замереть. — Может потому что, ты с Дазай-Саном встречаешься?       На складе повисло молчание, Осаму был уверен, что на лице Ацуши сейчас был румянец, а Акутагава глубоко засунув руки в карманы, смотрел на парня, самодовольно ухмыляясь. — Неужели ты просто пассия? — прозвучал вопрос спустя некоторое время — Теперь понятно, почему тебе всё так легко досталось. — Следи за словами — угрожающе проговорил Накаджима.       Рюноске ухмыльнулся шире и что-то прошептал, что даже Дазай не смог услышать. После чего на бешеного пса набросился Ацуши.       Воздух прорезало лентами рассёмона. Осаму тихо отправился к выходу, чтобы неожиданно появится. — Ацуши-Кун, я тебя обыскался — радостно прозвучало на весь склад, заставив двух эсперов замереть — Что это за детский утренник? — Дазай-Сан, я… — Тигр спрашивал у меня любовные советы — перебил мафиози, натянув на лицо улыбку.       Шатен рассмеялся и подошёл к Накаджиме, положив руку на плечо парня. Помещение озарила слабая вспышка, тигриные лапы пропали. — Тебя ждут на работе, Ацуши-Кун — произнёс мужчина, уводя из склада раздражённого парня, подмигнув на прощание второму.       Когда оба детектива вышли на воздух, Дазай отпустил плечи парня и встал рядом. — Дазай-Сан, то, что сказал Акутагава это не правда,— проговорил юный эспер. — Не волнуйся, я верю тебе — беззаботно ответили парню — Но если тебе и правда нужны любовные советы, обращайся лучше ко мне.       Накаджима благодарно улыбнулся ему, из-за чего сердце мужчины забилось чаще. — Дазай-Сан, что такое любовь? — задал вопрос сероволосый, начиная идти. — Я не смогу объяснить это, Ацуши-Кун. Любовь это сложная штука. Один мой знакомый сказал, что человек сам поймёт, когда почувствует что-то похожее.       Парень рядом улыбнулся, смотря куда-то вдаль. Сердце мужчины очередной раз дало о себе знать. Вызвав такси и заплатив за двоих, Осаму вновь ушёл в свои мысли.       Есть множество видов самоубийц. Есть те, кого уже не спасти, они отрекаются от всех и прыгают с первой попавшейся крыши. Есть те, кого спасли, но не до конца, чаще всего такие люди держатся за одну цель и, совершив её, умирают, но этих людей можно спасти. Есть те, кого удалось спасти, они счастливы, мысли о смерти покинули их, они радуются каждому новому дню.       Осаму был из тех, кто держится за одну деталь. Этой деталью был его собственный кохай. Осознание этого пришло пару месяцев назад, когда мужчина хотел повеситься. Перед глазами встал образ плачущего парня, обнимающего его остывшее тело. Именно тогда Дазай откинул мысли о смерти подальше, как выбросил только сделанную петлю в окно.       Шатен не надеялся на взаимную симпатию, в какие-то моменты это доставляло ему печаль. Но в основном он был рад просто находиться рядом с Накаджимой, доставлять ему радость и улыбку.       Бывший мафиози искоса посмотрел на юного эспера, вновь уходя в свои мысли. По приближению к зданию агентства мужчина уловил волнение кохая и легонько похлопал того по плечу. — Где пропадал шкет? — явно сдерживая ярость, поинтересовался Доппо, как только оба эспера вошли в офис — Куникида-Кун, разве это сейчас важно? — пришёл на выручку Осаму, подходя ближе к напарнику — Не легче дать какую-то работу? — встав напротив и нацепив на себя серьёзный вид, шатен добил идеалиста.— А то смотри, выбьешься из графика.       Доппо раздражённо развернулся на пятках, направляясь к своему рабочему месту, ударяя бывшего мафиози по голове.       Впрочем один подзатыльник никак не повлиял на настроение мужчины. Осаму повернулся и подмигнул Накаджиме, который успел пройти к своему столу, беззаботно улыбаясь. — Спасибо, Дазай-Сан — тихо сказал Ацуши, когда к его рабочему месту подошёл вышеупомянутый. — Сходим в кафе после работы? — поинтересовался шатен, зная, что парень не откажет.       Получив утвердительный кивок, детектив развернулся на пятках, подходя к своему столу. Ацуши слегка улыбнулся, видеть наставника за работой было непривычно.       На стол упала тяжёлая папка, громкий хлопок вырвал Накаджиму из мыслей. — Разбери документы до вечера, шкет — проговорил Куникида, не дожидаясь ответа тигра.       Дазай смотрел на кохая, удивляясь лёгкости его движений. Изредка Ацуши хмурил брови, что выглядело милым в представлении шатена. Бывший мафиози настолько ушёл в свои мечтания, что не заметил явно злого идеалиста, который тут же схватил его за воротник и вытащил за пределы офиса. — Куникида-Кун, что такого я сделал? — поинтересовался Осаму, потирая шею. — Он тебе нравится? — Чего? — не поняв о ком идёт речь, спросил суицидник. — Шкет..То есть, Ацуши. Он нравится тебе?       Дазай застыл, смотря на напарника. Доппо терпеливо ждал ответа, скрестив руки на груди. — Меня не интересуют парни — отмахнулся шатен, для убедительности помахав руками.       Куникида лишь внимательней начал смотреть, наверняка волнение бывшего мафиози было заметно. От неловкости, Осаму переступил с ноги на ногу, по глупому улыбаясь. — Признайся ему, а то выглядишь жалким — с нажимом произнёс идеалист.       Мужчина проводил взглядом удаляющегося напарника. Несколько раз моргнув глазами и даже ущипнув себя. — Неужели всё так очевидно? — произнёс в пустоту Дазай.       Вечером оба эспера направились в кафе. Осаму как всегда говорил глупые шутки, а Накаджима смеялся. Сев за столик, суицидник заказал еды и два напитка, попутно говоря Ацуши, что заплатит за двоих, заставляя второго удивлённо посмотреть. — Ацуши-Кун, завтра тренировка с Акутагавой — произнёс наставник.       Юный детектив недовольно вздохнул. Новую порцию оскорблений он получит завтра, а сегодня можно расслабиться. — Дазай-Сан, мне кое-кто нравится — доев принесённый рис, начал говорить Накаджима.       Шатен замер, нацепив на лицо улыбку. Сероволосый явно был смущён, щёки покрылись румянцем, а взгляд был отведён вниз. — Так признайся ей — спустя время ответил Осаму — В чём проблема — то? — Дазай-Сан, тот кто мне нравится — это Вы — подняв взгляд, проговорил парень       Бывший мафиози был, мягко говоря, шокирован, смотрел сквозь кохая и ничего не отвечал. — Простите, я всё понимаю — Накаджима поднялся и собирался уйти.       Но забинтованная рука лишь притянула ближе к себе. А сам обладатель коснулся губ, сразу же отстраняясь. Накаджима спас его. — Ты мне тоже, Ацуши-Кун.