Привет, я Сэм

Этот мир был ужасен. Хуже него была только трупная вонь, распространяющаяся от тел пегасов и Валькирий. Каким образом Хель всё ещё не сошёл с ума от одиночества не знал никто, даже сам бог Смерти. Он ходил, спал на голых камнях, пил воду из небольшого родника и тренировался, потеряв чувство времени в этой тюрьме, где небо всегда было затянуто плотными серыми облаками, делая дни похожими на ночи. Пейзаж удручал своей однообразностью, за скалами были скалы и скалистые горы – и все отвратительного грязно-чёрного цвета. После практически пятнадцати веков ссылки богу начало казаться, что ему суждено умереть здесь, среди холодных камней.

***

Жизнь в этом мире была однообразной, каждый день практически ничем не отличался от предыдущего. Но даже зная это, бога не покидало чувство того, что что-то надвигается. Что-то, что сложно будет отнести к "хорошему" или "плохому". Прошла половина дня по внутренним часам аса, и он присел отдохнуть около мелкого родника. И, вдруг, его левую руку неожиданно пронзило несильной болью, словно по коже с нажимом провели иголкой. На предплечье стали медленно проявляться корявые буквы, едва различимые, как будто писал ребёнок. Постепенно каракули сложились в нечто, новые перестали появляться. Хель напряг зрение и всмотрелся. На предплечье красовалось «Привет. Я Сэм». На секунду асу показалось, что у него остановилось сердце. Первое послание от того, кто предназначен ему самой Вселенной. Через какое-то время надпись исчезла, оставляя бледную кожу девственно-чистой, словно ничего не произошло, и принц отвернулся. Тихо втянув воздух в лёгкие, он закрыл глаза и откинулся спиной на голые камни. Его одолевали смешанные чувства. Радость от обретения своего соулмейта была мгновенно испорчена осознанием того, что они, возможно, никогда не встретятся. Его соулмейт был обычным смертным, это он знал с детства, а все они живут до нелепого мало. Сотня лет – ничто в жизни бога и целая жизнь для мидгардца, а многие умирают и не достигнув этой почётной для них отметки. А может ему и не стоит встречать его. Никто не обрадуется тому, что его родственная душа – древний убийца, имеющий ПТСР и проблемы с доверием. Такие подарки судьбы никого не могут порадовать, поэтому, скорее всего, человеку будет лучше без него. С шумом выпустив воздух, опальный принц кое-как встал с камней и отправился дальше, в поисках чего-нибудь, что могло бы скрасить его одиночество в этом мире-тюрьме.

***

Его терпения хватило на пять дней. Пять суток молчания, взглядов, время от времени бросаемых на руку, на которой побывала надпись, сомнений и привычного одиночества. Раньше такой срок показался бы Хелю пустяком, теперь же его проснувшееся любопытство не давало ему покоя, подтачивая изнутри час за часом. В конце концов он не выдержал, нашёл слегка дрожащей рукой кусочек острого камня и вывел на своей руке «Здравствуй, Сэм. Я Хель», с торжеством наблюдая как надпись царапинами впитывается в его кожу. Где-то в Мидгарде восторженно завопил юный Сэмюэль Уилсон, игнорируя боль от царапин на руке.