Стеклянный дом

      Элизабет перебирала листы с рефератом, вставляя нужные и по порядку в папку. Реферат по литературе, по разбору средневековых романов, которые Джонс назвал «странными», должен был поднять итоговый балл. Преподаватель уверял девушку, что ей нечего волноваться, и у нее и так высший балл среди сверстников, но Купер не унималась и хотела довести всё до идеала. Еще её радовало, что Джонс после изнурительных тренировок, которые были на этой неделе каждый день, приезжал к ней или работал из дома, помогая искать нужную информацию.       Элизабет отвлеклась от папки на вскипевший электрический чайник. Девушка встала из-за своего рабочего стола, прихватив кружку, подаренную не так давно Вероникой без повода, и направилась к другому столу. Чайник не так давно в редакцию принес Кевин, сказав, что родители «его списали со счетов.» Потому что техника простояла в их доме уже довольно долго, но парень вступил в неравный бой и попросил забрать его в школу, родители согласились. Бетти положила на дно чашки пакетик с любимым ромашковым чаем, который ей теперь на постоянной основе поставлял Джагхед. После положила ложку сахара и залила кипятком, рассматривая, как крупинки, размером со стеклянную крошку, растворяются под действием воды. Купер повернулась спиной, оперевшись поясницей о край стола, и сделала несколько спокойных глотков из кружки. Девушка вспомнила, что где-то в ящиках лежали шоколадки, которые принес Кевин, а в рюкзаке был бокс с домашними кексами с изюмом и шоколадом, которые они делали вместе с мамой. На самом деле бокс был взят для возлюбленного, потому что после школы он должен был встретить возлюбленную и отвезти в Астор на тренировку с группой поддержки. И зная любовь Джонса к выпечке Куперов, Элизабет прихватила несколько штук, чтобы порадовать парня после изматывающей тренировки.       Келлер отвлек Купер от раздумий, когда громко хлопнул дверью и попытался успокоиться, встав посередине помещения, закрыв глаза и сжав руки в кулаках. Бетти решила не донимать его расспросами, а дождалась, пока друг тяжело сглотнул, а потом открыл глаза.       — Я уже вижу вопрос в твоих глазах. — произнес Келлер и отошёл к столу, бросая рюкзак на пол и отодвигая стул с шумом. — Доминик вернулся в школу и уже успел устроить шоу.       — Черт, — ответила Бетти и сжала губы в одну полоску. Она постаралась отвлечься от мыслей по поводу возвращения бывшего парня, так как, во-первых, он наверняка устроит визит в редакцию, чтобы позлорадствовать, и, во-вторых, дело об избиении только закрыли. — Он не же будет играть послезавтра?       — Играть не будет, но на матче всё равно появится. Его позвали помощником тренера, пока он восстанавливает силы сама знаешь после чего. — Келлер громко цокнул и расслабился, завалившись на стул. — Я бы сам его ударил, но Джагхед меня опередил.       — Вы двое пугаете меня своей тягой к дестрою и жестокости. — Элизабет взяла чай и направилась к главному столу, чтобы общаться с Кевином не через весь кабинет. — Если я ему напишу сейчас, что Дом появился в школе, то Джагхед приедет немедленно.       — Тебе всё равно нужно будет сказать об этом, потому что он должен быть готов во время матча. Соколы явно будут его провоцировать. — парень закинул ногу на ногу, положил сверху замок из рук и приподнял слегка уголки губ, придумывая подбадривающие слова.       — А ещё я жду не дождусь, когда увижу главную звезду группы поддержки Эдмонтон-Хай снова на поле. И ты будешь не одна, кто поддерживает волков вместо соколов.       Элизабет не знала, что ответить, так как чувствовала, что подвергает теперь и лучшего друга опасности. Келлер встаёт с места, нарушая повисшую тишину, и уходит к чайнику, прихватив свою кружку. Бетти достает телефон, думая написать своему парню, но он ее опережает:

«Хэй, Беттс, очень нужна твоя помощь прямо сейчас! У нас тест по Джейн Эйр, а у меня абсолютно вылетело из головы, как звали воспитанницу Джейн. Эмма или Адель?»

Бетти тихо смеется и набирает сообщение:

«Адель, Джагхед!»

Следом она начинает набирать следующее сообщение:

«На самом деле у меня есть не очень радостные новости. В школу вернулся Доминик и видимо уже устроил что-то, потому что Кевин пришел в редакцию рассерженным. И, Джаг, Болл будет на игре послезавтра в качестве помощника тренера. Не поддавайся их провокациям, пожалуйста, и не впадай в ярость прямо сейчас. Мы обговорим это вечером после тренировки. Но! У меня есть и хорошие новости. У меня с собой одни из твоих любимых кексов. Корзинки приготовлю в выходные, чтобы порадовать своего чемпиона.»

      Бетти смотрит с минуту на сообщения, решая отправить его всё-таки после, потому что у Джонса ещё идёт урок и ему наверняка не нужно волноваться на контрольном тесте по литературе.       — У меня с собой кексы есть. Хочешь? — спрашивает Элизабет у друга и уже тянется к рюкзаку, доставая бокс с выпечкой.       — Ещё спрашиваешь? Конечно! — Келлер заметно приободрился и вернулся к столу, ставя кружку и беря в руки выпеченную сладость. — Как твоя работа над выпуском газеты?       — У меня ещё есть три недели, — Элизабет берет в руки карандаш и начинает вертеть, стараясь расслабиться и не думать ни о чем плохом. — И я без понятия о чем делать выпуск.       — Мне кажется, что здесь я не могу тебе помочь. Самому в голову ничего не лезет. — Кевин отпил чай из кружки и откусил кусок кекса, и тут же резко, чуть не подавившись, посмотрел на подругу. — Сделай выпуск о своих талантах, но не с посылом, что ты такая одна, а с мыслью, что ты имеешь много хобби и в каждом преуспеваешь, но посвятить всю себя хочешь именно журналистики.       — Спасибо за идею, Кев. Я подумаю. — Бетти улыбнулась и бросила взгляд украдкой на телефон, заметив ещё одно сообщение от Джагхеда.

«Пять за тест! У меня, черт возьми, лучший репетитор, который только мог быть. Осталось пересидеть физику, и я приеду за тобой. Тебя из школы или дома забирать? И можешь, пожалуйста, приготовить мне своего ромашкового чая в термос?»

      Девушка стирает свое прошлое сообщение и быстро набирает новое:

«Кто-то сомневался, что у меня такой прилежный ученик и умный парень? Ты молодец, Джаг! Я пока в школе, но если пойду домой, то напишу тебе. Чай будет, босс, а ещё у меня с собой кексы. Корзинки приготовлю в выходные специально для тебя.»

      — Джагхед написал? — смеясь говорит Келлер. Элизабет поднимает голову и неловко улыбается. — У тебя улыбка была шире, чем сейчас, и глаза светились.       — Его сообщения как глоток свежего воздуха. — проговаривает девушка и запрокидывает голову назад, чувствуя себя поверженной.       — Красноречиво.       Бетти пинает под столом ногу видя, как тот старается подавить смех. Кевин Келлер, хоть и входил в число фанатов ее парня с первого дня, но не упускал возможности подколоть или посмеяться. Кевин начинает смеяться больше.       — Да, мам. — Бетти поднимает трубку, увидев на дисплее контакт, и подносит к губам указательный палец, прося друга помолчать.       — Элизабет, — неуверенно произносит Элис. — помнишь ты хотела съездить на кладбище, на могилу отца? Я нашла человека, который может нас отвезти.       — Когда? — надорвав голос произносит Купер, ощущая, как всё ее тело необъяснимо сковывает.       — Либо сейчас, либо в выходные. Мое предложение — сейчас, потому что ты в выходные всё равно проводишь с Джагхедом. — проговорила спокойно женщина, взяв паузу, чтобы дочь переварила полученную информацию.       — Я буду через час. Давай поедем сегодня.       — Тогда я тебя жду.       Элизабет кладет трубку, ощущая, что на грани ещё одной паники. Она видела отца живым в последний раз в пять лет, в восемь подходила к его гробу. У нее было желание узнать о нем больше, но что-то внутри заставляло ее отказаться от этой идеи. Девушка закрывает глаза, тяжело дышит, вцепившись в стол. Келлер кружится вокруг нее, чтобы узнать, что случилось. Однако до Бетти звуки не доходят, а звучат отдаленно приглушённо.       — Мне нужно идти. Я расскажу тебе позже. — Бетти быстро собирает свои вещи, оставляя папку с рефератом сверху, думая, как поступить, потому что сдать получится только через урок. — Сдашь мою работу, пожалуйста, мисс Мартин?       — Хорошо, Бет. — Кевин забрал распечатки к себе. — Тебя не нужно довести до дома? Ты побледнела, и мне не нравится твой внешний вид.       — Всё хорошо, — Бетти встала у двери, едва найдя силы, чтобы улыбнуться. — Я наберу тебя, как дойду до дома.       Кевин произнес «смотри мне» и с тяжёлым сердцем отпустил подругу. Бетти быстро выпрыгнула за пределы кабинета, надеясь никого не встретить. Особенно после новости о возвращении бывшего парня росло желание затеряться и не бродить по коридорам Эдмонтон-Хай.       Купер прошмыгнула мимо кабинета директора, забегая в раздевалку, чтобы забрать куртку. Она спустила рюкзак на пол, начала надевать верхнюю одежду, слыша, как сильно бьётся сердце от новости о поездке. И в самый неподходящий момент в раздевалку вошли бывшие друзья, громко смеясь.       — Привет, предательница. — проговорила Кимберли, закрыв проход, чтобы Купер могла выйти. — Значит будешь выступать за команду своего парня?       — Буду, — буркнула Элизабет, схватила рюкзак, желая, как можно быстрее оказаться на улице, потому что воздуха становилась катастрофически мало. — давай без дешёвой драмы. У вас в группе поддержки и без меня всё хорошо.       — Ким, даже не думай. — заранее заткнул девушку Доминик, насильно схватив ее и отодвинув в сторону от прохода, чтобы Бетти могла выйти. — Бетти, ты вся бледная. Тебе не нужна помощь?       — Я сама справлюсь, спасибо за беспокойство. — после тяжелого вздоха проговорила Элизабет, быстрее выбираясь из помещения.       — Давай я тебя хотя бы до выхода провожу, а то ты сознание потеряешь ещё по пути. — Доминик выбежал из раздевалки следом, оставив Кимберли одну в недоумении. — На самом деле я хотел извиниться ещё и за ситуацию на дискотеке.       — Мне не нужны твои извинения. — Бетти закатила глаза и начала поправлять лямку рюкзака. До выхода оставалось буквально пару метров.       — У тебя точно ничего не произошло? — ещё раз беспокойно задал вопрос Болл.       — Ещё одно слово от тебя, я не выдержу и грубо заткну. — Купер встала посреди коридора, собрав все силы и обиды в кулак. — Отвали от меня, Доминик. Я больше не та Бетти, которая смотрела тебе в рот с восхищением. Мне ничего от тебя не надо.       — Бет…       — Я всё сказала. — Элизабет резко развернулась на пятках и вышла из школы, пыша злостью. Спектр эмоций был как колесо фортуны, которое вертелось без остановки. И стрелка останавливалась то на панике, то на злости, то на опустошении.

***

      Автомобиль останавливается на подъезде к кладбищу. Элис берет дочь за руку, сжимая потные ладони Бетти. Купер домой пришла вся нервная, бледная, в состоянии каком-то предобморочном. Купер старшая уже предлагала перенести поездку на другой день, но Элизабет больше не могла ждать встречи с погибшим, поэтому слезно умоляла отправиться сегодня. Благо и Вероника, и Джагхед поняли всё и просили позвонить или написать, если всё будет плохо. Однако Джонс обязался приехать после тренировки, несмотря на усталость.       Первым из машины выходит — проводник, какой-то старый знакомый родителей. Элизабет не стала допрашивать маму, чтобы выудить у нее хотя бы какую-то информацию о мужчине, который привез из на кладбище. Следом вышла Элис, сильнее замотав черный шарф, и взяв за руку дочь, которая кажется была и вправду слишком эмоциональная сегодня.       — Можем идти, Майкл. — громко произнесла женщина, прося проводника отвести их до места назначения.       Купер младшая голову поворачивает, находя глазами могилу матери Джагхеда, так как не раз была здесь вместе с Джонсом. Атмосфера у кладбища спокойная, но без того тяжелая. Воздух лесной, свежий, но от этого не легче. Грудь лишь тяжело вздымается, а ноги запинаются о камни и в грязи тонут. Бетти как можно сильнее к матери прижимается. Ещё и в голову мысли дурные лезут, что где-то на этом кладбище и могила Чарльза есть.       — Эл, я за цветами схожу. — проговорил мужчина, доведя до нужной могилы, и почесав точеный подбородок.       Могила находилась в самом конце кладбища, спрятанной от всего мирского. Рядом не было ни души, как живой, так и погребенной. На пригорке располагался одинокий серый камень с инициалам и прочной скамейкой. Могила была ухоженной и часто посещаемой, так как на земле лежали цветы.       — Было бы хорошо, Майкл. — Элис скупо улыбается, а потом на скамейку перед могилой садится, смотря на серый камень и вчитываясь в слова на могильном камне. Женщина, как и дочь, до этого на могилу мужа не ходила из принципа. — Иди сюда. — говорит Элис и приобнимает дочь за плечи.       — Я не помню его внешность и голос, но помню последние слова. — на выдохе и грани слез говорила Элизабет. — Каким он был?       — Амбициозный, талантливый во всем, любил рисковать и совсем не умел отказывать. — ответила Купер старшая и поцеловала дочь в висок, чувствуя, что у нее самой слезы к глазам подступают. — У тебя глаза отцовские, зелёные с оттенком древсеного. У Чарльза был его взгляд, такой же тяжёлый и пугающий временами.       — Как вы познакомились?       — Школьная любовь, только отец твой старше был меня на несколько лет. Первое время отказывала ему из-за разницы в возрасте, а в выпускном классе влюбилась бесповоротно. Он тогда только начал свой бизнес, после школы меня ждал и предлогал до дома отвезти.       — Как он оказался главным в теневом мире и почему всё закончилось так? — задала вопрос Элизабет. Джагхед уже рассказал ей часть истории, но девушке хотелось взглянуть на всё и с другой стороны, критически оценив историю.       — Ему предложили быстро раскрутить бизнес, но не рассказали, каким образом. Мы только поженились, и Хэлу хотелось дать мне самое лучшее, так что он согласился сначала на одну авантюру, затем на другую. И оказалось, что его руки по локоть в крови, а он сам глава всех кланов. Ему хотелось власти, денег и чтобы нас не трогали. Правда все видели его бездушным безбожником, пока он мог сидеть в спальне и рыдать у меня на коленях от усталости, маски и морального износа.       — Джагхед такой же. — разбавляет монолог матери девушка и сжимает пальцами переносицу, чтобы сдержать слезы.       — Когда тебе исполнилось пять, а Чарльзу семь, я поняла, что так больше не может продолжаться. Я устала волноваться за него, за себя, за вас. Мне хотелось спокойствия. Твой отец предложил тайм-аут, который закончился нашим разводом, потому что он влип в огромные неприятности.       — Я знаю эту историю, Джагхед рассказал.       — У вас с ним крепкая связь. — Элис берет руку дочери в свою. — Думаю, что твой отец одобрил бы твой выбор.       — А ты?       — Я была не права, и мне сложно это признать. Джагхед — хороший парень, лучше, чем Доминик, так что я одобряю. — Купер старшая стёрла слезы с щек дочери, приговаривая, что они могут застыть на коже. — Пойду проверю Майкла. Хочешь поговорить с отцом наедине?       — Было бы неплохо. — шмыгает Купер, и женщина даёт ей упаковку носовых платков из сумки. — Спасибо, мам. — Элис подбадривающе сжимает плечо дочери и уходит прочь с места. Элизабет остаётся наедине со своей болью. — На самом деле даже не знаю с чего начать, потому что у меня столько всего произошло, а тебя никогда не было рядом. Я всегда завидовала девочкам, которые имели к слову «дочка» приставка «папина». — Бетти стирает слезы, которые катились по щекам. — А ещё мне всегда хотелось, чтобы за меня вступился ты, когда меня пытались задеть, когда Доминик мне изменил. Я рада, что у меня есть старший брат, который всегда стоял за меня горой и пытался заменить твою поддержку, но это всё равно было не то. — Купер скрещивает ноги и поджимает губы. — Я не ненавижу тебя, но не понимаю, почему ты создал теневой мир. Разве власть и деньги стояли столько погубленных душ, крови и разбитых сердец? Я встречаюсь с сыном твоего заклятого врага. Мама сказала, что ты одобрил бы мой выбор, но я сомневаюсь. — Купер запрокинула голову назад, смотря на небо, а после закрыв глаза. — Джагхед для меня синоним слова мужчина. Он рассудительный, уверенный, ответственный, искренний и любящий. Я за ним как за каменной стеной. Мне кажется, что прошлый год забрал у меня всё, что было мне важно, чтобы открыть глаза на правду и привести меня к нему, к моей самой большой любви. — Купер начала задыхаться от собственных слез, громко дыша. — Я была бы рада, если бы ты видел, как взрослеем мы с Чарльзом, но я не держу на тебя зла. У мамы всё хорошо, она получила повышение на работе и кажется у нее появился поклонник, тоже твой старый знакомый. Мы живём на этих руинах, оставленных тобой, и у нас всё хорошо, мы не опустили руки. И кажется над нашей семьёй, наконец, появляется солнце вместо туч.       Бетти заканчивает как раз в тот самый момент, когда возвращается Элис. Женщина тихо произносит: «Хэй, ты чего?» — и подходит к дочери, нежно ее обнимая. Купер младшая в плечо матери носом утыкается, глаза закрывает и от внутреннего опустошения навзрыд воет. Мама ее по спине рукой гладит, не пытаясь успокоить, а наоборот давая ей возможность выплеснуть все эмоции. И Бетти ей благодарна, потому что это всё копилось годами и ей просто необходимо освободиться от мыслей, чтобы осталась лишь пустота.

***

      Автомобиль подъезжает к многоквартирному дома, не доезжая всего пару метров до парковки. Элизабет первой из машины выскакивает, натянув повыше шарф и застегнув пальто. На улице уже заметно потемнело, и от падения спасают лишь слабые фонари. Купер младшая замечает вдалеке, около скамьи, знакомый силуэт. Парень суетится, руками двигает, с одной точки в другую шатается, в руках нервно сигарету теребя. Форсайт не смотрит в ее сторону, опустив голову вниз. Бетти аккуратно по асфальту бежит, едва не споткнувшись, и тихо произносит «Джаг», но этого вполне хватает, чтобы Джонс резко бросил всё: бычок от сигареты, суетливость и самокопание. Он руки по сторонам разводит и уверенно подходит к девушке, зная, как ей необходима поддержка.       Элизабет делает пару шагов и виснет на парне, скрыв лицо от ветра и неприятностей и уткнувшись носом в грудь Джонса. Джагхед за полами своего безразмерного черного пальто от всех и всего прячет, руками запутавшись в кудрях. Ему хочется отчитать ее, как маленькую девочку, за то что она без шапки, но сдерживается, потому что Бетти уже натерпелась на сегодня. Он ей вместо этого целебный поцелуй в макушку дарит, а потом ещё несколько, слыша тихие всхлипы.       — Чай с ромашкой будешь? — прерывает тишину Джагхед, положив свои горячие ладони на сырые щеки девушки и стирая большими пальцами катящиеся слезы. — Я и пасту могу тебе свою приготовить.       — И чай, и пасту хочу. — Элизабет слизывает с губ слезы, которые успели скатиться. — Не оставляй меня сегодня, пожалуйста.       — Если мои кошмары тебе не помешают, то останусь. — Форсайт стёр с подбородка Купер слезы и широко улыбнулся. — Я могу тебя поцеловать?       — Да, почему ты спраши…       Девушка не успевает договорить, так как Джагхед аккуратно берет ее за щеки, к себе притягивает, а потом нежно, едва касаясь губами, сначала уголков рта касается, а потом и самих губ, сминая уста медленно, до исступления. Бетти непроизвольно руки вокруг его талии сводит, чтобы ещё больше слиться в единое целое. Джагхед в поцелуе улыбается, стараясь как можно дольше не открываться.       — Дети! — громко произносит Элис, заставляя влюбленных закончить поцелуй и начать краснеть от того, что их застукали. Форсайт робко улыбается, как и всегда, а Бетти, голову понурив, рассматривает свои ботинки. Однако сцепляет свою руку с рукой Джонса. — Может, домой пойдем? На улице небезопасно.       — Да, ты права, мам. — Купер тянет Джагхеда за руку, и он тенью за ней следует, смеясь.       Элис первой к домофону подходит, открывает дверь и ждёт, пока дойдут Форсайт с Элизабет. Джагхед, показав себя джентльменом, пропустил вперёд девушку, а затем закрыл дверь. Он немного ускорил шаг, взяв Элизабет за руку и начав водить пальцем по парному кольцу на его руке. Купер младшая свой взгляд на него переводит и с непониманием смотрит, молча, чтобы маму не смутить. Форсайт губы облизывает и взгляд отводит, явно флиртуя с девушкой.       Купер старшая открыла дверь, отойдя тут же в сторону. Форсайт вызвался ей помочь поддержать вещи, но женщина отказалась от помощи. Джагхед тут же забрал пальто своей девушки, вещая на петлю, а затем и сам разделся. Стоило перейти порог, как Бетти снова в него вцепилась, словно в спасательный плот.       — Миссис Купер, вы не против, если я вашу кухню оккупирую? — с улыбкой произносит Форсайт, стараясь расположить к себе и получить согласие, нежели отказ.       — Оккупируй, — отвечает Элис, слегка усмехнувшись. — Я ушла работать, позже приду проверю. — Купер старшая отправилась в свою комнату, перед этим пригрозив пальцев и едва улыбнувшись.       Форсайт произносит краткое: «Пойдем, Беттс», — и отводит Купер младшую на кухню, переместив руку уже ей на плечи. Девушка ему кивает в ответ, положив в свою очередь руку на поясницу. Она только замечает, что Джагхед не в своем привычном стиле: джинсы и толстовка или джинсы и клетчатая рубашка с футболкой, а он в брюках и белой рубашке.       — Ты чего такой нарядный? — осмеливается узнать Элизабет, сев на любимое место Джагхеда, сбоку стола, у стены. Отсюда и вправду открывался вид на всё помещение, а если сидеть, запрокинув голову назад, то можно расслабиться.       — Перед тренировкой ездил вместе с отцом на переговоры, не успел съездить домой переодеться и после тренировки. — Форсайт распускает рукава хлопковой белой рубашки, закатывая их до локтей, а затем расстёгивает несколько верхних пуговиц. — Ты съешь меня глазами прямо сейчас.       — Прости, — Купер дует губы и отводит взгляд в сторону, немного задрав голову. — Можно мне помочь тебе?       — Готовим вместе, как обычно? — Форсайт расставил руки по бокам и улыбнулся шире, чем до этого. — С тебя овощи и спагетти, с меня мясо и соус. Идёт?       — Конечно. — Элизабет в приподнятом настроении соскочила с места и начала бегать из стороны в сторону, чтобы приготовить необходимые ингредиенты и вещи. — Как прошла тренировка?       — Тренер рвет и мечет, но я привык. — Форсайт аккуратно нарезал мясо, стуча ножом по доске. — Расскажешь, как прошла твоя поездка на кладбище? Или поговорим позже?       — Давай позже. — Бетти целует Джагхеда в плечо, поравнявшись рядом с ним, пока режет овощи. — Как прошел твой день?       — Я снова досмотрел кошмар до конца, поэтому можно сказать выспался. Заехал с утра за Вероникой, потому что она поругалась с Арчи, теперь я снова ее личный водитель. — смеётся Джонс, уже скидывая мясо в сковороду тушиться. — Получил пять за контрольную благодаря лучшей девушке, а после школы поехал с отцом на переговоры. Учусь вести бизнес у лучших акул, как говорил мой старик. Про тренировку ты уже в курсе. Как твой день?       — Ты большой молодец, Джагги! А мой день выдался странный. — Купер поджала губы и отдала овощи Джонсу для соуса. — У меня есть одна плохая новость. Доминик вернулся, и он будет на игре в качестве помощника тренера послезавтра. — Он тебя трогал? — с опаской задаёт вопрос Джонс, непроизвольно сжимая в руках нож. Бетти замечает напряжение возлюбленного, поэтому кладет свою руку поверх его и подбородком утыкается в плечо.       — Нет, пытался выпросить прощения. — Бетти убирает руку и обнимает парня со спины, целуя его в место между лопатками, скрытое рубашкой. — Надеюсь, что они не устроят ничего на матче.       — Если они устроят, то начнется война на поле. Стивен, Арчи и Реджи точно не пустят возможности ответить. — Форсайт взял в руки овощи. Резка сейчас была отличным способом заглушить эпицентр злости внутри. — Я не допущу, чтобы они лезли к тебе на игре.       — У меня будет три защитника: ты, Вероника и Кевин. Рони сказала, что стоит Кимберли приблизиться ко мне, и Лодж не пожалеет своих ногтей, чтобы расцарапать ей лицо.       — Вероника может. — усмехнулся Джонс, положив одну руку поверх руки Купер. — У тебя много домашней работы на завтра?       — Я сделала ее ещё вчера.       — Моя умная девочка. — Джагхед развернулся лицом к Купер, закрыв перед этим сковороду с мясом, а помидоры скинув в кастрюлю, чтобы сделать позже соус. — Хочешь потанцевать?       — Сейчас? — Купер привстала на носки и чмокнула парня в уголок губы, провоцируя. Джагхед потянулся за поцелуем, стараясь поймать губы Элизабет, но успел коснуться лишь ее щеки.       — Ты от меня так просто не отвертишься. — Джагхед потянулся второй раз за поцелуем, но успел коснуться только уголка. На эмоциях взял девушку за щеки и притянул к себе, собственнически целуя. Купер скрестила руки на его спине, прижавшись сильнее к груди Джонса.       Форсайт открыл глаза, заметив улыбку на губах девушки. Закончив поцелуй, Джонс быстро перехватил руку Бетти, сжав и вытянув в сторону, а другую руку положил ей на лопатки, начав вальсировать по кухне, стараясь не задеть стол и стулья. Под звуки закипающей воды, шкворчащего мяса и тихое пение Джагхеда, Элизабет терялась в своих мыслях. Парень был волшебником, который каждый раз заставлял бытовые ситуации быть чем-то особенным. Однако с танцем пришлось закончить, чтобы продолжить готовить.       Форсайт выключил всё, доведя до готовности. Купер вылила воду из кастрюли со спагетти и налила сверху оливкового масла, чтобы они не слиплись. Джонс взял две тарелки, наложил мяса, сваренные Элизабет спагетти и полил сверху соусом, отдавая своей девушке.       — Слюни текут. — проговорила девушка, беря в руки вилку. В последнее время ей стало лучше, и еда теперь доставляла удовольствие. Поэтому Джонс теперь пытался удивлять Элизабет всеми возможными блюдами. — Кстати, у нас ещё есть кексы.       — С изюмом и шоколадом?       — Да. — Бетти уже хотела подорваться с места, чтобы поставить сладости на стол, но Джагхед сделал это первее нее и просил отдыхать. — Ты решил устроить мне вечер отдыха?       — Мне хочется верить, что я понимаю твои чувства после поездки на кладбище. И моя любовь всегда заботиться обо мне после подобных вылазок.       — Ты назвал меня «моя любовь»? — Элизабет поджала губы, и ее глаза начали слезиться.       — Хэй, — Джонс обнял Купер со спины, целуя ее в щеку без остановки. — ты чего плачешь?       — Эмоциональный день. И я люблю, когда ты зовёшь меня «Беттс», но прозвища от тебя звучат так любовно и нежно. — Бетти глубоко вдохнула, чтобы успокоиться. Её эмоциональное состояние сегодня было точно расшатано.       — Буду чаще называть тебя «моя любовь». — Джагхед в последний раз поцеловал Элизабет в щеку и сел на свое место. Купер положила поверх его руки свою и устало улыбнулась.       Закончив с пастой, Купер помогла парню убрать всё со стола, помыла посуду и отправилась в комнату, взяв молодого человека за руку. Джагхед открыл окно в комнате девушки, чтобы проверить помещение.       Элизабет переоделась в футболку, которую взяла у Джонса для сна, и села на стул. Парень, схватив из шкафа девушки специально оставленные вещи, улёгся на кровать в шортах и футболке, приподнявшись на локтях и смотря на Купер полунахальным взглядом.       — Мама сегодня сказала, что ты бы понравился моему отцу. — Купер встала с кровати и пересела на кровать рядом с парнем. Форсайт запрокинул голову назад и широко улыбнулся. — Можно задать один вопрос?       — Конечно. — Джагхед положил руку на бедро Бетти, поглаживая вверх и вниз.       — У меня не было опыта общения с могильными плитами, и я пока не понимаю действительно ли верю, что умершие нас слышат. Ты говорил с мамой обо мне?       — Всё нормально. — Форсайт заметил напряжение девушки и сел напротив нее, одну ногу согнув в колене, а другую опустив на пол. — Я говорил с мамой о тебе, правда, ещё до начала наших отношений. Сказал, что влюблен в тебя по уши, что ты даешь мне ощущения дома и что я признаюсь тебе со дня на день.       — Я сказала сегодня отцу, что мне нужно было всё потерять, чтобы встретить тебя, мою самую большую любовь. И… — Бетти берет паузу, потому что слезы с новой силой берут над ней вверх. Джагхед наклоняется вперёд и целует ее в макушку. — И ещё мне хотелось бы провести с тобой, как можно больше времени вместе.       — Всё будет, моя любовь. — Джагхед тянет на себя Купер, ложась первым на кровать. Девушка ложится на вздымающуюся грудь Джонса, как можно сильнее сцепляя руки вокруг него. — Как ты себя чувствуешь?       — Лучше, чем до этого. — Бетти задрала голову, смотря на Джагхеда устало. Джонс заправил ее волосы за ухо, заставив девушку затаить дыхание. — Можно задать провокационный вопрос?       — Спрашивай всё, что хочешь знать.       — Я говорила с твоим отцом, он сказал, что ты считаешь меня своим «слабым местом». Но вопрос о другом. Ты думал бросить меня, чтобы обезопасить?       — Беттс… — Джонс закрывает глаза и начинает поглаживать спину девушки. — Я хотел расстаться с тобой во время рождества, потому что на это время пришлись крупные нападки на заводы. Отец сказал, чтобы я не думал даже об этом. Я не хочу, чтобы ты пострадала, потому что наши семьи уже пожинают плоды ещё давно начатой войны.       — В следующий раз поговори со мной прежде, чем что-то решишь.       — Я уже понял, что главное в отношениях разговаривать и делиться своими чувствами, поэтому больше не буду закрываться от тебя. — Форсайт поцеловал Бетти в лоб, а потом уткнулся носом ей в волосы.       — Если тебе скажут убить меня ради спасения других, то ты сделаешь это?       — Элизабет Джейн Купер, во-первых, я сделаю всё возможное, чтобы не было таких ситуаций. Во-вторых, пусть это прозвучит ужасно, мне нет дела до других, мне есть дело только до тебя, и я бы не спасал других ценой твоей жизни. И скорее я бы убил себя, чем тебя.       — Я, как и ты, совершила бы самоубийство, но сохранила жизнь тебе.       — К чему эти вопросы, Беттс? — Джагхед поднял голову девушки за подбородок, прося смотреть только на него.       — Навязчивые мысли после кладбища. Я на самом деле не хочу терять тебя, но, послушав историю твоих родителей и моих, мне становится страшно от того, что может случиться в любой момент.       — Не буду врать. В мире теней не получается без риска, но ты и я всегда идём в сцепке друг с другом, и пока ты рядом со мной, тебе ничего не грозит. Я в лепешку расшибусь, чтобы ты была в порядке.       — Мой маленький защитник вырос и стал мужчиной. Жаль, что наше общение оборвалось в детстве. Я бы могла ходить на все твои соревнования по плаванию, а ты бы мог ходить на все футбольные матчи, чтобы посмотреть на меня в группе поддержки.       — Ещё бы я не допустил твоих отношений с Домиником. — Форсайт поцеловал Элизабет не настойчиво в губы, нежно отпрянув.       — Мои шрамы заживают рядом с тобой.       — Я люблю твою романтичную натуру.       — Я люблю тебя любого, будь ты романтиком, бунтарем или наследником. — Бетти провела рукой по затылку Джагхеда, зацепившись за его кудри. — С тобой засыпать как-то даже спокойнее.       Джагхед ничего не отвечает лишь обнимает крепче в ответ. Купер быстро засыпает, пока Джонс перебирает ее волосы, водит пальцем по очертаниям, запоминая их заново. Затем оставляет спешный поцелуй в лоб и встаёт с кровати, укрывая девушку одеялом. Она тут же реагирует, морщась и поворачиваясь, ища парня.       Форсайт аккуратно, стараясь не шуметь, выходит из комнаты, следуя в сторону кухни. С помещения слабо падал луч света на пол. Джагхед сглотнул и прошел на кухню, заметив Элис, сидящей за столом с ноутбуком.       — Как Бетти? — первым, что спросила женщина у парня, не поворачиваясь к нему лицом, а продолжая бить по клавишам.       — В порядке, быстро уснула.       — Ты почему не спишь? Время видел? — заботливо спросила Элис, повернув голову уже в сторону Джонса, стоящего со стаканом.       — Проблемы со сном: кошмары и бессонница. — Джагхед оперся о гарнитур. Ему отчасти льстило, что мама возлюбленной проявила заботу и о нем.       — По-хорошему бы поговорить с твоим отцом, чтобы пересмотрел твой график, а то наслышана я от дочери, чем тебе приходится заниматься.       — Я не жалуюсь. — Форсайт осторожно приподнял уголок губы. Затем поставил стакан в мойку и уже собирался уходить.       — Спасибо, что приехал. Ты всегда рядом, когда Бетти это необходимо.       — Я просто люблю ее. — Джагхед сложил руки перед собой и улыбнулся шире. — А как вы после поездки на кладбище?       — Я хорошо, мне нечего было сказать Хэлу, что в день его похорон, что сегодня. Он сам виновник всего, что с ним произошло. Жаль, что дети лишились его любви, потому что Бетти, как и Чарльз, явно в этом нуждалась. — Элис запустила руку в волосы, разметав пшеничные кудри, такие же как у Бетти, в разные стороны. — И называй меня либо Элис, либо мама. Слушать твое «миссис Купер» уже невыносимо, уши вянут.       — Хорошо… — Форсайт взял паузу, переваривая информацию. — Хорошо, мам.       — Так то лучше.       Внутри Джагхеда что-то треснуло, но он не подал виду. Парень пожелал женщине спокойной ночи и чуть ли не вприпрыжку вернулся в комнату своей девушки. Лег на кровать, тут же оказавшись в объятиях полусонной Бетти.       — Ты куда ходил? — спросонья спросила девушка, положив голову на грудь Джагхеда, а ногу поверх его ноги.       — Воды попить, — Форсайт всё ещё внутренне ликовал, и ему безумно хотелось поделиться информацией со своей девушкой. — Твоя мама сказала, что я могу называть ее «мамой».       — Теперь и ты официально вошёл в мою семью. — произнесла Элизабет, находясь в полудрёме, но всё же немного проснувшись. Затем положила руку в районе сердца Джагхеда, а на запястье подбородок. — Ты нравишься моей маме, так что она лишь подтвердила это.       — Мне нравится развитие наших отношений.       — Такими темпами мы сами создадим с тобой семью.       — Ты уже моя семья.       — Как и ты моя.       У Форсайта рот от улыбки сводит, как и всё внутри только от мысли, что он правда может всю реку жизни проплыть с одной единственной девушкой. Элизабет улыбается не менее широко, заставляя проявиться ямочки на щеках, как поцелуи ангела. И Элизабет Купер была личным ангелом, личным ангелом хранителем для Джагхеда Джонса, который кажется всё больше ломался, становясь новым дьяволом.