Защита

Такси ехало совсем недолго. Агата почти не смотрела за дорогой, прикрыв глаза и удобно устроившись на плече Евы. На время этой короткой поездки ее неприятно обдали холодом мысли о том, что сидеть сложа руки все равно будет нельзя. Она спрячется день, спрячется второй. На третий может случиться что угодно - к ней уже приходили прямо домой, чтобы забрать друзей. Уже угрожали посередь дороги в машине. Что дальше? Никак не желая об этом думать сейчас, Агата поежилась. Последняя мысль испарилась, когда Ева прижала ее к себе поближе. Жест, скажем так, неожиданный.Агата скорее могла ждать, что это объятие превратится в хватку и выбросит ее из автомобиля. Но и через три, пять, десять секунд ничего подобного не произошло. Все оставалось на своих местах и по просшествии минуты. Именно на своих местах - в этот момент быть в руках Евы было для Агаты самым естественным положением. Машина неторопливо остановилась у какого-то парка. Нехотя выбираясь из салона, Агата отметила, что для весны удивительно тепло. Она спросила: - Где мы? - Кунгстрадгорден*. - Ева взяла Агату за руку и повела за собой вглубь парка. - Зачем мы здесь? - Просто хотела показать тебе это место. Пожалуй, самая приятная локация в этом городе. А ты что думала? Увезу тебя в подвал заброшенной фабрики или что-то подобное? Агата не ответила. Они достигли зеленой части парка, свободной от каменных плит, остановились у вишневой аллеи, и у Агаты пропал дар речи. Это место было не просто приятным - оно казалось волшебным. Только что отцвели сакуры и разбросали розовые лепестки повсюду, куда падал свет рыжих фонарей. В их свете деревья казались светящимися сами по себе, а ковры из нежных лепестков выглядели так невесомо, что было даже обидно идти по ним - они будто были постелены для каких-нибудь существ, которые не оставляют следов. Ботинки Евы в десять раз аккуратнее, чем обычно, ступали по аллее. Агата улыбнулась и поплелась за ней, продолжая завороженно глядеть по сторонам. Они сели на оставленный кем-то шерстяной плед. Вокруг было еще несколько таких, несмотря на поздний час. Вероятно, их оставляют, чтобы вернуться или, глядя на такую красоту, забывают. Впрочем, сейчас это неважно. Агата украдкой посмотрела на Еву, которая в окружении этих мягких персиково-вишневых оттенков выглядела еще бледнее, чем обычно. Она стала похожа на фарфоровую куклу, которую кто-то забыл вместе с пледом. Агате и в голову не приходило, что Ева, по-видимому, хранит внутри нежность и красоту, похожую на эту аллею. Что-то восточное, утонченное, как сакура этого парка, было в ней, спрятанное среди каменных построек и дорог. Агата подвинулась ближе, словно желая увидеть цветы вишни в ней. Ева не сказала ни слова. Они обе молчали уже несколько минут, будто голоса остались там, где припарковалось такси. Здесь, среди вишен, были только движения и дыхание, которое медленно, но неизбежно приближалось к дыханию рядом. Агата перестала думать совсем, чувствуя только огромную силу притяжения к этим красным горячим губам. Она без разрешения положила руки на угловатые белые плечи. Кровь начала медленно закипать, и весь хмель в голове Евы выпарился. "Неужели все так просто?" - мелькнула недоверчивая мысль. "Хотя, плевать. Сегодня это за мою победу". Ева разорвала расстояние между ними одним точным движением. От нежности остался только мягкий цвет, успевший отразиться в ее глазах. Она поцеловала Агату стремительно, даже грубовато. Она хотела этого так сильно и так давно, что притянула Агату чуть ли не с хрустом. Она ответила мгновенно, ничуть не смутившись. Агата чувствовала, что сейчас, яростно пробившись сквозь камни, ее глазам предстанет нежный цветок. Ева держала Агату за талию, сведя руки в замок. Она впивалась в ее губы, как вампир впивается в жертву. Агата гладила ее грудь - наверное, в немного пьяных поисках сердца. Когда на пухлых губах Агаты не осталось живого места, Ева, не поднимая глаз, уткнулась в шею. Она все еще держала девушку, но уже с трепетом, обнимая и осторожно поглаживая. Она легко проводит губами по шее, едва ли решаясь оставить на ней след. Каждое прикосновение Евы было шелковистым, как лепестки, от порыва ветра падающие с деревьев. Агата не удержалась и запустила пальцы в ее волосы, которые оказались такими же мягкими, как нежность, которую она открыла в ней. Она гладила их от корней до кончиков спонтанно, то задевая мочки ушей, то зарываясь в черные локоны у виска. Агата полностью растворилась в небольшом, но опасном водовороте чувства. Ореховые глаза Евы загорелись. Она следовала за пальцами Агаты, не пропуская ни одного ее движения. Дыхание давалось ей тяжелее. Когда Агата прикоснулась жаркими губами к ее уху, Еву пронзил ток и побежал по нервам в низ живота. Она потеряла всякий контроль и мир как будто резко погрузился в прорубь, притупив зрение и слух, но раскаляя добела кожу, осязающую теперь каждый из возможных импульсов. Агата продолжала беспощадные ласки у висков, аккуратно и не спеша проводя языком по основанию уха, прикусывая мочку и обжигая дыханием последние капли терпения Евы. Ей теперь не уйти. Все, что оставалось от ее защитных стен, сможет сдуть один порыв весеннего ветра. Теперь победа определенно должна была быть записана на имя Агаты Харрис. В определенный момент Ева осознала, что ощущения бьют через край, а сознание начинает совершать непредсказуемые кувырки. Она прорычала что-то на русском и прижала Агату к земле, устроив колено между ее бедер. По телу Агаты пробежала дрожь. Она успела ясно увидеть только темные от желания глаза, в которых не осталось ничего, кроме него. Ева методично расстегивала пуговицы белой блузки Агаты, задевая грудь и живот ногтями - каждый раз это вызывало неровный вдох, и Агате даже пришлось пожалеть, что пуговицы закончились. Но пустое сожаление Ева перекрыла, подавшись вперед, отчего ее колено задело волну тепла между ног. Агата мгновенно прижалась к ней сильнее, в то время как ее живот уже принадлежал горячим и влажным губам Евы. Это было тяжело выдерживать и Агата безуспешно пыталась спрятаться, чтобы не сойти с ума от следующего прикосновения. Она лежала на шерстяном пледе, как прикованная к его неживому теплу и едва ли осознавала, что ее и впрямь сейчас ничего не спасет. Ева не спешила, но сила поцелуев выдавала ее нетерпение. Она слегка стянула джинсовую ткань и замысловатое кружево одним движением и начала новый поцелуй. Агату держали собственные джинсы, отчего ласки стали невыносимы. Она не могла контролировать себя, хватаясь за плед, прижимая ладони к горячему лбу и закрывая глаза. Ее окутывали ароматы деревьев, снова отбирая трезвость. Ева с жарким долгим выдохом прижалась к ней крепче и задала неровный оглушающий ритм. Когда ее пальцы издевательски медленно провели по внутренней стороне бедра, Агату накрыло и она ударилась плечами и затылком о землю, выгибаясь всем телом, до боли сжимая в кулаке теплую клетчатую ткань. Однако Ева даже не думала остановиться. Она уселась на колено Агаты, крепко обняла ее бедра, обездвижив совсем, и проникла языком внутрь. Сознание готово было перевернуться, оторваться высоко от земли и упасть камнем. Теперь Агата последними силами пыталась вырваться, но Ева держала ее в своем захвате, иногда поочередно проводя кончиками пальцев по низу живота и хрипло постанывая от каждого ее резкого движения. Ева осторожно проскользила языком вверх-вниз и набросилась на центр с быстрым темпом и силой. Агата ударила по земле ладонью, собирая плед вместе с травой под ним. Когда Агату уже было невозможно удержать, Ева, дернув плечами и бедрами, отшатнулась, как будто ей в грудь выстрелили дробью. Она выдохнула, возвращая себе способность двигаться, и наконец вернула джинсы на место, а сама потянулась к ее губам, успокаивая невесомыми поцелуями в уголки рта. Они лежали, рассматривая мелкие кусочки темного неба сквозь многочисленные ветви вишен. Им было совершенно наплевать на то, что все случилось прямо в центре Стокгольма. Ева теперь будет вспоминать о Швеции теплее, чем обычно. Агата прижималась к груди Евы, слушая ее сердце. Оно билось мерно и ритмично, как новые часы. Прошло несколько минут, прежде чем Ева обняла Агату, укрывая в руках - от ветра ли, иногда пробегающего меж деревьев? Скорее всего, нет. - Ева. - Да? - Так кто меня будет защищать от тебя? Ева улыбнулась, глядя на последние падающие лепестки. - Я буду рядом. А если узнаю, что эта ненормальная Ева Скай тебя обижает - лично застрелю. Ну, раз так, Агата точно была под самой надежной защитой, какую только было можно придумать.