Sweetheart

Барды хорошо танцуют, вы знали? Прямо-таки красиво, грациозно и, наверное, по-своему странно; а может, это только со стороны видится "странным". Хотя понимание того, что божество Мондштадта вполне может себе позволить танцы в среде местных смертных, поистине удивляет. Нет, не то чтобы Люмин какие-то претензии имела (вот еще!), но невозмутимо сказать что-нибудь в стиле "о одуванчики, смотри, этот тысячелетний бог отплясывает под песню заезжих музыкантов" попросту не получалось. Больно не вязалось вместе то, что люди такой возрастной категории - ладно, здесь рыцарь почетный фыркает не без улыбки - не только несерьёзны, но и плясать способны славно. Да, Венти тот ещё ветер, как бы иронично не звучало это. Обворожительно подмигивает кому-то в толпе, кланяется в ответ на аплодисменты излишне театрально, щурит яркие глаза, плечом дергает, ухватывая цепкими пальцами с блюда яблоко, и впивается в него зубами, беспокойным вихрем усевшись на край стола под укорительный взгляд медовых глаз. - Звезда Ордо Фавониус в негодовании - всеобщее признание её прекрасный друг привлекает вдруг! - рифмами сыпет весело; того гляди, заискрится, как кристальная бабочка, только и успевай, что моргать да жмуриться. - Я в негодовании только от твоих манер, - красноречиво - но беззлобно - постукивает ноготками по столу, дескать, ну-ка слезай. - На бурных праздниках Монштадта себе позволить может Бог все, что надо и не надо, настолько уж свободен... Он! - Венти декламирует, почти не скрывая смех, но со столешницы слезает ловким прыжком; оп - одна рука за спину заведена, другая протянута даме, пока одна нога вперед выставлена с поднятым носком обуви. На личике - неописуемая хитрость, перемежаемая с ребячеством. - А..? - о невинность непонимания! - Станцуем? Ладно, этого, наверное, стоило ожидать? Где-то издала вредный "гасп" Паймон, впрочем, быстро отвлекшаяся на курочку в ягодном соусе, и Люмин, выходит, осталась тет-а-тет с Архонтом в его явном предложении повальсировать. Нет, мастером танцев леди рыцарь никогда не славилась. Ей сподручнее плясать с мечом на поле боя, чем с кем-то под руку... Но праздник на то и праздник? Тем более, настойчивый бард, кажется, собрался дразниться и бросать вызовы, а до такого доходить не стоит как минимум ради соблюдения приличий. Музыканты, подхватывая инструменты, зарядили следующую песню - толпа зажглась похлеще факелов, и окружающие, не особо обращая внимания на барда с рыцарем, пустились в пляс - каждый танцевал как мог; тут и там разномастные мелькают платья, пахнет сладостью медово-мятных пряников, огоньков гирлянды замотались туда-сюда - площадь пришла в движение еще больше, словно палуба корабля. А может, это лишь сила Архонта, который по натуре своей ожидать не любит, потому в танец вклинивается резво, не давая времени на мысли, оттого и ногам сначала будто бы неудобно двигаться - все путаются да путаются. Люмин пыхтит от усердия, стискивает ладонь божества, стараясь поспеть за тактом, и почти разочарованно готовится вздохнуть, в очередной раз прижав чью-то ногу своей под почти неуслышанное "извините!!". - Почетный Рыцарь Ордо Фавониус не должна волноваться о ногах - попробуй сконцентрироваться на песне и руках, а ноги пусть следом! - Венти шепчет куда-то на ухо - отчего рядом пахнет свежей сладостью - и отдаляется, слегка сжав девичью ладонь в своей. Мондштадт - город свободы. Танцы здесь летающие, бодрые, резвые, не скованные счетом один-два-три, не запертые в рамки танцевальной площадки, энергичные донельзя - и Люмин, закусывая губу, совершенно серьезно кивает, это учение впитывая. Почетный рыцарь Ордо Фавониус не должна волноваться о ногах - потому убирает взгляд от пола, заглядывая в искрящиеся глаза спутника по пляскам. Нужно концентрироваться на песне - потому Путешественница пытается разобрать в гомоне голосов что-нибудь внятное, выцепляет парочку слов и тянет улыбку, ведь заезжие ребята голосят о романтике. Банальщина - но веселая! И еще нужно концентрироваться на руках - они у Венти теплые, мягкие; а на пальцах ощущается грубость - наверное, это из-за игры на инструментах. Он сам по себе такой весь солнечный - не успеешь моргнуть, как уже ослепляет; тянет-тянет ближе к музыкантам, что-то комментирует, не воспринимая протестов неуверенных, и лихо закручивает спутницу одной рукой, чтобы картинно подхватить, расхохотаться, и повернуть еще раз. Наверное, в такие моменты стоит забывать о том, что впереди еще очень-очень долгий путь - и Люмин, все же, так и делает; вертлявый архонт рядом позволяет искренне ребяческую ужимку, жмурясь и дергая плечом, и цокает подошвой обуви о камень площади. Да, барды очень хорошие танцоры!