20
2 июня 2022 г., 00:31
Яркий свет больно ударил в голову. Робин зажмурился, пытаясь прогнать невесть откуда взявшихся перед глазами зайчиков. Шея затекла и каждое движение головой отзывалось крайне неприятным покалыванием. Уснуть, сидя на скамье перед операционной было явно не самой лучшей его идеей. Наконец, сфокусировав взгляд на разбудившей его женщине, Робин поднялся на ноги.
— Доктор Карри, — кивнув в знак приветствия, Робин окинул взглядом стоящего перед ним хирурга. Представителей скальпельной области медицины он в своей жизни повидал немало, в конце концов, сам был из династии хирургов, поэтому увиденным он остался вполне доволен — профессиональная выправка и уверенность проглядывались даже в том, как она выглядела и держала себя. Её светлые волосы были собраны в классическую ракушку, чёлка выбилась из укладки, однако, не выглядела небрежной. Женщина явно заметила оценивающий взгляд и лишь улыбнулась в ответ, поправив на переносице очки в чёрной роговой оправе.
— Операция завершена, доктор Локсли. Пациентку готовят к переводу в палату.
— Можно детальнее по состоянию?
— Конечно. У поступившей мисс Миллс были глубокие резанные раны в области внутренней стороны предплечья правой верхней конечности, результатом которых стали повреждения второй степени двух крупных артерий — лучевой и локтевой, также была нарушена целостность медиальной вены. У нас были подозрения на разрыв срединного нерва, но они не подтвердились, так что с моторикой руки проблем не предвещается. У мисс Миллс случился геморрагический шок на фоне массивной кровопотери. Его последствия вы наблюдали на пути сюда — холодный пот, бледная кожа, потеря сознания. Повреждение локтевой артерии успешно купировали наложением циркулярного шва, однако целостность лучевой артерии была нарушена в нескольких местах, что существенно усложнило нам задачу. Предполагалось устранить повреждение тем же образом, что и в случае с локтевой артерией, но, характер повреждений не оставил нам иного выбора, кроме как использовать шунтирование.
Робин кивнул, прикидывая возможные последствия.
— Какова вероятность периодических мышечных болей?
— Вероятность есть, но я бы свела её к минимуму. Операция прошла успешно. Рекомендуемый срок госпитализации — неделя, однако, если есть необходимость, период восстановления можно сократить под Вашу ответственность.
— Вы упомянули геморрагический шок. Что по поводу ишемии?
— Полностью исключена. Мисс Миллс была оказана качественная первая помощь, благодаря которой удалось избежать возможного повреждения тканей из-за нарушения кровоснабжения. Позволю себе отметить, что это неудивительно, учитывая Вашу фамилию. — Женщина усмехнулась, глядя на Робина с любопытством, — Полагаю, оперировать на месте не представлялось возможным?
— Даже при условном наличии хирургических инструментов и абсолютной стерильности, я бы не рискнул взяться за это. Специализируюсь в другой области.
— Да, я наслышана. Хирургия много потеряла.
— Благодарю, доктор Карри, но Вы мне льстите. Когда я смогу навестить мисс Миллс?
Из-под чёрной оправы вверх метнулись идеально очерченные брови.
— Полагаю, завтра. Она ещё не отошла от наркоза. Мы будем наблюдать её на случай постоперационных осложнений. Часы посещения с девяти утра.
— Благодарю.
— Доктор Локсли, учитывая специфику вашего учреждения, мне необходимо предоставить отчёт о поступлении к нам пациента другой клиники. Я была бы благодарна, если бы Вы ответили на пару вопросов…
— Конечно.
— Как бы Вы характеризовали состояние пациентки на данном этапе лечения?
Робин задумчиво посмотрел в сторону операционной.
— У Реджины случаются редкие эпизоды деструктивного поведения, в целом она стабильна.
— То есть Вы полностью исключаете самоповреждение?
— Разве похоже, что она могла сделать это сама?
— Вы отвечаете вопросом на вопрос.
— Прошу прощения, доктор Карри, профессиональная привычка. И всё же мне интересен непосредственно Ваш взгляд на ситуацию.
— Я бы сказала, что характер её ран исключает самоповреждение — порезы слишком глубокие для селфхарма и крайне многочисленные для попытки суицида. — Женщина подняла вверх правую руку и указательным пальцем левой провела по своему предплечью несколько линий, — порезы под таким углом сложно сделать самостоятельно, это больше похоже на попытку защитить лицо или шею. — Врач прикрыла предплечьем лицо, а затем опустила руку ниже, приподняв вверх локоть, — Я бы сказала, что мисс Миллс защищала лицо — порезы нанесены несколькими резкими движениями слева направо. При попытке защитить шею раны наносились бы в инверсивном порядке. Я бы характеризовала это как ранение, полученное в результате вооруженного нападения на безоружную. Учитывая характер порезов, орудием мог быть скальпель или хорошо заточенный нож?
— Могу ли я попросить Вас предоставить официальное заключение для дальнейшего разбирательства?
— Безусловно. — Доктор Кивнула, задумчиво глядя на мужчину. — Могу заверить Вас, что риска для жизни Вашей пациентки больше нет. Всё, что сейчас нужно мисс Миллс — тишина, покой и крепкий сон. И, возможно, пара литров крови, посмотрим по ходу дела.
— Что по поводу медикаментов, доктор Карри?
— Большую часть лекарств покроет полис, но на некоторые препараты его не хватит. Можно заменить дешевыми аналогами, но я бы не советовала.
— Могу я получить список?
— Я отправлю Вам на почту. Оставьте Ваши контакты на выходе.
— Хорошо, благодарю, — Робин улыбнулся и, подхватив со скамьи свои вещи, двинулся в сторону выхода, когда доктор Карри вдруг окликнула его, одарив красивой белозубой улыбкой.
— Доктор Локсли! В кафе на нижнем этаже делают великолепные маффины. Не составите мне компанию?
— Доктор Карри, — Робин улыбнулся, покачав головой, — я чрезвычайно благодарен Вам за предложение, но вынужден отказаться. Кстати, совсем забыл поинтересоваться… Полагаю, мисс Миллс может рассчитывать на отдельную палату?
Нужно отдать хирургу должное, намёк она уловила. В один миг на её лице отразилось понимание, словно, наконец, она нашла недостающий пазл и теперь смогла увидеть общую картину.
— Кем вам приходится мисс Миллс?
— Бывшей пациенткой.
— И только?
Робин промолчал и женщина, разочарованно улыбнувшись, кивнула, заправляя за ухо выбившуюся из пучка прядь.
— Часы приёма с девяти утра. Номер палаты Вам сообщат на рецепции.
— Благодарю. Хорошего дня, доктор Карри.
— Всего доброго…
Когда Робин переступил порог палаты, Реджина ещё спала. Мужчина сел на стул у её кровати и устало провёл ладонью по лицу. Он заскочил к ней всего на час перед очередным неравным боем с недугами души мисс Уэст. С каждым днём терпеть собственное поражение на своём же поприще было всё более невыносимо. Реджина давала ему силы не опускать руки.
Да и в целом неделька была та ещё! Произошедший инцидент поднял на уши не только диспансер, но и весь город — где это видано, медсестра порезала пациентку! Однако, Коттон быстро взял всё под контроль — оказалось, Реджина порезала себя сама, находясь в состоянии острого психоза, а заключение хирурга было ошибочным. Удивительным образом он одним махом пресёк все разговоры и спас Эллу от кутузки. Девушка отделалась лишь временным отстранением.
Доктор Карри спокойно восприняла выпад в свою сторону, но наотрез отказалась отпускать пациентку до истечения рекомендованного срока госпитализации. А затем молча продлила его ещё на три дня. Коттона она даже на порог своего отделения не пустила, аргументируя это тем, что «с мисс Миллс уже находится её лечащий врач и пациентка получает всю необходимую помощь квалифицированных специалистов». Спокойно, но с ледяной решимостью хирург защищала собственную пациентку от «некомпетентных индивидов, вмешивающихся в сферу вне поля их деятельности». Хирург была великолепной женщиной — умной, интеллигентной, уверенной в себе и в своём деле и невероятно интересной. Оттого осознавать тот факт, что Коттон сотрёт её в порошок при первой же предстоящей возможности было грустно. Робин пытался предупредить её, что нельзя драконить дьявола, но женщина лишь отмахивалась, мол, таких дьяволов на её веку было не перечесть.
Коттон проявил чудеса всеприятия общественного мнения и лишь отдал распоряжение о возвращении мисс Миллс под крыло Робина. И это не на шутку встревожило Локсли. За период работы в «Нотнерте» британец однозначно убедился в одном — Хайд ничего не делает просто так, бескорыстие в сочетание с добродетелью — черты, отнюдь не присущие Эдварду Коттону. Чем же ему на руку такой исход?
Брюнетка перевернулась на другой бок и теперь Робин беспрепятственно видел каждую черточку её лица. Она немного хмурила брови и поджимала губы, видимо, её сон перешёл в быструю фазу и до пробуждения осталось совсем недолго.
Робин усмехнулся, поймав себя на мысли, что за до смешного короткий период времени, эта женщина стала для него не просто желанной, а жизненно необходимой. Он вдруг буквально на физическом уровне испытал потребность прикоснуться к ней, будто в девушке, беспокойно спящей напротив, жила какая-то недостающая его часть, которую нужно было ощущать хотя бы изредка, чтобы не свихнуться.
Реджина прикусила губу и тихонько застонала.
«Что ей снится?» — подумалось Робину, когда он, поднявшись со стула, опустился на край её кровати, — «кошмар»? Реджина сжала в кулачок простынь и из её распахнутых губ вновь вырвался тихий, почти удивленный стон. Локсли приподнял бровь, внимательно ее рассматривая: учащенное дыхание, стоны… Доктор опустил глаза ниже и увидел, что Реджина прогнула спину и крепко сжала ноги.
«Боже, да ей же секс снится!» — Робин не успел скрыть удивление на лице, когда Реджина распахнула глаза и буквально подскочила с кровати.
— Редж, ты в…? — Локсли не успел закончить предложение, когда она буквально вцепилась в его губы, пропихивая язык чуть ли не ему в глотку. Робин мягко прижал её к себе, путая пальцы в её волосах и охотно отвечая на её поцелуй. Реджина тяжело дышала и отчаянно ловила губами его губы, вдыхая воздух носом и выдыхая прямо ему в рот.
— Редж…– Робин нехотя оторвался от нее, соприкасаясь с ней лбами, — не могу сказать, что недоволен, но несколько озадачен, — Локсли выдохнул, улыбаясь и мягко проводя кончиками пальцев по её спине, — ты в порядке?
Девушка кивнула, пытаясь отдышаться и с мягкой чуть смущённой улыбкой заглянула ему в глаза. Теперь дыхание сбилось у Робина, он даже в своих самых смелых фантазиях не мог представить, что когда-нибудь увидит столько чувств в карих омутах.
Глаза любимой были широко распахнуты и совершенно по-особенному блестели, а в глубине затаилась такая искренняя привязанность и безграничная нежность, описать которую простыми словами едва ли было возможно. Реджина глубоко вздохнула и опустила пушистые ресницы, словно прислушиваясь к ощущениям, которые дарили пальцы Робина у нее на спине. По нежной коже вмиг побежали сотни мурашек, а соски под больничной пижамой превратились в две твёрдые горошины. Реджина нетерпеливо выдохнула и вновь впечаталась в его губы поцелуем, сжимая в пальцах джемпер на его груди и ёрзая у него на коленях. Робин от неожиданности слегка прикусил ее губу. Словно почувствовав его озадаченность, Реджина взяла его за руку и направила её под резинку штанов, чуть сильнее раздвинув ноги и приглушенно застонала, почувствовав долгожданное прикосновение. Робин мягко провел пальцами вдоль складочек, размазывая уже изрядное количество смазки и легонько надавил на клитор, вырвав у Реджины очередной стон. Брюнетка уткнулась носом ему в шею и выгнула спину, требуя большего. Робин обхватил ее рукой вокруг талии, усадил поудобнее и, поглядывая на дверь, аккуратно нырнул пальцами в лоно, сжимая в другой руке её ягодицу. Миллс двинула бедрами, сильнее насаживаясь на его пальцы и тихонько охнула, встречаясь с ним взглядом. Мягкий румянец тронул её щеки, губы, припухшие от поцелуев, раскрылись и притягивали, будто магнит. Реджина чуть склонила голову на бок, не отрывая от Робина глаз и вновь охнула, когда почувствовала в себе еще один палец.
Робин еще несколько раз двинул рукой, вглядываясь в лицо любимой, будто спрашивая всё ли он делает так, как она хочет. Реджина, будто прочитав его мысли, кивнула, зажмурившись и покусывая нижнюю губу, пальцы Локсли с влажным звуком исчезали между её бедер всё быстрее и резче. Девушка выгнулась и, заправив волосы за ухо, вновь потянулась к его губам, выдыхая между поцелуями тихие стоны. Робин бережно прижимал её к себе и, когда почувствовал, как Реджина напряглась в его руках, как плотно обхватили её мышцы его пальцы, оторвался от ее губ и мягко поцеловал подбородок. Реджина зажмурилась, хватаясь руками за его плечи, и он в последний раз толкнулся в неё, задев что-то внутри и вызвав оглушительное чувство эйфории. Робин еще несколько раз двинул рукой и высвободился из плена пижамных штанов.
Хватая воздух ртом, девушка облизнула губы и стянула с него джемпер, мягко пробегаясь пальчиками по бицепсам.
— Редж, это не лучшее место, — Робин поймал её за руку, переплетая с ней пальцы.
— Плевать! — следом полетела футболка. Реджина чуть отклонилась назад, с нежностью рассматривая его и обводя пальцами каждую его родинку и шрам. Робин вновь бросил взгляд на дверь. Страх быть пойманным с поличным и любимая женщина, ёрзающая на его коленях, будоражили кровь.
— Давай хотя бы запрём дверь?
— Ладно…
Оставив поцелуй на её пальчиках, Робин снял с себя стройное тельце и запер дверь. Когда он обернулся, Реджина топлес сидела на койке, поглядывая на него голодным взглядом. Мужчина уложил её на кровать и мягко поцеловал в губы, накрывая ладонями её упругую грудь. Реджина вытянулась, позволяя ему покрывать поцелуями её шею, пока длинные умелые пальцы, совсем недавно доведшие её до оргазма, ласкали её чувствительные соски, то легонечко сжимая, то аккуратно оттягивая их. Девушка очень старалась не шуметь, но помимо воли из горла вырвались тихие стоны, когда Робин, оставив в покое её шею, обхватил губами твердую горошинку.
Его руки плавно скользили по её бедрам. Ненадолго оторвавшись от её груди, мужчина приподнял ее над кроватью, стягивая с неё штаны вместе с бельем. Реджина тут же воспользовалась возможностью освободить от остатков одежды и его тоже. Робин осыпал поцелуями её живот, нежно проводя кончиками пальцев между её колен, заставляя Реджину широко раздвинуть ноги. Девушка откинулась на подушки и прикрыла глаза, наслаждаясь каждым его прикосновением. Локсли внимательно изучал как её тело реагирует, если поцеловать здесь, легонько укусить там, и был безумно доволен, увидев, что она отзывается на каждое его движение так, словно оно было последним в её жизни. Девушка терпеливо наслаждалась сладкой пыткой и вдруг громко вскрикнула, тут же заткнув себе рот рукой, когда язык Локсли медленно прошелся вдоль её складок и надавил на бугорок. Почувствовав внутри его пальцы, девушка ухватилась зубами за край подушки и с приглушенным стоном кончила.
— Умница, — Робин улыбнулся, покрывая невесомыми поцелуями ее лицо и поглаживая по бедру. Реджина нетерпеливо притянула Робина к себе, впиваясь в его губы и обхватывая ногами его торс. Локсли на мгновение отстранился от нее, всматриваясь в глубину шоколадных глаз. На какое-то мгновение, Реджина замерла, вглядываясь в него и поражаясь как много передавали его глаза. Она мягко улыбнулась, погладив его по щеке:
— Я тоже люблю тебя, Робин.
— Не прячь от меня глаза, пожалуйста. Я хочу тебя видеть, — шепнул он ей в ответ, и Реджина почувствовала, как он одним движением заполнил её до краёв.
— О. Боже…
Робин крепче обнял её, и мягко поцеловал в губы, неспешно двигаясь в ней, давая привыкнуть к ощущению наполненности. Спустя некоторое время, Реджина крепче прижала его к себе ногами, задавая новый темп и все связные мысли растворились в чистых ощущениях. Робин еще никогда не испытывал подобного ни с одной женщиной: малейшее движение, задобренное Реджиной, отдавалось огнем по телу. Реджина жадно смотрела на него, и он видел каждую эмоцию на ее лице и это распаляло еще больше. Глухо простонав, Робин перестал сдерживаться и задвигался более хаотично, сильнее и быстрее.
Жар постепенно разгорался, они двигались все быстрее, пока чувства не достигли пика. Наконец Реджина выгнулась и задрожала в последних спазмах наслаждения, тут же почувствовав внутри себя горячую влагу.
Брюнетка устало положила голову ему на плечо, восстанавливая дыхание, Некоторое время ни она, ни он не произносили ни слова. Локсли мягко поглаживал ее по спине, покрывая лёгкими невесомыми поцелуями её личико, Реджина довольно улыбалась, перебирая пальчиками его волосы на загривке.
— Спасибо, — тихий бархатный голос разрушил тишину единения. Реджина мягко погладила его по щеке, когда он опустил на нее глаза, — мне это было нужно.
— Обращайся, — Робин улыбнулся, оставляя мягкий поцелуй на её губах, — в любое время.
Реджина с довольной улыбкой устроилась у него под боком, Робин мягко перебирал длинными пальцами её темные волосы. Вздохнув, он переплел с ней пальцы и покрыл поцелуям ладошку.
— Доктор Карри будет не очень рада, если застанет нас в таком виде. Она и так очень проницательна, не стоит давать ей повода убеждаться в своих подозрениях.
— Одеваться?
— Как бы мне не хотелось возразить, так будет лучше. — Робин улыбнулся, подавая ей белье. Девушка вздохнула, выбираясь из его объятий.
— Робин, я подумала над твоим предложением. Я согласна.
— Ты уверена?
— Да. Я больше не отношусь к ней с ненавистью. Она столько раз спасала мне жизнь! Я больше не хочу отделять себя от неё, я приму её вместе с её…особенностями.
— Хотелось бы, чтобы и она приняла тебя. Я рад, что ты готова двигаться дальше. Осталось убедить её, что интеграция не станет причиной её гибели.
— Непросто будет?
— О, да… Пуленепробиваемое упрямство поделилось между вами поровну. Боюсь представить каких масштабов оно достигнет после интеграции.
— Глобальных, — Реджина засмеялась, натягивая верхнюю часть больничной пижамы. — Берегись мир.
— Да он и так перед тобой трепещет. — Робин галантно поклонился и поцеловал её руку, — Ваше Величество…
— Передавай привет Айви и Эмме.
— Всенепременно!
Ещё раз поклонившись на прощание, Робин с широкой ухмылкой вышел из палаты.
