Анджелина Джоли

Анджелина стоит в полумраке прихожей, её глаза привыкают к тусклому лунному свету, что едва пробивается сквозь тяжёлые шторы. Воздух в квартире густой, пропитанный ароматом сандала и чего-то мускусного, интимного. Джулия, не отрывая взгляда, поворачивается к ней, её силуэт вырисовывается в серебристом сиянии — стройный, соблазнительный, как тень, что вот-вот коснётся кожи. — Снимай пальто, Энджи, — шепчет Джулия, её голос низкий, вибрирующий, словно прикосновение пальцев по позвоночнику. Она подходит ближе, пальцы скользят по плечу Анджелины, помогая стянуть ткань. Движение медленное, обдуманное, и Анджелина чувствует, как тепло ладони проникает сквозь блузку, заставляя кожу покалывать. Сердце Джоли колотится, эхом отдаваясь в ушах. Она не сопротивляется, позволяет пальто соскользнуть на пол, но её тело напряжено, как струна. Джулия наклоняется, её дыхание теплее уха Анджелины: — Ты выглядишь уставшей. Давай я помогу тебе расслабиться. Девушка берёт её за руку, ведёт в гостиную, где на низком диване разбросаны подушки, а в воздухе витает обещание чего-то запретного. Шторы колышутся от лёгкого сквозняка, но темнота скрывает детали. Джулия усаживает Анджелину, опускается рядом, так близко, что их бёдра соприкасаются. Её рука ложится на колено Джоли, пальцы медленно чертят круги, поднимаясь выше, к краю юбки. — Расскажи мне, что ты чувствуешь сейчас? Анджелина сглатывает, горло сухое, но тепло внизу живота разливается, предательски. Она пытается отвести взгляд, но Джулия поворачивает её лицо к себе — Вот что, — шепчет Джулия, голос мягкий, но настойчивый, как прикосновение, от которого не уйти. — Расскажи мне, что случилось. Почему ты сегодня вышла одна, в этот бар? Я вижу в твоих глазах — там боль, Энджи. Доверься мне. Анджелина отводит взгляд, уставившись на полумрак комнаты, где лунный свет рисует серебристые полосы на ковре. Её руки сжимаются на коленях, пальцы впиваются в ткань, но тепло ладони Джулии на её коже не даёт полностью замкнуться. Она вздыхает глубоко, грудь поднимается и опускается, блузка натягивается, обрисовывая контуры. — Мы с ним... уже не первый год живём, — начинает Джоли нехотя, слова вырываются медленно, как будто каждый слог приходится выталкивать. — Раньше всё было иначе. Страсть, огонь... А теперь? Последние годы отношения угасли, как свеча на ветру. Мы просто существуем рядом, обмениваемся фразами за ужином, но ничего больше. Нет близости, нет желания. Джулия кивает, не прерывая, её глаза фиксируют каждое движение лица Анджелины — как губы сжимаются, как веки тяжелеют. Она придвигается ещё ближе, плечо к плечу, и её рука скользит вверх по бедру Джоли, пальцы теперь касаются внутренней стороны, лёгкое давление, обещающее утешение. Воздух в комнате тяжелеет, аромат сандала смешивается с лёгким потом на коже Анджелины. — А вчера... — продолжает Анджелина, голос дрожит, она сглатывает, горло перехватывает. — Последний раз он пытался... получить минет. Даже не сходив в душ после целого дня. Запах, пот, грязь — это было омерзительно. Я оттолкнула его, сказала, что не могу. Он обиделся, ушёл в другую комнату, а я осталась одна с этим отвращением внутри. Как будто он не видит меня, не уважает. Просто хочет взять, что ему нужно, и всё. Джоли вздыхает снова, звук глубокий, полный усталости, её тело расслабляется чуть-чуть под рукой Джулии, но напряжение в плечах остаётся. Слёзы блестят в уголках глаз, но она моргает, не давая им скатиться. Джулия молчит, слушает внимательно, её дыхание ровное, но в глазах вспыхивает что-то тёмное, собственническое. Она поворачивает лицо Анджелины к себе большим пальцем, скользя по щеке, стирая невидимую влагу, и её губы приоткрываются, близко, слишком близко. — Так вот почему ты оказалась в том баре, — говорит Джулия наконец. Её голос низкий, вибрирующий. — Вышла в ночь, ища забвения, а нашла меня.... Я следила за тобой давно, Энджи. Годами. Видела твои фильмы, интервью, моменты слабости в прессе. Влюбилась в твою силу, в твою уязвимость. И сегодня... я не могла упустить шанс. Ты заслуживаешь большего, чем этот холодный брак. Заслуживаешь, чтобы кто-то касался тебя так, как ты хочешь. Чисто. Горячо. Без отвращения. Её пальцы теперь на внутренней стороне бедра Анджелины, давят сильнее, раздвигая ноги чуть шире, и Джоли чувствует, как тепло разливается вниз, предательское, но желанное. Джулия наклоняется, губы касаются уха Джоли, шепот горячий: — Позволь мне показать тебе, как это должно быть.