mi fobia

Быть любимым — это больше, чем быть богатым, потому что быть любимым означает быть счастливым. Насколько можно любить человека, чтобы бросить всю свою прежнюю жизнь только для того, чтобы всегда быть с ним? Насколько нужно привязаться к мужчине, чтобы все мысли были подчистую забиты им? На эти вопросы Агата Нильсен смогла бы с легкостью сейчас ответить. Потому что в ее жизни уже как год присутствовал этот мужчина. Она чувствовала, что любовь переполняет ее. Чувствовала, как бабочки порхают в ритме танго у нее в животе. Рядом со своим мужем, девушка забывала дышать, как бы глупо и банально это не звучало. Агата была обычной студенткой, которая по стечению обстоятельств проходила практику в Швеции. Теперь уже несколько месяцев, как миссис Нильсен. Самый востребованный детектив и жена одного из самых богатых и влиятельных бизнесменов Стокгольма. Их свадьба прошла в роскошном и красивом месте Скандинавской страны. Миссис Оливия Нильсен добилась того, чтобы церемония бракосочетания проходила в королевском дворце. Для Агаты это была огромная честь стоять там, разглядывая золотую лепнину, которая была кругом, мраморный пол и держать за руку любимого мужчину. Агата помнила, как Алекс надел во второй раз колечко на ее пальчик и перед тем, как жарко поцеловать, нежно прошептал «Теперь ты навсегда моя…» После свадьбы они продолжили жить в большом и красивом загородном доме на берегу Меларена. Агата любила гулять на заднем дворе, наблюдая за озером, чувствуя полное удовлетворение и покой. Она любила наслаждаться садом, который был до безумия похож на сад в Бишоп-Мэнсон. Не раз она вспоминала маму и разговаривала с ней глядя в пустоту. Новоиспечённая миссис Нильсен знала, что ее родители гордились бы ею. Это придавало девушки огромный, казалось невозможным поток энергии, который заставлял ее двигаться вперёд и быть той, кем она сейчас и является.

***

Вечер… Сидя дома и попивая свой любимый манговый чай, бывшая Харрис по-прежнему ждала своего мужа, который стал уж очень часто задерживаться на работе, из-за строительства нового отеля. По всему дому были разбросаны какие-то чертежи, макеты мебели, куски ткани для выбора цветовой палитры. И даже комплекты спального белья, которые дизайнеры Алекса заказали специально для люксовых и президентских номеров. Открытие отеля должно было состояться через пару месяцев. Поэтому, молодожёны были как на иголках. Агате даже пришлось взять отпуск, чтобы помогать мужу с работой, которая казалась ей до боли скучной. Завтра они должны были лететь в Лондон, для подписи какого-то очень важного спонсорского договора, который ускорит строительство отеля и поднимет его качество и престиж. Пока девушка залипала на новый детективный сериальчик, горячий чай обжигал все внутри, оставляя после себя лёгкий шлейф запаха манго и согревая одиночество. На ее ногах лежал вязаный плед, который работал лучше любого обогревателя в холодном Стокгольме. Сериал уже давно играл фоном, Агата просто смотрела куда-то в сторону полностью погружаясь в свои мысли. За год ее жизнь полностью перевернулась с ног на голову. И тот, кого она, когда считала убийцей… — Не очень-то хочется сидеть на коленях у преступника, — Александр тихо рассмеялся и протянул ей две руки. — Ну тогда, арестуйте меня. Вам же наверняка есть, что мне предъявить. Да, мисс Харрис? — девушка отвела взгляд в сторону, закусывая щеку. — Неужели нет? Тогда я могу подать на вас в суд за клевету в мой адрес. Какая это статья? …теперь ее законный и любимый муж.

23:54

— Я дома! Раздался такой родной голос прямиком из прихожей, вырывая девушку из воспоминаний. Агата тут же подскочила, оставляя так и недопитый чай на небольшом стеклянном столике, а плед и вовсе на полу. Она выбежала в прихожую и быстро преодолела расстояние между ними, повисая на шее мужа, оставляя на ней несколько мокрых поцелуев. — Я вижу, вы скучали по мне, миссис Нильсен, — усмехнулся он, сильнее сжимая руки на талии любимой, целуя ее в лоб. Агата была готова поклясться, что даже вот такие, кажущиеся совсем безобидными и нежными прикосновения и слова, разжигали в ней огонь, который будил неудержимую страсть. Несколько секунд она смотрела в его голубые, как две льдинки глаза, а он прожигал ее зелёные. Первая не выдержав, Агата наклонилась ближе, оставляя пару сантиметров между ними. — Чертовски… Потянув края пальто вниз, она впилась в такие холодные, от осенней шведской погоды, губы. Нильсен не дал ей ни на секунду руководить поцелуем. Он тут же вторгнулся языком в ротик своего английского котенка, вырисовывая узоры. Александр, резким движением прижал ее к стене, без церемоний сжимая грудь через ткань уютного домашнего свитера, замечая, что на ней нет белья. Он был готов поклясться, что если бы не одно но, то он взял бы ее прямо здесь. — Пора спать. Нам рано вставать, — он отстранился от жены, наблюдая за тем, как она скорчила обиженную мордашку. Швед наклонился к ее ушку, чуть провел по нему языком, зубами оттягивая мочку и слыша тяжелый вздох Агаты. — Завтра нам с тобой надо быть в Англии утром и поверь… — он сильно сжал ее бедро рукой, чуть кусая шею, — там ты получишь по полной, каттен. Нильсен прекрасно знал, что Агата сейчас уже готова кончить от его шепота и грязных словечек, которые он проговаривал своим низким, чуть хриплым голосом. Поэтому, хитрый швед не останавливался, доводя ее до пика без единого движения. — Я знаю, как любит мой котёнок. Поэтому пару верёвок я возьму пожалуй с собой. Будем надеяться, что в отеле крепкие изголовья у кроватей, — усмехнулся он, продолжая исследовать руками ее тело. — Ну что в душ и спать? — Я первая… — Я надеюсь ты помнишь, что тебе нельзя себя касаться, пока я не разрешу, — Алекс уже добрался до кромки кружевные трусиков, которые намокли насквозь. — Если я узнаю, что ты меня ослушалась, то наша поездка в Англию будет исключительно деловой. После подписания договора мы поедем к твоей тёте, навестим Рэй с Льюисом и вернёмся домой, — он чуть шлепнул блондинку и сжал руку на ее ягодице. — Я серьезно. Он провёл пальцем по всем чувствительным точкам через белье, наблюдая, как его бедная и несчастная жена, жаждет продолжения. Она цеплялась за его плечи, царапая их даже через ткань рубашки. Когда его палец коснулся самой пульсирующей точки, Агата тяжело застонала, выгибаясь в спине и требуя прикоснуться к ней ещё. — Дьявол! Пожалуйста… — буквально прорычала она возбужденым голосом, который был совсем не похож на ее обычный. — Мы поспим часик в самолёте. Умоляю тебя, не останавливайся. И он решил не мучить ее, а выполнить просьбу своей маленькой кошечки, которая так сексуально извивалась в его руках.

***

Алекс с Агатой стояли у ресепшена и ждали, когда их номер будет наконец-то готов и им выдадут ключ. Девушка постоянно зевала, на что швед лишь усмехался постоянно твердя «а я говорил, что вчера надо было ложиться спать, а не умолять меня взять тебя прямо в прихожей» — Ваш люкс располагается на двадцать пятом этаже. Лифт справа, — девушка указала направление своей рукой, задерживаясь взглядом на губах Нильсена. Она облизнула свои губы, чуть прикусывая их, в открытую флиртуя. Рука коснулась пряди волос, которая вывалилась из причёски. Девушка, как бы невзначай поправила ее, улыбаясь невинной улыбкой и хлопая большими голубыми глазками. Эй, милая, а ты не обнаглела? Колечко на пальчике видишь? Этот мужчина немножечко занят! Лучше бы тебе бежать, пока я не посадила тебя по какой-нибудь страшной статье… — Швабра, — процедила чуть тише Агата, надеясь на то, что ее никто не услышит. Но по усмешке Алекса было понятно, что он чётко и ясно понял ее мысли, выраженные вслух. — Погодите, что? — она как будто вернулась в реальность, прокручивая в голове слова сказанные этой светловолосой мымрой минуту назад. — А где у вас тут лестница? Алекс тяжело вздохнул вспоминая, как недавно они тащились на семнадцатый этаж из-за ее дурацкой фобии. Он знал о ее страхе передвижения в лифте. Знал почему она боится. Знал, как сильно боится. Но он не знал, как ей помочь побороть это. — Лестница? — переспросила блондинка, получая от Агаты утвердительный кивок. Да ты не только слепая, но еще и с двумя прямыми непересекающимися извилинами в голове! — Она около лифта, — она провела своим взглядом от живота Агаты до ее головы, осматривая ту часть тела, которая была видна за стойкой. — Простите конечно, но это довольно высоко. Будет удобнее и быстрее на… — Как будет удобнее и быстрее мы с моим мужем решим сами. А вы пока распорядитесь, чтобы наши вещи в целости и сохранности были доставлены в наш номер, — отрезала миссис Нильсен, оставляя на щеке Алекса нежный поцелуй. Мужчина усмехнулся, наблюдая за такой милой перепалкой двух леди. Ревность. Замечая злые искорки в глазах любимой, он притянул ее к себе за талию, ловя нежный выдох своей сумасшедшей женушки. — Пойдем, каттен, — швед взял с ресепшена ключ от номера в виде красивой карты, украшенной камушками, которые переливались на ярком лондонском солнце. — Спасибо. — Что она себе возомнила? — начала Агата, как только они отошли от ресепшена. — Видел, как она извивалась перед тобой, глазки строила? — девушка бубнила всю дорогу до лестницы, сопровождая каждое слово яркими жестами. — Ты ревнуешь? — спросил он, останавливаясь около лифта. Агата так сильно возмущалась, что столкнулась своим лицом об широкую спину мужа. — Ты чего остановился? — она словила на себе ехидную улыбку Нильсена. В ее голове тут же пролетело то, о чем он думает. — Нет нет нет! — Да, каттен, — его руки опустились на ее талию и прижали ближе к себе. — Мне надоело мучить себя постоянными дикими физическими нагрузками. Мы очень устали с тобой после перелёта и мне бы хотелось быть в номере уже через три минуты, а не через три часа, — шатен оставил еле ощутимый поцелуй на лбу любимой, пытаясь успокоить. — Нет! — она попыталась оттолкнуть его от себя, но попытка не увенчалась успехом. — Ты же знаешь, что я не могу. Не могу, не могу, — как мантру повторяла Агата. Он взял нежную маленькую ручку своего зеленоглазого котика в свою грубую мужскую ладонь и переплел их пальцы. Ее взгляд был таким испуганным и таким молящим, что он вот-вот согласился бы пойти по лестнице, но на этот вечер были назначены немного другие физические нагрузки. — Ты сейчас меня обнимешь, закроешь свои глазки и поцелуешь. Мы будем с тобой нежно целоваться пока не приедем. Это будет быстро и не страшно. Ты мне веришь? — она неуверенно кивнула головой, пытаясь сдержать подступающие слезы и дрожь во всем теле. — Вот и славно. Девушка чувствовала, как подкашиваются ноги. В голове будто бы все перевернулось. Она действительно подумала, что к ее ногам привязали что-то тяжёлое и теперь сдвинуться с места почти невозможно. Страх. Она сделала небольшой шаг, но как ошпаренная резко отпрыгнула назад. — Нет! — краем глаза она заметила, как Алекс закатил глаза. Бывшая Харрис прекрасно понимала, что если он на что-то настроен, то переубедить его почти невозможно. — Давай ты на лифте, а я по лестнице? Я быстро поднимусь. Обещаю. — Все будет хорошо. Просто подумай о нас… Алекс продолжал тянуть ее за руку, сам заходя спиной в лифт. Ноги не слушали, но для нее было уже небольшой победой хотя бы войти внутрь. Нильсен прижал ее к себе шепча на ухо различные нежности, которые срабатывали как небольшое успокоительное для нее. Их пальцы переплелись, а лбы прижались друг к другу. — Готова? Такой короткий и совсем неуверенный кивок, который сопровождался подступающими слезами. Она тяжело выдохнула, замечая, как по телу пробежался легкий холодок. Стены лифта, как будто начали сужаться вокруг них, приближаясь с каждой минутой все ближе и ближе. Она судорожно смотрела на то, как кабина лифта закрылась, оставляя их взаперти. — Не смотри по сторонам. Думай о нас, — это уже было сказано приказным тоном, что совершенно не могло не возбудить девушку. Она начала прокручивать воспоминания, натыкаясь на самые пошлые и развратные моменты. — Как часто вы стали появляться в этом кабинете. Я так вам нравлюсь? — вновь съязвил он, даже не повернув голову в ее сторону. — Я пришла, потому что не получила ответа на заданный вопрос, — она продолжала стоять в дверях, наблюдая как шатен стоит спиной к ней, около панорамных окон. Она помнила, как он выглядел в тот день. Идеально выглаженная белая рубашка, верхние пуговицы чуть расстегнуты, обнажая до безумия красивые ключицы. Уложенные волосы, ухоженная кожа. Рукава рубашки были подвернуты до локтей, открывая вид на сильные руки с проступающими венами. Как ей тогда хотелось, чтобы он прижал ее этими руками к себе, чтобы она ощутила то, как он хочет ее. — Ты слишком далеко сидела, детектив. Не бойся меня. Я же не кусаюсь, — он смахнул волосы с ее глаз, и провел пальцем по пухлым губам девушки. — Мне и отсюда тебя было прекрасно видно и слы… — Александр заставляет Харрис замолчать, прижав свои губы к ее. Он поднимает девушку и опускает к себе на колени. Ее тело излучает тепло и ласку, а его - контроль и страсть. Шведские поцелуи посылают электрические разряды в тело девушки. Она стонет и обхватывает ногами талию Нильсена, прижимая к себе. Он задирает юбку Харрис до неприличной высоты. Одной рукой Александр сильно держит талию блондинки, а второй гладит ее, по уже оголенному бедру. Агата почувствовала, как ее трусики уже давно намокли только от их совместных воспоминаний. Они все ехали, а губы мужа все еще нежно терзали ее. Она открыла глаза и взглянула на панель с номером этажа. Шестнадцатый… Заметив, что жена уже немного успокоилась, Александр оторвался от нее, наклоняясь к ушку, чуть кусая и оттягивая мочку. Он знал, что уши и шея это ее самые эрогенные зоны, поэтому сейчас ему было крайне приятно слышать вздохи и выдохи бывшей Харрис, зная, что это происходит далеко не от страха. — Я уверен, что ты уже очень мокрая, котенок, — он провел рукой по бедру задирая легкое и короткое платье наверх. От необходимой близости, она дернулась, почувствовав холодные руки мужа. — Я знаю, что ты жаждешь близости. Сейчас здесь. Ты хочешь чтобы я взял тебя, как только мы доберёмся до номера. Я прав? — Да, папочка, — она подавляла стоны, которые так и рвались наружу из-за движений мужа. Она цеплялась за его плечи, как за спасательный круг, совсем позабыв про то, что они находятся в тесной комнате, которая давила на нее. — Да когда же мы уже приедем! — прохрипела максимально возбужденным голосом она, начиная расстёгивать верхние пуговицы на его рубашки и впиваясь в губы сладким поцелуем. — Приехали. Выходи, — вновь приказной тон. Агата тут же пулей вылетела из лифта, наконец чувствую себя защищенной, но жаждущей продолжения. Такой долгий коридор, который они практически пробежали. Алекс тянул девушку за руку, желая побыстрее остаться с ней наедине. Грубо затолкав девушку в номер, швед прижал ее к стене. Он прожигал своего зелёноглазого котёнка возбужденным взглядом, ощущая, как в штанах становится все теснее и теснее. — Скажи, что тебе никто не нужен, кроме меня, — прошептала бывшая Харрис, проведя рукой по лёгкой щетине мужа. Все же ревность берет свое Он развернул ее лицом к стене, опуская застёжку платья вниз. Его прохладные пальцы медленно поднялись вверх по оголенной спине, обнажая плечи. Он опустил руку на шею блондинке и чуть сжал, прижимая ближе к себе. Его дыхание опаляло ее шею. — Только ты. Я никого не хочу так, как тебя, каттен. Я никого никогда не любил так, как тебя. Я никого никогда не трахал так, как тебя. И я ни с кем никогда не был так счастлив, как с тобой, любовь моя, — он продолжал ее раздевать, осыпая нежными и чувственным комплиментами. — Но запомни еще кое что, — он резко дёрнул платье вниз, оставляя ее лишь в белом кружевном белье. — Что? — Ты только моя, — руки еще сильнее сжали шею, перекрывая доступ к кислороду. — Я бы с удовольствием тебя наказал за то, что ты флиртовала со стюардом. Но я безумно рад, что мой котенок смог побороть себя и свою фобию. Хочу сегодня нежно. Позволишь? — Как пожелаете, мистер Нильсен, — буквально простонала она, замечая, как Алекс поменялся на глазах, убирая руку с шеи и проводя по ней чуть холодным носом. Руки мужчины потянулись к застежке лифа, обнажая идеальную грудь. Ненужный элемент одежды упал к ногам, а на его месте появились сильные руки шведа. Он действительно был нежен. Все делал очень медленно, чувственно. Алекс уткнулся губами в спину девушки. Мраморная кожа с несколькими родинками, которые так хорошо сочетались между собой. Он знал каждый сантиметр её кожи. И это так ему нравилось. От того, что прелюдия, которая буквально разрывала миссис Нильсен изнутри, затянулась, Агата сама развернулась впиваясь в губы сладким поцелуем. — Я не разрешал, котёнок, — ласково прошептал он, подталкивая ее к кровати. Несколько секунд и она уже лежала под ним, обхватывая талию мужа своими ногами. Он целовал нежно, но с напором ее губы, периодически опускаясь к шее и ключицам. Агата выгибалась дугой, чувствуя как узел внизу живота завязывается все сильнее и сильнее, требуя скорой разрядки. — Можно? — спросила девушка, взявшись за края рубашки в надежде ее расстегнуть. Получив утвердительный кивок, она принялась быстро освобождать мужа от ненужного элемента одежды. Желание почувствовать его в себе было все больше, а одежды на них, все меньше. Наконец-то ремень был тоже отброшен в сторону. Сегодня он не хотел, чтобы ее руки были завязаны, хотя верёвки он все же взял, на всякий случай. Сейчас для Нильсена было важно, чтобы Агата получила неимоверное удовольствие. А он прекрасно знал, как она любит касаться его, царапать спину, хвататься за плечи… Медленно, Алекс оказался между ног своей принцессы, проведя рукой по мокрым трусикам. Он наклонился ближе, подцепляя их зубами и стаскивая по идеальным ножкам. Когда шатен вновь оказался неимоверно близко к самому чувствительному месту, Агата затаила дыхание, выжидая продолжения. Когда он прильнул губами к пульсирующей точке и начал работать своим языком у Агаты сорвало крышу. Она выгибалась, сжимала в руках простынь, зарывалась руками в волосы мужа, притягивая ближе к себе. Почувствовав, как возбуждение уже рвалось наружу, Алекс снял с себя брюки вместе с боксерами и вошёл в свою жену. Он двигался то непозволительно медленно, то до боли быстро, заглушая крики и стоны любимой поцелуями. Чувствуя, как англичанка почти достигла пика, он опустил руку между ними и она взорвалась на тысячи атомов, сжимая его внутри. Алекс вышел из неё и тут же оказался перевернут на спину. Агата быстро забралась на него и взяла его возбуждённое достоинство в ротик, начиная мастерски доводить его до конца. Она знала, как он любит, какой темп и какие движения. Поэтому, уже через пару секунд горячая жидкость ударила ей в горло. Бывшая Харрис проглотила все до единой капли, облизываясь, как настоящий котёнок. Нильсен притянул ее к себе, заключая в крепкие объятия.

***

Около получаса они пролежали молча, утопая в друг друге и обдумывая произошедшее. Агата и подумать не могла, что когда-то сможет проехать на лифте, да ещё и так высоко. Но этот мужчина сделал что-то нереальное. Каждый день он изменял ее в лучшую сторону, добавлял уверенности в себе и в том, что у них есть завтра. — А у тебя есть какая-то фобия? — вдруг нарушила тишину Агата, смотря ему в глаза. — Моя главная фобия — это потерять тебя, лилла каттен…