Ты только мой, Тони!

Я всегда знал, что девчонки любят рассказывать секреты и ябидничать. И Лизи не исключение. У Анны появилась подруга - Лизи. Противная рыжая девка, которая ох какая ябида. И как назло, она тоже втюрилась в меня, и Анна с Лизи, один раз так поссорились из за меня, что чуть не изнасиловали, привязав к стулу в старом гараже. Слава богу меня спас Руди... Мой Руди. Сейчас мы лежим у меня на кровати в обнимку, я проснулся раньше него, и чмокнул в висок, из за чего вампир поёрзал у меня на груди, а потом взлетел надо мной, затем подлетел к окну, распахнул бардовые шторы, и комната залилась лунным светом. Я подошёл к окну, взял Рудольфа за руку и мы полетели. Я не знаю точно куда... Но догадываюсь... Мы летим в тот склеб, в котором мы переспали месяц назад. Да, уже прошёл месяц. Так быстро... И оглянуться не успел. Мы прилетели, спустились на землю, но в склеб не вошли. Я вопросительно посмотрел на вампира, а он улыбнулся своей сатанинской улыбкой и сказал: - Всё потом, малыш, - он переплёл наши пальцы и мы пошли гулять по лесу. Как же красиво. Сквозь деревьев виднеется молочная луна, поют птицы и сверчки. Какое же, всё таки, романтичное место - лес... Я так думал, пока мы не встретили Анну с Лизи. Они тоже гуляли, и заметили, как мы с Рудольфом остановились, чтобы поцеловаться. Видимо не во время. Анна вскрикнула и улетела, а Лизи осталась наблюдать. Я, конечно же, услышгал визг сестры моего парня, и повернулся, но Анны не было, была лишь рыжеволосая стерва, которая показала мне злобную улыбку, что мне кранты, и улетела в сторону дома Сэквилбеков. "Мне капут" - единственное, что пронеслось у меня в голове, но Руди обнял меня, и сказал, что всё будет хорошо. У меня в голове задаётся вопрос : Рудольф умеет читать мысли? Как он так всегда отвечает?... Люблю его. - Я люблю тебя. - И я тебя, малыш. Больше жизни, - вампир притянул меня ближе к себе, и поцеловал шею, нежно водя носом до уха, и не больно кусая его. Обожаю ласки Руди. Я был загипнотизирован. Только из гипноза меня вывел кашель Грегори Сэквилбека. Он грозно смотрел на всё это, пока мы не оторвались друг от друга. Я покраснел как помидор, и мы оба смотрели в землю, не зная что сказать. Всегда всё тайное становится явным... Я это уже понял.