Отложи конец света!

Сколько дней прошло в плену? Анна не могла сосчитать. Она лишь предполагала, что яркий желтый свет в ее камере означал день, а тихий фиолетовый - вечер и утро. Ночью, как справедливо думала девушка, свет просто выключали. Человек в белом больше не появлялся. Но черноволосый псих теперь приносил ей и еду, и воду. И не разговаривал с ней. Лишь смотрел безумным внимательным взглядом. Девушка приноровилась не стесняться своего тюремщика, ибо тот, словно поняв ее неудобство, стал отворачиваться, стоило Анне подойти в центр камеры, где находился сточный люк. Она даже смогла несколько раз принять своеобразный душ, когда черноволосый безумец приносил ей большую канистру теплой воды и кусок мыла. Было невыносимо скучно. И целыми днями они смотрели друг на друга. Она была внутри комнаты, а он - снаружи. Иногда она пыталась петь или рассказывать истории, лишь бы не слышать оглушительную тишину суровых стен. Но однажды Анне стало до того тоскливо без Трандуила, без только недавно обретенной матери, даже без Мелькора, что девушка расплакалась. Долго ли она сидела у стены, сжавшись в комочек? Нет. Тихо скрипнула дверь, сильные руки подняли девушку и прижали к горячей мужской груди, позволяя отдать всю боль и тяжесть. И она отдавала. Со слезами и всхлипами. Скоро пленница успокоилась, но ее неровное дыхание все еще щекотало шею безумца. Когда тюремщик отстранился от Анны, то она увидела, что красноватый оттенок белков немного посветлел, а взгляд желтых глаз стал чуточку осмысленнее и живее. Как будто в ледяной пустыне путник набрел на теплый приветливый дом. Как будто потерявшийся нашел выход из лабиринта. Как будто вспыхнул свет в конце тоннеля. Но заблудший еще не мог выбраться. Он лишь видел путь. Девушка растерянно смотрела в глаза мужчине, а тот не сводил взгляд с нее. Их разделяло всего десятка два сантиметров. У Анны из глаз снова потекли слезы. Она не видела доселе столь несчастного, и столь прекрасного в своем убожестве человека. Хотя что-то внутри нее подсказывало, что это не человек. Но как узнать, кто он? Да и какая разница? Анна захотела помочь. Она буквально ощущала всю его боль и страдания. Но сама чувствовала необыкновенную легкость во всем теле и душе. Его кожа была почти невыносимо горячей, температура была не меньше пятидесяти градусов. Черные тени вокруг глаз говорили о недосыпе, а ужасающая худоба намекала на пытки голодом. Может, это один из эльфов? Девушка решила, что должна сбежать вместе с ним, что она уговорит доведенного до сумасшествия мужчину помочь, а потом Мелькор вылечит его, в этом даже не возникало сомнений у девушки. Главное, поманить его за собой, может, немного пофлиртовать, и она скоро будет на свободе. Она ведь смотрела когда-то фильм, где пленница соблазнила стража и выбралась. В кино ведь не покажут неправды? Анна обольстительно улыбнулась, погладила горячую гладкую кожу лица душевнобольного, широко распахнула, но тут же прикрыла игриво глаза, а потом взяла его за руку и уверенно потащила в сторону двери. Однако, совсем рядом с долгожданной свободой, темноволосый псих резко дернул девушку на себя. Не ожидая этого, она упала к нему в объятия. Мужчина сказал несколько фраз на жестком незнакомом языке, опаляя ее лицо жаром своего дыхания. Секунду Анна не могла ничего понять, а потом и вовсе потеряла способность мыслить здраво, когда безумец жадно впился в ее губы страстным поцелуем. "Я сейчас остановлюсь, сейчас оторвусь от него, сейчас я отодвину его..." - Анна тщетно боролась с всепоглощающим желанием, что в секунды разжег в ней стройный невменяемый незнакомец. Его поцелуи подчиняли, раскаленные руки то нежно, то грубо ласкали девушку по спине и талии, иногда отстраняя пленницу, чтобы посмотреть на ее лицо. В его глазах стояла тоска, робость и такая неуверенность в своих действиях, что Анна просто из чувства противоречия стала целовать мужчину, доказывая тому, что он привлекателен. Шли минуты, бежали секунды, а пара не могла насытиться терпкими и жесткими поцелуями. Скоро Анна поняла, что не может остановиться на пол-пути. Сознание заволокло единственной мыслью - отдаться этому мужчине. Она не помнила ни кто она, ни откуда. Весь мир сузился до квадратной белой комнаты с тусклым фиолетовым освещением, свидетельствовавшим о том, что наступил поздний вечер. В этом мире была только она - девушка без прошлого, и он - мужчина без имени. Оба не заметили, как остались без одежды. Руки Анны стремились погладить как можно больше невыносимо горячего мужского тела, а незнакомец все смелее изучал все женственные изгибы девушки. Пара осторожно осела на пол, и Анна устроилась сидя на коленях своего желанного тюремщика, обхватив его талию ногами. Проведя рукой по волосам, девушка хотела удивиться тому факту, что больше они не были грязными, как последние крохи здравомыслия покинули ее - мужчина начал входить в женщину. Медленно, с мучительным и хриплым стоном, будто это причиняло ему боль, незнакомец погрузился в лоно Анны, запрокинувшей от наслаждения голову назад. Повинуясь древнему инстинкту, девушка начала двигаться. Она чувствовала, как обжигающе горячая огромная плоть касается всех самых чувствительных точек. Мужчина тяжело дышал, каждый вздох его сопровождался стоном и всхлипом. Казалось, что его пытают и ублажают одновременно. Тюремщик сжал ягодицы девушки руками и неожиданно сам двинулся ей навстречу. Анна вскрикнула, и по ее телу пробежали приятные мурашки. Ей тут же захотелось большего. Короткого "да!" хватило, чтобы мужчина почувствовал свое право доминирующего. Теперь он уже не осторожничал, а стремился вырвать из партнерши больше стонов наслаждения, все убыстряя и убыстряя темп. Все плыло перед глазами, ощущения были настолько яркими и неожиданными, что девушка теряла голову. Внезапно движения стали замедлятся, мужчина снова притянул к себе лицо Анны и поцеловал. Он явно вошел во вкус. Глаза больше не полыхали безумием. Лицо тюремщика было нечеловечески прекрасным. Его полураскрытые полные алые губы подрагивали от опьяняющего желания, ноздри раздувались от нехватки кислорода. И это было самым потрясающим зрелищем. Резко покинув тело девушки, он перевернул ее к себе спиной, уложил на их разбросанную одежду и, не давая опомниться или возразить такой позе, снова вошел в жаждущее влажное тело. Руки обольстителя впивались в ее шею, оставляли полосы от ногтей на боках девушки, посылали в тело какие-то волны первородной магии, от чего жар становился просто нестерпимым. Пальцы мужчины скользнули по губам женщины, а она захватила их в плен своего рта, чтобы подарить ласку. Анна выгнулась, когда мужчина чуть поменял угол проникновения, и в голос застонала. Ухо обожгло мужское дыхание и хриплый рык незнакомого наречия. Тюремщик вколачивался в распростертое под ним тело с бешеной скоростью, и вскоре оба случайных любовника содрогались в сладких конвульсиях. Спустя пару минут, нехотя выйдя из влажного горячего плена, мужчина бережно поднял девушку и устроил ее у себя на коленях. - Зови меня Майрон, - впервые заговорил с ней он глубоким красивым голосом. Анну будто ударили по голове. Она вспомнила все, что с ней было. Вспомнила, кто она и где. Ужас случившегося чуть не лишил ее рассудка. Девушка вздрогнула и залилась слезами, закрыв беспомощным жестом лицо.