соната для фортепиано № 14 до-диез минор, ор. 27, № 2

Слэш
NC-17
Завершён
49
Пэйринг и персонажи:
Размер:
3 страницы, 1 часть
Описание:
ты мой самый любимый немец
Посвящение:
акси
Примечания автора:
авторка искренне верит что семейство шваген-вагенс — немцы

**соната для фортепиано № 14 до-диез минор, ор. 27, № 2** — ' Соната издана одним опусом вместе с сонатой № 13. Сонаты посвящены 18-летней Джульетте Гвиччарди, которой Бетховен в 1801 году давал уроки музыки. Композитор был влюблён в юную графиню и хотел на ней жениться. '


во всяких ваших гп и нарутаx есть и гендербендер в гет или юри и аушки и нездоровые отношения и такие сюжетины а у нас нет
без б сделаем
встречайте
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
49 Нравится 5 Отзывы 9 В сборник Скачать

'лунная' №64

Настройки текста
чес приседает перед ним на колени медленно-медленно, как ластящийся кот. как мудрая черепаха. как жидкое пламя в тонкостенном стекле, чтоб не разлить. только чес ластится вовсе не по-кошачьи, мудрости в нём нет и капли, а пламя уж точно не выльется — лазейка есть, но он всеми своими силами её запаивает и затягивает изолентой. и глэм сверху добавляет детский пластырь с рисунком мультяшных машинок. чес невыносимо долго стекает к его ногам, чтобы в итоге глэм лишь дёрнул за ворот пальцами, и он сложился карточным домиком из одних червей. своими пальцами с ногтями цвета маренго. с ногтями-пластинками слюды. глэм курит непривычно, но уверенно. дым голубиными перьями поднимается от самого яркого в замершей комнате — от рыжего кругляшика зажжённой сигареты. чес подхватывает его птичье запястье как величайшее из сокровищ. касается губами выбеленных белизной (плюс гербицид) шрамов, острой косточки, сбитых костяшек — 'я же просил тебя беречься' — целует в самую середину ладони и присасывается к никотину между средним и безымянным. пепел оседает в дырявых (нелёгких) лёгких. — ты знал, — шепчет глэм, — что железо превращается в пар при температуре в тысяча пятьсот тридцать девять градусов по цельсию? по трахее растекается газообразный металл, и чес даже не кашляет. глэм вбивает ему под ключицы ржавые гвозди. о, глэми, солнце, не стесняйся.

не бойся, милый, я удержусь.

чес даже не морщится. (если только совсем чуть-чуть). двойная доза жёлтых, как дым над их умирающим городом, таблеток агомелатина и красное полусладкое — и чес перед ним, удивительно некрасивый, неприлично честный, безукоризненно нежный. нитки расползаются. изолента отгибается уголком и подсыхает. чес смотрит в чудесные синие глаза.

,

чес собирает ему букеты — красных цветов на поле очень мало, поэтому он находит тигровые лилии и срезает так осторожно, как позволяют долго сломанные дрожью руки и мутный взгляд. — посмотрите, как растут полевые цветы. они не трудятся, не прядут; но, говорю вам, даже соломон во всей своей славе не был одет, как любой из этих цветов, — шепчет глэм. и шёпот у него острый, как нож. (ништяк). чес хочет прошептать что-нибудь другое. например, что спать с ним — самоубийство, продуманное, как хороший японский автомобиль. что поцелуй с ним на вкус, как стиральный порошок. как девятивольтовая батарейка — одна часть соли для ванн с двумя частями пестицида. его поцелуй — ирритант. его губы — морфолид пеларгоновой кислоты. его мягкие поглаживания скулы — хлорацетон. — ты знал, — глэм постоянно шепчет, когда они одни. будто без других людей у него срывает голос и выдирает хребет, — что бах в юности пел в церковном хоре? глэм — бескрайний источник самой разной информации. — pfui, stößt den kopf an harten stein! elfe, gelt, du hast genug? он напевает что-то на красивом зубодробном языке, и они забывают поставить цветы в воду. лепестки, жухлые и тёмные, на следующий день отвядают от сморщенных сердцевин. на их губах застывают судорожные улыбки.

,

они поют, снося у фанатов бошки. прыжок со сцены — временный суицид. — очнись. чеса покачивает. — и ты что, молча позволишь ему доломать себя? чес приоткрывает глаза: у марта что-то очень едкое в голосе. как ниталь. он честно отвечает, хотя в горле саднит, хотя он видит глэма, пусть его и не видит март: — почему, — смеётся он, — молча? я поставлю на проигрыватель nirvana. у чеса почти что профессиональная дискинезия: он не может дотронуться до гладкой, как рай, кожи без режущей пальцы боли. глэм пишет на разлинованном запястье поперёк. не даёт посмотреть, что, только шепчет в самое ухо: — давай встретим рассвет держась за руки?

,

дрожащие зрачки глэма — таблетки фенибута. на проигрывателе шипит 'rape me' — чес шипит: 'насилуй мою душу'. зрачки глэма — пули. надпиленные, как цветок, которые при попадании в тело раскрываются и выдирают твой желудок огромным вонючим комом слизи. как грёбанные незабудки. они сплетают пальцы — глэм ангельски красив, красивее курта кобейна, красивее долорес гейз, красивее свободы для холдена колфилда. красивее собственной души. — бог мёртв, — шепчет глэм. — это мы его убили, — взгляд — незабудки в глаза. поцелуй горчит. глэм отпускает его пальцы и уходит куда-то. к лорди. его личный безбожный храм — великая драма суицида в небоскрёбе. герой его детских грёз (не пишет).

,

смешайте в равном соотношении диетическую колу и бензин. или бензин и концентрат замороженного апельсинового сока. или бензин и сушёный кошачий помёт. будет — напалм. пламя всё-таки разливается, красное и пузырящее холодеющие руки. и кафель чес всё-таки пачкает.
Примечания:
опять отсылки уфффф
на этот раз не 19, а…?

сколько я вынашивала эту идею…
и мне всё-таки немного стыдно.

в кои-то веки добавила разделители и в принципе вышло довольно обрывисто потому что я экспериментировала но мне кажется что всё запорола
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты