Дорога к тебе.

Длинные гудки на на том конце доводили до предела. С каждым протяжным звуком эта тонкая тетива натягивалась все сильнее. Ещё немного и она бы просто порвалась. -Да, слушаю, -прозвучал хриплый осевший голос с небольшой отдышкой. — Гудман, я не могу уже долго дозвониться до Сэма, — с небольшим облегчением заговорил Александр. Небольшая пауза и звуки дыхания старого мужчины: -Приходи в участок. Там все расскажу. — Чт.! — не успел договорить Нильсен, как его оборвали короткие гудки. — Ну что там, Алекс? — беспокойно спросила, голубоглазая девушка. — Понятия не имею… Он сказал идти в участок. «Похоже с малышом Сэмми что-то переключилось», —сказал он, крепко взявшись за ручку чемодана. Рейчел лишь последовала за ним. Ее что-то пугало, какое-то неприятное предчувствие, что отзывалась в ее душе в виде мурашек по нежной коже. Тик-так. Тик-так. Время медленно тянулось, растягиваясь словно тягучая смола, что медленно превращалась в чёрное болото, что поглощала всех. Громкий щелчок ручки двери вывели Гудмана из своих мыслей. Он прикрыл глаза, медленно сделав хриплый вдох. — Эдрик, здравствуйте, — поздоровался швед, — Так что переключилось? Оценив беспокойное лица и глаза, которые готовы были наполниться отчаянием до краев, седой мужчина сделал ещё один глубокий вздох и указал им на кресла. Те его послушались. Межбровные морщины Алекса становились все глубже, где-то он уже понимал, что разговор будет очень тяжелым. Гудман нервно облизнул губы, прошёлся ладонью по челюсти: — Сэмюэль Макото героически погиб, пожертвовал своей жизнью. Время смерти 11:30 утра. — Что?! — глаза Рейчел наполнились слезами, а руки дрожали. — Не может быть! — расширились глаза Александра. Он нервно встал с места. В его лице читалось злость, потрясение, отчаяние, растерянность. Глаза старого Гудмана смотрели в пустоту: — Он отдал свою жизнь ради спасения детей, — хриплым голосом закончил седой детектив. *** Стоя над могилой, он выкуривал уже четвертую сигарету, и явно н собирался останавливаться. Это город, страна, люди — все осточертело! Как много она ему подарила, столько же и отняла. «Тогда, в чем смысл?» В карман жег, обратный билет домой. Здесь уже нечего не держало. Впереди так много работы, город Агаты, сам себя не построит. Уж, это будем меньшем чем он сможет ей отплатить. Сэм, внутри жгло от его имени, эгоист в его голове орал матами от злости на друга, те дети были ему никто. Но Сэм, он проник ему под кожу, единственный с кем он смог разделить боль, горе и бутылку виски. Повернувшись, он посмотрел на разговаривающую вдалеке, девушку, она была совсем разбита, всеми этими событиями, еще чуть-чуть и она уже не оправиться. Рейч, осталось только она, и черта с два, он ее отпустит. Затушив сигарету он в последний раз посмотрел на надгробие, «Ты гад, Макото! но по крайней мере, Агата, теперь не одна. Прощай, я больше на эту землю не ногой!» Он шел вперед не оборачиваясь, все стоит оставить на своих местах и пойти дальше. Девушка, обернулась к подошедшему другу, ее глаза были красными и опухшими. — Алекс? — что-то напрягало ее в его внешнем виде, ей было страшно. а вдруг и он бы покинул ее. Она не смогла бы перенести и это. Подойдя вплотную, он взял ее лицо в свои ладони и поцеловал. Он был пропитан горечью, болью и горем. Сейчас они разбиты, но пройдет время и у них получиться исцелить друг друга. — Поехали домой!