Только моя

- Как же я могла забыть? Как же я могла забыть? Хината бегала по комнате, собирая все необходимые для предстоящей поездки вещи, про которую она наглым образом забыла, из-за вчерашнего свидания. Дело в том, что по несколько раз в год «Коноха» вывозила своих учеников куда-нибудь на острова отдохнуть. Ехали туда все: и бедные, и богатые ученики, а так же и учителя. Многие другие школы и СМИ предполагали, что это ради того, чтобы поднять рейтинг этого заведения и заманить учеников. Сама же «Коноха» на это никак не реагировала, просто молчала, сохраняя своё достоинство. Но истинная причина этих поездок была проста: Цунаде Сенджу, директор этого заведения, очень любила различные поездки и отдых, но при этом своё место она никому не могла доверить, чтобы поехать отдыхать самой, да и скучно без любимых учеников было. Почему же эти поездки не совершались на каникулах? Потому что на каникулах ученики отдыхали сами со своими семьями, которые были категорически против подобных поездок. На этот раз «Коноха» должна была отправиться на Таити. По словам Цунаде, это остров её мечты. «Да, у неё и Гавайи, и Мальдивы, и Канары – острова мечты», - думала, собирая вещи, Хината. Она зашла в гардеробную и, вытащив все вещи из полки под названием «Лето», загребла их в свою дорожную сумку. «Ещё брат не разбудил, гад! А говорил, что разбудит! Сам, небось, уже оделся и умылся, и собрался в путь-дорогу. Сейчас, наверно, сидит на кухне, ест мамины пирожки, - бурчала она себе под нос. – Стоп! Мамины пирожки! Он же их съест! И где мои вещи?!» Девушка смотрела на полупустую сумку, в которой лежали те вещи, которые ей совсем не нужны, и не нравились ей. Она с ужасом посмотрела на время. Через час они должны были уже выезжать в аэропорт, а она ещё не оделась, не умылась, даже не расчесалась, и самое главное: не поела мамины пирожки, и пирог, который она приготовила вчера. Она чуть ли не заплакала от безысходности, как в её комнату без стука, без предупреждения вошёл Саске. - Сестрёнка, ты уже проснулась? – он удивлённо посмотрел на девушку, которая выглядела, мягко говоря, плохо. - Да! А ты даже не соизволил меня разбудить! Мне же вещи надо было собрать, а оказывается, их ещё надо найти, - Хината погрустнела и опустила глаза. - Вставай, одевайся, умывайся. Я давно их собрал, всё необходимое, как ты и любишь. В сиреневую сумку я положил пляжные вещи, а в чёрную – твою повседневную одежду. Не хотел будить, думал, ты ещё поспишь, - спокойно отвечал Саске, следя за реакцией сестры. – Ах да, сегодня Итачи раньше обычного проснулся, и отец за столом сидит, так что пирожков может и не остаться. - У Итачи-нии-сана диета! Сам же ведь говорил! – отходя от шока, пролепетала девушка. - Да, но когда он видит мамину стряпню, он не держит диету. Она у него тогда, когда он сам готовит. Ладно, я тоже пошёл, присоединюсь, так сказать, к этому приятному занятию! А ты можешь сидеть тут, - парень хищно улыбнулся и вышел из комнаты. Хината терпеливо ждала, когда останется одна и тут же пулей полетела в ванну. Довольный Саске сидел на кухне, слушая в тысячный раз поучения отца и матери о том, что нужно быть осторожным там, на островах, что нужно беречь сестру и не делать глупостей, и не позволять делать их младшей сестрёнке. Он просто сидел и кивал, потому что если спорить с отцом – не будет карманных денег, с матерью – пирогов. Итачи уплетал уже десятую штуку вкусненьких, свежеиспечённых пирожков, с коричневой корочкой и мясной начинкой. Он откусывал каждый кусочек и жевал с таким удовольствием, что даже у главы клана потекли слюнки. Так есть мог только Итачи Учиха. Он даже солёные огурцы ел так, что и другим сразу же хотелось их попробовать. На втором этаже вновь раздались какие-то стуки, и на кухню забежала девушка, держась за руку. - Где мои пирожки?! – сразу спросила она, даже не поздоровавшись с родными, а потом голод отступил на второе место, и она опомнилась. – А то есть, я хотела сказать: «Доброе утро». Просто немного слова перепутала. Женщина, стоявшая у плиты, подошла к дочери и осмотрела руку. - Доброе, милая. Опять ручку поранила? - Ну ничего себе! Подумаешь, вместо двух, три слова сказала! Немного перепутала наша младшая сестрёнка, - Итачи на минуту прекратил своё дело и посмотрел на Хинату. - Да не больно, мам. Я кушать хочу. И всё из-за Саске, - она недовольно посмотрела на брата, который уже тянул руки за лакомым кусочком пирога. Все взгляды устремились на него, и пришлось ему бросить это дело, потому что мать семейства уже взяла в руки скалку. - А что я? Я тебе вещи собрал, разбудил, хотел вон пирог для тебя припрятать, а ты меня обвиняешь! – с ноткой обиды произнёс парень. – Ай-яй-яй, сестрёнка, совсем такого хорошего брата, как я не ценишь. - Хм, - только и сказала девушка и села за стол, отодвигая на безопасное расстояние от Итачи тарелку с пирожками. - Вот говорила тебе, Фугаку, что не надо вечно хмыкать, что дети у тебя могут перенять эту привычку! – сказала женщина мужу, накладывая дочери рис. - Микото, у нас тогда не было детей, ты даже не была беременна. Лет нам тогда всего лишь четырнадцать было, - заметил мужчина, беря газету в руки. - Зато гены! Вот, что Саске, что Хината вечно хмыкают и только! Вон нельзя, как Итачи нормально ходить и не хмыкать? Единственный, кому не передалось это от тебя, на меня похож. - Да-да, а особенно, когда готовит, полная твоя копия, мам, - засмеялся Саске, но, увидев молнии, которые метает в него старший брат, успокоился. Всё-таки слишком много у этого хирурга было на него компроматов. Вскоре подъехала машина, которая должна была отвезти брата и сестру в аэропорт. Итачи помог вынести вещи сестре, а Саске тем временем пошёл в гараж, дабы попрощаться со своей самой любимой, после мамы и Хинаты, «деткой». Он ещё долго стоял перед чёрным мотоциклом и гладил его, пока его по голове не треснули чем-то тяжёлым. Это была рука его старшего брата. - Да ладно тебе, ты же не на целую вечность уезжаешь. Будь мужиком, - сказал Итачи, похлопывая брата по плечу и жадно глядя на дорогой транспорт. - Брат? - Что? - Обещай, что будешь заботиться о ней, - серьёзно проговорил Саске, глядя на парня, стоящего рядом. - Да-да, попроси ещё пообещать, что я на ней женюсь, - засмеялся Итачи. - Да я не об этом, болван. Ни в коем случае не катайся на ней! - Как скажешь, но жениться, я бы женился, - мечтательно вздохнул старший из Учих. А потом глядя на реакцию младшего брата, который удивлённо приподнял левую бровь, снова засмеялся, - Ну а что? Вещи ей покупать не надо, дома убираться не надо, слушать скандалы тоже не надо. Отвезёшь автомойку, тебе там её помоют. И все дела! - Да, а дети у вас, какими будут? Мотолюди? Сверху тело, снизу колёса? - Ну, об этом я не подумал, если честно. Но идея очень даже не плоха! - Пошли, умник. У машины стояла их мама, что-то упорно рассказывающая своей дочери. Отец же стоял в стороне, как-то подозрительно глядя на дочь. Когда подошли братья, родители поцеловали своих детишек и посадили в машину. Микото ещё пару раз продиктовала основные правила и, наконец-таки отпустила своих детишек в путь. Ехали молча. Иногда Саске посматривал на свою сестрёнку и говорил: «Будь здорова», когда та чихала. А было это довольно-таки часто, что его немного насторожило. - Извини, что из-за меня ты ударила руку, - тихо шепнул парень, когда они выходили, но девушка ничего не услышала. Подумала, что это ей послышалось. Саске отошёл к своим друзьям, а Хинату сразу же обступили подруги и начали расспрашивать о вчерашнем свидании. - Ну, - она покраснела, - всё прошло хорошо. Он меня дождался. Апчхи! - Будь здорова, - протараторила Тен-Тен. – А как вы гуляли под дождём? Это, наверное, так романтично! - Ага, а потом два часа искали мне одежду, - согласилась Учиха. – Но всё так хорошо прошло. Мне так понравилось. - Эй, подруга, а вы того самого? – спросила Ино, а потом, поняв, что её не поняли, повторила, - Чайники, поцеловались вы? - Ага, - Хината мечтательно вздохнула и посмотрела на Дейдару, который вместе со своей бандой стоял неподалёку от них, и помахал ей рукой. От этого она покраснела ещё больше, а девчонки весело её обняли. - Ну вот. У нас у всех теперь своя любовь. У меня лентяй, у Тен – Неджи, у Хины – хлюпик, и только у Ино, самой опытной из нас, нет никого. Непорядок, - Темари недовольно посмотрела на подругу. – Весь отдых будем заниматься тем, что будем искать парня нашей звёздочке. - Спасибо, девчонки, я вас люблю, - произнесла Яманака и прижалась к подругам. - Кажись, уже садимся. Надеюсь, мы вместе? – спросила Такахаши. - Посмотрим! Надеюсь на это, - улыбнулась Хината.

***

«Ну что это такое? Ками-сама, за что ты меня так наказал?» Девушка сидела на среднем сидении, а по обе стороны от неё сидели, по неприятному стечению обстоятельств, Дейдара и Саске. Оба прожигали друг друга взглядом и нежно смотрели на юную особу, что сидела рядом. Тен-Тен всегда везло, поэтому сейчас она сидела рядом с Неджи в обнимку, а рядом с ними сел Сасори. И Такахаши и Акасуна смотрели с неким сожалением на своих друзей. Темари сидела рядом с Шикамару, который уже положил голову ей на плечо и спал, а ведь самолёт ещё даже не поднялся в воздух. Ино же нашла местечко между Наруто и Саем, которые были её мечтой. Она смотрела то на одного красавца, то на другого и всё время краснела. - Апчхи! – Хината вытерла нос платочком. - Будь здорова, - улыбнулись парни, а затем снова начали метать молнии в сторону друг друга. - С-спасибо. - Ты чего на неё уставился? – недовольно спросил Саске. Дейдара же промолчал, что ещё больше разозлило Учиху. - А-Апчхи! – на этот раз чихнул Тсукури. - Будь здоров, - девушка дала ему носовой платок, который парень с удовольствием принял. - Маску надо надевать, чахоточный, - Саске надменно посмотрел на Дейдару и тоже нарочно чихнул, отбирая платок своей сестрёнки у счастливого блондина. Хината смотрела то брата, то на своего парня и с ужасом понимала, что с ними она будет лететь ещё несколько часов. Учиха обнял девушку и прижал к себе, как бы показывая этим, что она его и только его. Тсукури кипел от ревности. Это было видно по его красному лицу и бровям, сведённым вместе. «Успокойся, он её брат. Всего лишь брат и не больше. Так что в любом случае, она будет твоей! Слышишь? Он её брат! Да успокойся ты! Чёрт, ещё эта простуда!», - мысленно успокаивал себя он, но ничего не получалось. «О Ками-сама, я же не выживу! За что ты так со мной? Почему я не сижу, к примеру, с Ино? Или хотя бы с Наруто? Да я даже согласна сидеть с Цунаде-сама, но чтобы так! Какая же у тебя больная фантазия!», - Хината готова была расплакаться. Так они летели несколько часов. Девушка и парни заснули. Голова юной Учихи покоилась на плече спящего Дейдары, а тот инстинктивно приобнял её во сне. Саске же спал и ничего не подозревал, пока самолёт не сел, и не началась драка. от Автора: кажется, получилось не очень интересно и мало, но следующая глава будет больше и интересней=)