Все наладится,Юлиан. Верь мне, свет моей жизни.

- Юлиан, он..необычный ребенок, Геральт, - брюнетка вздыхает вслед за Геральтом, который уже уставал от детей. Он работал школьным психологом, и пару часов назад ему сообщили о новом школьнике лет 15-16, который как-и-все-дети-в-этом-проклятом-месте был какой то необычный. Заебало. - Йен, ответь честно. Ты специально так на всех адекватных детей говоришь, чтоб меня доебать?, - та цыкает и сложив руки на прекрасной груди хмурит идеальные брови. В прямом смысле этого слова. Они были идеальной формы для ее лица с острыми чертами, они подходили к ее фиалковым глазам, которые с вызовом смотрели на него. - Я понимаю, что мне, может, нужно мстить за то, что я подал на развод, но давай ты в наш несложившийся брак не будешь впихивать нашу дружбу? - Причем тут наш брак и ученики этой школы, м? Я говорю сейчас всерьез, не надумывай лишнего. Как твоя бывшая жена и мать Цири, а также завуч этой школы прошу тебя - помоги ему. - Йеннифэр, послушай саму себя. Я разве могу быть против? Мой отказ тебе не проблема - ты сможешь меня уволить, сказав своей подружке, директорше, пару неприятных обо мне слов. Она и так уже на нас искоса смотрит, когда ты рассказала о нашем браке и показала, что на твоей руке больше нет кольца. - Смысл мне жаловаться? Я вижу то, что тебя уже достала с этим, но извинений ты не получишь. С ним ты познакомишься через пару дней, когда он привыкнет ко всему, ясно?, - после кивка она удовлетворенно хмыкает и поправив черную гриву, откинув ее назад, подходит к Геральту и хлопает ладонью по его плечу. - мой милостивый друг, будь с ним нежнее обычного. А, и еще я узнала от его давней подруги, что его называют Лютиком, она сказала, что он почти не называет себя своим настоящим именем. Воспользуйся этим. - Как цветок. - В этом и суть, - он не понял смысл сказанных слов, как Йен буквально испарилась. Как обычно и происходит. Она появляется, как только разведенный огонь, заставляет сгорать и уходит, оставляя от него лишь пепел. Так было весь их неудачный брак, и он решил, что нет, так нельзя. И он все исправил. Но когда они сели за стол, и Йеннифэр огласила это их дочери, Цири, та лишь молча кивнула, выглядя так побито, словно это она с кем то разводится и испытывает жгучую тоску. Он соврет, если скажет, что не скучал по бывшей жене, и это "бывшая" очень неприятно оседало на языке. Он ее любил, и она его, но они сгорели, и пауза тут ничем не поможет, да и этими перебежками они бы сделали худо не только своим чувствам, но и не сладко Цирилле. Она, казалось, понимала все лучше их, хотя ей было всего 10. Ну и по обычному закону, она жила с Йен, и та порой на нее жаловалась. А причина злости состоит в том, что Йен завела новый роман с Истреддом - более молодым, чем он мужчина, и работающий в магазине парфюмерии, он очень сильно бесил малышку, но также Цири знала, что Геральт заведет какие-то отношения через где-то год, ну или хотя бы полгода, потому что он любил по странному. После разлук ему нужно подбадривающий хлопок от какого-нибудь человека, и чтобы ему пережевали всю ситуацию, тогда он только успокоится и подумает о том, что он дебил, и что надо отдохнуть. Нет, такие люди, несомненно, были, но говорили они совсем не то и объясняли не так. Непонятно,еще больше путая. Ламберт, его бесячий, но в тоже время надежный брат говорил, что они не любили друг друга, а просто была симпатия, и что Йен ведьма. Трисс, его близкая подруга, была какого-то хрена на защите Йен. Эскель, его второй брат лишь качал головой и говорил, что сам нихрена не понимает в их браке. И все. Больше к не кому обращаться. Золтан и Ярпен в других городах, а звонить им не хватает сил. Моральных. Пиздец. Ему надо себе помогать, а тут Йен со своими больными детьми. Но что поделать. Нечего. Если откажется, сдохнет с голоду без зарплаты, так что нехуй выпендриваться, Геральт. Иди читай данные о Лютике, Геральт, нехуй выебываться. Все с тобой нормально будет, а "необычных" детей надо спасать. Или же слать нахуй Йен, он будет судить по будущей ситуации.

***

а Лютик, к слову, был всерьез необычным. Не такой, как все, и все это считали за отклонения в психике, что его жутко бесило. Что странного в том, что ему, сыну известного человека, нравятся скейты и гитары? Музыка, танцы, учеба..вовсе не интересовали отношения, хотя он флиртовал хорошо и стрелял словами прямо в сердце - не важно, с каким помыслом, плохим или добрым. По его виду можно сказать, что он легкомысленный, хотя ложился лишь к 3 ночи, независимо от того, с телефоном он или нет. Просто в его голове столько мыслей и переживаний из-за любых мелочей, что нужно 2-3 часа на то, чтобы разобраться с ними и расположить все по бесконечным полочкам его сознания, ведь иначе веки не сомкнуться. В этом и проблема сам по себе, он очень умный, но эти тараканы ему мешают. Он говорил родителям об этом, еле как выталкивая слова из глотки, а им было точно похуй. Как творческий человек, он понимал это буквально по их взгляду. И вроде все могло быть нормально и дальше, и психолог ему не был нужен, но его стали отправлять к детскому психологу, когда он был в старой школе. И вот он, после последнего сеанса, использованный, заебанный, напуганный до усрачки, а всем похуй. Кроме одного человека - Присциллы. Она ему помогала, как могла..и когда он перешел в ее школу, он был так этому рад, что увидев подругу крепко ее обнял, широко-широко улыбаясь, но его буквально через полчаса затолкнули в кабинет завуча. Как сказала шикарная и молодая брюнетка, это от силы минут 20, поэтому он присел на стул, который был четко напротив нее. Та агрессивно что-то печатала, стуча по клавишам ноутбука, и через пару секунд громко захлопнула его. Лютику даже стало его жаль. После того, как женщина выдохнула, она улыбнулась и сложив руки замком положила их на дубовый стол. Он поразился тому, как та легко остывала, но на ее лице были все же видны следы напряжения. Лютик захотел тут же стать таким же. Та улыбнулась, и ее улыбка придала какую-то..уверенность, что-ли. - И-так. Меня зовут Йеннифэр Венгенберская, но ученикам этой школы и сотрудникам просто Йеннифэр. Ты ведь..Лютик Леттенхов, - после кивка она хмыкнула и взяв папку, обернутую в красивую серебряную обертку ее на равне с ним. Он удивленно поднял одну бровь, оглядывая обертку, которая поблескивала в редких лучах солнца идущих от больших и чистых окон. - Что это? - Твои данные. В этой папке находится краткое описание о тебе, но не отвлекайся на нее. Слушай, Лютик..я знаю о том, что ты посещал школьного психолога в другой школе. И знаю, что с тобой там стряслось. Наш психолог адекватный и проверенный мной, уж поверь,этого вновь не повторится - Я адекватный человек! Я не псих!, - он понимал, что не должен был такбеседовать с завучем, но не смог контролировать эту реакцию и эмоции. Глаза стали щипать, и он крепко зажмурился, сжимая потные ладони до белых костяшек. В голову полезли те противные картинки - ухмылка этого придурка, его дрожащие зрачки..как его вырвало после всего этого от сильного страха. Как он пришел домой, родители сказали,что "он сам виноват,и вообще не надо было провоцировать". - Я знаю, что ты не псих, но разве действительно хороший и помогающий эффективно психолог кому то мешал? Я его намечаю тебе не потому что меня твои родители попросили, а потому что знаю, что после такого события помощь нужна. Я не думала даже о том, чтобы выставить тебя каким то..не таким. Лишь пытаюсь помочь, и уж поверь - я так делаю не часто, - она откинулась на спинку кожаного кресла, которая немного прогнулась, и поглядев на рукава черного платья поправила складку на плече, через пару секунд переведя взгляд на парня. Он был спокойный, но не равнодушный. Уверенный..и каплю сочувствующий. Удивительно то, что даже Геральт не всегда мог увидеть те эмоции, которые испытывает и прекрасно скрывает Йен, а этот парень смог, и так легко. - Разве я не права? - Вы..наверное, правы, - на деле он не знал, как оправдать себя. Но сидел он ровно, выдавая свое волнение лишь глазами и поджатыми губами. Та приподняла уголки губ и опустила взгляд на серебряную обложку папки. - Не наверное, а да. Я знаю, что сейчас тебе трудно это принять, но я чувствую, что ты с ним поладишь. Он ознакомится с этой папкой, и когда ты привыкнешь к этому месту, а я надеюсь, что это случится через неделю или чуть больше, у вас начнутся занятия. Время я постараюсь подобрать. И что еще скажу - он не терпит лжи и сразу ее распознает. Он бывает груб, но помогает хорошо, есть стаж работы, так что месяц-два и тебе будет лучше. Я с ним знакома 15 лет, так что я в нем надежна. Надеюсь, что ты тоже будешь ему доверять, - после кивка со стороны Лютика, она вновь приподняла уголки губ. - Иди на уроки, но подготовься - всю неделю я буду приглашать тебя на такие вот маленькие диалоги, чтобы мне больше разобраться в твоем времени. Ты свободен, - девушка пододвинула папку себе и открыв стала перечитывать. Юлиан не уходил, а через три секунды она подняла взгляд и скинула одну бровь. - Что-то не так? - Да. Можно мне прочитать?, - он кивнул в сторону папки, и та замялась. С одной стороны, это ведь его данные, и он в полном праве прочитать, а с другой он ведь может возразить и сказать, чтобы они переделали какие-то моменты и внесли правки, а то может и полностью съязвить и сказать о том, чтобы данные полностью поменяли. - Наверное, нет. Ладно, я пойду, всего доброго, - он поднялся со стула, и взяв свой рюкзак закинул его на плечо ,вышел из кабинета и закрыл дверь. Йен запрокинула голову в назад и задала самой себе вопрос: - Что со мной не так?

***

My tea's gone cold, I'm wonderin why i got out of bed at all. the morning rain clouds up my window and i can't see at all. And even if i could it'd all be grey. with your picture on my wall. It reminds me that it's not so bad, it's not so bad. My tea's gone cold, I'm wonderin why i got out of bed at all. the morning rain clouds up my window and i can't see at all. And even if i could it'd all be grey. with your picture on my wall. It reminds me that it's not so bad, it's not so bad... @Eminem