Продавец счастья

Фемслэш
NC-17
Закончен
239
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
Драббл, 16 страниц, 1 часть
Описание:
Вот что я сделаю с тобой, когда ты будешь близка к оргазму. Только подумай. Ты будешь так ошеломлена, но не захочешь, чтобы это закончилось, не совсем, поэтому я переключу его на семь, дам тебе всего несколько секунд, чтобы перевести дыхание, но затем буду качать его внутри тебя, так глубоко, так сильно, что ты не сможешь дышать, но прежде чем ты, наконец, сможешь кончить, он снова остановится. Как долго ты сможешь держатся на краю?
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
239 Нравится 12 Отзывы 47 В сборник Скачать

***

Настройки текста
      Кларк окружена членами. Купается в них. Пробираясь сквозь них, как гангстер сквозь груды ярко раскрашенной наличности. Буквально — они разбросаны по всему полу, ибо она работает в секс-шопе.       Это не первый раз, когда она наклоняется к одному экземпляру, и думает, что ей нужно найти более достойную работу — не ту, где ей нужно подбирать секс-игрушки, которые опрокинул какой-то дебошир-подросток. Но ту, где начальство будет достаточно лояльно относится к её учебе.       Она вздыхает и снова думает о том, чтобы просто получить скучную работу в спа-салоне, где работает Октавия. А потом, как всегда, она отметает эту мысль. Из-за того количества волосатых тел, которые видит её подруга, она сама едва ли может сделать маникюр, не говоря уже о том, что ей доверят управлять солярием.       В любом случае, Кларк очень хорошо справляется со своей нынешней работой, и получает соответствующую зарплату. Она почти гордится тем, что знает, чего хотят её клиенты, хотя в половине случаев они сами этого не знают, слишком нервничают или стесняются. Но в основном она гордится тем, что приносит людям радость. Она знает, что вряд ли они пойдут домой и расскажут своим друзьям об этой очаровательной девушке из секс-шопа, но она, по сути, дает людям оргазм. Это утешительная мысль, по субботам, когда она слишком измотана, или когда Октавия спрашивает её, когда она в последний раз видела член, не сделанный из силикона (из искренней дружеской заботы — ни капли издевки, ведь Кларк не интересуют мужчины).       Однако сейчас, поднимая выброшенные фаллоимитаторы и вибраторы, это не утешает. Единственным недостатком этого места является то, что оно расположено в центре оживленного торгового центра. Конечно, это позволяет ей делать перерывы на кофе с подругами, но это также означает, что большинство людей, которые приходят — подростки, осмеливающиеся зайти в страшный грязный магазин или прикоснуться к резиновой кукле или сбить каждый гребаный фаллоимитатор на землю только для того, чтобы мучить Кларк Гриффин.       Было время, когда она вызывала на них охрану. Теперь она гоняет говнюков, орудуя огромным дилдо. Ничто так не пугает шестнадцатилетнего подростка, как мысль о том, что его пронзит член, который больше его собственного. (В первый раз, когда Кларк проделала этот трюк, она получила повышенную премию. Она любит своего босса).       Она вздрагивает, когда слышит, как кто-то прочищает горло, и оборачивается инстинктивно, поднимает основание ребристой пробки, как рукоять меча. Затем она видит кого-то и почти роняет десять фаллоимитаторов, которые так тщательно подбирала последние две минуты.       Это высокая девушка, молодая, худощавая с кудрявыми волосами, соблазнительная в своем деловом пиджаке и обтягивающих узких брюках. Кларк мысленно облизывается. Её туфли слишком дороги, чтобы она все еще ходила в школу, её большие зеленые глаза мерцают и определенно не остекленели, её щеки определенно не покраснели от смущения, её прелестные губы сложены в приятную улыбку, а не в снисходительную гримасу, и её руки находятся там, где Кларк может их видеть. Она шикарна. Кларк совершенно сбита с толку, просто стоит здесь и смотрит, как идиотка, пока девушка не говорит тихим голосом:       — Я обещаю, что не представляю угрозы. Пожалуйста, опусти фаллоимитатор?              — Это анальная пробка, — тут же поправляет Кларк. Она опускает оружие, как бы спохватившись. — Я думала, что в магазине никого нет.              — Прости, — говорит девушка с явным раскаянием на лице. Все в ней кричит, что она обеспокоена тем, что действительно напугала Кларк. — Я не хотела испугать тебя, пока ты управлялась с силиконовыми членами.              И еще она нахальная. Это сразу же расслабляет Кларк. Если речь идет о шутках, Кларк вполне может вести беседу с самой привлекательной девушкой, которую она когда-либо видела в реальной жизни. Она ухмыляется ей и приподнимает игрушку, наконец-то ставя её на полку.       — Вообще-то это была анальная пробка. — Она подходит ближе к девушке, и шепчет, как секрет: — в следующий раз не подкрадывайся, никто не хочет быть человеком, который потерял глаз из-за летающего члена или чего-то другого из этого магазина.              Искренний смех девушки звучит почти нечеловечески в пустом магазине, а Кларк — определенно улыбается самодовольно.       — Нет, я не могу себе представить, чтобы кто-то мог получить травму так.              Она все еще безмятежно улыбается Кларк, и её рот такой большой и привлекательный, что Кларк не может придумать ничего, что могла бы сказать. Что не очень хорошо, так как она вряд ли хочет отпугнуть её. Поэтому она начинает рассказывать рутину для клиентов: идет к компьютеру, притворяется занятой и дает девушке пространство, чтобы она не чувствовала себя неловко.       Но девушка все же наблюдает за ней. Уверенность перед лицом мягких и хардкорных секс-игрушек — это очень специфическое возбуждение, очень специфичное для Кларк, но она наблюдает, как девушка оглядывается вокруг в общем интересе, привлекательно барабаня пальцами по губам.       Обычно Кларк достаются либо чертовы подростки, над которыми она может поиздеваться, либо застенчивые новички, которых она может дразнить, либо неряшливые чудаки, которые без присмотра наверняка получат членом в глаз. Эта девушка не похожа на застенчивую лесбиянку или неуклюжую девственницу, и её брюки определенно слишком тесны, чтобы незаметно засунуть руку в карман, как делают некоторые извращенцы. Она просто классная, непринужденная и дружелюбная. Кларк совершенно очарована.       Кларк смотрит, как она насмехается над порнографией и идет прямо к вибраторам, становясь в пол-оборота к ней.       — Привет, я Кларк, — начинает она.              — Я Лекса, — немедленно отвечает девушка, несмотря на то, что Кларк не спрашивает. Возможно, это её настоящее имя. Наверное, это и есть её настоящая яркая улыбка. Этому лучу солнца не место в темном секс-шопе.       — Итак, — продолжает Кларк очень профессионально. — Ты ищешь подарок для подруги или друга?       — О, для меня, — спокойно отвечает Лекса, глядя прямо в глаза Кларк. — Я не в отношениях.       Кларк старается оставаться абсолютно бесстрастной, старается выкинуть из головы любой образ, включая Лексу, с одним из больших фаллоимитаторов, теряющую рассудок из-за вибратора или проводящую часы с дистанционно управляемой вибрирующей пулей в ней. Она твердо держит все это вне своей головы. Лекса просто смотрит на неё прищуренными глазами, как будто ждет, когда до неё дойдет смысл сказанного, прежде чем добавить:       — Мне нужно что-то эффективнее, чем собственные руки.       — О. — Кларк кашляет. Она могла бы сказать около десяти совершенно непристойных вещей, но у Лексы есть это легкое очарование, и Кларк не уверена, что с ней флиртуют. — Значит, ты… без опыта?       — С игрушками? Да. С девушками — не так уж много, но побольше, чем с игрушками. — Её голос упал еще ниже, и она начала кусать свою полную нижнюю губу, и она так, так флиртует. Ну что ж.       Кларк взъерошивает свою растрепанную челку и бессознательно натягивает рубашку, так что она немного натягивается на грудь.       — Тогда давайте представим вас друг другу. — Она кладет руку на поясницу Лексы и ведет её к полке с экспонатами. — Хочешь что-то особенное?       — О, нет. Не совсем. А я могу? — Она протягивает руку, но ждет кивка Кларк, чтобы взять вибратор. Кларк приходится прикусить губу, чтобы не рассмеяться. Конечно, она выбрала самый дорогой в ряду и совершенно не понимает для чего этот мелкий силиконовый отросток поверх массивного члена.       Лекса выглядит совершенно озадаченной этой штукой, хихикая про себя, когда тычет на кнопку на ручке.       — Прикольно.       — Очаровательно, — говорит Кларк, прикрывая рот рукой. Это она о Лексе. О Лексе в руках с фалосом.       Лекса смотрит на неё так, словно Кларк только что разбила её сердце. Она смешно надувается и подносит «игрушку» к лицу.       — Посмотри на это, — умоляет она, как будто её хриплый сексуальный голос может иметь милые интонации в данной ситуации, как будто Кларк может смотреть на что-то, кроме как не на её надутые губы. — Что он делает?       Кларк закатывает глаза.       — Это для клитора. Внешняя стимуляция.       — О. — Надутые губы Лексы мгновенно становятся хмурыми, и она недоверчиво смотрит на вибратор.       — Ладно, это не для тебя! — Кларк выхватывает игрушку из рук Лексы и заменяет своим личным фаворитом, розовым с крутым изгибом на голове. Лекса поднимает его для осмотра, и её длинные паучьи пальцы обхватывают древко. Кларк не может не думать о том, как выглядел бы этот аппарат, затянутый ремнями на её бедрах. Она так поглощена разглядыванием, что почти не замечает, когда Лекса задает вопрос.       — Не слишком ли он мал для секс-игрушки?       Кларк выгибает бровь и прижимается к Лексе, кладет свою маленькую руку поверх её и сжимает.       — Ну, вибрации становятся очень интенсивными, так что вам не нужно много с точки зрения длины. К тому же это мягкий силикон, так что у него больше отдачи. — Она придвигается еще ближе и тихо добавляет: — Это прекрасно наполнит тебя.       Лекса резко выдыхает, её пальцы трепещут под пальцами Кларк.       — Значит, размер не имеет значение?       Кларк фыркает.       — Есть огромный надувной фаллоимитатор, который мог бы заполнить вашу гостиную, не говоря уже о другом.       Лекса снова смеется, внезапно, пронзительно и восхитительно.       — Ладно с этим лучше притормозить. — Она протягивает длинную руку, чтобы не отходить от Кларк, и хватает упаковку с витрины, читая. Она снова кусает свои губы. Кларк хочет убить её. — Восемь скоростей? Как такое вообще возможно? Медленно, нормально, быстро, очень быстро, супер быстро… и…       — Нет, — перебивает её Кларк, прежде чем она быстро достигает супер-пупер. — Три скорости, восемь функций.       — Что это значит?       Кларк закатывает глаза и забирает упаковку, чтобы Лекса могла обхватить вибратор обеими руками. Она включает его, и с губ Лексы срывается смешок. Она преувеличенно трясет руками, как будто Кларк позволила ей подержать бетономешалку.       — Вы нажимаете на основание, чтобы переключиться, — объясняет Кларк.       — Нажми на него, — говорит Лекса. — Я хочу почувствовать, каково это.       Кларк не упоминает, что весь смысл в том, что пользователь может трахать себя. Ей нравится, что её приглашают в этот процесс. Она работает здесь уже больше года и никогда не встречала никого, похожего на Лексу. Поэтому она нажимает на него, ждет между функциями, чтобы Лекса могла почувствовать их. Лекса относится к этому как к какому-то научному эксперименту, напевая и кивая, когда она понимает динамику каждого режима. Один - быстрее, другой - по очереди, третий-медленнее, но мощнее.       — К нему прилагается инструкция? Я люблю инструкции, — говорит Лекса довольно невинно, если бы не её острый взгляд, которым она стреляет в Кларк.       Это будет слишком очевидно, чтобы предложить себя в качестве инструктора, поэтому Кларк просто качает головой.       — Все просто, переключаешь и всё.       — Вы говорите из личного опыта?       И эта граница между профессиональной вежливостью и дерзкой надеждой. Кларк с головокружением перепрыгивает через нее.       — Да. У меня такой же.       Лекса кивает очень серьезно.       — Значит ли это, что если я куплю это, у нас будет тайная связь через вибраторы?       Кларк не знает, что сказать, поэтому просто не открывает рта. Лекса продолжает счастливо улыбаться. Она задает Кларк случайные вопросы о том, кто проектирует эти вещи, и про клиентов мужского пола, и кто вообще более изворотлив, и видит ли она пары или все это одинокие, как сама Лекса?       Кларк беспомощно ласкова, но на каждый вопрос ей требуется время, чтобы ответить, потому что её мозг не может смириться с тем фактом, что они держат вибратор, который может быть в Лекса через пару часов. Это заставляет её задаться вопросом, является ли Лекса такой же болтливой, когда её трахают, или она так же взволнована тем, что они делают, и её единственный выход — говорить. Она также задается вопросом, как часто её трахают. Или как она любит трахаться. В принципе, любая ситуация, в которой красивая девушка, как Лекса, трахается, представляет интерес для Кларк.       Седьмая настройка — это та, которая заставляет её прекратить бессвязную болтовню. Она начинается так же, как номер шесть, и Лекса собирается прокомментировать это, но её рот захлопывается. Она полностью перестает вибрировать в течение нескольких секунд, прежде чем начать пульсировать дважды, более мощно, чем любая другая фикция, а затем она исчезает до числа шесть и по кругу. Руки Лексы сжимаются в кулаки, но она не произносит ни единого слова. Как будто все её тело дрожит каждый раз, когда вибрация сильно пульсирует.       Кларк ничего не может с собой поделать. Она немного потягивается, чтобы прошептать Лексе на ухо:       — Вот, что я сделаю с тобой, когда ты будешь близка к оргазму. Только подумай. Ты будешь так ошеломлена, но не захочешь, чтобы это закончилось, не совсем, поэтому я переключу его на семь, дам тебе всего несколько секунд, чтобы перевести дыхание, но затем буду качать его внутри тебя, так глубоко, так сильно, что ты не сможешь дышать, но прежде чем ты, наконец, сможешь кончить, он снова остановится. Как долго ты сможешь держатся на краю?       — Я не смогу, — шепчет Лекса, определенно дрожа. — Я просто не смогла бы так.       Кларк выскальзывает из пальцев Лексы и крепко сжимает её запястье.       — А если я использую наручники?       Лекса даже задыхается. Когда Кларк поднимает глаза, у неё перехватывает дыхание — Лекса наконец-то стала похожа на обычных посетителей этого магазина: её щеки раскраснелись, а зрачки широко раскрылись, глядя на Кларк так, словно она уже сошла с ума. Она, наверное, уже потекла.       — Если бы на меня надели наручники, я бы вообще не смогла бы ничего делать. А он мне нужен, как раз из-за недостатка второго человека в моей кровати.       Руки Кларк только сильнее сжимают хрупкое запястье Лексы.       — Я могу быть второй, только сверху.       На мгновение единственным звуком в магазине становится вибратор, дрожащий в руке Лексы. Они обе смотрят друг на друга, их сердца бьются сильнее, чем барабаны на концерте Аэросмит.       — А что такое номер восемь? — Спрашивает Лекса голосом более глубоким, чем до сих пор слышала Кларк. Она звучит прямо как из порнофильма.       — Что? — Спрашивает Кларк, растерянная и расстроенная отсутствием ответа (положительного — да любого, если честно).       — Восьмая настройка, что она делает?       Видимо, разочарование на лице Кларк слишком красноречиво, потому что Лекса делает шаг к ней, произнося:       — Попробуем его сейчас или позже?       Несмотря на весь этот неприкрытый флирт, Кларк все еще немного удивлена, когда Лекса толкает её к стойке и целует. Однако Кларк быстро приходит в себя и, не колеблясь, протягивает руки к шее Лексы, крепко целуя в ответ. Поцелуй голодный, жаркий. Кларк бы предпочла мягкость и нежность, если бы не вибратор, зажатый между их грудями.       Лекса — милая девушка, насколько Кларк может судить. И если такая горячая девушка заинтересована в ней, Кларк не собирается отпускать её в ближайшее время. Она ловко меняет их местами, усаживая на стойку, вероятно, опрокидывая что-то, и притягивает Лексу к себе. Та практически вздыхает ей в рот, раздвигая колени, чтобы она могла протиснуться между ними и снова поцеловать её. Упрощает задачу и обхватывает ногами бедра Кларк. На этот раз Лекса определенно вздыхает, высоко в горле, так что Кларк чуть сильнее дергает её за локоны и втягивает язык в рот.       Она просто… такая, такая милая, и Кларк всегда была громкой, но она может оценить низкий голос Лексы, колеблющийся между поцелуями, маленькие звуки, вырывающиеся из неё, как она сжимает ноги вокруг её бедер, когда Кларк крутит языком, как она делала бы вокруг её клитора. Она пригибается и сосет шею Лексы, но затем девушка роняет вибратор прямо на свои колени, громко ругается, и они обе отскакивают друг от друга.       Кларк поспешно выключает вибратор. Целоваться — это здорово, но она не хочет на самом деле кончать в штаны на работе. Ей есть чем заняться. И, несмотря на поздний час, кто-нибудь все же может заглянуть. Она делает несколько глубоких вдохов, стараясь не обращать внимания на аромат дорогих духов Лексы, которая выглядит совершенно развратно, и она определенно возбуждена ни меньше. Кларк хочет что-то сказать, но случайно хнычет. Лекса застенчиво покусывает влажную красную губу и говорит:       — Долго ты еще работаешь?       — Около часа. — Кларк чопорно фыркает и скрещивает руки на груди вновь делая шаг к девушке, продолжая шепотом. — Моя начальница не будет в восторге, если закроюсь уже сейчас. Она бывает надменной стервой.       — Жаль, что она такая сука. — Её волосы растрепаны, а под челюстью виднеется легкий любовный укус, который Кларк хочет вновь поцеловать.       — Я могу приехать к тебе после?       Лекса кивает. Тот факт, что она так охотно и доверчиво соглашается… заставляет глаза покрыться пеленой возбуждения.       — Мы можем заниматься сексом всю ночь. — Пальцы Лексы сжимают бицепс Кларк, то ли смиряясь, то ли просто возбуждаясь. Лекса просто дышит Кларк в ухо, прежде чем она снова отстраняется. — Нам нужно кое что еще. — Лекса спрыгивает с прилавка и откидывает волосы в сторону, рассеянно почесывая подбородок, когда идет за Кларк.       Кларк дезориентирована в своем собственном магазине. Она действительно старается держать себя в руках. Что где лежит? Лекса просматривает коробки, как вдруг чувствует, что руки Кларк легли на её бедра, а губы коснулись кончика уха, помогая развернутся к нужному стенду.       — Я говорила про наручники, — шепчет она, и в голове у Лексы как будто пусто. Тот факт, что Кларк мягко обвивает её талию, не помогает делу. Её пальцы скользят от талии Лексы к промежности. — Я не смогу держать свои руки при себе.       Боже. А что, если они сейчас сбегут в подсобку? Не похоже, чтобы кто-то когда-нибудь удосужился установить камеры слежения в этой дыре. Она даже могла бы трахнуть Лексу просто перегнув через прилавок, просто наклонить её и использовать фалос на полную катушку. И что потом?       Нет, понимает Кларк. Ей действительно не помешала бы красивая девушка, которая не любит командовать ей и не боится частной коллекции игрушек для взрослых, которые продает Кларк. Поэтому она хватает коробку и отталкивает Лексу от себя.       — Ты предпочитаешь металлические, липучки или пушистые? Или, возможно, те, из которых ты сможешь освободить себя сама? — Она перебирает варианты, подходя к стенду с наручниками и глаза её внезапно загораются.       Может, принести веревку? В этом магазине нет модных шелковых вещей, но Лекса будет великолепно смотреться в зеленом. Ну, она будет выглядеть великолепно во всем. Или без всего. Однако, учитывая, что она все еще не ответила на вопрос о наручниках, Кларк, вероятно, не следует поднимать этот вопрос какое-то время.       Она смотрит туда, куда уставилась ошеломленная Лекса. Обычно она не дотрагивается до клиентов, но Лекса такая потерянная и привлекательная сейчас, и Кларк она нравится, поэтому она протягивает руку и проводит по её руке. Кажется, прикосновение успокаивает. Кларк не может не улыбнуться этому.       — Мы можем не делать этого, если не хочешь.       Лекса фыркает, даже не рассматривая такую возможность, и смотрит на полки. Она проводит руками по липучкам на манжетах, проверяя их гибкость, и Кларк уже видит их вокруг её запястий, держа руки за спиной, когда она ласкает Лексу, или держа их раздвинутыми, или на ногах…       — По-моему, они тебе нравятся, — замечает Лекса.       Кларк отрывает глаза от своих рук и смотрит ей в лицо удивленно. Эта девушка с порозовевшими щеками улыбается.       Кларк закатывает глаза и забирает у неё пару, бросая их на кассу рядом с вибратором. Она добавляет свой любимый вид ароматизированного масла для хорошей гаммы. Лекса не спорит. Она расплачивается карточкой. Её улыбка ослепляет, когда она берет свой скромный бумажный пакет и спрашивает:       — Она на столько стерва, что ты не можешь уйти сейчас? — На мгновение она кажется немного неуверенной, а затем Кларк просто наклоняется над прилавком и чмокает Лексу. — Я воспользуюсь этим, как только окажусь дома.       — К черту всё, жди секунду, — Лекса застывает, глядя на Кларк, которая мчится к двери, подпрыгивая на ходу.       Гриффин движется быстро, даже в полутемном магазине, пытаясь осмыслить последние полчаса. Когда она заканчивает свои манипуляции с ключами, проходит всего пять минут. Кларк была, в основном, хладнокровна и собрана. Лекса, с другой стороны, выглядит как развалина, когда Кларк ведет её в подсобку, бережно обвивая за талию. Но самое главное, что она вспотела и раскраснелась, зрачки огромные, а губы пухлые. На самом деле она ничего не говорит, но то, как умоляюще смотрит на Кларк, говорит само за себя. Кларк закрывает комнату для персонала (сотрудников всего двое, если честно, и автор совсем не придумала на кой им там диван), роняя бумажный пакет и ничего не говоря, прежде чем броситься к Лексе и поцеловать её глубоко и грязно.       Лекса сжимает сильные руки на бедрах Кларк и прижимается к ней: её кожа пылает на ощупь, и Кларк впивается в нее ногтями, когда проводит ладонями по спине Лексы и спускается к бедрам, избавляясь от её слишком строгой одежды.       На самом деле, нет вежливого способа пощупать чью-то задницу, но если бы это было так, Кларк бы этого не сделала. Она просто опускает обе руки на дерзкую маленькую попку Лексы и сжимает её, слегка постанывая, когда чувствует рванный вздох в свою шею. Лекса издает хриплый звук и сильнее прижимается к Кларк, раздвигая ноги и подпирая стену. Она, на самом деле, уже расплавилась в ладонях Кларк, потому что её шёпот умоляющий, а руки дрожат, когда она пытается расстегнуть рубашку. Кларк определенно, нужно было начать со свидания… но что уже теперь. Лекса хватает Кларк за волосы и мягко оттаскивает, чтобы по крайней мере поцеловать в губы, как будто она умрет, если не сделает этого.       — Ты невероятная, — благоговейно говорит Кларк, сильнее прижимая её к стене и пробираясь под чашечку лифчика. От соприкосновения с возбужденной плотью Лекса закрывает глаза. — Боже… — стонет Кларк почти в унисон с ней, забив на раздевание, впивается губами в левый сосок, плотно обхватывая грудь у основания. — Просто потрясающая. — Стонет снова уделяя внимание второй груди в равной мере.       — Пойдем, — Кларк спотыкается о собственные ноги, но ей удается направить их тела в нужное русло.       Она все еще пытается расправиться с этими дурацкими пуговками, но в итоге — стягивает рубашку и лифчик через голову. Лекса продолжает прижиматься, чтобы получить еще больше поцелуев. Кларк радостно дарит их, помечая самые чувствительные места. Когда они добираются до дивана, она толкает Лексу на него, и это действительно очаровательно, видеть, как она в удивлении приоткрывает рот, а затем ложится поудобнее, призывно раздвигая ноги: её глаза остекленели, а губа закушена. Она так возбуждена, что Кларк хочется сделать еще хуже. Лекса тихо скулит, её тело движется само по себе, извиваясь, когда она подцепляет свои брюки, выгибаясь, чтобы стянуть. Кларк приходит в голову, что она вообще ничего не сказала с тех пор, как вошла. Она прочищает горло, и Лекса напрягается, готовая ко всему.       — Лекса, все в порядке?       Лекса кивает, словно для того, чтобы прочистить мозги.       — Да, да, все в порядке, — наконец произносит она хриплым голосом, продолжая снимать брюки.       Кларк думает о том, как Лекса ублажает себя в одинокие ночи, играет с клитором, прежде чем медленно войти пальцами и хрипло стонет. Может быть, было бы лучше, если бы Лекса все-таки промолчала.       — Я просто… Знаешь, ты возбудила меня так, что у кружится голова. — Кларк сглатывает и кивает (у неё тоже). — И если ты сейчас тормознешь, то будешь тем самым человеком, пострадавшим от резинового члена.       — Он для тебя. — Кларк открывает рот, закрывает его, а потом говорит блядь и разворачивается ко входу.              Она хватает вибратор и, как бы спохватившись, останавливается у стола, чтобы взять бутылку с водой. Она почти роняет их обоих, когда оборачивается и находит Лексу в её обнаженном великолепии: её грудь искусана (Кларк могла бы гордиться), соски возбуждены, рука между ног (что выглядит почти скромно, если не тот факт, что её рука гладит блестящие от смазки губы). Кларк не знает, специально она решила её довести до инфаркта, или это просто случайность, но в любом случае — Лекса выглядит совершенно блаженной, хотя Кларк знает, что она болезненно возбуждена. Он может видеть мурашки на её коже, испарину на лбу и закушенную в кровь губу.       Возбуждение закручивается глубоко в ней: она снимает свою собственную одежду в рекордно короткие сроки и становится на колени между ног Лексы, присев так, чтобы она могла видеть, как та прикасается к себе.       Она шлепает Лексу по руке, и та как будто только сейчас осознает, что Кларк в комнате, потому что она резко вдыхает, и её глаза бегают по всему телу Кларк. У неё на мгновение останавливается дыхание и тут же подгибаются ноги (они заваливаются на диван): Кларк закидывает одну себе на плечо, чтобы прижать язык к её клитору и поцеловать её нижние губы. Медленно… мучительно с наслаждением, они обе пытаются просто дышать, и Кларк позволяет себе устроиться так, чтобы чувствовать растерянные движения пальцев в своих волосах. Лекса стонет, когда Кларк трахает её своим языком, её бедра дрожат в предвкушении оргазма, пока Кларк что-то бурчит в её лобок, отстраняется и убирает её ладони из своих волос. Кларк ложится сверху, успокаивающее целует, позволяя своим бедрам бесконтрольно двигаться для них обеих пока руки изучают каждый изгиб.       — Детка, я могу надеть на тебя наручники? — спрашивает Кларк между сладкими поцелуями. Ну, она, вероятно, позволит Лексе сделать с ней что угодно.       Это занимает некоторое время, но, в конце концов, Лекса качает головой. Не по той причине, как думала Кларк.       — Нет, я хочу прикоснутся к тебе. Ты такая красивая.       Кларк ухмыляется и одаривает её поцелуем.       — Всё в порядке. Тогда в следующий раз. Я хочу закончить начатое. Где твоя покупка?       Лекса начинает сходить с ума, как только понимает, что Кларк намерена двигаться дальше.       — Наверно, она упала, — говорит та, пытаясь посмотреть вниз.       Кларк смеется, усаживаясь на бедрах, откланяется в сторону, чтобы самой поискать всё нужное. Лекса уставилась на её задницу. Кларк совершенно не возражает. Как только она находит его (среди целой кучи презервативов, которые хрен знает почему здесь), она снова устраивается между ног Лексы. Кларк осторожно подтягивает её колени, чтобы лучше видеть. Руки Лексы не связаны, но они совершенно бесполезны, сжимаясь и разжимаясь в воздухе.       Кларк наклоняется и целует внутреннюю сторону бедер Лексы, подтягивая её правую ногу вверх и кладет на плечо, так что она полностью открыта. Лекса в ответ закрывает лицо рукой. У неё татуировка на внутренней стороне руки. Она… до безумия сексуальна. Но сейчас не время для изучения. Лекса так возбуждена, что смазка вытекает из неё, и она такая мокрая, что Кларк засунула в неё два пальца, прежде чем успела даже подумать об этом. Лекса скулит и дико дергается, изо всех сил гоняясь за пальцами. Кларк входит медленно крутит, сгибает, держа твердую руку на ноге Лексы. Тело Лексы выгибается дугой, как будто не хочет, чтобы Кларк останавливалась. Кларк чертыхается и вытаскивает пальцы быстро. Лекса со стоном снова выгибается дугой, явно ни на чем не держась, и Кларк совершенно ошарашена.       Кларк сглатывает, так сильно, понимая, что сама давно затопила свою часть дивана, а Лекса еще даже не прикоснулась к ней. Она хочет наполнить её, хочет мучить её, пока она не станет рыдающим месивом, но она уже может сказать, что вибратор сделает с ней. Она хочет этого еще больше. Она хочет быть первой девушкой, которая трахнет Лексу секс-игрушкой. Это немного личная мысль, но все равно.       Как только она достает вибратор из упаковки, она просто дразняще катает ствол вдоль бедра Лексы, чтобы она запомнила, каково это - чувствовать мягкий силикон.       — Кларк, подожди, пожалуйста, — бессвязно бормочет Лекса.       Кларк останавливается и переводит взгляд на её лицо. Она все еще прикрыта её загорелой рукой, так что Кларк приходится осторожно отодрать её.       — Что ты хочешь, детка?       Лекса беспомощно моргает, глядя на неё.       — Прежде чем ты продолжишь, я… черт, я просто очень… я все время думала о том, что…       — Лекса, — строго обрывает её Кларк. — Я сделаю всё, что скажешь.       Лекса делает несколько глубоких вдохов и говорит:       — Я все думаю о том, чтобы… поза 69.       Глаза Кларка тут же устремляются на полные, невероятно розовые губы Лексы, и её клитор сочувственно подергивается. Но Лекса не стала бы останавливать её ради… о! Бог. Рука Кларк сжимает основание вибратора.       — Хочешь меня, пока он внутри?       — Верно, — говорит Лекса, снова закусывая губу.       Глаза Кларк сияют, и она так энергично кивает, что потная челка падает ей на лоб.       — Я просто не могу выкинуть это из головы — каково это будет. Кларк, пожалуйста, — говорит она напряженным голосом, давая клитору Кларк несколько толчков, потому что её мозг вот-вот отключится, а Лекса не помогает.       — В следующий раз…       Она скользит вверх по телу Лексы и снова целует её, замечает, как широко та открывает рот, чтобы показать ей язык, и внезапно это становится так же важно для Кларк, как и для Лексы. Поэтому она откидывается назад, смотрит, какие у Лексы влажные и чудесные губы, а потом постукивает по ним головкой вибратора. Её первое наблюдение состоит в том, что он всего на несколько оттенков ярче, чем губы Лексы. Её второе наблюдение состоит в том, что нетерпение Лексы, вероятно, убьет её в ближайшем будущем.       Её рот мгновенно открывается, и Кларк целует её, глядя, как язык Лексы обвивает изогнутый кончик фалоса. Лекса обхватывает её за талию, почти роняя Кларк, а затем отстраняется. Выглядит разочарованной. Прежде чем Кларк осознает это, она качает головой, как будто это реально, как будто Лекса сможет продержаться так долго, чтобы прийти вместе с Кларк, охваченная возбуждением.       — Черт возьми, Лекса, — бормочет она.       Это, кажется, радует её, поскольку она снова тянет Кларк и издает нуждающийся звук, когда та устраивается сверху. Кларк практически чувствует её дыхание (оно холодное по сравнению с горящей кожей), просто не может… она облизывает фалос, на секунду удивляясь тому, как он мокрый, как и влажные губы Лексы.       — Сейчас я тебя трахну, — говорит она. Лекса ошеломленно кивает и повторяет ту же фразу.       Кларк смотрит вниз и сильнее расставляет ноги, чувствуя горячие губы на своих. Это похоже на заикание её мозга — одна секунда, когда она все еще думает о том, чтобы бросить вибратор и получить удовольствие самой, одна секунда, когда она толкает только кончик вибратора, а затем через секунду она запихивает весь ствол в Лексу.       — Да, Кларк, — выдыхает она, опуская руки на бедра и сжимая зад Кларк. — Пожалуйста, Кларк, трахни меня уже.       Так что Кларк совершает обратно поступательные движения, убедившись, что у неё правильный угол. Трахает её так сильно, как она может, когда губы Лексы не перестают издавать жаждущие звуки, и Кларк может только смотреть на то, как та принимает фалос, как будто это было сделано на заказ для неё. Она сильно посасывает кожу на животе и груди Лексы, и устанавливает устойчивый темп рукой.       Кларк не предупреждает Лексу, прежде чем включить вибратор. И Лекса, блядь, взвывает. У Кларк захватывает дух, когда та (под ней) откидывает голову назад и её бедра ударяются о диван, как будто это финал. Первобытный звук вырывается из неё снова, и она сжимается всем телом, её пальцы крепко сжимают задницу Кларк, её ноги сжимаются, как будто она не может сдержать эту волну. Кларк саму трясет так сильно, что она боится потерять контроль над вибратором, поэтому она останавливается и сосредотачивается на том, чтобы помочь девушке отойти от оргазма. Она меняет настройку с тройки на единицу, так что это не быстрее, и не сильнее. Лекса снова стонет через несколько минут и Кларк продолжает в том же легком ритме, который она уже выработала, и еще, спустя время, Лекса хрипит:       — Ты так чертовски хороша, — говорит она, не в силах больше сдерживаться. — Ты такая красивая.       Кларк не намерена болтать. Лекса всхлипывает и прячет голову в её волосах, понимая, что пятый режим… это слишком много внимания. Лекса не предупреждает её перед тем, как она кончает. Все, что требуется, это один толчок, и она падает с края, так сильно, что кажется разбивается. Она долго кричит и трясется, ошеломленная, а Кларк настолько обескуражена эффектом, что даже не замечает, что все еще трахает её короткими толчками. Лекса снова скулит, её конечности падают на диван и широко раздвигаются. Должно быть, это меняет угол, потому что она шипит. Кларк выключает вибрацию, но не вытаскивает его, пока еще нет. Лекса вздыхает с облегчением, когда Кларк всё же освобождает её. Вполне вероятно, что она уже пять минут не дышит.       Кларк перекатывается и тут же возвращается, растягивается на теле Лексы, и та инстинктивно тянется за поцелуями. Кларк улыбается ей, упиваясь тем, как великолепно она разбита.       — Детка, открой глаза, — мягко говорит Кларк.       Это занимает у Лексы некоторое время, как будто она действительно где-то дрейфует, и, возможно, в какой-то степени так оно и есть. Но её глаза открываются, и она лучезарно улыбается Кларк. Кларк трясет бутылкой перед её лицом, и Лекса улыбается еще сильнее.       — Посмотри, как ты заботишься обо мне, — воркует она, и Кларк закатывает глаза. — Я могу к такому привыкнуть.       — Выпей воды, — ласково отвечает Кларк, игриво щипая Лексу за сосок.       Лекса хихикает и ерзает, её глаза на секунду закрываются, когда Кларк целует её ладонь, но в остальном она невероятно весела. Она очень демонстративно обхватывает губами горлышко бутылки и снова надувает щеки. И она здесь, и она все еще голая, и рядом с ними все еще вибратор, но мозг Лексы еще не закончил обрабатывать последнюю серию событий, и она не думает, что это случится сегодня. Может быть, у неё льготный период, пока она удовлетворена или что-то в этом роде. Она отводит взгляд от лица Кларк и замечает, что, несмотря на свое удовольствие, та ни слова не сказала о себе.       И они попробовали только четыре функции. Из восьми.       Гениальность поражает. Она отдает бутылку и уже через несколько секунд Кларк убирает воду и та хватает её за волосы, чтобы привлечь её внимание.       — Как насчет того, чтобы поменяться местами?       Кларк издает тихий, беспомощный звук, но она не сопротивляется безмолвно соглашаясь с её блестящим планом. Она наклоняется, чтобы поцеловать её в ухо, а затем протягивает ей фалос.       — Я тебя еще не измотала, — говорит она, демонстративно разваливаясь под горячим телом Лексы.       Лекса уже не такая отчаянная и возбужденная, как раньше, ухитряется нахально ухмыляться, когда смотрит на неё сверху.       — Теперь я могу тебя дразнить? В качестве мести?       Прежде чем Кларк успевает ответить (нет), Лекса уже тянется к ней и засовывает кончик пальца внутрь. Это так чертовски хорошо: Кларк опускает голову на диван кладет руки на плечи Лексы, сжимая ноги, чтобы получить больше. Лекса тихо ахает, но быстро приспосабливается, двигаясь в твердом темпе. Она даже не нуждается в инструкциях, знает только, когда согнуть палец, когда добавить еще один, когда потянуться и когда просто позволить ей самой двигать бедрами. Как бы то ни было, Кларк вот-вот кончит, так что она принимает ответственное решение отступить. Она пытается решить, что делать дальше, но у неё немного кружится голова и сильно жарко, а Кларк все еще смотрит на неё со смесью благоговения и самодовольства.       Лекса очень любит целоваться. Её руки ложатся на бедра Кларк и она целует её глубоко и страстно, как это бывает в любовных романах или фильмах. Если бы был фильм о похотливом продавце из секс-шопа. Может быть, порно. Может быть, они могли бы сделать свой собственный домашний фильм.       Господи, она даже слегка вспыхивает при этой мысли. Она отрывается от губ Кларк и видит, что она высовывает язык и щелкает кончиком по коже Лексы, заставляя её хотеть-просто хотеть, хотеть, хотеть. Поэтому она отстраняется как можно дальше от жадного рта девушки. То есть она делает поворот на 180 градусов и садится спиной к лицу Кларк. Ей не нужно оборачиваться к Кларк, чтобы увидеть, как это повлияло на неё — у неё есть место в первом ряду. Только этот вид сзади доставляет +100 к возбуждению.       Лекса не часто опускается на дно, не говоря уже о незнакомках, но она видит розовую ручку вибратора, и знает, что её план гениален. Кларк все еще хватает её за бедра, но Лексе это нравится, поэтому она не просит её остановиться. Вместо этого она сама берет искусственный член и пытается встать на колени прямо над ней. Она входит в неё со второй попытки, и если она ожидала, что всё просто, как у порнозвезд, она находит, что это немного сложнее, чем кажется. Ей требуется некоторое время, чтобы привыкнуть, и, в конце концов, она движется мучительно медленно. Она думает, что это довольно впечатляюще, что её возбуждение не ослабло ни на секунду во время процесса, вероятно, из-за того, что Кларк издавала (очень порнографические) нуждающиеся звуки под ней и скользила пальцами рядом с её клитором. Кларк просто беспомощна, чтобы бороться с поддразниванием; она обеими руками сжимает бедра Лексы и пытается дышать. На самом деле это не работает. Она тяжело дышит и извивается.       Итак, Кларк брыкается. Лекса начинает с небольших толчков, просто чтобы получить общее направление, а затем — да, это определенно становится лучше, когда она находит то самое место. Кларк крепко сжимается и, черт возьми, кажется, что она готова взорваться, слишком много вещей происходит одновременно, слишком много тепла проходит через её тело. Лекса любит эту часть. Она любит чувствовать себя такой горячей, любит работать бедрами, любит слушать, как Кларк разваливается. Она чувствует себя под кайфом, все тело сотрясается каждый раз, когда Кларк впивается ногтями в её бедра. Её безжалостный темп едва дает Кларк пространство для маневра. Её руки, вероятно, оставляют синяки на коже Лексы, и черт с ним, если это ей нужно.       Она ждет, пока не окажется рядом — а учитывая тот факт, что она была рядом уже миллион лет, ждать осталось недолго, — и протягивает руку между вытянутых ног Кларк, чтобы включить вибратор. Бедра Кларк подскакивают, сильно толкая Лексу и заставляя её вскрикнуть, потому что это было чертовски восхитительно, но это почти заглушается звуком, который издает Кларк. Сейчас она в основном царапает бедра Лексы, ошеломленная, отчаявшаяся и просто не в себе. Она продолжает ругаться, бессмысленные маленькие крики типа: черт, детка, ты лучшая, трахни меня, пожалуйста. Лекса хотела бы, чтобы это был саундтрек к фильму, снятому о её жизни. Она быстро переключается между режимами, задерживаясь на шести, потому что это тот, который подходит ей. И начинается: Лекса жестко трахает её, и пальцы Кларк ускользают, потому что это потрясающе, и она не может сосредоточиться, блядь.       Наконец, наконец, они достигают счастливого числа семь (вибратор делает свою работу) Кларк выгибается так высоко, что почти отскакивает от дивана. Это разрушительно, вот что это такое, и когда вибрации прекращаются, и Лекса снова садится, Кларк пытается изменить угол наклона, прежде чем вибратор оживает, и Лекса снова толкает его, впиваясь ногтями в кожу Кларк. Кларк больше не может этого выносить. Она не знает, как долго прибывает в отключке. На самом деле, она почти ничего не знает, кроме одной мысли, которая почти бросает её через край снова — когда она открывает глаза, ей кажется, что она сама чувствует вибрации.       У Лексы, на самом деле, достаточно присутствия духа, чтобы избавиться от вибратора самостоятельно. И ей определенно не надо ничего, кроме как прижаться к потерявшей сознание Кларк и немного размять ноющие ноги. Лекса целует её вспотевшее тело. Кларк догадывается, что с этим ей часто придется иметь дело.       Кларк открывает глаза такой довольной, какой она, вероятно, никогда не была. Она начинает ерзать, пытаясь понять, хочет ли она встать или просто лежать так вечность. Когда Лекса издает тихий полусонный звук и крепче обнимает Кларк за талию, она решает заговорить:       — Ты хочешь сбежать от меня? — Спрашивает она, больше рыча, чем что-либо еще.       — Нет, — легко отвечает она, пораженная глубоким звучанием собственного голоса. Кларк целует руку Лексы.       — Хорошо. — Она еще крепче прижимается к Лексе, согревая её всем телом. — Мы все еще не определились с восьмой установкой.       Лекса фыркает.       — Надо кое-что оставить для дома, любимая.       Она определенно чувствует, как улыбка Кларк растет.       — По-моему, кто-то обещал, что больше не будет отвлекать меня от работы?       — Да, Кларк, помню — твоя начальница — стерва. — Вздыхает Лекса, садясь на диване. — В следующий раз, когда говоришь это, не забывай, что я тоже работаю в магазине игрушек для взрослых.              — Это ты так обиделась? — Лекса издает недовольный звук. — Она мне практически платит натурой. Работаю за секс! Ну, не изверг ли?       — Вообще-то, с тобой затрат больше, чем прибыли, — Лекса кивает на разорванную коробку.       - Хочешь, чтобы сегодня я готовила нам ужин? - Кларк давно научилась понимать намеки своей девушки.       — Вот, черт. Я вообще-то, сегодня пришла не для секса… — Её сердце определенно не колотится и пропускает пару ударов.       — Детка? — Кларк садится рядом. — За чем ты пришла?       — Боже, твоя мама ждала нас на ужин…       Кларк остается лишь застонать и упасть телом обратно на диван.
© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты