Кюби. Лис, обманывающий смерть

      Ночь и утро здесь не похожи ни на что другое. Несомненно тишина леса отличается от бессонного шума проезжающих мимо дома машин, сирен спешащих служб безопастности, музыки у соседей сверху, хлопков двери ночью в подъезде и смеющихся пьяниц. Ночь тут наполнена тёплым треском поленьев в небольшом камине, тихим топотом Дзасики, расслабленным посапыванием Кицунэ, размеренным шелестом листочков деревьев и редким уханьем совы. В такой обстановке гарантирован не только крепкий сон, но и восстановление, будь оно душевным или физическим. Сама природа пропитана великодушной доброй магией.       Утро отличается не меньше. Но оно отдалённо напоминает утро в деревне — теплый солнечный свет, свежий запах выспавшегося леса, шорохи завтракающих животных и аромат простецкой каши из кухни. И всё же здесь есть что-то такое дикое, необузданное и до такой степени гармоничное, что хочется здесь остаться, раствориться в этом чувстве, зацепиться за него и не отпускать. Интересно, так ощущается нирвана?       Сонно и расслабленно Чонгук приоткрывает глаза. Сегодня он так сладко спал — на ресницах будто ощущается сахар. Нет чувства «стоп, где это я?», так часто показываюемого в фильмах и книгах. Лежа на гостевом матрасе под двумя рукодельными пледами Чонгук ощущает себя дома. И это удивительно, ведь он находится в отдаленной от человеческой суеты хижине меньше суток!       Взгляд ловит движение — хвост Кицунэ спадает с кровати, ложась на пол. Спит Чимин, разумеется, не в кимоно, на нём самодельная пижама. Потому теперь можно разглядеть его хвост, тонкие плечи и в общем и целом маленькую фигуру без слоев ткани. Неприкрытый кусочек волшебства так и хочется коснуться. Белый мех кажется очень мягким, и он находится всего на расстоянии вытянутой руки. Но позволить себе разбудить хозяина Чонгук не может.       «Доброе утро», - глаза юноши раскрываются. Не то что бы он забыл про существование домового, но тот резко выдернул его из мыслей и представлений о том, насколько же шелковистый и теплый хвост Кицунэ. - «Принести вам стакан молока?», - спрашивает невозмутимо малыш. Свой писклявый голос Дзасики делает чуть тише — энергия хозяина после вчерашнего превращения существенно упала. А сон помогает всем существам, если не накопить её, то точно не растерять остатки.       Пользоваться услугами Вараси неудобно. В современном мире люди совсем не поощряют рабство, а само существование домового на это очень похоже. Не сложно Чону самому подняться и добыть себе стакан молока, если конечно оно куплено и просто стоит в холодильнике... Но, если хорошенько вспомнить вчерашний вечер, то ничего похожего на холодильник в доме нет, а насчет покупок в магазине...есть ли у лиса вообще деньги, может ли он себе их добывать, если выглядит, как старшеклассник? Откуда тогда у него продукты?       По всему видимому, Чонгук не сможет добыть себе тут стакан молока своими усилиями. И, как бы ему ни было неловко, юноша пожимает плечами и кивает, произнося робкое «да, пожалуйста». Облегчение обволокло его, когда малыш улыбнулся и одобрительно на него глянул, разворачиваясь и уходя. Обязательно нужно по возвращении домой прочитать информации о Дзасики-вараси. У парня даже появляется желание произвести на духа хорошее впечатление и подружиться с ним.       Пока Чонгук садится на кровати и поправляет свою одежду и волосы, ребенок уютно шумит на кухне. И всё же в мыслях юноши теперь не исчезает вопрос «откуда у Чимина продукты?». Вполне вероятно, что лис добывает их в лесу. Возможно, он помогает себе магией? А может почва тут достаточно плодородна для выращивания овощей, кроме того лес полон живности для охоты. Но осознание того, как сложно Паку добывать себе пропитание, при этом учась в старшей школе, постоянно теряя время на дорогу туда и обратно, выполняя домашнюю работу и готовясь к экзаменам вводит Чонгука в шок. А пробовал ли Кицунэ лапшу, пиццу, коктейли, торты и пирожные? Отныне человек ставит себе цель — сводить Чимина в кафе, может даже в ресторан, где тот точно распробует кулинарные изыски; обязательно купит в парке сладкую вату и сводит в кино с попкорном. В дополнение к этому в скором времени в городе будет фестиваль, а уж там ожидается столько всевозможных вкусностей, что голова лиса пойдёт кругом от разнообразных вкусовых ощущений!       «Спасибо», - Чонгук принимает из маленьких ручек небольшой стакан. Тут же домовой уходит дальше по своим делам, оставляя гостя просыпаться. С помощью этого малыша Кинуцэ наверняка намного легче. И это радует, иначе совсем страшно представить, как лис жил бы тут совсем один. Однако негативные мысли легко уходят из головы, когда находишься в столь комфортном месте.       «Доброе утро», - повернув голову, оленьи глаза юноши встречаются с сонными чужими. Неудивительно, что Кинуцэ просыпается с улыбкой. Также неудивительно то, что улыбка легко передаётся гостю лиса. - «Как спалось? Как ты себя чувствуешь?», - парень спусткает ноги на пол, но с кровати вставать не собирается. Внимательно его взгляд бегает по человеку, стараясь уловить любую негативную крупицу.       «Я чудесно отдохнул. Чувствую себя так...непривычно. Я никогда ещё не находился в такой атмосфере. Тут очень здорово», - хочется не сколько польстить, сколько высказать восхищение. А это, видимо, хорошо получается, потому что глаза лиса от широкой улыбки превращаются в полумесяцы, отчего человек тает.       «Я рад, что тебе тут нравится», - так счастлив. Чимин так счастлив своему гостю. И счастлив, что он таки смог найти язык с человеком, да ещё и с Чонгуком. Это чистая правда, что с юношей так легко общаться; что он принял сущность Чимина; что сейчас он сидит и улыбается ему, отпивая молоко. - «Ты голоден? Дзасики уже приготовил завтрак».       Правда ведь — Вараси вносит последние штрихи в приготовлении завтрака — парочка намытых яблок около чашек с кашей. Закончив, ребёнок оборачивается на парней, подходящих к столу. «Приятного аппетита», - произносит ребёнок перед тем, как слезть со стула и заняться мытьём посуды. Постоянно этот малыш находится в заботах. Но это и правильно — сущность Дзасики-вараси в этом и заключается: помощь по дому, задачи, которые ему необходимо выполнять для собственного благополучия. Однако Чонгук навряд ли сможет когда нибудь к этому привыкнуть, но и осуждать непривычное явление юноша не собирается. В этом домике своя система, свой мир, который простому человеку, разумеется будет не понятен.       За парнем Чимин наблюдает с таким же любопытством, с каким тот наблюдает за духом. Внутри много волнительных мыслей — подружиться с человеком очень хочется. Ударить в грязь лицом, это последнее, что Чимин хочет. Тем не менее для Кицунэ слишком много возможностей это сделать, поскольку общение — самая сложная система у людей.       «После завтрака мы можем сходить в лес. Я покажу тебе то, что самостоятельно увидеть ты не сможешь», - начинает Пак, для которого молчание пока что является не самым хорошим признаком в общении. Несмотря на свой возраст, лис действительно ведёт себя даже не как сверстник, как младшеклассник, недавно попавший в коллективную среду. - «Знаешь, если тебе тут нравится, ты можешь заходить иногда, когда будет удобно. Мы всегда рады гостям», - искренность лиса разжигает теплый костёр груди человека. Тот вновь расплывается в улыбке. - «Скажу честно, у меня нет друзей, и мне крайне сложно даётся общение с людьми. Так что... Например, я не понимаю намёки или, как его там, сарказм, так что, прошу, говори прямо, ладно? Если ты хочешь домой сейчас, то просто скажи, я отведу тебя и больше не буду надоедать», - на щёках старшего проступает румянец. Каша, которую Кицунэ размешивает от волнения, казалось, привлекает на себя всё внимание лиса, когда тот, на самом деле, прячет стыдливый от ситуации взгляд. Чётко видно, что Кицунэ потерян.       «Не говори, что у тебя нет друзей!», - по доброму ворчит Чонгук. - «Я твой друг. И, повторюсь, мне тут очень нравится. Погулять отличная идея. И я буду счастлив иногда оставаться у тебя, спасибо», - конечно, их общение пока нельзя назвать близко дружественным. Оба подбирают слова, чтобы не задеть собеседника, ищут темы и крайне осторожны друг с другом. Но уже отношения между ними такие тёплые и приятные. Честно, Чонгук чувствует себя дома — комфортно, в безопасности, уютно и мягко. Всё это вызвано не только атмосферой и доброжелательностью хижины, но и их контактом. Сложно представить Чонгуку, как совсем недавно он боялся одноклассника и пытался уличить в чём-то ужасном, когда из всего окружения Кицунэ, лис, ёкай оказался самым чистым существом. - «А ещё я подумал, что мы можем сходить куда-то завтра. Раз ты плохо знаешь человеческую культуру, я могу быть проводником. Я покажу тебе всё, угощу тебя самым разным. Я думаю, моя мама будет не против, если и ты останешься у меня на ночь как-нибудь», - предложения Чонгука звучат заманчиво. Вообще слова Чонгука звучат светло, радужно и привлекательно.       А Дзасики это хорошо чувствует. Радует его не только присутствие гостя, но и атмосфера, поглотившая дома. Сменилась она так резко, но в лучшую сторону, отчего домовой полон сил, энергии и желания находиться здесь и выполнять свои обязанности. Этот факт очень успокаивает, учитывая, что совсем недавно Чимин переживал, что малыш попросту от него уйдёт.       Закончив с завтраком, Чимин знакомит человека со своей обыденной жизнью — умывальник с водой из чистой речки, находящейся неподалёку; другими более удобными, сшитыми им же нарядами — предназначаются они для прогулки по лесу, когда не нужно особо скрывать хвост. Несмотря на неудобство кимоно, лису полюбились халаты и длинные накидки. Парочка даже приглянулась Чонгуку. Знакомит его с садом, когда они выходят из дома, с кормушками для птиц и животных находящихся недалеко от невысокого забора.       Так из кухни юноши перемещаются на улицу, углубляются в лес, пока Чимин рассказывает буквально про каждую травинку. Удивительно, как же много информации в голове лиса, ведь он мог назвать почти каждое растение, виды птиц и отлично знал все тропы в глухом центре леса.       «А теперь нам сюда», - неожиданно Пак решает пойти по зарослям, отказываясь от двух троп, ведущих куда-то дальше. Очевидно — Чимин ведёт его в место, о котором не знают люди, а потому оно и спрятано. Однако кроме маскировки, чтобы попасть в тайную чащёбу, нужно кое-что ещё. - «Дай мне руку. И держи меня крепко, не отпускай, иначе сразу потеряешься. Без проводника человеческая душа находиться здесь не может», - произнося всё это столь загадочно и энигматически, Чимин вызывает в груди юноши трепетное волнение перед тем, как увидеть нечто. Что там будет? Кто их там ожидает? А опасно ли это? Будет ли там иная природа? Кто попадётся им на пути? И где их конечная остановка.       Расплываясь в уверенной улыбке, парень без опаски берёт за руку Кицунэ, полностью ему доверяя. Не завидев страха, лис улыбается вновь так очаровательно. Интересно, Пак сам выбрал себе внешность? Потому что он невероятно красив.       После первых двух шагов мир преображается. Сначала чувствуется присутствие магии, проникающее под кожу, вызывающее мурашки и наполняющее всё существо человека. Перед ними открывается скрытая ранее тропа, пока что не особо отличающаяся от обычной.       «А кто сюда пришёл?», - напевает детский голос, появившийся из ниоткуда. Плечи Чона напрягаются, однако спокойствие Кицунэ уверяет его в неопасности ситуации. - «В лес за огоньком забрёл?», - шелест листьев передаётся от дерева к дереву. - «Чей по земле ползёт подол?», - видимо, перебивать ребёнка Чимин не собирается, продолжая следовать по своему пути. А Чонгук вглядывается в деревья, в листья, в веточки, надеясь найти шалуна.       Но объявляется мальчик сам. Неожиданно он появляется перед Кицунэ, который терпеливо останавливается и приветствует духа. Видимо, те знакомы, потому что малыш выглядывает человека, изучает его изумрудными глазками и сверкает озорной улыбкой.       «Хён-и, кто это с тобой?», - невоспитанно, но по-детски любопытно дух показывает пальцем на незнакомого юношу. - «Это твой друг? Вы пришли поиграть со мной?».       «Это мой друг. Его зовут Чонгук», - спокойно отвечает Пак. В голосе его слышна появившаяся взрослая мудрость. - «Я показываю ему лес. Хочешь помочь?», - глаза мальчишки загораются, он хлопает в ладоши и подпрыгивает на месте непременно соглашаясь.       «Привет», - наконец подаёт голос сам Чонгук. - «Как тебя зовут?», - вопрос звучит крайне неуверенно. Не зная мифологии, однако парень непременно начнёт изучать её по прибытии домой, Чонгук боится ошибиться, сказать что-то не то и разозлить, а сделать это очень легко, духа.       «Я Кидзимуна — дух старых деревьев!», - представляется ребёнок, явно гордясь своим существом. Но не стоит обманываться его поведением. Многие духи чрезвычайно капризны, а Кидзимуна, или как его ещё называют — бунгая, шаловливый. И иногда он доставляет путникам неудобства, воруя огонь из фонарей или садясь на спящих людей, заставляя их оказаться скованными сонным параличом. Способен Кидзимуна не только на мелкие шалости — без проблем дух может потопить корабль врага или уничтожить чужой скот. С другой стороны в истории часто встречается упоминание дружбы духа с людьми, а также помощь — малыш может помочь путникам перебраться по горам или лесу на своей спине, но и в этом случае нужно быть осторожным.       Дальше юноши отправляются в путь в сопровождении напевающего странные песенки бунгая. Иногда он обменивается фразами с лисом или человеком, в основном спрашивая о новостях из мира людей. С ним давно никто не играет, поскольку люди выбираются в города и не храбрятся заходить в лес.       Следующая остановка — озеро. Небольшое, больше напоминающее пруд по размерам. Но подходить к воде Чимин не собирается, оставаясь на приличном от неё расстоянии. Признаться, человеку сложно — он ничего не знает и не понимает, а Кицунэ не объясняет, видимо, боясь оскорбить этим духов. Может Пак лишь останавливать его и помогать не вляпаться в историю.       «Каппа! Каппа, выходи!», - малыш без страха подбегает к воде. Опустившись на колени, Кидзимуна погружает в воду голову, пуская пузыри и, очевидно, выкрикивая имя друга.       Вынырнув с улыбкой, мальчишка продолжает смотреть на водную гладь, пока её не разрывает блюдце, а после морда лягушки с клювом... Смотря на это существо, Чонгук замирает, пытаясь осознать что это вообще такое. Слышно, как над ним тихо посмеивается лис, но сделать с выражением лица и ступором Чонгук ничего не может.       «Это Каппа. Он шаловливый, как и Кидзимуна», - тихо начинает введение Кицунэ, пока духи отвлечены друг на друга. - «Но Каппа опаснее, его шалость заключается в том...», - приходится Чимину хорошо подбирать слова, потому что не может юноша сказать человеку «потому что он ворует из ануса человека шарики, которые ест. После этого человек становится дураком — пустышкой, ведь шарик символизирует все внутренности». - «..., что он может тебе сильно навредить. Не соглашайся с ним на борьбу в сумо, ты ему точно проиграешь, а отдать придётся кое-что очень важное», - закончив рассказ, Чимин тут же улыбнулся, затем что к нему повернулись оба духа. Хотя рассматривают они на самом деле гостя леса.       «Кицунэ!», - привествует лиса Каппа, выплывая на берег. Юноши делают несколько шагов навстречу. - «Я раздобыл для тебя рецепт лекарства», - когда водяной вылезает полностью, Чонгук может заметить на спине того панцирь черепахи. Сможет ли лес поразить его сегодня больше? Посмотрим.       «Спасибо», - Кицунэ, который стал вести себя немного иначе в лесу, принимает свиток, убирая его в карман накидки. - «Каппа, если найдёшь что нибудь о том, как убить Цзянши, пожалуйста, сразу передай мне», - лягушка кивает, переводя взгляд на человека. - «Это Чонгук. Мой друг».       В итоге Кидзимуна остаётся с водяным, поскольку с тем можно хотя бы поиграть. Это на руку юношам, в особенности Кицунэ. В какой-то момент он начинает беспокоиться за человека — познакомившись всего с двумя существами, тот впал в небольшой ступор.       «Тебе тут нравится? Мы можем пойти домой и продолжить потом. Я понимаю, как сложно ко всему этому привыкать», - спешит заверить юношу Чимин, что нет ничего страшного в том, что бы продолжить путешествие в другой раз. Раз уж человек не собирается убегать, то, вероятно, они чаще будут выбираться в лес. Кроме того в следующие разы они смогут ходить не за ручку, чтобы у Чонгука была возможность отойти, прикоснуться, изучить — лис собирается сделать тому омулет, чтобы человек не потерялся и чтобы другие духи и жители леса не причинили ему вреда.       «Мне нравится!», - слишком бурно отвечает юноша, явно не желая пока возвращаться. - «Здесь интересно. Я так плохо знаком с собственной культурой, что меня удивляют все духи. Но я знаю, что ты защитишь меня. Да и, кажется, они уважают тебя, поэтому не нападут», - в чащёбе Чимин точно является авторитетом для других существ: Кидзимуна зовёт его играть и спокойно принимает отказ, Каппа делится с ним рецептами лекарств. Да и сам лис тут сильно меняется, от человеческого школьника в Кицунэ не остаётся ничего, кроме внешности. - «Мы можем погулять ещё. Я хотел бы встретить Тануки», - кое-кого из мифологии человек знает. Возможно, сегодня енотовидная собака попадётся им на пути.       «Если сегодня Тануки не попадется нам, мы можем в следующий раз прийти с сакэ. Он его очень любит», - кивает Пак, продолжая идти дальше. Останавливаются они у нескольких кустов, собирая листики полезных трав. Срывают парочку плодов на обед. В основном лес этот отличается от обычного только обитателями — растения такие же, но тут их гораздо больше. Возможно, магия влияет на плодородие почвы, а может духи внимательно следят за своим домом.       С этим местом хочется знакомиться и знакомиться. Лес явно скрывает в себе много интересного. И любопытному человеку изучить всё очень хочется. Может, Чонгук даже сможет потом помогать Чимину добывать нужные растения. Или будет приходить к Каппе и передавать просьбы Кицунэ по поиску рецептов или свитков.       «Ты попросил у Каппы найти информацию об изгнании Цзянши? Зачем тебе это?», - юноша прекрасно помнит того старшеклассника, который по словам лиса является Цзянши. Но правильно ли уничтожать его? Это жестоко? А что потом будет с его душой? Из-за незнания человека многое волнует. Хочется скорее всё узнать и не быть в стороне, но удаётся плохо. В который раз Чонгук убеждается, что нужно почитать про мифологию...       «Юнги, тот страшеклассник, который на меня напал, не хочет продолжать существования в виде «вампира». Он старается добиться от меня своей смерти... Но учения по тому, как это сделать в мире людей не сохранились. Возможно, другие духи знают, кто бережёт древние свитки, занимается этим или просто как нибудь найдут в старом сундучке информацию. Последнее время Юнги стал очень свирепым, и он начинает пугать меня своими действиями. Но я не хочу делать ещё хуже — сжигать его или обезвреживать варварским способом. Он всё равно не умрёт от этого, будет только страдать ещё больше», - разговоры о Мине расстраивают Кицунэ. Это заметно. То ли Чимин винит себя за ошибку, то ли Юнги был ему другом когда-то. А может всё вместе.       «Ты найдёшь способ помочь ему, я уверен», - пообещать защиту юноша не может, к сожалению. Кроме того Чимин и сам очень силён. Наверняка лис просто не переживёт, если он или кто-то другой причинит Цзянши боль, ведь это он его сотворил таким. Ситуация сложная.       Из леса парни возвращаются через несколько часов. Им не удаётся встретить кого-то ещё. В один момент Чимин предполагает, что жители чащобы чувствуют присутствие человека, что отталкивает их. Не все обитатели леса дружелюбны или общительны. А ещё они могут быть заняты своими делами. В следующий раз, Пак обещает, он соберет дары, которыми Чонгук сможет их приманить, благодаря чему познакомится с ними.       Уже выйдя на человеческую тропу то ли от привычки, то ли из-за желания Чимин не отпускает человеческую руку. Да и сам человек отпускать чужую не хотел, потому шли они так. Расцепить пальцы потребовалось тогда, когда Кицунэ замечает у своего дома силуэт. А тени сидит монстр, которого пытается прогнать Дзасики, ругаясь из-за того, что тот сел на юные цветочки.       «Юнги-хён», - хмурится Пак, заставляя человека остаться на месте. Аккуратно, но уверенно лис подходит ближе к Цзянши. Опять. Только не сейчас. Не тогда, когда у него гостит Чонгук. - «Зачем ты приходишь? Как только я найду способ освободить твою душу, я сразу найду тебя», - мертвец пугает. Что может сделать Чимин? Этот юный Кицунэ не боится сражаться, но причинять другу страдания... Даже под угрозой собственной жизни он никогда такого не сделает.       «Ты прекрасно знаешь, зачем я прихожу», - зло отвечает лютый. Медленно тот поднимается с земли, обращая темный злой взор мёртвых глаз на Кицунэ. А потом на человека. - «Конечно ты не найдёшь способ меня уничтожить, если маешься с человеком! Решил поиграть в дружбу? Может, мне рассказать этому парню, как ты поступаешь с друзьями? А может, мне высосать всю его энергию, чтобы ты думал только о том, как освободить меня?», - смерть лишает не только свободы движений, но и человечности, доброты. Смерть — это негатив. Появляясь, она уничтожает всё прекрасное.       «Я пытаюсь! Пытаюсь найти способ! Сегодня я разговаривал с Каппой, попросил его...», - недовольный рык останавливает юношу, отчего тот поджимает хвост — Цзянши двинулся к нему. А возможно, к человеку, который стоит поодаль от них. - «Я — единственный, кто может тебе помочь, Юнги. Не нужно причинять боль мне или моим друзьям», - строго говорит Пак, будто собрав всё мужество. Однако энергии у него еле-еле хватит на обращение. А если хватит, то атаки полностью опустошат его шар. В этой борьбе лис может даже погибнуть от истощения. Если придётся её начать... - «Остановись сейчас. Иначе я не смогу тебе помочь. Обещаю, я отправлюсь в горы и поспрашиваю у...».       «Я тебе уже не верю. Сколько ты «пытаешься»? На самом деле ты просто продолжаешь наслаждаться человеческой жизнью, когда отобрал её у меня! Я не могу терпеть больше. Лучшее лекарство для меня сейчас — месть тебе», - в движениях Мина прослеживается агрессия. Мышцы Пака, как и всё нутро, напрягаются. Сейчас на кону не только его благополучие, но и жизнь Чонгука. Злоба Цзянши убьёт всё на его пути. Нельзя его злить, нельзя. Но это не получается, потому что Юнги преследует только одну самую недостижимую в эту эпоху цель.       «Не трогай его!», - когда мин подходит совсем близко для броска; когда Чимин в страхе зажимает кулаки, и в его действиях прослеживается паника; когда сердце человека начинает биться с такой скоростью, что боль проникает в голову и закладывает уши, Чонгук кричит это, приходя в ужас из-за своих же слов. Но и ощущая такую же силу, которая обволакивала его в лесу.       Спиной Чимин чувствует сильный магический толчок, прежде чем в потрясении обернуться к юноше. Эту же волну чувствует и Цзянши, растерянно останавливаясь. Это заставляет его вновь обратить внимание на человека. Но уже в следующее мгновение листья деревьев громко и опасно шелестят и мощный порыв ветра ударяет по каждому, кто стоит перед Чоном.       «Уходи», - неожиданно для всех, и для самого себя рычит парень. Будто он теряет власть над своим телом или чувствами. Будто в нём пробуждается нечто скрытое, но очень могучее. А из-за страха и злобы ещё и свирепое.       Небо сменяет свой цвет — над ними сгущаются тучи. А безжалостный ветер, словно поток воды продолжает чуть ли не сбивать с ног Кицунэ и мертвеца. Последний всё ещё негодует. Однако скованность движений беспокоит его больше всего, поскольку противостоять ветру становится всё сложнее. Каждая мышца по-ощущениям всё больше наливается свинцом от напряжения.       Разворачиваясь боком и кидая взгляд на Кицунэ, Юнги свирепо кричит из-за ветра неразборчивые фразы. Но он вырываются с его рта и улетают в совсем противоположную от бывшего друга сторону.       Только тогда, когда недруг скрывается за густыми деревьями, ветер стихает. Мелкие капли опускаются на землю с туч, пока Чонгук пытается привести дыхание в норму и вообще разобраться, что с ним сейчас произошло.       «Что это было? Какой-то дух защитил тебя? Я не понимаю», - второй день подряд Чонгуку под кожу забирается ужас и паника. Вновь он ничего не понимает. Вновь его успокаивает лис, медленно подходя ближе и обнимая. Вновь он говорит с ним так мягко, успокаивая. И вновь Кицунэ уводит его в дом. Вновь готовит незнакомый успокаивающий отвар.       «Ты прав. Меня защитили», - снова Чимин оказывается на табурете напротив друга, завернутого в плед и попивающего горячий свежесваренный напиток. На кухне опять хозяйничает Вараси, периодически выливая воду из тазика, в который накапает вода с крыши. - «Но это был ты», - по лицу старшего видно — он и сам озадачен произошедшим. Всё пытается понять, иногда погружаясь в свои мысли, но не теряя контакта с...человеком? - «Что ты в этот момент почувствовал? Ты выдал очень сильный толчок самой настоящей магии. Как?».       «Я испугался за тебя. Ты выглядел напуганным. Я не знал почему. Почему ты был так напуган?», - хмурится Чонгук. Даже в такой ситуации парень вспоминает мелкие детали стычки. Не без доли смущения Кицунэ объясняет — у него совсем не осталось энергии. Разумеется парень вспоминает, как помешал ему с «охотой». У Чимина не было шанса подкрепиться. Два дня лис сидит голодный, истощённый, и всё это происходит по вине Чонгука.       «Я могу поделиться с тобой?», - юноша хочет помочь. Он так сильно этого хочет. Но Пак мотает головой, отказываясь.       «У тебя произошёл сильный выброс энергии. Я не знаю, какая у тебя сущность. И ты не можешь сейчас почувствовать сколько сил осталось в тебе, так что нет. Послезавтра я подкреплюсь в школе. Просто мне нельзя превращаться и выполнять магические действия. И я спокойно смогу прожить завтрашний день», - осторожно поясняет лис, потому что с каждым словом брови Чона сводятся ближе друг к другу. - «Да, ты — сущность. Может дух, может существо, может ёкай. Я не знаю пока. Это нужно выяснить. Возможно, сегодня произошёл твой дебют, твои силы наконец вышли наружу», - но какой ценой! Юноша так перепугался! - «Давай разберем по полочкам: ты вызвал ветер и дождь. Ты не по-человечески зарычал. Ты можешь быть оборотнем, как я. Но ты не лис. Нам нужно узнать кто ты. Я предлагаю начать послезавтра. Придём сюда после школы, если ты не будешь занят. Согласен?».       Да Чонгук готов отменить все свои даже самые важные планы. Раскрывается то, что может полностью изменить его жизнь! Никогда бы парень не подумал, что может принадлежать совсем иному миру.       «Согласен», - кивает, отпивая чай. Медленно юноша проваливается в рассуждения, пока капли бьют по окнам, а Дзасики напевает песенку про готовку блинчиков.