Сова-хранитель.

- Ничтожество! Жена крикнула и убежала. Только дочка напоследок посмотрела недоумевающе. Вроде: "Пап, а что с мамой?" Но потом исчезла следом. В квартире холодно. Зима уже, а я форточку с осени так и не закрыл. Ветер по полу гуляет, снежинки в танце кружит. Перед глазами всё плывёт. И стаканы, и бутылки. Всё перед глазами уплывает куда-то. Голову ведёт, и деревянная столешница кажется такой близкой. В последний момент чувствую сильный удар в челюсть. Молодец. Завтра синяк будет. Ну что, нам не привыкать своим видом бомжей местных распугивать. Только бы Ксенька в магазине узнала, иначе водку не продаст. Я её знаю, принципиальная. Выхватив последнюю фразу, сознание уплыло в туман.

***

Бурчание. Низкое, по-настоящему стариковское бурчание. Сморщившись, пытаюсь отмахнуться от него. Санитары, что ли, бухтят? Так нет, вроде. Я, пока пьяный, не буйный, не должен был, так уж сильно, накосячить. Бухтение стало оживлённее. Мгновение, и какая-то сволочь облила меня водой. - Слышь, ты! Вместо привычного баса, коим я, не без причин, горжусь, вырвался какой-то сиплый клёкот. Не понял... Открыл глаза. Снова закрыл. И открыл. Картинка не меняется. Старик. Глаза мутные, волосы жиденькие, седые. Зубы - жёлтые, сто лет не чищенные. - Эй, любезный... И вновь, вместо чётко сформулированных слов - писк. Старикан отчего-то обрадовался, снова что-то забухтел. Шепчет и на меня посматривает - реакцию ищет. Ага. Валить надо. Срочно. Неизвестно, чем он меня накачал, но вряд ли мне здесь понравится. Оглядевшись, понял причину, по которой мой голос всё никак не хотел прорезаться. Я птица! Перья белые, в чёрную крапинку, крылья большие, не подрезанные. Летать могу. Ага. Не дожидаясь, пока до дедули дойдёт, что птичка внезапно свободы захотела, в пару взмахов оторвался от насеста. Дальше - больше. Освоившись с тем, как управлять собственным телом, понёсся вперёд. Дедуля благоразумно пригнулся, а я едва не впечатался в стеллаж со всякой дрянью. Склянки задребезжали, покачались в раздумьях и по одной полетели вниз. Одна разбилась, вторая... На третьей, человек как-то странно заверещал и кинулся между столом и шкафом. Я следом, выучка сказалась. На пол рухнул кулем. Едва ноги не отбил. Лететь-то просто, а вот с тормозами, пока что не очень. Дедок съёжился, вцепился в какую-то палку двумя руками и снова забормотал. - Эй, отец. Может рванём отсюда, а? На высокий клёкот и поухивание, человек не отреагировал. Прижался только к земле, что-то бомоча, а потом распался в воздухе. Вот он был - в халате драном, каких-то тапочках, с палкой в руке, а уже - нет. Растаял. Не успел я озадачено присмотреться к месту исчезновения, как прямо за шкафом рванул взрыв. Ну, хоть что-то понятное! Сознание снова поглотила тьма.

***

Палёная водка... Как пить дать, палёная. Только бы слепым не остаться, после галюнчиков-то. Зарекаться от зелёного змия не буду, всё равно ведь слово не сдержу, но впредь пойло буду выбирать по-качественнее. Перевернувшись, растянулся во весь рост. Тепло... Люди только орут не по нашему. Телек, что ли, включил? Так он, вроде бы, навернулся ещё в прошлом году. Прислушавшись, с радостью отметил, что хоть как-то, а английский язык ещё знаю. Не зря обучался, значит. Что-то про взрыв говорят. И магию. И что-то про осадок. Хм. Кто-то беспардонно схватил меня поперёк тела. - Куда, бля? Снова клёкот. Я тихо застонал. Не галюны. Или они всё ещё продолжаются, что гораздо менее вероятно. Человек, что тащил моё птичье тело, закричал кому-то вдалеке, что нашёл сову. Спросил, что с ней, со мной, то бишь, делать. Ему посоветовали идти в одно место, с такими вопросами, и отнюдь не зоомагазин. Парень постоял немного в задумчивости. Я хрипло что-то квакнул, напоминая, что птицу так держать как бы не стоит, да и сам я о себе позаботится смогу. Вот только пусть опустит на поверхность какую. А то голова кружится, как после хорошей пьянки. - Ничего малыш, я тебя сейчас отнесу. Малыш? Я нервно хохотнул, что человек вполне мог принять как за согласное уханье. Малыш, ага. В обычном теле, не меньше сотни килограммов. Малыш. Ха. Парень тащил долго. И упорно, надо сказать. Потому как, едва придя в себя, я тут же попытался свалить. Заработав в оба крыла, вырвался из хватки человека и взмыл в воздух. Ненадолго. Орясина рыжеволосая, которую я всё же сумел разглядеть сверху, вытянулась во весь рост и в прыжке, которому позавидовал бы любой баскетболист, вцепилась мне в лапы. Я завопил. Больно! Крыльями - по морде, клювом - в пальцы, что так цепко сжимают мои когтистые лапки. Тоже белого цвета, кстати. Парень вопил, подтягивая меня к себе, уворачивался от хлёстких ударов крыльев и всё равно тащил куда-то по улице. В один момент, его руки всё же разжались и я что было сил рванулся на свободу. Меткий удар в спину и вместо свободы, птицей влетел в какой-то магазин. Хорошо хоть дверь открыл, вандал. В пару взмахов взлетел к потолку и вполне удобно вцепился в люстру. Вверх ногами, но вцепился. Голова закружилась снова. - Мастер! Мастер! Откуда-то из-за занавеси послышались шаги. Я с интересом развернул в ту сторону голову. Случайно скосил глаза и увидел собственный хвост. Точно сова, больше на моей памяти никто не может повернуть голову аж на 200 градусов. - Да, да? О, вы пришли с питомцем? Парнишка злобно глянул в мою сторону, и сжал окровавленные пальцы. - Дальше по улице только что был взрыв, вот его нашли под обломками. - Рыжик покосился на свои истекающие кровью руки и добавил. - Он точно не пострадал. Но мы не знаем, что с ним делать дальше. Хозяин, возможно, мёртв. Мужчина в рубашке и коричневых штанах с подтяжками вышел из-за своей конторки и пригляделся ко мне, то снимая, то надевая очки. На всякий случай, я высказал ему то, что думаю о всяких идиотах, хватающих сов за неположенные места. Моя речь автоматически зазвучала щёлканьем и клёкотом. - Хм. Хм. Нет, эта птица не из нашего магазина. Возможно, если её хозяин жив, она улетит сама. Если нет - пускай остаётся. На этих словах, мужчина вытащил откуда-то из кармана похожую палку, что была у дедули и махнул ею в сторону двери. Раздался щелчок. Поспешно разворачиваясь на своём насесте, я присмотрелся к тому, что же там щёлкнуло. Маленькая дверь с задвижкой, вроде наших, для кошек, располагалась прямо над входом. Распахнувшееся отверстие порадовало солнечным светом. Мужчина и рыжий парнишка уставились в мою сторону. Хмуро их осмотрел. Компания, конечно, так себе, но я пока тут побуду. Пока в башке трезвонить не перестанет. Уцепившись за металлический изогнутый прут чего-то, напоминающего обыкновенную люстру, лапами, что есть сил замолотил крыльями об воздух. Приподнялся, и ещё, и ещё чуточку. Всё. Не без труда, но всё же утвердился в вертикальном положении. Перед глазами тут же всё разъехалось. - У вас кровь? Мужчина подошёл к парню и начал что-то бубнить над его руками, время от времени поводя палкой. - Вот и всё. Ещё что-то? Парнишка покачал головой. На его руках не было и шрама от моих когтей. Хм. Я подобрался поближе к открытой дверце для сов. Постукивая когтями по деревянной полочке, вышел наружу. Улица. Люди. Женщины в чёрных балахонах и шляпах, мужчины, в основном, в каких-то костюмах. Хм. Дети в чём-попало, но словно прошлого века. Ни джинс, ни футболок. Свесил голову вниз. Магазин "Дом Сов". Как, однако, лаконично. Снизу в клетках шебуршились маленькие пернатые сородичи, с интересом провожая людей любопытным уханьем. Мальчики и девочки, то и дело притягивали родителей к клеткам. - Мам, ну, давай сипуху, а? - Нет, в этом году - нет. Напомнить, с какими отметками ты закончила прошлое полугодие? Девочка накуксилась, но послушно затопала вслед за матерью. Угу. Учебный год, значит. - Пап, а меня точно возьмут в Хогвардс? Отец что-то ответил успокаивающее, а у меня заныли зубы, клюв, то есть. Хогвардс? Чёртов Хогвардс? Дочка все уши прожужжала своим любимым фильмом, потом книгами, потом картинками, какую-то куклу купить даже попросила. Кукла как кукла, парнишка в цветастом шарфе и с совой на руке. Ничего примечательного. Я хмуро огляделся. Не сон. И не глюки. И не наркота точно. Знаю, как торчки выглядят. И они явно не выцарапывают себе право на свободу когтями, как я. Человеческая дверь громко хлопнула, и бодро топая, куда-то вдаль заспешил рыжевелосый парнишка. Внутрь больше никто не заходил. Значит, магия. Что там ещё было-то? Дашка вроде бы говорила про мальчишку, Поттером его звали, что ли. И войну. Нет, войны нам не надо, пожалуйста. Как-нибудь без неё. Больше ничего, к сожалению, не вспоминается. Мы мало с ребёнком разговаривали. Я всё чаще на работе был. А она с матерью, Лизкой. Зря, наверное. Солнце припекает, но из-за крыши, в тени, этого особо не чувствуется. Снизу ухают сородичи, и люди балаболят о своём, позади - через маленькую дверку слышно, как шуршит чем-то продавец. Нужно придумать, что дальше делать. Маги? Не верю я в это всё, но пусть будет. В йети я тоже раньше не верил, но по спине же огрёб от одного. Значит и маги жить могут. Ничего против сов не имею, но жить в теле одной из них - не моё. Возвращаться надо. Срочно. Отец и муж из меня неудачный, конечно. Но это лучше, чем вообще никакого. С работы меня турнуть обещают, оттого и запил. А для Лизки это последней каплей оказалось. Свалила вместе с Дашкой. Только сидя на деревянной полочке, в непонятной части света, непонятном времени мира, в чужом совершенно теле, пришлось задуматься, о таких неприятных вещах как долг, отцовство. В голове потянуло. Не люблю думать, предпочитаю действовать. Взлёт дался легко. Тело действует абсолютно самостоятельно, даже не требует, чтобы я крылья или лапы контролировал. Оттолкнулся, в полёте уже лапы сами к хвосту прижались, глаза моргают тоже сами, не пересыхают. Отлично. Вверх, рассмотреть всё с расстояния. Улица, переулочки. Где-то потемнее, где-то посветлее, ничего примечательного. Люди, опять же. Только разрушенное здание торчит обугленным пнём. Подлетел поближе, осторожно приземлился на ближайшую крышу. Нагретый металл тут же принялся обжигать непривычные к такому лапы. Ну, что сказать. Знатно здание покорёжило. Обугленные балки, вывороченные куски камня и строительных штырей. Дверь отлетела вообще к другому дому. Потом, наверное, уберут. Огонь потушили, только, то тут, то там дымок виднеется. Хм. А хорошая магия у них, наши пожарники дня два бы тушили. А эти - пшик, и готово. Толчок, и я медленно закружил над пожарищем. Не может же быть, чтобы совсем всё разворотило. Металлическая бляшка, кусок рукописи, название дома. Хоть что-нибудь! Тут же под одним из обломков заметил кусок металла. Покорёженный, конечно, но, вроде бы, надпись прочесть можно. Снизившись, завис на месте. Долго ещё пытался приноровиться, чтобы собственными взмахами крыльев меня не шатало то в одну сторону, то в другую. Наконец, вытянув лапы вниз, насколько это было возможно, ухватился за металлический кончик. Когти скрипнули, но всё же удержали вес. Обратный путь на крышу был намного легче. Так. Отправная точка есть. И это маг, которому я обязан своим нахождением здесь, не зря же, он тогда что-то шептал, чутко смотря на меня. Не знаю, что ему было нужно, но винить в подселении в птичью тушку, могу только его. И имя мага начертано на вот этом куске металла, сажу с которого могут стереть только человеческие руки. Бля. Хмуро покосился в сторону магазина сов. А долечу ли? С такой-то ношей? Клацнули когти, покрепче хватаясь за прямоугольный и скользкий объект. Взмах, ещё взмах. А тяжело же, однако. Кривясь то влево, то вправо, едва не уронив табличку на голову какой-то ведьме, я таки дотащил её до двери в магазин. Совы и сычики, приветственно что-то зашипели, с той стороны кто-то толкнул дверцу и я радостно заухав бросил ношу прямо на ноги выходящему человеку. А нехуй торчать, где ни попадя. Белобрысый, хлыщеватого вида мужик с презрением покосился в мою сторону, одёрнул шейный платок и, аккуратно переступив, вышел в наружу. - Что это ты принёс? Я не ответил. Топтался на люстре, раскачивая её то туда, то сюда, стараясь расслабить перенапрягшиеся ноги. Не приспособлены совы такие тяжести носить, однако. Вот был бы орлом там или соколом, которые могут и целого козла утащить, тут да. А совы что? Не больше мышки или луговой собачки таскают. Откуда мышцам взяться. - Мистер Оддербаст. Зелья. Хм. Не интересовался, но разве это не тот маленький магазинчик, чуть дальше по Косой Аллее? Люстра скрипела. Я качался. Мои лапы отдыхали. Человек разговаривал почти что с самим собой. - Странно. Нет, Перси сказал, что где-то там что-то рвануло, но чтобы зелья... Мне казалось, этот господин достаточно серьёзен, чтобы держать лабораторию в порядке. Угу. Педант просто. Маг оттёр табличку полностью, с помощью одного взмаха палочки и тихого заклинания. Кусок металла действительно стал почище. Человек же, не придав значения, положил его куда-то за свой стол. - Твой хозяин, да? - Я всё ещё раскачивался. Инерция - великая сила. - Если бы он был жив, ты бы улетел, верно? Мужчина что-то задумчиво ещё пробухтел и ушёл в подсобку. Оддербаст. Хм. Дашка никого такого не упоминала, наверное, не самая главная фигура. Зелья, значит. Нужен, либо такой же зельевар, либо этот самый Педераст, что меня в птичку обратил. Из-за шторки вылез мужичок. С коробкой. Деревянной. И внутри кто-то едва слышно попискивал. Не особо тушуясь, мужик засунул руку в коробку и вынул оттуда белую лабораторную мышь. Придерживая её за хвост, с интересом взглянул на меня. - Проверим-ка, твои охотничьи инстинкты. И отпустил. На пол. С высоты человеческого тела. Меня аж покоробило. У Дашки постоянно какие-то, то крысы, то мыши водились, хомяки ещё. Вот последнего хомяка я помню. Мистер Динь-Динь, сознаюсь, имя ему сам выбирал. Ну, а как ещё назвать мелкую такую хуету, у которой яйца больше, чем голова? Толстый был, смешной. За щёки всё время что-то утягивал, из-за этого я ему ещё одно имя дал, но меня жена за него побила, так что оно осталось тайным. Белый, несчастный мышонок, расставив все пять конечностей (считая хвост), летел в неизвестность, когда его с лёту пригвоздила к полу моя тушка. Пока птичья натура с жадностью поглощала мясо и внутренности, я с немым охуеванием наблюдал за всем процессом. Прости, мистер Динь-Динь... - Отлично, с пропитанием проблем не будет. Заметив, что птичий трупик уже исчез в моём желудке, хозяин магазина вынул ещё одного мышонка. Уже аккуратнее положил на пол. Тихий писк. Жадное чавканье. Между тем, закрыв деревянную коробку и отставив в сторону, мужчина принялся заносить клетки с птицами. Я поспешно свалил на уже облюбованную люстру. На шкаф переместиться, что ли, да не. Там пыльно. По всему периметру комнаты у стен стояли шкафы под самый потолок. Но не с обычными полками под книги или безделушки, нет, здесь стояли специальные клети, куда продавец очень бережно и осторожно сопровождал каждую сову, филина и так далее. Не знаю, как им, а мне и тут нормально. Хотя бы есть, где крылья размять. Интересно, он им прогулки устраивает? Наконец, маг внёс последнюю клетку, пересадил птицу, и принялся за разбирание столов. С помощью магии, естественно. Сквозь окно очень хорошо видно, как он махает палочкой туда-сюда, и столы сами залетают в магазин. Напоследок, осмотрев всё, он, наконец, зашёл внутрь. С помощью всё той же волшебной палочки расставил сложенные столы куда-то к стенкам, и, снова оглянувшись на запертую дверь, махнул палочкой. Рядом с той дверцей, через которую я пролезал, открылось ещё несколько. Побольше. И тут же заскрежетали задвижки. Клети распахнулись и совы по одной, то сталкиваясь в воздухе, то расходясь, устремились к дверцам. Интересно. И что, прям назад сами возвращаются? Продавец, больше особо не интересуясь галдящими совами занялся своими делами. Палочкой помахивая, то там почистит, то тут подмоет. И сразу чистота. Какая, однако, удобная, эта ваша магия. Спланировав к человеку, опустился на спинку стула. Когтями в пиджак вцепился, а маг даже не подал виду. Стоит себе, что-то палочкой помахивает. Зелья. Точно. В школе этой, Хогвартсе был же вроде тип черноволосый. Всё со склянками возился, и на пацанёнка мелкого бочку катил. Волосы ему ещё такие сделали, как пакля. А я так думаю, вы сами поживите в подвалах любого здания, волосы и не такими будут. Лучше б на лысо беднягу побрили, и проблем никаких. В дверь затарабанили. С той стороны, в окне виднелась огромная светлокожая морда с длинной чёрной бородой и усами. Дверь снова затряслась. - Да-да, хватит, прошу вас, хватит! Маг тут же подбежал к двери и отпер её. Едва гость вошёл в комнату, тут же стало очень тесно. Огромный! Нет, ну серьёзно. Я сам был не маленьким мальчиком, но здесь, просто махина. В потолок макушкой упирается, ещё и согнутый, то есть не до конца выпрямиться смог. - Мне бы это, сову для мальчика. Продавец замотал головой. - Вы поздно пришли, наши совы уже все... Вы когда-нибудь видели как всхлипывает великан? Вот и я нет. Теперь - да. Он не заплакал, нет, а именно всхлипнул. С такой растерянностью большого ребёнка, который просто не знает, что ему теперь делать. - Эй. По совиному это звучало как-то очень тихо. Продавец и гость продолжали беседовать. - Ээээй! Великан отвлёкся, но не продавец, тот, всё ещё продолжал что-то втирать. - ЭЭЭЙ! О. Обернулись. Я прямо посмотрел на продавца. Вот, мол, сова, вроде бы, птица, в общем. Упаковывай. - Эм. Я не совсем понимаю... Я снова собрался заорать, когда великан проявил чудеса догадливости. - Кажись, он уже выбрал. Продавец покосился в мою сторону. Что, шаблон тебе порвал? Ну, прости, грамоте магической не обучен. - Хорошо. Проходите сюда. В итоге меня оформили. По всем параметрам. И клетка, и пособие по уходу, и мыши в коробке на первое время, всё в комплекте. На жёрдочку усадили, мышку на еду, уже дохлую, положили, вода в поилке есть. Красота. Великан идёт, клетку потряхивает. А я на вечерний город любуюсь. Мальчик? Значит на обучение поедет. Как та девочка, что сову выпрашивала. А в школе, мне главное до зельевара какого добраться, или с кем по-спокойней договориться, чтобы мне помог. Не хочется мне что-то, тут в перьях до скончания века мотыляться. - Гарри! У одного из магазинов, с огромным количеством свёртков, стоял мальчуган лет восьми. Худющий, в футболке, выцветшей кое-где, сверху натянутой кофте, тоже с чужого плеча. Я чуть не поседел. Да кто б мою Дашку так нарядил, прибил бы. А здесь... Он приёмный, что ли? - Гарри Поттер, с одиннадцатым днём Рождения! И вытянул вперёд мою клетку. Жёрдочку здорово так тряхануло от этого движения, но я даже не поморщился. Слишком опешил для этого. Одиннадцать? Вот это скелетообразное нечто - одиннадцать? И это, то самое "оно", что я Дашке в виде фигурки дарил? Это главный герой?! Мальчик шумно излагал свою радость, опасливо протягивал ко мне руки, стремясь то ли огладить, то ли просто убедиться, что я не фантом. Великан шёл рядом, благосклонно отвечая на вопросы и рассказывая про школу. Хогвардс. Ага. Директор - Дамблдор. Зелья - Снейп, Северус. Надо бы это имя запомнить, посмотрим потом, насколько адекватен его носитель. Мадам Трелони, это предсказания. Потом растения, уже забыл имя. И новенький - профессор Квирелл. Остальные мне ни к чему. В крайнем случае, дети постоянно будут их имена трезвонить. Не такая уж и важная информация. Мы оказались в тёмном переулке перед кирпичной стеной. Хагрид склонился к мальчику и что-то тому показал. Я же, как ни вытягивал шеи, так и не смог увидеть, что же там он интересного углядел. Стена, скрежеща кирпичной кладкой, съехала куда-то вбок. Мальчик и великан вполне спокойно, даже шутя, прошли дальше, а я вот завис в своей клетке. Интересный у них тут способ... А старые двери, что, уже не канают? Миновав ещё несколько переулков, они вышли к более шумным улицам. А вот это вот я узнаю! Машины, люди спешащие, кто в чём, и кто куда, дети толпами и кучками смеющиеся о своём. Цивилизация. В одном из окон магазинов заметил яркий, бумажный баннер. Скидки, распродажи ровно до... Больше я не реагировал ни на что. 1991 год. Обычно на рекламах не пишут точной даты, но вот здесь написали. Даже год. Ровно 1991 год. Мне сейчас всего лишь, ну да, так же. Одиннадцать лет. Сейчас лето ещё, я у бабушки, пью парное молоко, наедаюсь пирожков с малиной и мечтаю, что когда-нибудь я стану милицейским. Что ж, моя мечта всё-таки сбудется. Но ведь в будущем! Я умер? Стоит ли искать этого мага? Или забить, вдруг, там нет ничего, кроме жены-вдовы и Дашки в чёрном платьеце? Нет. Не по мне так. Не моё. Найду мага, и вытрясу из этой сволочи, как и куда мне возвращаться. Если нет - что ж, пусть ищет новое тело. - Всё, сейчас твой поезд прибудет. Гарри, ты мне так и не сказал, как птичку-то назовёшь? Здоровяк просунул в клетку палец и погладил мне один из когтей. - Буклей. Мне так нравится это имя! Я скривился, забился в клетке, стремясь когтями ухватится за одежду что мальчика, что великана. - Я мужик, слышь?! Эй, бля! Я кому говорю! Хагрид умильно улыбнулся и сюсюкая пролепетал: - Ты смотри, кажется имя-то понравилось!