Вкушая сладость мести

Часть 1 Ким Джунмён считает себя типичной омегой. Он невысокого роста, хрупкий и худенький, с тоненькими запястьями, слегка женственный и, в общем, типичная омега. Джунмён считает, что единственное, что выбилось из списка о типичной омеге – его нравственный, целеустремлённый и независимый, но всё же мягкий характер. Ну и, конечно, внешность. Джунмён не знает наверняка, но ему кажется, что он не один из тех омежек, за которыми альфы бегают толпами, стелятся ковриками и падают в обморок. В этом мире не омежки увиливают за альфами, здесь альфы пытаются завоевать омежек. Но Ким Джунмён, кажется, исключение. Он не обладает сногсшибательной красотой, или скорее не знает, что обладает, не обладает харизмой и очарованием, хотя скорее об этом тоже не догадывается, поэтому прячется за длинной, косой вишнёвого цвета чёлкой, и как Крис вообще уговорил его на это, он не понимает до сих пор, красивые, ясные карие глаза прячутся за большими очками. Худые плечики носят потёртые свитера и рубашки, а узкие бёдра – растянутые джинсы – всё это заставляет Джунмёна выглядеть достаточно опрятно, но бедненько. Он и не отрицает этого. Студент третьего курса учится на бюджете, живёт с родителями в маленькой квартирушке и едва сводит концы с концами, отдавая всю стипендию родителям, потому что отец-альфа больше не работает из-за травмы на производстве, а папа-омежка, чьё здоровье тоже подводит, всего лишь подрабатывает и зарабатывает совсем немного. Но Джунмён не жалуется - он любит родителей, ему нравится учиться, он любит читать и прогуливаться по парку, он любит, когда преподаватели заслуженно его хвалят и, конечно, он любит Криса – лучшего друга. Джунмён до сих пор не понимает, за что судьба сделала ему такой подарок: Крис – типичный альфа, высокий, красивый, широкоплечий, статный, талантливый, и многие не понимают в университете, как такое ничтожество, как Ким Джунмён общается с самим Крисом. Крис – модель и достаточно востребованная, он участвует в модных мужских показах по всему миру, снимается в рекламах и роликах, позирует для глянца и любит Джунмёна. Как друга и как брата. Всегда относится к нему трепетно и тепло, не забывая, что тот омежка, заботится о нём, холит и лелеет, даже несмотря на то, что у Криса есть своя омежка – Исин, его стилист и визажист. Джунмён должен ему, кажется, уже больше жизни за всё то, что тот для него делает. Вот и сейчас, завидев Криса впереди, что ожидает как раз его, чтобы вместе пойти на линейку, посвящённую началу нового учебного года, Джунмён прибавляет ходу. - Привет. – довольно тянет он, тут же обнимая друга, поскольку не видел его с месяц, точно, пока тот был в командировке в Париже. - Привет, малыш. – отзывается Крис, обнимая в ответ. – Ну как ты тут? - Соскучился. – честно признаётся Джунмён. Он был бы не против, если бы Крис был его альфой, но это не так. От этого Мён любит лучшего друга больше. – Как всё прошло? Вы хорошо отдохнули? - Да, - довольно кивает Крис. – Син сказал, что хочет жить в Париже и теперь уже неделю канючит. – Крис негромко смеётся. – Ну, пойдём, а то всё пропустим. Я тебе попозже расскажу подробности. Студенты выстраиваются перед центральным корпусом, внимательно слушая приветственную и поздравительную с началом нового учебного года речь преподавателей, деканов и ректора, смотрят несколько выступлений талантливых однокашников, аплодируют и радуются, что пара сегодня всего одна. Джунмён поправляет лямку старого потёртого чёрного рюкзака, который от этого он любит не меньше, когда лёгкий ветерок доносит до него чужой запах. Джунмён шумно втягивает носом воздух и тут же чувствует, как кружится голова. Этот запах не похож ни на один, что Джунмён чувствовал ранее. Это смесь свежести после дождя и запаха осенней листвы, прибитой к пыльному асфальту дождём. Джунмён втягивает сладкий запах ещё раз и чувствует, как в животе шевелятся бабочки. Папа всегда говорил, что запах альфы, твоего альфы, того, кто предназначен тебе судьбой, покажется тебе тем запахом, который ты больше всего любишь. Джунмён до безумия любит осень и запах жёлтой листвы, запах свежести после дождя и этот запах, что улавливает его обоняние, просто сводит с ума. Джунмён прикрывает глаза, дыша полной грудью, наслаждаясь ароматом, когда Крис мягко касается его ладони. - Джунмёни, - взволнованно зовёт он. – Что-то случилось? - Мой альфа. – выдыхает Джунмён, открывая глаза и улыбаясь. - Где? – удивляется Крис, тут же оглядываясь. - Где-то рядом. Я чувствую его запах. – отвечает Джунмён. - Мне сбегать в ближайший супермаркет за бутылкой шампанского? – улыбается в ответ Крис, потрепав друга по волосам. Крис прекрасно знает, что Джунмён тоже мечтал найти свою пару, представлял себе, как это будет, и неизменно делился этим с лучшим другом, поэтому его, как и самого Джунмёна сейчас, безумно радует эта новость. Линейка заканчивается, и, собирая третьекурсников во дворе, декан заявляет, что сегодня факультет будет занят первокурсниками, поэтому третий курс без классного часа отправляют домой. Джунмён чувствует, что его альфа уходит в университет, делая вывод, что поскольку Джунмён раньше не чувствовал этого запаха, его пара – первокурсник. Крис подвозит Джунмёна домой и обещает, что завтра они обязательно найдут его в университете, а потом устроят вчетвером посиделки. Джунмён благодарит и машет другу с порога, когда открывает двери подъезда своим ключом. - Я дома! – зовёт он с порога, вешая ключи на маленький крючок справа от двери, и тут же снимает с плеч рюкзак. - Наш любимый студент пришёл. – слышится из кухни бодрый голос отца и Джунмён устремляется туда, тут же садясь за стол. - Па, - тянет Джунмён, подперев щёки ладошками. Отец садится напротив сына и глядит на него внимательно. – Сегодня я почувствовал один запах…. – начинает Джунмён издалека. - Запах осени? – тут же спрашивает родитель и Джунмён хмыкает. Всё-то они знают, эти родители! - Мой альфа. – кивает Джунмён, когда его треплют по волосам, а потом целуют в лоб. - Это здорово! Ты его уже видел? - В том-то и дело, что пока нет. Он – первокурсник. – отвечает Мён, подходя к отцу и заглядывая ему через плечо, наблюдая за тем, как тот готовит обед. - Завтра встретитесь. Уверен, он будет самым красивым. – взрослый альфа снова целует своего маленького омежку, только уже в щёку, а потом отправляет мыть руки. Пока Джунмён разбирает рюкзак и переодевается, в кухне появляется и второй родитель, поэтому когда Джунмён входит в кухню во второй раз, его с порога обнимают. - Ну, пап. – ноет Джунмён по-доброму, потому что ему перекрывают возможность дышать. - Не терпится увидеть твоего альфу. – отвечает папа-омежка, и Джунмён заливается краской. Кажется, родители ждали этого момента не меньше самого Джунмёна. *** Утром, пока собирается на занятия, Джунмён прилично нервничает. Всё то время, что он в коридоре собирается, папа-омега стоит рядом и наблюдает за ним, а потом ловит взгляд Джунмёна в зеркале и поспешно обнимает. - А что, если я ему не понравлюсь? – выдыхает маленький омежка, складывая голову родителю на плечо. - Милый, ты не можешь ему не понравиться. – улыбается в ответ папа. – Он – твоя судьба, а ты его, и вы всё равно будете вместе. Поэтому, ничего не бойся. – Джунмён получает поцелуй в макушку и вздыхает. После слов папы становится немного легче. Крис уже привычно ждёт под подъездом и всю дорогу до университета они просто молчат. Крис понимает, Джунмён волнуется, что не удивительно, так что они останавливаются недалеко от университетской стоянки и Джунмён переводит на друга удивлённый взгляд. - Подожди, - выдыхает Крис, улыбаясь. – У меня для тебя кое-что есть. - Не нужно! – тут же почти выкрикивает Джунмён. Он не умеет принимать подарки и считает, что ему их вообще не стоит дарить. Но слишком поздно – Крис протягивает омежке небольшую с пару ладоней, прямоугольную коробочку. Джунмён вздыхает и нехотя принимает её, а потом неспешно открывает и охает. – Зачем? - Хочу, чтобы ты был на связи. – кивает Крис, когда Джунмён вынимает из коробочки новенький, блестящий, белый Samsung Note 2. – Да и тем более в нём уйма полезных функций. Уверен, ты найдёшь способ, как применить его для учёбы. – Крис улыбается, когда Джунмён удивлённо рассматривает гаджет в своих руках. - Я не умею таким пользоваться. – вздыхает Джунмён, пожимая плечами. - Мёни, для таких, как ты, там есть инструкция. – Крис негромко смеётся, а потом помогает Джунмёну вставить в прибор сим-карту с его старого, допотопного, как считает сам Крис, телефона, включает и помогает разобраться, как с него элементарно позвонить. Первые две пары сегодня у них отдельно, и Крис хочет быть в курсе, как продвигаются дела у второй его любимой омежки с его альфой. Джунмён рассыпается в благодарностях, обещает, что со следующей стипендии он точно вернёт, на что Крис только отмахивается и они расходятся на свои пары. Джунмён рад снова влиться в эту студенческую канитель. Он переписывает расписание, точнее сказать просто фотографирует новым телефоном и удивляется с первых секунд, насколько полезная вещица ему досталась. Ребята-одногруппники удивляются такому чуду техники в руках Джунмёна, но прекрасно понимают, что у него есть лучший друг альфа Крис, который опекает омежку, как только может. Уже в конце первой пары Джунмён понимает, что сможет сделать неплохую презентацию по экономике, когда обнаруживает целый офисный набор на своём новом электронном друге. Конечно, у Джунмёна есть дома компьютер, точнее сказать – ноутбук, который родители купили ему в кредит, но иметь такой карманный девайс тоже очень полезно. Между первой и второй парой, на перемене Джунмён ходит по коридору, принюхиваясь. Его альфа где-то совсем близко, и третьекурсник уже предвкушает долгожданную встречу с ним. На второй паре философии Джунмён получает свою первую пятёрку и прямо там, в аудитории, по просьбе преподавателя помогает одногруппникам разобраться в теории относительности. Одногруппники любят Джунмёна. Не все, но любят. Он помогает с учёбой – не делает за кого-то, а помогает понять и разобраться, понятно объясняет, поэтому к нему часто обращаются за помощью. Конечно, в его группе находятся и такие, что ведут себя дико по-свински. Издеваются и подкалывают. Зная, что Крис будет ждать его в буфете на большой перемене после третьей пары за их столиком, Джунмён направляется туда со стопкой книг, только полученных из библиотеки. Он сосредоточен на том, чтобы не упасть с этой горой знаний в руках, поэтому перебирает ногами медленно и осторожно. К сожалению, это его не спасает! - О, книжный червь номер…я сбился со счёта! Нам сегодня на них везёт, парни! Дорогуша, может тебе помочь, подержать книжечки, а то ручки поломаются? - слышится чужой незнакомый голос и Джунмён хмурится. Из-за книг ему не особо видно компанию, на которую он наткнулся, но они, судя по всему первокурсники, ибо старшие курсы знают Джунмёна. – А очёчки не давят, нет? – Джунмён не успевает ничего сказать, когда чья-то проворная рука легко забирает очки с его носа, а потом толкает стопку книг в его руках, и они дружным кагалом шелестящих листочков падают на пол. Джунмён вздыхает, и тут же приседает на корточки, чтобы поднять книги. Без очков видно не особо хорошо, но Джунмён не подаёт виду, а потом очки приземляются рядом, благо не на пол, а на книгу и Джунмён тут же их надевает, продолжая собирать свои пожитки. - Какой тихий ботаник нам попался. Другие уже грозились бы деканами, замахивались томиками по литературе и верещали покруче девчонок. – отзывается всё тот же юноша и его слова поддерживают возгласами. Джунмён тянется за последней книгой, когда на неё опускается чужая нога в белом кеде и Джунмён не выдерживает. Он вскидывает глаза, чтобы сказать этому высокомерному петуху, что он здесь – всего лишь новичок и не может так себя вести со старшими, но замолкает на полуслове, потому что именно перед тем, как выдохнуть фразу, Джунмён набирает в лёгкие побольше воздуха, и в нос бьёт сладостный аромат осени, от чего Джунмён задыхается на месте. На него глядит пара тёмно-карих глаз, обрамленных пушистыми ресницами. Альфа, а это именно он, что стоит ногой на его книге, высокий и стройный, одет с иголочки. Смуглый и темноволосый, а губы растянуты в ухмылке. Джунмён не шевелится, потому что лицо напротив вмиг искажается, незнакомец шумно вдыхает носом воздух и его глаза увеличиваются в размерах. Ким Джунмён не мог себе даже в самом страшном сне представить, что знакомство с его альфой произойдёт именно так! - Брось его, Джонин-а, не трать своего времени! Пошли! – зовут друзья. Джунмён всё ещё глядит на своего альфу снизу вверх, удивлённо хлопая ресницами. Этот задиристый, высокомерный, алчный баран – тот, кого он ждал всю жизнь?! Ну уж нет, увольте, лучше умереть! Альфа, судя по всему тоже узнаёт свою омегу, по запаху, и так же ошарашено глядит в ответ, а потом убирает ногу с чужой книги, хмыкает, окидывая Джунмёна высокомерным взглядом и молча уходит вслед за друзьями. Пока Джунмён поднимает оставшуюся книгу и встаёт на ноги, он уже едва держится, только бы не зарыдать в голос. Омежка забывает о том, что его ждёт лучший друг и наверняка уже волнуется, о том, что после перемены будет новая пара, он толкает дверь уборной на втором этаже и тут же входит в пустую просторную комнату. Забивается в крайнюю кабинку, опуская крышку унитаза и садясь на него, как на стул, и тут же заходится рыданиями. Джунмён сидит там, кажется, всю перемену, а уборная пустует. Она недалеко от деканата и сюда редко кто ходит. Благо, Крис знает, где искать, и когда толкает дверь, первое, что слышит – это знакомые всхлипы. Он тихо прикрывает за собой дверь, подходит к крайней кабинке и открывает её, незапертую. Джунмён вскидывает на него лицо, узнаёт и тут же встаёт, бросаясь к нему и прижимаясь, пряча лицо где-то у Криса на груди. Крис смыкает руки на хрупких плечах и гладит по спине, что-то успокаивающе шепча. С третьей общей пары Крис отпрашивает их обоих – пара ещё, по сути, не пара, а только ввод в курс дела и когда Крис информирует преподавателя, что Джунмён плохо себя чувствует и он отвезёт его домой, преподаватель тут же даёт добро. В машине всю дорогу до дома Джунмён молчит, без интереса глядя в окно, а приехав, Крис мягко останавливается и внимательно, выжидающе глядит на лучшего друга. - Мёни, - зовёт он негромко. – Расскажешь, что случилось? – просит он. - Спасибо, что довёз до дома. – Джунмён растерянно улыбается, застёгивая на себе мелкие пуговицы джемпера. – Всё нормально, просто сдали нервы. Я пойду. И спасибо за подарок. – омежка клюет Криса губами в щёку и выходит из машины, направляясь домой. Крис провожает его взглядом и когда едет домой, думает о том, что дело наверняка в его альфе, иначе бы Джунмён не рыдал так горько. Дома никого нет, и Джунмён может спокойно закрыться в своей комнате, свернувшись калачиком на кровати. Наверное, это плохой сон, и когда он проснётся, всё это будет просто игрой его воображения. Окажется, что его альфа – это не самовлюблённый, напыщенный индюк, и что он не издевался над своей омежкой на глазах у всего университета. Джонин оказывается дома около обеда и тут же бросает сумку на пол в коридоре. Он быстро разувается, пиная собственные кеды, и расхаживает по коридору, пытаясь унять ярость. - Мой золотой мальчик. – зовёт со второго этажа большого особняка голос папы-омеги и родитель замирает посредине лестницы, наблюдая за своим взбесившимся чадом. – Джонини? – удивлённо зовёт он, спускаясь на первый этаж к сыну. Джонин всё ещё игнорирует папу, мечется и бегает, сжимает кулаки и сквозь зубы матерится. – Малыш. – взрослый омега ловит сына за плечо и останавливает, а потом становится на носочки, потому что Джонин уже давно перегнал его в росте, и тут же обнимает, гладя беспокойную каштановую голову. – Что случилось, мой золотой мальчик? - Я чем-то провинился в прошлой жизни? – интересуется словно у родителя, и не у него одновременно Джонин. – Я кого-то убил или обокрал? Я начал войну или устроил теракт? - Джонини, что случилось? – снова спрашивает папа. - Ну так почему мне достался самый ужасный омега в мире? – Джонин фыркает, отстраняясь, и плюхается прямо в коридоре на пол, на мягкий ковёр. - Самый ужасный омега? – переспрашивает родитель, опускаясь рядом. – Почему он самый ужасный? - Ну не знаю! – раздражается Джонин. – Может потому, что он - несуразное, затюканное ботанистое очкастое недоразумение? – Джонин всплескивает руками, фыркая. - Глупенький ты мой. – взрослый омега обнимает своё чадо за плечи. – Он – твой омежка, и неважно, какой он: как выглядит, одевается и что говорит, важно то, что он – это твоя судьба и тебя не должно волновать всё это. - Он – не моя судьба. – Джонин хмыкает и вырывается из объятий папы, который совершенно не хочет его понять. - Мой омега должен быть изысканным, хрупким, тоненьким и нежным, безумно красивым и очаровательным, а не таким. – Джонин хватает сумку и, больше не проронив ни единого слова, уходит к себе. *** Родители весь вечер пытаются дозваться до Джунмёна, но так ничего и не могут у него узнать, а омежка всё думает, что и как ему сделать, чтобы больше не сталкиваться с этим человеком в университете. Осознание того, что человек, который предназначен тебе судьбой – такая редкая дрянь, заставляет щёки снова пылать от злости. Джунмён просыпается утром следующего дня совершенно разбитый, не выспавшийся, уставший, словно и не спал вовсе, в плохом настроении. Во время завтрака с семьёй он старается не разговаривать, чтобы вдруг не сорвать злость на родителях, да игнорирует все расспросы в свою сторону. Добираясь в университет своим ходом, Джунмён думает о том, что ему стоит сделать, чтобы вдруг слиться со стеной или стать невидимым. Оказавшись в университетском дворе, он нервно оглядывается, перебирая ногами быстро-быстро. Входит в свой корпус и направляется к деканату за журналом, поскольку вот уже третий год он за него ответственный. Глядит в пол, когда откуда-то справа из пространства выхватывает чужая рука, что хватает где-то за предплечье и резко тянет на себя, от чего Джунмён не успевает испугаться, только удивиться, когда оказывается прижатым к стене туалета чужим крепким телом. Не стоит поднимать взгляд, чтобы знать – Джунмёна с головой накрывает запах последождевой свежести и осенних листьев. - Ты. – шипит сквозь зубы альфа, и Джунмёну вдруг хочется спросить, чем для альфы пахнет он. – Говорю один раз, повторять не буду. Не запомнишь, прослушаешь или не поймёшь – это не мои проблемы. Если ты попробуешь кому-то проговориться, что ты – мой омега, пиши - пропало. – Джунмёна отпускают так же резко, как и хватают. После этого он впервые за все три года обучения опаздывает на пару! Крис, что сидит рядом за партой, всю ту пару, поглядывает на Джунмёна подозрительно. С омежкой определённо что-то не так: он невнимательный, осторожный, расстроенный и уставший, и Криса, честно говоря, пугает всё это. Неужели всё так плохо, что Джунмён ничего не рассказывает? Обычно у него быстро сносит крышу, и он тут же всё рассказывает, потому что не любит держать всё в себе. Сейчас же омежка не похож на самого себя. До конца пары ещё минут с пятнадцать, но преподаватель не может отпустить группу пораньше. Джунмён напряжённо глядит в свой новый чудо-телефон, пытаясь узнать, какая дальше пара, но Крис видит, что тот просто делает вид. Альфа забирает гаджет из чужих рук, ставит на блокировку и выжидающе ждёт, когда Джунмён посмотрит в его сторону. - А как мне сделать побольше? – омежка, наконец, устремляет на друга взгляд и Крис вздыхает, сжимая зубы, только бы не сгрести друга в охапку и в прямом смысле этого слова, не вытрясти из него правду. Но это, кажется, уже не нужно. Джунмён придвигается ближе, прося ему показать, и Крис чувствует запах. Чужой запах на омежке! Первой мыслью становится, что кто-то попытался просто, как всегда, задеть нерадивого, хрупкого тихого омежку, второй, и верный – что это запах альфы Джунмёна. Этот запах не яркий, смутно напоминающий осенний, а Джунмён любит осень просто до одури, что не удивительно. Крис тут же успокаивается и решает не доставать Мёна с расспросами, делает, как он просит и ждёт, скорее, конца пары. Когда звенит звонок и Джунмёну приходится остаться с преподавателем на перемене, потому что он ждёт журнал, Крис благодарит небеса и говорит, что у него возникло одно дело, и что до встречи на следующей паре. Ориентируясь только на обоняние, альфа неспешно прогуливается коридорами родного университета, внимая каждому запаху, что попадется на пути, и когда одно из шести чувств приводит его совсем близко, потому что запах усиливается, Крис замирает и оглядывается, находя глазами компанию первокурсников. Все они – новички, хотя по ним и не скажешь: дерзкие, громкие, задиристые, и что самое важное – зазнавшиеся. Крис замечает внимательным взглядом смуглого брюнета и сомнения в том, что это может быть альфа Джунмёна – отпадают. Джунмён слишком поздно вспоминает о том, что его лучший друг смотрит так, когда что-то задумал. Это только закончив с журналом, он устремляется искать друга, потому что боится, словно тот что-то натворит. Если Крис всё понял, то ему ничего не стоит найти Джонина – да, Джунмён запомнил, как его зовут. А значит Криса нужно искать рядом с ним, а своего альфу вернее всего найти по запаху. Джунмён на мгновение замирает и шумно втягивает носом воздух. Мягкий шлейф дождевой свежести тянется откуда-то со второго этажа и Джунмён устремляется со всех ног туда. Крис уверенной походкой преодолевает расстояние между ним и мальчишкой и тут же отталкивает юношу, стоящего рядом, чтобы получить доступ к тому, кто его интересует. - А теперь рассказывай, что ты сделал, и почему он такой ходит? – Крис толкает другого младшего альфу в плечо, не заботясь, что вокруг люди. - Плевать я на него хотел. – отзывается Джонин, усмехаясь уголочком губ. - Послушай, отмазка хреновая, поэтому не испытывай судьбу. – Крис надвигается на младшего, тесня к стене, у которой тот стоит. – Говори. И предупреждаю – каждое твоё слово может стоить твоей смазливой мордочке синяка. - Я не понятно выразился? – Джонин хмыкает. – На каком языке мне ещё тебе повторить? Я ничего не делал, мне на него абсолютно и глубоко плевать. Вот тут-то до Криса доходит: всё дело в том, что не он что-то сделал, а в том, что он не сделал ничего. Но слишком поздно. Джунмён вырастает в паре метров от них, запыханый. - Крис, подожди! – успевает выкрикнуть он, прежде чем Крис успевает окончательно выйти из себя. – Что ты делаешь? – омежка замирает между альфами, поочерёдно глядя на них. - Он виноват в том, что ты такой расстроенный. – говорит Крис, прижимая одной рукой Джонина к стене. – Поэтому, пока мы втроём здесь, вы как раз, оба можете мне объяснить, что здесь происходит. - Он мне противен. – в унисон произносят альфа и омега. Крис снова глядит на обоих по очереди. - Ну, я очень тронут, что вы угадываете фразы друг друга, но я, честно говоря, ожидал чего-то противоположного. – альфа теряется. – Вы без крыши или да? – Крис фыркает. – Вообще-то, вы – пара друг друга, понятно изъясняюсь? – Крис заглядывает каждому в лицо по очереди. – Это значит, что вы не можете выбирать и крутить носом, вы предназначены друг другу судьбой, и плевали мы вместе с ней на то, что вы почему-то упёрлись, как два барана, и не желаете идти на контакт. Хотя, о каком контакте я говорю! – Крис прыскает, отпуская Джонина, и тот тут же поправляет на себе одежду. – Вы же любите друг друга! И вы должны быть вместе, да-да! - С этим ботаном? Ни за что! – фыркает Джонин. - Я? – Джунмён указывает на себя тонким пальцем. - С этим высокомерным бараном? Лучше убейте! – фыркает в ответ он. - Это легко! – оживляется Джонин. - Точно без крыши! – Крис вздыхает, прикрывая глаза. Положение спасает звонок. Джонин без слов разворачивается и уходит, а Джунмён сверлит взглядом стенку и, кажется, не собирается никуда идти. - Зачем ты это сделал? – спрашивает он у лучшего друга. - Хотел помочь. – спокойно отвечает Крис. - Он только утром попросил меня никому не говорить, что я – его омега. Он забрал у меня очки и уронил все мои книги из рук на пол вчера. Прошёлся по ним, посмеялся и ушёл, и ты хочешь мне сказать, что это тот человек, который должен быть со мной рядом? – Крис успевает только выдохнуть, когда на него зло, обиженно и расстроенно глядит пара молочно-карих глаз, наполненных слезами. А потом Джунмён уходит! *** Первая пара физкультуры в этом году оказывается не просто лекцией по технике безопасности, а настоящей парой и Джунмён радуется, что он взял форму, в то время, как половина курса – понадеялись на воодушевляющий рассказ о том, как физическая культура важна для здоровья как альфы, так бэты, так и омеги. Джунмён радуется паре – они с Крисом целый час играют в большой теннис, самозабвенно отдаваясь игре, входя во вкус, чувствуя азарт, и когда пара подходит к концу, становится даже немного обидно. Поток третьекурсников весело переговаривается и смеётся, когда со спортивного зала направляется прямиком в душ, Джунмён привычно ждёт журнал и безобидно болтает с преподавателем, который в очередной раз говорит, что им с Крисом стоит заняться большим теннисом профессионально. В душевой пусто и Джунмёна это жуть как радует. Он прячет журнал в рюкзак, берёт необходимые вещи, полотенце и направляется в душевую кабинку. Негромко шумит вода и Джунмён напевает себе под нос какую-то приевшуюся песенку, пробегаясь тонкими пальцами по шее и смывая пену. О том, что у него гость, он узнаёт далеко позже, когда выключает воду и замирает от понимания того, что ни полотенца, ни приготовленных вещей нет. Джунмён глубоко вздыхает и выходит из душевой кабинки навстречу своему альфе, и всё тут же становится на свои места. Кто же ещё мог так «пошутить» над ним. - Чего ты от меня хочешь? – тут же интересуется омега, наблюдая за Джонином, который стоит точно напротив, подперев какой-то из ящичков плечом. - Я наверное выразился непонятно, когда сказал, чтобы ты никому, никому не разбазарил новость о том, что ты – мой омега. – спокойно отзывается Джонин, глядя на свои пальцы. – Но до тебя, видимо, не дошло! – Джонин вздыхает, устремляя взгляд на омежку. – Что такое, Ким Джунмён, пора лишать тебя звания одного из лучших студентов? Котелок перестал варить и с первого раза мы уже не понимаем? - Я ничего не говорил Крису! – выдыхает Джунмён. Странно, но стоя нагим перед посторонним человеком, он совершенно не стесняется. Может потому, что Джонин – его альфа, кто знает. – Он почувствовал на мне твой запах, потому что ты до этого поймал меня в туалете. - Как животные. – с отвращением фыркает Джонин. - Это наша природа и… - Послушай, природа, - перебивает Джонин и делает шаг к нему. Джунмён наблюдает, как цепкий взгляд изучает его. Джунмён – типичная омега. Он невысокого роста, худенький и хрупкий, с тонкими запястьями, выпирающими бедренными косточками, ключицами и рёбрами, но при этом с едва заметной россыпью мышц на животе и руках, но при этом кажущийся всё таким же хлипким. Худой скелет обтягивает белоснежная кожа и намокшие вишнёвые волосы кажутся чёрными. Джонин продолжает: - Я же тебя предупреждал! Хорошо, Крис узнал так, как предположил ты. Но он прибежал, чтобы выяснить отношения, не заботясь о том, что рядом были мои друзья и…. - Это задело твоё самолюбие? – вдруг улыбается Джунмён, понимая своё верховенство в данной ситуации. - Посмотрим, как заденет твоё самолюбие то, что домой ты пойдёшь в том, в чём мать родила! – в ответ улыбается Джонин и весь пыл сразу уходит. Альфа разворачивается на 180 градусов и Джунмён только сейчас замечает все его вещи, включая полотенце, в руках Джонина. Омежка делает короткий шаг и кладёт одну руку на чужое плечо, а другой хватается за стопку одежды у Джонина на плече. - Отдай. – просит он, и едва успевает выдохнуть, когда крепкие руки хватают за плечи и со всей мочи впечатывают спиной в металлические шкафчики раздевалки. Голова заходится кругом и Джунмён прикрывает глаза от неожиданности и боли, но тут же старается прийти в себя – альфа в опасной близости, и лучше бы, думается Джунмёну, он его изнасиловал, чем побил, хотя мысль тут же меняется местами, и Джунмён согласен быть избитым, только бы этот самовлюблённый, высокомерный кретин не прикасался к нему. - Ты и так уже по уши в проблемах, омега. – шипит сквозь зубы Джонин, подаваясь к чужому лицу. - Не хочешь вообще в них утонуть – сиди и помалкивай. - Чем я пахну? – снова зажмурившись, на выдохе, почти шепотом интересуется Джунмён. Знает, что этот вопрос неуместен, но сам не понимает, зачем задал его именно сейчас, да и зачем задал вообще. - Морем. – бросает через плечо Джонин, когда уходит. Хлопает дверь раздевалки и омежка съезжает спиной по металлическим шкафчикам, прижав к груди колени. Крис приходит минут через десять, после звонка, с одеждой и парой кед, а Джунмён должен быть расстроенным и напуганным, но он улыбается, как идиот. Морем! *** День обещает быть восхитительным. Не просто хорошим, а именно восхитительным. На улице солнечно и тепло, как для первых деньков апреля. Джонин спокойно, без особого труда заезжает на университетскую стоянку, намереваясь занять своё уже привычное за пару недель место, когда в поле зрения, точно посредине дороги вырастает человек. Джонин сквозь зубы матерится, потому что кто-то сверху, кажется, нарочно постоянно сталкивает его с этим кретином. Омежка стоит посредине дороги, вскинув голову вверх и улыбаясь своим мыслям, закрывает собственной ладошкой солнечные лучи. Джонин хмыкает и давит на газ совсем легонько. Джунмён приходит в себя только когда его колен касается бампер машины, слегка толкая. Джонин глушит мотор своей белой Ауди А7, выходит из машины и толкает омегу в плечо. - Зря по тормозам бил! – возмущается он, но Джунмён, кажется не слышит. Он огромными глазами глядит куда-то перед собой и Джонин вмиг понимает: испугался! – Ты – идиот, какого чёрта стоишь посреди дороги? – альфа трясёт Джунмёна за плечи, помогая придти в себя, и когда на него устремляют, наконец взгляд, Джунмён делает шаг назад, вырываясь из чужих рук. - Безголовый! – хмыкает Джонин. – Пошёл вон с дороги! Джунмён делает несколько быстрых шагов на тротуар и тут же устремляется в корпус университета. На мгновение ему показалось, что машина не остановится. Сердце так быстро колотится в груди, что у омежки спирает дыхание. - Эй-эй, ты чего? – Крис ловит его на лету за руку, резко тормозя и тут же протягивает свою бутылку воды, что держал в руках. Джунмён делает несколько глотков и благодарно кивает. - Машина едва ли не… - пытается выговорить он. – Я испугался. - Машина, говоришь? – Джунмён устремляет взгляд туда, куда смотрит его лучший друг. По коридору неспеша идёт Джонин, крутя на указательном пальце ключи с брелком от своей Ауди. - Нет-нет-нет, стоп! – омежка ловит лучшего друга за руку, когда тот уже успел дать разгон, чтобы устремиться к Джонину. – Прекрати постоянно вмешиваться, Крис. Пожалуйста. Альфа вздыхает, водрузив руку Джунмёну на плечо. - Ты его защищаешь! – констатирует он. - От того, что ты пытаешься защитить меня, я получаю от него ещё больше. – Джунмён вздыхает. - Сделаю вид, что вообще не знаю, кто вы такие. – Крис теперь просто пожимает плечами и направляется в аудиторию. Джунмён глядит ему вслед, а потом ойкает, потому что мимо проходящий Джонин с друзьями, каждый по очереди задевает его плечом, причём достаточно больно, учитывая, что альфы выше и сильнее. *** Дождь. С утра льёт как из ведра, и конец апреля тут же становится похожим на конец октября, но Джунмёну даже нравится. Воздух свежий, вода прибивает к асфальту пыль, освобождает петричор и заставляет дышать полной грудью. Решив не ждать Криса, омежка отправляется в университет своим ходом. На улице здорово, и Джунмёну на миг хочется сегодня просто гулять весь день, не появившись в университете, но чувство ответственности никто не отменяет, поэтому его маршрут неизменно лежит в Alma Mater. На улице лужи, и закрыв зонт, когда дождь прекращается, Джунмён старается обходить их, но его старым, уже давно не белым Конверсам это не грозит. Прохладно, Джунмён натягивает рукава растянутого, выцветшего джемпера на тонкие пальцы, поправляя воротник рубашки под ним, и увлечённо оглядывается по сторонам так, словно он только-только сюда переехал. Такая зелёная весна отдалённо напоминает осень, и Джунмён неизменно задумывается о ней, когда чувствует осенний запах, вздыхает полной грудью и не может сдержать улыбки. До него только попозже доходит, что это запах его альфы, но никак не осени – весной. Он вскидывает глаза и натыкается взглядом сначала на его друзей, а потом и на самого Джонина. Тот сидит на капоте своей машины, самодовольно улыбаясь, и наблюдая за друзьями. - А что это за мокрая крыса у нас тут? – тянет один из них, тот, как успел заметить Джунмён, с которым Джонин общается, кажется, ближе всего. - Я не крыса! – отвечает Джунмён. – На крайний случай - мокрый щенок, но никак не крыса. – бубнит он последнюю фразу себе под нос чисто из собственных наблюдений, а не так, чтобы кто-то услышал - Расскажи-ка нам, детка, кто же это сдал весёлую университетскую вечеринку в парке на крыше, а? Джунмён напрягается. Это сделал он. Первокурсники устроили шабаш в парке на крыше, поскольку все крыши оборудованы так, чтобы на них можно было отдыхать. Там есть цветы в горшках, лавочки и качели. Джунмён никогда не был шестёркой, но первокурсники, что устроили вечеринку, сделали её пьяной, и при мысли о том, что пьяные новички могут натворить на крыше, у Джунмёна закружилась голова. И он совершенно случайно проговорился об этом в деканате. Наверняка, всем за это досталось, и конечно, зачинателям. - Это сделал я! – честно признаётся Джунмён, отрывая глаза от пола, и тут же глядит не на того, кто с ним разговаривает, а на своего альфу. – Наверное, мне не стоило, чтобы вы напились, а потом кто-то свалился с крыши в высоту пятиэтажки, тогда бы до вас всех, наверняка, дошло. – омежка пожимает плечами, наблюдая как меняется у Джонина лицо, как из улыбчивого оно становится серьёзным. - Мы бы отлично справились без твоего волнения. – хмыкает другой юноша, повыше. - Я в этом не сомневаюсь. – отвечает Джунмён, вцепляясь посильнее в лямки рюкзака на своих плечах. – А теперь я пойду на пару. – он разворачивается в сторону университета и только ставит ногу на первую ступеньку, как сзади ловят за ручку рюкзака посередине и резко тянут к себе так, что омежка едва не теряет равновесие. Он теряет его позже, когда сильно толкают в плечо и Джунмён приземляется на мягкое место точно в лужу, брызги от которой пачкают всю его одежду. Пропитавшаяся насквозь ткань одежды неприятно липнет к телу и холодит его. Джунмён кое-как встаёт, сидя на присядках, уперев взгляд в пол, и понимает, что был не в силах подняться какое-то время. Уши закладывает от чужих подколов, шуток и смеха, а потом Джунмён дёргается, потому что рядом на корточки опускается Джонин, заглядывая ему в лицо. - Как можно быть таким глупым? – интересуется альфа, глядя точно в глаза. – Бог не создал ещё омеги, которая меня стоит! – Джунмён не успевает понять, откуда в руках Джонина его рюкзак, он только охает, когда рюкзак оказывается открытым, и Джонин попросту вытряхивает всё его содержимое в лужу рядом, в которой только побывал сам Джунмён. Всё, до последнего: книжки, учебники, тетради, и даже журнал, который тоже был там и который Джунмён взял накануне домой, чтобы заполнить. Омежка едва сдерживает всхлип, когда альфа поднимается и просто уходит. В университетском дворе пусто, видимо, пара уже началась, Джунмён оседает на ступеньки, обхватив руками коленки и плачет так горько и долго, что горло начинает саднить. Он грязный и мокрый, ему холодно, он опоздал на пару и в таком виде он туда точно пойти не может. Зонт валяется рядом сломанный, телефон, новый телефон – подарок лучшего друга, что был в кармане джинс так же мокрый, как и бумажник, что всё ещё плавает в луже с остальными его вещами. Ему не войти в университет, ни позвонить Крису, ни уехать домой, хотя бы на автобусе, ибо идти пешком, это, как минимум, воспаление лёгких. И Джунмён плачет: отчаянно и горько, обнимая коленки, потому что кажется это единственная часть джинс, которая сухая. Очки на носу запотели, ничего не видно из-за слёз и Джунмён не контролирует времени. Видимо, пары ещё идут, с неба срывается дождь и Джунмёну становится совсем тяжело. Он не сразу понимает, что на голову больше не капает, когда от дождя его закрывает большой прозрачный зонт. Джунмён снимает очки, кое-как вытерев их руками, вскидывает взгляд вверх и видит улыбку с ямочками на щеках. - Привет, Джунмён! – доброжелательно зовёт Исин. – Наверное, Крис почувствовал, словно что-то случилось, и не зря послал меня проверить! Омежка его лучшего друга приседает на ступеньку рядом, не заботясь о том, что мокро, и что на нём светлые брюки, Исин заправляет длинную каштановую чёлку себе за ухо, а потом приобнимает Джунмёна за плечи одной рукой, даря утешение и тепло. К тому моменту, когда из университета под чёрным зонтом выходит Крис, нрав Джунмёна делает своё, и когда альфа вырастает перед ними, закрывая зонт и протягивая обоим руки, говорит, что они с Исином отвезут Джунмёна домой, омежка только отрицательно кивает. - Везите меня, куда надо, - решительно выдыхает он. – И делаете со мной, что хотите, но этот высокомерный баран должен попасть в мои сети, чтобы я потом оттуда выбросил его в море без спасательного круга! Часть 2 - Милый, ты будешь ночевать дома? – интересуется папа-омега, когда Джонин съезжает по поручням лестницы со второго этажа на первый. - Не-а, - отзывается юный альфа. – Я иду танцевать! – довольно отвечает Джонин, пританцовывая на месте, пока ещё босыми ногами. - Не забудь ключи, телефон и карточку. – приговаривает отец-альфа, когда заканчивает с галстуком. - Па, я не маленький.- фыркает Джонин. – Когда вы вернётесь? - А не скажем, чтобы приехать неожиданно и испортить вечеринку, которую ты устроишь дома. – смеётся папа-омега, потрепав Джонина по волосам. - Я не собираюсь устраивать никакую вечеринку. – фыркает Джонин. –Я что, не имею права знать, когда мои родители вернутся домой? – Джонин фыркает, симулируя обиду. - Во вторник, проказник, поэтому, чтобы был порядок. – отвечает взрослый альфа. Джонин поочерёдно целует родителей в щёки, стоит и машет им с порога, когда они уезжают, и возвращается в дом, закрывая за собой дверь на защёлку. На часах начало седьмого вечера, пятница, и это значит, что самое время идти и собираться. Четыре часа спустя Джонин замирает в прихожей, окидывая себя оценивающим взглядом, поправляя на себе одежду, уложенные волосы. Любимая Ауди встречает прохладой салона и Джонин никуда не спешит, когда мягко заводит мотор, прислушиваясь к его тихому жужжанию. Машина осторожно выезжает из большого гаража и неспешно направляется в центр города. Клуб, в который собирается Джонин, называется «Royalty» и подъезжая к нужному заведению, Джонин находит взглядом друзей, которые неизменно ждут его. В клубе шумно и душно, музыка закладывает уши, проникает под кожу и мешается с кровью. Неоновые огни то и дело слепят глаза и в этот вечер Джонину почему-то не хочется занимать привычный большой диван в уголке или отправляться в VIP-зону, ему хочется посидеть на высоком стуле у бара, покрутившись на нём, перекинуться парой слов с барменом, выбрать себе парочку горячих коктейлей и быть поближе к танцполу. - Малыш, ты сегодня потрясающе выглядишь! - в который раз за вечер выдыхает Крис, разглядывая лучшего друга с ног и до головы. – Скажи, любимый? – зовёт Крис Исина, которого приобнимает за талию. - Не то слово! - Исин восторженно соглашается. – Кажется, на тебя просто нереально НЕ запасть. - Вы только не крутитесь рядом, иначе если он тебя увидит, Крис, то сразу меня узнает. – просит Джунмён, переминаясь с ноги на ногу. - Он и так тебя узнает, по запаху. – парирует Крис. - Ладно тебе, - фыркает по-доброму на него Исин. – Мы зря его что ли искупали в духах? - Народ, я серьёзно! – ещё раз просит Джунмён. - Исчезаем, словно нас тут и не было! Удачи! – Крис подмигивает, хватая Исина за руку, и тянет в другую сторону. - Файтинг! – успевает пожелать Исин, прежде чем его уводят к нужному столику. Джунмён провожает друзей взглядом и высматривает в толпе свою жертву, и когда находит взглядом, только глубоко вздыхает, успокаивая бешено стучащее сердце. - Ну держись, Ким Джонин! Джонин заказывает для начала текилу, залпом осушивая четверть рюмки горьковатой жидкости и осматривается. Он уже оттанцевал несколько песен, которые выдались его душе и телу по вкусу и снова вернулся за барную стойку. Друзья активно шныряют по танцополу, Джонин отмечает, что кто-то уже получил себе симпатичного омежку для развлечений и только хмыкает. Ему бы самому….Джонин замирает и тут же отставляет стакан в сторону, во все глаза глядя на очаровательное создание, что подходит к барной стойке и садится через три стула от него. Альфа окидывает только что появившегося в поле его зрения омежку жадным взглядом, а потом шумно втягивает носом воздух, улавливая свежий аромат цитрусов. Голова на миг заходится кругом и Джонин тут же улыбается, снова во все глаза глазея на незнакомого омежку. Сказать, что тот выглядит потрясающе – не сказать ровным счётом ничего! Хрупкий, тоненький, невысокого роста, стройный да изящный по-своему. Со вкусом одет в тёмно-синие джинсы, что так удачно обтягивают стройные ноги и округлые бёдра, белую майку с круглым вырезом, что оголяет явно выделяющиеся под кожей ключицы и чёрную косуху, рукава которой закатаны по локоть. Просто, со вкусом и так, что у Джонина медленно закипает кровь. А потом незнакомец, кажется, чувствует, что его уже раздевают взглядом, и устремляет на Джонина карие, с молочно-шоколадным оттенком, как видит отсюда Джонин, глаза, выглядывая из-под карамельной чёлки, торчащей хохолком вверх, а потом очаровательно и ярко улыбается, окончательно лишая Джонина дара речи и выбивая почву у него из под ног. Вниз по телу проходится дрожь, внизу живота сладко ноет, и Джонин на мгновенье думает о том, что это лучший омега, которого он видел, и что он хотел бы, чтобы омега, предназначенный ему судьбой, выглядел именно так, и был этим мальчишкой, но его ходячее бедствие - костлявое, затюканное, в очках, не умеющее следить за собой и одеваться, совершенно не походит на это потрясающее существо, что всё ещё глядит на Джонина, хлопая пушистыми ресницами. Кровь, кажется, гасает по венам с такой скоростью, что Джонин буквально ощущает это физически. Он соскальзывает со стула, как только обаятельный омежка отворачивается и обходит барную стойку до тех пор, пока не оказывается у незнакомца за спиной. Джонин осторожно проскальзывает рукой между стулом и чужим бедром и оставляет руку на острой коленке, обтянутой котоном. - Первый раз вижу настолько потрясающе красивое существо. – шепчет Джонин, опаляя чужое маленькое ушко горячим дыханием и довольно улыбается, слыша, как незнакомец шумно выдыхает на его слова и манипуляции. - Взаимно. – отвечает он. Джунмён порядком нервничает, и сейчас ничто не должно выдать ни его волнение, ни его самого. Джонин прижимается грудью к его спине, щекотно и приятно дыша в шею, посылая по спине мурашки, и Джунмёну, кажется, что он сейчас выдаст себя со всеми потрохами. Потому что его альфа, ЕГО альфа кажется таким притягательным сейчас, безумно желанным и совсем не напыщенным, самовлюбленным индюком, как в университете, а красивым, спокойным альфой, соблазнителем, хотя жертвой тут должен быть совсем не Джунмён. Омежка на мгновенье прикрывает глаза, обещая себе получить удовольствие, в конце концов – это его альфа и лучше, чем он, не сделает никто. Главное – не выдать себя раньше времени. Успокойся, Джунмёни, успокойся! Джонин неспешно обводит чужое ушко язычком, чем вызывает едва сдерживаемую дрожь, а вторая ладошка обхватывает узкую талию. - У меня тут возникла одна мысль… - шепотом продолжает Джонин, добравшись через одежду до кожи и теперь поглаживая её кончиками пальцев вверх по животу. - Какая? – Джунмён откидывает голову ему на плечо, подаваясь навстречу сильным рукам. Кажется, он доверяет! И не важно, что Джонин не знает, возможно, именно от этого, он относится к омежке, как к сокровищу, которое многие годы искал. - А какой же ты на вкус, если по запаху такой сладкий? – спрашивает в ответ Джонин. Джунмён теряется – в жертву превращается вовсе не Джонин, но так ли это важно сейчас. Чёртов соблазнитель, он всех так клеит? - Хочешь попробовать? – за Джунмёна отвечает не его разум, а его природа. Сущность омеги тянется навстречу своему альфе, безудержно и безукоризненно доверяя и доверяясь. - Ещё как. – отвечает Джонин. Он делает шаг назад, отстраняясь, от чего разомлевший омежка едва не теряет равновесие, но Джонин тепло улыбается и просто протягивает пока ещё незнакомцу руку. Ему кажется, что он хочет не просто попробовать этого омегу на вкус, а гораздо больше, Джонин ловит себя на мысли, что с таким, точнее с этим омегой он бы с удовольствием закрутил роман, да ещё какой. Они выходят из клуба вместе, направляясь к Ауди А7 и где-то на дне черепной коробки у Джунмёна мелькает мысль, что он обязательно подколет альфу по этому поводу. Машина красивая внутри и снаружи, Джонин – внимательный водитель. Джунмён чувствует на себе его взгляд, но продолжает неизменно смотреть вперёд, на дорогу, потому что ночной город поистине прекрасен. - Ну, таинственный незнакомец, ты не исчезнешь в полночь, как Золушка? – интересуется альфа, уверенно держа руль одной рукой. - Мы же не в сказке. – отвечает Джунмён. – И не такой уж я и таинственный. - Ну имени своего ты мне так пока и не сказал. – усмехается Джонин, поглядывая на своего спутника боковым зрением. - И ты, не зная моего имени, везёшь меня куда-то. – хмыкает Джунмён, пряча улыбку. - Ну, не куда-то, а ко мне домой. Да и ты не знаешь моего имени. – альфа улыбается настолько очаровательно, что омежку бросает в дрожь. - Сухо. – Джунмён протягивает руку, так вовремя вспоминая своё старое прозвище. Джонин хмыкает. - Кай. – в ответ пожимает он чужую руку. Джунмён мысленно хмыкает – достойный ответ. А потом понимает, что Джонин всё ещё держит его руку в своей. Машина несколько раз сворачивает, а потом сбавляет ход, въезжая во двор большого двухэтажного особняка. Джонин глушит мотор, всё ещё не выпуская чужой белокожей ладошки из своей, но вскоре ему приходится это сделать, поскольку он выходит из машины. Джунмён делает так же, и альфа едва успевает открыть ему дверь, когда снова ловит за руку. Ток из одного передаётся к другому, и альфа тянет омегу за руку, легко закрывая машину и роняя на капот, нависая сверху и тут же встречаясь взглядами. У Джунмёна, как у ненормального, колотится сердце, а потом он вовсе тонет, падает в бездну с головой, потому что Джонин целует его в губы. Впервые, и это выходит так хорошо, что омежка не сдерживает тихого стона в поцелуй. Альфа в силу того обстоятельства, что он выше и сильнее, легко подхватывает Джунмёна под бёдра, заставляя обвить ногами его талию. С ношей на руках, которую он успевает ещё и целовать, Джонин кое-как, на ощупь, открывает дверь, входя и тут же хлопая ею за собой следом. Не включая света, Джонин выбрасывает ключи, успевая попасть пальцем по кнопке сигнализации, поскольку дверь всё ещё только захлопнута, но никак не закрыта и продолжает начатое, прижимая омежку спиной к стене. Джунмён вцепляется в чужие плечи, сжимая тонкую ткань пиджака на сильной спине, когда чужие, но не такие уж и чужие губы целуют шею, оставляя засосы и отметины каждый раз, как появляется такая возможность. Джунмён слегка напрягается, потому что его тело, как часики, реагирует на каждое движение и прикосновение Джонина, а тот безошибочно угадывает, где и как прикасаться и целовать, чтобы вызывать толпы мурашек и стоны. Омежка уже буквально готов просить о большем, когда это происходит. Альфа, его альфа, что настойчиво целует, вмиг становится в разы привлекательнее и желанней, хотя это, кажется, невозможно, кровь вместе с кислородом разносит по телу желание и Джунмён чувствует, что больше не может терпеть. Джонина вдруг хочется ещё сильней, неожиданно, всего, в себе, без остатка, а такое желание может быть вызвано только одним – течка. Альфа на мгновенье отрывается от своего дела, глядя в глаза напротив и Джунмён затаивает дыхание, его собственный запах в разы, в сотни раз усиливается и это может выдать его с головой, но Джонин только улыбается уголочком губ, потому что он тоже это чувствует, внимательный и чуткий нюх альфы помогает ему в этом. А потом всё как в тумане! Омежка упускает момент, когда его опускают на прохладные, шёлковые, белые простыни, продолжая целовать и прикасаться губами да кончиками пальцев везде, где можно и где, кажется, нельзя было до этого. Джунмён мечется по кровати, оставляя на чужой спине полосы коротким ноготками. Джонин красивый, ещё какой, странно, что Джунмён не замечал этого раньше хотя тот, кажется раньше, ничего кроме своего собственного Эго не демонстрировал. Он стройный и сильный, в меру подкачанный, и Джунмёну нравится чувствовать мышцы под своими пальцами. Альфе ничего не стоит подхватить омежку за талию над кроватью, чтобы поцеловать. Джунмён, кажется, вообще ничего для него не весит. Белая кожа покрывается мурашками, когда к ней прикасаются горячие губы. Джонин целует шею, грудь, впалый живот, пересчитывая все рёбра пальцами и омежка только тогда понимает, что он совершенно обнажённый, как и его альфа. Течка сводит с ума и заставляет выгибаться на встречу едва ли не колесом и бессвязно шептать, молить о продолжении. Омежку мягко переворачивают на живот, осыпая поцелуями худые плечи и спину. Этого мальчишку не хочется брать так, грубо, по-животному, ему хочется делать хорошо и дарить нежность. Джонин на мгновенье замирает – запах кружит голову слишком сильно, но почему-то этот омежка вызывает в альфе такой букет эмоций, что течка заставляет не животно его желать, а просто любить всю ночь напролёт. Течка на то и течка, что омежку не нужно ни готовить, ни растягивать. Омега опускается на живот, оттопыривая симпатичную попку, но Джонин не спешит. Он тянется к тумбочке, вынимая оттуда маленький квадратик, и тут же почему-то думает о том, что родители зря считают его хорошим милым мальчиком. Джонин давно не такой, особенно в это мгновенье. Альфа неспешно целует чужую спину, каждый выпирающий позвонок, наблюдая, как стройное тело выгибается навстречу. Горячие губы касаются поясницы, затем ягодиц, а потом и между ними, собирая языком капельки смазки. Омежка дрожит и стонет уже во весь голос. Альфа легко раскатывает в тёплых руках презерватив, а потом переворачивает омежку на спину, устраиваясь сверху, и без предупреждения, до основания входит в желанное и податливое тело. Омежка протяжно стонет, снова вцепляясь пальцами в крепкие плечи, и подаётся на встречу. Альфа двигается в одном темпе, ровно и чётко, доводя омежку до исступления, нависая сверху и целуя чужие губы, забирая оставшийся в лёгких воздух себе. Оргазм накрывает обоих друг за другом, сначала Джунмёна, который кончает первым и пытается даже кончиками пальцев поймать бабочек, что освобождаются из его живота в этот момент. Джонин срывается следом и просто падает рядом, оба тяжело дышат, глядя в тёмный потолок. На то, чтобы прийти в себя и отдышаться уходит от силы минут пятнадцать и, успокаиваясь окончательно, альфа понимает, что ему мало, а омежка, что хочет ещё. Джунмён поворачивает голову набок, устремляя взгляд на Джонина, который тут же глядит в глаза в ответ, а потом уголочком губ улыбается, и Джунмён мгновенно влюбляется в эту до этого ненавистную, но такую дерзкую и сексуальную ухмылку, что тут же подаётся навстречу снова встречающим его рукам за добавкой. Число вспышек удовольствия теряется где-то под утро, когда на улице уже не просто светает, а светло. *** Джунмён просыпается глубоко утром, потягиваясь и первое, что чувствует – негу в теле. Он ещё раз хорошенько потягивается и открывает глаза, находя себя в чужой комнате, но когда на пороге вырастает Джонин с подносом в руках, Джунмён тут же вспоминает весь прошедший вечер и ночь. Он лениво переворачивается на живот, а потом кое-как обматывается в простынь и садится, наблюдая за Джонином. Альфа закрывает ногой дверь в свою комнату и ставит поднос на вторую половину кровати, а омежка в этот момент быстро вскакивает, пытаясь удрать, но едва успевает протянуть руку к дверной ручке, как крепкие руки альфы обхватывают за талию и тянут к себе, валя рядом на белые простыни. Джунмён хохочет, да игриво отбивается, когда его опрокидывают на спину, садятся сверху, придавливая к кровати немаленьким весом, и проходятся пальцами по бокам, заставляя смеяться ещё больше. Сопротивления прекращаются, и омежка зажмуривается, поскольку замечает, что его внимательно разглядывают. Если Джонин сейчас его узнает, кажется, его попросту выкинут в окно. Но альфа, кажется, не узнаёт, и Джунмён в очередной раз задумывается о том, неужели его внешний вид настолько поменялся. А как же запах? - Куда собрался? – интересуется Джонин. - Сбежать. – честно признаётся Джунмён, кивая в подтверждение своих слов. - Зачем? – Джонин опускается на руках, подаваясь к чужому лицу. – Останься со мной. - Зачем? – так же в ответ спрашивает Джунмён. - Хочу, чтобы ты побыл рядом ещё немного. – отвечает альфа, потеревшись носом о чужую щёку. - Ещё немного – это сколько? – Джунмёну не хочется вести себя так, но в проснувшуюся голову закрадывается мысль о том, что Джонин – типичный альфа, если клюнул буквально на первого встречного, симпатичного омежку, забыв, что у него, вообще-то, уже есть омега. Тот самый, его омега, пускай они и не переваривают друг друга. - Ты куда-то спешишь? – интересуется Джонин, вскидывая бровь. - Нет. – снова честно отвечает Джунмён и тут же мысленно корит себя за то, что не может соврать своему альфе, хотя сейчас же врёт, выдавая себя за другого. - Останься.- Джонин мягко касается губами гладкой кожи на шее. – Пожалуйста. - Хорошо.- сдаётся Джунмён, - Сколько ты захочешь. – выдыхает он. Джунмён умрёт попозже, когда окончательно признается себе и Джонину во всём, а пока, пока стоит быть податливой куклой и побыть со своим альфой ещё немного. Они, и правда, меняются местами, омега больше не чувствует себя охотником, теперь он – жертва, пленённая карими глазами, сильными руками, нежными поцелуями и обворожительной улыбкой. Течку никто не отменял, и тело всё так же желает любви, нежности и альфы, желательно - своего. Омежка не противится своей природе. Ни капельки. Джунмён вздрагивает, когда альфа сдёргивает с него простынь, в которую он был до этого завёрнут, и продолжает целовать. В ход быстро идёт принесённый Джонином завтрак. И плевать, что кроме кожи сладкие отпечатки остаются и на постели. Джунмён смеётся от щекотки и от удовольствия, когда Джонин неспешно слизывает с его живота варенье, которое сам же по нему размазал. Омежка оставляет все мысли на потом, наслаждаясь прикосновениями и поцелуями. Просыпается в следующий раз Джунмён тогда, когда за окном уже медленно садится солнце, Джонин всё ещё спит рядом, в такой же позе, на животе, обхватив подушку руками, у омежки есть всего пару мгновений, чтобы понаблюдать за ним. И правда красивый - правильные черты лица, кожа с золотым оттенком. Джунмён тянется ладошкой, чтобы запутаться пальчиками в мягких волосах, когда его запястье с внутренней стороны нежно целуют. - Продолжим? – улыбаясь, но не открывая глаза, спрашивает Джонин. - Я голодный. – честно признаётся Джунмён, от чего альфа смеётся. На приготовление нормального, полноценного ужина уходит ещё добрых часа три-четыре, потому что Джунмён, у которого нет ничего кроме одежды, в которой он был в клубе, ходит в вещах Джонина, которые ему велики, и альфа неизменно пользуется постоянно спадающими широкими бретельками борцовки на худых плечах. А потом время опять теряет значение, когда Джонин набирает полную большую ванную тёплой воды, и они до середины ночи валяются в пене с приглушённым светом, самозабвенно целуясь. За выходные Джунмён запоминает расположение комнат в особняке и расположение вещей в комнате Джонина, а во второй половине дня Джонин вытягивает его на улицу, чтобы научить водить, потому что накануне выясняется, что Джунмён не умеет. И сколько омега не отмазывается, у него ничего не получается, потому что его нагло перебрасывают через плечо и несут в машину. Омежке страшно – не то, что бы он впервые пробует водить, у Криса тоже была попытка научить его вождению, просто машина Джонина – не машина Криса, а Джунмён – не Сухо, он третьекурсник из его университета и его омега, которого Джонин ненавидит. Альфа настаивает, и Джунмён всё же садится за руль. Он съезжает вниз по улице, поворачивает под чутким руководством Джонина, а потом Джонин просит его остановиться в тени деревьев, у парка, до которого они доезжают и там, уже в машине, в почти темноте Джунмён делает вывод, что машина совсем не тесная, и что Джонин шепчет ему «мой» в ухо, когда оргазм взрывается фейерверками перед глазами. Рано утром, в понедельник Джонин просыпается от того, что рядом никого нет. Он встаёт от будильника и топает на кухню, где ему уже готовят завтрак. Он обхватывает омежку за тонкую талию, утыкаясь носом в волосы, и вдыхает уже ставший родным и привычным запах. - Ты пахнешь… - начинает Джонин и Джунмён напрягается в его руках. – Апельсинами и лимонами. Пах, а теперь я чувствую ещё примесь морского запаха. – говорит альфа, и омега даже прекращает заниматься тем, что делал. – Я никогда не видел моря, наверное, там красиво. Джунмён поворачивается в чужих руках, и удивлённо глядит на альфу. - Никогда не видел моря? – переспрашивает он с долей грусти, но никак не с насмешкой. – Почему? - В детстве я ходил в бассейн, да из-за несчастного случая едва не утонул. Родители зареклись – никаких водоёмов, никогда. – отвечает Джонин и Джунмён охает. – Чем покормишь? Мне уже нужно собираться. - Джонин, я больше не могу остаться. – зовет омежка и тут же прикрывает губы ладошкой, затаивая дыхание. Что он творит? – Извини. – тут же вырывается у него следом. - Ты прожил в моём доме три дня, я не удивлён, что ты знаешь моё настоящее имя. – отвечает спокойно альфа. – А я твоё узнаю? - Оно настоящее. – отвечает Джунмён. – Подвезёшь меня? - Конечно, оставишь мне номер телефона? - Угу. Джунмён радуется, что Джонин не знает, где живёт Крис, а потому просит привезти его именно к дому Криса. Когда Ауди А7 мягко тормозит у многоэтажки, Джунмён перебирает пальцы, а потом устремляет взгляд на альфу. - Спасибо за… - Джунмён теряется. За что? За эти дни, за эти ночи: это был план мести , а получилось так, что Джунмён сам закрыл себя с хищником в клетке, а хищник оказался нежным и ласковым зверем. Омежка даёт себя поцеловать, отвечая на поцелуй так же нежно и мягко, и выскальзывает из машины. Это только поднявшись на нужный этаж, он понимает, что Джонин так удачно забыл о номере его телефона. Омежка звонит в нужную дверь и на пороге вырастает взъерошенный, но бодрый Исин. - Крис, наша пропажа нашлась! – зовёт он громко вглубь квартиры, когда видит на пороге Джунмёна. *** На пару Джонин успевает вовремя. Он оставляет машину на привычном месте и неспешно поднимается по ступенькам в университет. Первая пара проходит спокойно и как всегда. Джонин слегка растерян, и всё ещё думает о своём очаровательном госте, когда выходит в коридор на перемену, после первой пары. Думает и тут же вздрагивает, потому что сумасводящий запах, кажется, его преследует. Джонин тут же оглядывается в поисках его источника и как же удивляется, когда запах с каждым шагом всё усиливается. Джонин охает, когда видит впереди знакомую карамельную макушку, и готов уже просто вприпрыжку бежать туда. Он подходит совсем тихо, на расстояние буквально вытянутой руки, втягивая носом воздух. Запах цитруса щекочет ноздри едва-едва, а морской запах накрывает с головой. Джонин протягивает руку, кладёт её на чужое плечо, разворачивает к себе лицом и…просто теряет дар речи. На него виновато, одновременно осуждающе и где-то, кажется, тепло, глядит пара молочно-карих глаз, всё та же карамельная чёлка торчком вверх, и большие теперь уже не нелепые, а стильные чёрные очки на носу. В голове тут же сразу становится на место: и запах цитрусов, смешанный с морским, с таким любимым запахом моря, и то, что Джонин так быстро попал в его сети, ведь это – его омега, и это «Джонин» с утра, «я больше не могу остаться» - всё верно, ведь ему тоже на пары. - Джунмён. – выдыхает альфа, всё ещё поражённо и шокировано. - Привет. – мягко отзывает омега. - Всё это время…. – Джонину кажется, что глаза врут, он хватает омегу за плечи и тянет к себе, утыкаясь носом за ухом. Запах моря заставляет голову кружиться, сквозь всё это Джонин чувствует на омеге свой запах. - …это был ты. - Я. – кивает Джунмён. - Наверное, теперь ты понял, как мне было обидно и больно, когда мой собственный альфа так ко мне относился. – Джунмён говорит обидные слова, но при этом в его глазах плещется чувство вины и тоска. Джонин ничего больше не говорит, разворачивается и уходит. *** Джунмён не трогает своего альфу весь этот день, и понимает, что больше и не тронет, как и тот его. И к вечеру понедельника, омежка понимает, что, кажется, соскучился. Он идиот, он знает сам, и затевать игру не стоило с самого начала, стоило просто смириться и забыть, а теперь, когда Джунмён знает, что такое – принадлежать своему альфе, он лежит в своей постели и не может уснуть, потому что ему хочется прижаться к Джонину и услышать от него «мой». Омега больше не отрицает, он окончательно и бесповоротно поддался своей природе, отдался и влюбился, но вот альфа…. Джунмён удивляется: чувствует одновременно радость, обиду и ещё много всего, когда Джонин ловит его за руку в коридоре, в университете на следующий день. - Нам нужно поговорить. – говорит альфа. - Не нужно. – Джунмён отрицательно кивает. Как бы он уже не любил своего альфу, тот клюнул только на его внешность, а сам омега, сам омега ему не нужен. – В клуб ходит ещё целая толпа миловидных омежек, ты можешь выбрать себе любого. Уверен, никто из них не посмеет отказаться. - Ты думаешь, я бы просто так купился на любую омежку? Меня привлёк твой запах, это сработало на подсознательном уровне, и где-то внутри я знал, что это ты. Я чуял, всё моё нутро чуяло. – говорит Джонин серьёзно. - Я пах цитрусами! – взрывается Джунмён, вырывая руку. - Ты так сказал, да я и сам это знаю. Не морем, Джонин, а цитрусами. – Джунмён всплескивает руками. – Ты такой же, как и все. Бросаешься, как зверь, на кусок мяса, ориентируешься только на инстинкты, и в этот момент тебя ничего не волнует. Мы как волки, Джонин, только волки – верные существа. – Джунмён вздыхает. - Я только пару дней назад тебя ненавидел! – выдаёт Джонин, сжимая кулаки то ли от злости, то ли от безысходности. - А потом купился на оболочку, как только внешне я стал соответствовать твоим глупым представлениям об идеальном омеге. Лучше бы ты продолжал меня ненавидеть, потому что у тебя больше нет омеги, Джонин. – В этот момент звенит звонок. - Мёни! – зовёт с соседней аудитории Крис, и Джунмён оборачивается на него. Он ещё раз бросает короткий взгляд на Джонина и уходит в аудиторию. *** На душе противно и гадко. Джунмён невнимателен на парах и всё думает о словах Джонина, а Крис только молчит, хотя и замечает, что его маленький омежка сам не свой. После пар, когда Крис предлагает отвезти домой, Джунмён отказывается и решает прогуляться в парке. Выходя из университета, Джунмён нигде не видит Джонина, хотя белая Ауди всё ещё во дворе. На улице тепло и хорошо, на часах едва перевалило за обед и Джунмён неспешно входит в парк, глядя себе под ноги. Он наблюдает боковым зрением за зелёной травой, что только распускается, когда с кем-то сталкивается, а потом глядит на стопку книг, что сыплется из чужих рук. - Простите. – Джунмён тут же приседает на корточки, чтобы помочь собрать. Здесь всевозможные учебники и художественная литература и поднимаясь на ноги, Джунмён вручает книги слегка сгорбленному смешному пареньку в одежде, большой для него на пару размеров, с длинной чёлкой на глаза, что почти скрывает огромные забавные очки. Джунмён глядит на него с улыбкой и парнишка несмело улыбается в ответ ну совсем нелепо. – Извините, я правда не хотел. - Ни-ничего. – отвечает парнишка, краснея и смущаясь. – Спасибо, что помогли. Извините, что вмешиваюсь, но почему такой красивый парень выглядит таким грустным? – парнишка роет носком грязного кеда землю. - О, я вовсе не красивый! – смеётся негромко Джунмён, отмахиваясь. – Я задумался и поэтому не заметил вас. Я немного растерян, и совсем не грустный. – Джунмён улыбается шире. - Может, вы составите мне компанию, чтобы прогуляться со мной по парку? Юноша несмело кивает, и Джунмён забирает половину книг из его рук, пока они идут. Омежка чувствует, что с этим забавным пареньком ему хочется смеяться. Его новый знакомый – альфа, но на вид совершенно не скажешь, разве что можно заметить, что он немного выше самого Джунмёна. Ребята обходят парк вдоль и поперёк, едят мороженное, много разговаривают и Джунмён даже удивляется, но не протестует, когда забавный нелепый, но красиво улыбающийся паренёк берёт его за руку. Может, так и лучше, так и должно быть, и Джонина стоит оставить позади! Солнце неизменно спешит к горизонту, хотя ещё достаточно светло. Оба оседают на лавочку, продолжая общаться, а потом Джунмён сам не замечает, как сталкивается с новым уже не просто знакомым носами и замирает. Чужие глаза из-за линз очков кажутся ещё больше и от этого красивее, Джунмён прикрывает глаза, позволяя чужому альфе едва ли не всё, но в самый последний момент кладёт палец на чужие губы и зажмуривается. - Я не могу. – выдыхает он. - Почему? – удивляется нелепый паренёк рядом. Джунмён сосредоточено глядит на свои кеды. - У меня уже есть альфа. Мой альфа. Любимый, но…. Джунмён не замечает, как его новый знакомый снимает с себя на пару размеров больше джемпер, к чертям сбрасывает с лавочки книги, выбрасывает через плечо очки и запускает пальцы в чёлку, чтобы зачесать её назад, и когда Джунмён снова глядит на него, перед ним сидит Джонин и омежка дёргается – он сошёл с ума. - Вот ты и попался, любимый! - выдыхает альфа, сгребая его в охапку. Джунмён ругается, едва ли не матерится, отбивается и пытается вырваться до тех пор, пока Джонин не затыкает его поцелуем и, прекращая вырываться, Джунмён обмякает в любимых руках, отвечая на поцелуй и сдаваясь в эти руки, сдаваясь этим губам и глазам, добровольно поднимая белый флаг. Джонин смеётся ему в губы, отстраняясь, и глядит в глаза так тепло-тепло, что Джунмён плавится. - Что за цирк ты тут устроил? – фыркает омежка. - Достойное продолжение твоего, не так ли? – продолжает улыбаться Джонин, усадив омежку на свои колени. - Так ты, хочешь сказать, у меня набрался? – Джунмён, наконец, улыбается в ответ. - Прости меня, мой морской мальчик. Я был полным идиотом, но я исправлюсь, обещаю. – Джонин утыкается носом куда-то старшему в плечо, крепко обнимая. - И мне стоит тебе верить? – переспрашивает Джунмён. - Угу, - кивает альфа. – Кажется, бог уже давно создал не просто стоящего меня омежку, а МОЕГО омежку, а я просто не рассмотрел его вовремя. Но теперь-то я знаю, кто это! – Джунмён смеётся в чужие губы, как это только что делал Джонин, и отвечает на поцелуй.