Лучше не зли меня...

      Я проснулась с первыми лучами солнца. Всю ночь мне снились тревожные сны, в которых я пыталась убить Пятого, но в итоге умирала сама. После такого я чувствовала себя еще более уставшей. Мне хотелось остаться и поваляться в теплой кровати, но груз ответственности не дал мне исполнить желаемое. Я нехотя встала и наощупь доплелась до ванной. Умывшись холодной водой, я снова посмотрела на свое отражение. События последних дней не прошли незаметно для моего внешнего вида: кожа была болезненно белого цвета, а под глазами залегли мешки. Как хорошо, что моя миссия не требовала флирта и соблазнения, а то она была бы с треском провалена. После завершения водных процедур я начала собираться, параллельно повторяя план. Мне не хотелось, чтобы другие братья и сестры знали, что я жива. Я не смогла бы ответить на их вопросы о том, где была все это время и зачем вернулась, поэтому нужно было обойтись без посторонних глаз. Сначала я хотела выманить Пятого из дома в какое-нибудь безлюдное место и даже нашла пару заброшенных зданий на окраине города, но эта затея не увенчалась успехом. Все мои уловки были хорошо ему знакомы. Он же сам работал в Комиссии, где меня им научили. Поэтому пока я решила просто наблюдать за домом с крыши многоэтажного здания напротив, вдруг мне повезет, и Пятый останется дома один.       С мыслями о предстоящем долгом дне я вышла из мотеля. Не смотря на ранний час улицы были полны прохожих. Мне нравилось разглядывать их, угадывать, куда и зачем они идут. Мимо проходили мужчины в солидных костюмах, которые несомненно спешили по своим важным делам, молодые люди, идущие на учебу или работу и мамочки с детьми, наслаждающиеся природой и свежим воздухом. У них у всех были свои судьбы, цели, мысли и чувства. Такое наблюдение за людьми лишний раз напоминало, что жизнь не стоит на месте, а тем более не крутится вокруг меня и моих проблем. Так незаметно я добралась до место своего появления. Решив, что скрасить многочасовое сидение на обдуваемой ветрами крыше сможет только чашка горячего кофе, я заглянула в ту самую пончиковую. Кофе приготовили очень быстро и вполне себе сносно, так что поднималась на крышу я уже не в таком отвратительном настроении. На верху и правда было гораздо холоднее, я содрогнулась, а по всему телу побежали мурашки. Для лучшего обзора я села почти на самый край, но так, чтобы при этом оставаться незаметной для посторонних взглядов.       Время текло невыносимо медленно, мои братья и сестра сновали по дому, то появляясь, то исчезая из виду. Я успела увидеть Эллисон, Клауса и даже Лютера с Диего, один только Пятый, который был мне так нужен, все еще ни разу не показался. Спустя пару часов наблюдения, когда спасительный напиток закончился, а тело онемело от долговременного сидения, я поймала себя на мысли, что практически любуюсь людьми в доме. До этого момента я и не представляла, насколько сильно по ним соскучилась. Я уже сама путалась в том, кто мне дорог больше и на чьей я стороне, но отступать было нельзя. Еще через несколько часов мое внимание привлекла быстрая синяя вспышка в одном из окон. Теперь можно было с уверенностью сказать, что Пятый тоже в доме. Я молилась, что мне удастся застать момент, когда он останется один, и мои молитвы словно были услышаны. Одни за другими Ваня и Эллисон и Лютер с Диего вышли из дома. Это значило, что в доме из посторонних остался только Клаус, но скорее всего он уже был не в состоянии здраво оценивать происходящее. Я быстро вскочила на ноги и сбежала вниз. Теперь оставалось только незаметно проникнуть в дом. С максимально спокойным видом обошла его, в надежде придумать способ, как сделать это. Удача явно была сегодня на моей стороне, так как окно, ведущее в кухню, было открыто. Для меня не составило труда подтянуться и пролезть через него. Пара минут и я стою на кафельном полу нашей семейной кухни.       В доме было всего пару мест, где мог бы находится Пятый, и я по очереди проверила каждое из них. Так как библиотека и зал были пусты, оставался последний и самый логичный вариант, что он сидит в своей комнате. Я спустилась на этаж с нашими спальнями и направилась к нужной мне двери. Нужно было сделать все быстро, пока Пятый не успеет опомниться, так что я приготовила заткнутый за пазуху пистолет и рывком открыла ее. Увиденное внутри повергло меня в шок. Вместо старика, которого я видела день назад, перед окном стоял подросток лет 15 на вид. Он тут же обернулся лицом ко мне. Сомнения не оставалось, это — Пятый, который выглядит так же, как в день своего исчезновения. — Что с тобой случилось? — спросила я его. Было глупо тратить время на разговоры, но ведь мертвым он не сможет ответить на мои вопросы, так что любопытство взяло верх. — Могу задать тебе тот же вопрос, — парировал он, — И какого черта ты стоишь в моей комнате с пистолетом в руках? Я поняла, как глупо было надеяться на душевную беседу с братом, учитывая, что я действительно выглядела абсолютно не дружелюбно. Оставив без внимания его вопрос, я нажала на курок, пуля вылетела из пистолета и с шумом рассекла воздух, но Пятый уже стоял за моей спиной. Я почувствовала удар в спину, пистолет выпал из моих рук и укатился под кровать. — Какого черта, Восьмая?! — крикнул он. — Я убью тебя, — прошипела я в ответ, — Ты лишил себя возможности умереть безболезненно, так что пеняй на себя. Я уже приготовилась сконцентрироваться на энергии и разорвать сердце брата, но он снова оказался быстрее. Удар пришелся точно по лицу, и я почувствовала струю крови, стекающую из носа. На секунду выражение его лица приняло виноватый вид, но практически сразу вернулось к своему обычному состоянию. — Попробуй, интересно, как хорошо Куратор научила свою подстилку драться, — сказал Пятый с издевкой. Его попытки задеть меня только сильнее подначивали. Я ударила его по ребрам, от чего он сложился пополам. — Всяко лучше чем тебя! — громко ответила я.       Мы снова сцепились. Пятый не давал мне сконцентрироваться на энергии, а я удерживала его от телепортаций. Мы просто избивали друг друга параллельно перекидываясь колкостями, но на удивление, чем больше ударов я наносила, тем меньше злости испытывала. Вся ненависть, которая, как я думала, копилась во мне, безвозвратно улетучилась. Я поняла, что какими бы сильными не были мои чувства к Пятому, их точно не хватало для убийства. В нашем жестоком танце мы кружились по всей комнате, роняя и ломая мебель. Через несколько минут ожесточенной борьбы мы оба порядком выдохлись. У меня был разбит нос и на теле уже успели появиться первые синяки. Пятый тоже выглядел помятым, его губа кровоточила, а под глазом красовался фингал. И вот мы стоим в центре комнаты, испепеляя друг друга взглядами. Наши грудные клетки тяжело вздымаются в такт, а кулаки сжаты от напряжения. Занеся руку для очередного удара, я посмотрела на брата. В его глазах появился какой-то безумный огонек. Он выпрямился, глубоко вдохнул и со словами: «Эх, была не была», сделал шаг в мою сторону. Таких действий и слов от него я точно не ожидала, поэтому просто пятилась назад, пока не уперлась в стену, а Пятый все приближался. Между нами оставалось каких-то несколько сантиметров. — Пять, что ты творишь, — хотела спросить я, но не успела, почувствовав вкус крови во рту.