Архив моих сожалений

Этот вопрос застает Гринева врасплох. Он, конечно, ожидал расспросов со стороны Пугачева, но придерживался мнения, что мятежник открыто спрашивать о его позиции в этой войне. «Чего он добивается?» — эта мысль пульсировала в сознании Петра Андреевича. — «Если бы он хотел выведать мою позицию, то наверняка пошел бы более запутанным путем.. Он мог специально спросить в лоб, чтобы я растерялся,подумав, что он не затевает ничего плохого. А если он действительно просто спросил, без злобных намерений?.. Нет.. Бред.. Но как ни крути, Пугачев — самозванец, провозгласивший себя императором..» Прямолинейность подобна хорошо заточенному обоюдоострому мечу. Одновременно ставит в ступор противника, но также может повернуться острым концом в сторону твоей грудной клетки, намереваясь пронзить сердце и обагрив благородный металл брызгами крови. И никогда не знаешь, что ты увидишь в этом сражении.. Лежащего врага, тяжело дышащего на земле с ранением, медленно расползающимся кроваво-красным пятном по складкам одежды рубашки, сгребающего землю пальцами, которые с каждой минутой становятся слабее.. Увидишь ли ты в его глазах свое отражение с ярко сверкающим в полутьме леса сомнений лезвием.. ..Или же ты твое оружие проткнет уже твою грудную клетку. Боль быстро расползется по всему телу от раны. Пока что теплая струя свежей крови неспеша скатится с подбородка. Азарт возможной победы навсегда будет потушен внутри тебя, как и блеск жизни взгляда твоих глаз. Застывший в светлых глазах Гринева легкий страх перед целью вопроса заставляет Пугачева ухмыльнуться, приоткрыв рот, чтобы облизать верхний ряд зубов. — Вижу, мой вопрос обескуражил вас, — губы Емельяна на мгновенье дрогнули в самодовольной улыбке. — Можете не отвечать. Я просто оставлю вас наедине с раздумьями.. Но надеюсь, вы сделаете правильный выбор.. Ваше благородие, — Пугачев подчеркивает последние два слова, произнеся их более низким голосом. Тихий скрип половиц под ногами самозванца, отдаляющийся и наконец затихший. Хлопок дверей гостиной, эхом отразившийся в помещении. Шаги Пугачева долю секунды еще слышны за толстыми дверьми.