N.Y.P. Department

      Стальная прямоугольная оправа с идеально начищенными линзами обрамляет золотистые глаза, под которыми залегли темные мешки от изнурительной работы и уже немолодого возраста. Трафальгар Ло, тридцатидвухлетний детектив департамента полиции Нью-Йорка, неспешно потягивал виски со льдом из граненого стакана, просматривая очередное дело об убийстве. В последнее время их накопилось слишком много, и Ло уверен, что это дело рук одного и того же убийцы. Вот только как выйти на его след? Мужчина пока не понимал. Преступник был довольно умен и никогда не оставлял улик, либо же улики эти были бесполезны.       Тяжело. Сколько времени они уже бьются над этим делом, но все безрезультатно.       — Эйс, ты хочешь пончики? — из-за двери послышался громкий и веселый голос: это был Луффи.       Луффи был обычным двадцатишестилетним юношей, который несколько лет назад решил перебраться в большой город в поисках лучшей жизни. И в этих самых поисках он набрел на Трафальгара, вынужденный отныне выслушивать каждодневные упреки и постоянно носить тому кофе.       — О… Да, тащи сюда, — ответил второй голос за дверью, и на этот раз это был Эйс.       Портгасу Д. Эйсу было уже тридцать лет. В начале своего карьерного пути он работал копом в полицейском округе Бостона. Вскоре за отличную службу его перевели в Нью-Йорк, и не сказать, что Эйс начал жить на широкую ногу: он по-прежнему был полицейским и таким же консерватором во взглядах на жизнь, изредка ходил выпить в бар и все так же любил свою работу. Правда, дела в большом городе были куда опаснее.       — Уже ид… — бодрый голос прервался, потому что ворвавшийся в здание человек почти сбил беднягу с ног, а коробка с пончиками встретилась с полом. Дверь кабинета Ло распахнулась, и тот вышел оттуда с недовольным видом.       — Что вы здесь разорались?       — Я нашел кое-что интересное! — бесцеремонно ворвавшаяся в полицейский участок персона так же бесцеремонно толкнула Трафальгара в кабинет, закрывая дверь.       Сабо Вандер* был, наверное, самым известным журналистом Нью-Йорка: никогда не упускал занимательные вещи из виду, знал обо всех интригах большого города и был в курсе всего, что происходило в США и за их пределами. Помимо журналистики, в свои двадцать шесть Сабо был главным редактором местной газеты, и его вызывающие и пестрые заголовки всегда заставляли волноваться. Правда, третьим его делом была помощь детективному бюро, неофициально, просто потому что он любил расследовать все таинственное и загадочное. Все знают, что с незаменимой помощью Сабо были раскрыты десятки преступлений, и, если назревало что-то действительно серьезное и опасное, — Вандер был тут как тут.       Эйс и Луффи молча переглянулись. Оба поняли, о чем шла речь. Из-за двери послышался недовольный, приглушенный голос Ло: «Луффи, принеси мне кофе». А ведь только что пил виски…       — Есть, сэр… — тяжело вздохнув, Луффи ушел в небольшой кабинет, где была кофемашина.       — К чему такая спешка? — Эйс зашел в кабинет, пока Сабо выворачивал содержимое сумки прямо на стол Ло.       — Смотри, — Вандер указал на несколько фотоснимков и сел в кресло напротив Трафальгара. Он разложил фотографии, в то время как Ло и Эйс непонимающе наблюдали за этим. — Помимо того, что все его жертвы — только парни, они все темноволосые…       — …Фу, — после паузы добавил Эйс.       — Ты явно не в зоне риска, старик, — съязвил Сабо, — и ты тоже, — он кивнул на Трафальгара.       Сабо продолжил. — Всем жертвам было от восемнадцати до двадцати шести. Все стройные и невысокие.       — И это все? Где было последнее убийство? Их изнасиловали? — полицейский опустился на соседнее кресло у дубового стола Ло.       — Они все были изнасилованы, но кто-то — до, а кто-то после убийства.       — Ну что я говорил? Это просто ужасно. Блять, в этом городе ни дня покоя. Это даже хуже, чем Бостон, — пока Эйс сетовал на судьбу, Трафальгар молча продолжал изучать фотографии жертв, вновь и вновь пытаясь выстроить в своей голове цепочку событий, и наконец заговорил.       — Это Нью-Йорк, детка~.       Прервав напряженное молчание, в кабинет зашел Луффи с несколькими чашками.       — Крепкий кофе, черный чай и капучино! — юноша поставил напитки напротив каждого из присутствующих: кофе был для босса, чай для Эйса и капучино для Сабо.       — Спасибо, и… Луффи, не выходи никуда без надобности в ближайшее время, — взволнованно начал Эйс, отпивая чай.       — Э-э? — Луффи был в недоумении: как это не выходить? А как же в магазин за продуктами? А как же выгулять своего мопса?       — Я подвезу тебя сегодня, — заботливо изрек Сабо, так же отпив капучино.       — Какая жалость, а я хотел съездить с тобой в бар после работы~, — Ло взглянул на Сабо и встретился с вопросительным взглядом второго.       — Тогда я подвезу, — констатировал Эйс.       — Да не стоит! — Луффи начал отмахиваться, ведь он жил близко к работе и добраться пешком за пятнадцать минут не было проблемой.       — Ло, тебе нужно меньше пить. Я сам подвезу тебя! — Сабо настаивал.       — Эй, ну… — недовольно буркнул юноша, который до сих пор был против. — Я живу в десяти минутах ходьбы отсюда, не надо!       — А так будет три минуты. Или даже две! — Сабо не унимался, ведь тоже переживал.       — Ло, скажи ему, — вмешался Эйс, дабы внести хоть какую-то ясность: может, если босс настоит на этом, он согласится?       Трафальгар не спеша потягивал свой кофе, наслаждаясь каждым глотком. — Тебе стоит согласиться, если не хочешь, чтобы твое фото оказалось среди этих.       Гробовая тишина повисла в кабинете, и слышно было только, как кофе в кружке Ло плещется из стороны в сторону, когда тот делает очередной глоток.       — …Ладно… — Луффи нехотя согласился.       Сабо встал из-за стола, и оба удалились из здания, следуя к парковке.       — Он боится тебя, — заключил Эйс.       — А должен обожать?       — Ты его босс.       — Вот именно.       Эйс промолчал, не найдя вразумительного ответа, и перевел тему после непродолжительного молчания.       — Нужно усилить патруль. Скажу своим ребятам.       «Своими ребятами» Эйс называл трех главных подчиненных: Дьюса, Марко и Татча. Но «подчиненными» они были лишь на словах, потому что на деле все трое были ничуть не хуже их начальника, и момент их повышения был вопросом времени.       — Мы правда такие старые? — неожиданно начал Ло, смотря куда-то в окно на парковочные фонари.       — В каком смысле?       — Ну, мне уже тридцать два. А тебе… Тридцать пять?       — Что?! Мне тридцать!       — …Шучу, — Трафальгар сделал последний глоток. — В двадцать я думал, что старый. А теперь смотрю на Луффи и не могу поверить, что когда-то был таким.       — У тебя мог бы быть уже десятилетний ребенок… Или пятилетний.       — Но мне не нравятся женщины, — Ло выудил из кармана пиджака пачку «Marlboro» и зажигалку, подкуривая сигарету.       Эйс замер, а время, кажется, остановилось. В голове раз за разом эхом проносилась последняя фраза Трафальгара, которую мозг категорически отказывался воспринимать. В смысле не нравятся женщины? Может, Эйс не так его понял? Не нравятся какие-то определенные? Худые, полные? Низкие, высокие? Блондинки, брюнетки или шатенки? Какие не нравились? Эйс ждал продолжения, ждал, пока Ло скажет: «Мне не нравятся блондинки, а остальных я люблю» или что-то в этом роде. А Трафальгар лишь продолжал молчать и медленно курил, выпуская сизый дым в белый потолок кабинета.       — Я… Что? Какого хрена?! — осознание таки настигло Эйса, мозг потихоньку рисовал картинку, детали перемешанного паззла из трех странных букв «Е», «Й» и «Г» складывались в четкое «ГЕЙ».       — А что?       — …Я не знал! — Эйс продолжал повышать голос, потому как иначе просто не мог: он все это время работал в одной стране с геем? В одном большом городе, который теперь казался таким маленьким? В одном районе, в одном здании, на одном этаже? Разве это возможно?       — Потому что я не показывал~, — детектив беззаботно пожал плечами, скурив сигарету уже до середины. — Не бойся, ты не в моем вкусе. Слишком старый.       — Потому что у меня такая работа! — возмущенно воскликнул мужчина, не в силах сдерживать свои шок и недоумение. Да, ему было уже тридцать лет, но он был все так же крепок и здоров, как и десять лет назад, правда, в двадцать у него еще не было таких явных полос на лбу от мимики, едва заметных морщин в области носослезной борозды и негустой жидкой бородки, которую он не убирал, чтобы выглядеть старше.       — Я же просто шучу, ты нормально выглядишь. Просто люблю помоложе, — откровение за откровением, а Ло выглядел так, будто это не он только что сказал, что любит молоденьких мальчиков. Может, он и есть этот маньяк, поэтому дело лежит нераскрытым вот уже около года? Трафальгар почти докурил сигарету, усмехаясь и наблюдая за резкой сменой эмоций на лице товарища.       — Я звоню в полиц… Я застрелю тебя!       — Да мне же не десятилетки нравятся, что ты взъелся? Так… Двадцать четыре, пять, шесть. Как Луффи. Или как Сабо.       Эйс шумно и театрально вздохнул, ошарашенно глядя в золотистые глаза напротив.       — Тебе нравится Сабо?.. Пиздец.       — Сабо? Нет, не сказал бы. Если бы я не был с ним знаком, возможно, занялся с ним сексом, но, раз уж мы коллеги, я не могу.       — …До свидания, — Эйс встал с места. — Я пошел в свою натуральную жизнь, — полицейский вышел из кабинета, тут же проходясь неприятными мурашками.       «Ну и ну…» — мужчина ехал домой и думал о пугающе-откровенном диалоге. — «Конец двадцатого века, и что я вижу? Надо сказать Луффи… Нет, не надо. Боже мой!.. Он хочет трахнуть Сабо? Лучше бы я никогда этого не знал…» — тысячи мыслей роились в бедной голове, на которую так неожиданно свалился тяжкий груз ответственности за знание того, что блестящий детектив Трафальгар Ло, его коллега и просто хороший человек, оказался геем.       Тем временем Сабо отвез Луффи домой, и сейчас юноша сидел на диване вместе со своим мопсом, рассказывая, как прошел его день.       — Он меня ненавидит, Моппи, — Луффи игриво почесал того за ушком, в очередной раз сокрушаясь на тему того, что босс терпеть его не может. В ответ пес лишь жалобно проскулил, робко лизнув ладонь хозяина. — Нам еще и нельзя гулять! — Луффи кратко чмокнул Моппи куда-то в нос, а тот, кажется, сумел понять, что теперь им нельзя выходить на улицу, и состроил грустную мордашку.       — Как ты будешь какать? Куда? — вновь послышался скулеж.       Но вечером пес таки получил свое, и Луффи вышел с ним на прогулку.       Юноша гулял недалеко от дома. Правда, он и не подозревал, что прямо сейчас в высотке напротив кто-то озабоченно наблюдал за ним из окна с рукой в собственных штанах. Пока Моппи справлял нужду, Луффи напряженно подгонял питомца, видимо, подсознательно чувствуя неладное. Вскоре оба вернулись домой, но необъяснимая тревога не исчезла, так что парень зашторил все окна в квартире и еще раз перепроверил входную дверь, после чего поужинал и лег спать.