Гроза на безоблачном небе

      Рэйдан ввалился в кабинет одним из последних, споткнулся об порог и схватился за парту, чтобы не упасть. Сидящая за ней Хината испуганно дернулась и тут же опустила смущенно взгляд, покраснев. Хаякава глуповато ей улыбнулся и прокричал извинения, рванув к своей парте. Плюхнулся на стул рядом с Саске — вокруг парты уже столпились девочки.       Стул скрипнул, проехавшись ножками по полу, слегка качнувшись. Уцепился за столешницу, чтобы не упасть вместе со стулом. Саске покосился на него, но высокомерно молчал. Рэйдан неловко улыбнулся, качнув головой, пытаясь убрать с лица растрепавшиеся волосы, что лезли в лицо.       Учиха поглядел внимательно, отмечая бледность лица друга. Но промолчал, ничего не сказал по этому поводу, посчитав, что причина — недосып. Рэйдан всегда был тревожен, нервничал из-за глупостей, мог не спать из-за них, но мастерски это скрывал.       Хаякава считал это неважным, и потому никому не говорил, что уже не впервой просыпался на подушке, наволочка которой была в красно-алых пятнах крови. Иногда ночами у него шла кровь из носа. В первый раз — это его не тревожило. Во второй — тоже. Но сейчас немного беспокоило, но недостаточно, чтобы обратиться в больницу. Он вовсе считал свое здоровье чем-то не стоящим беспокойства, но всегда слишком сильно переживал за здоровье окружающих.       Как-то Киба несколько дней кашлял и говорил, что это обычная простуда. И пусть они не были друзьями, Рэйдан отвел в его больницу. Не отстал от него, пока тот не обратился к врачу. Слишком внимательный к другим людям и совершенно безразличный к себе. — Слышали, что Узумаки натворил? — шептали сзади. Рэйдан повернулся к голосам, перегнулся через парту, влезая в чужой разговор. Оперся на столешницу ладонями, придвигаясь слишком близко к уже бывшим одноклассникам. — А что он натворил? — Не слышал? — удивленно переспросили. И тут же, будто рады наконец-то получить благодарного слушателя, наперебой начали рассказывать о вчерашнем событии. Узумаки не сдал, но то ли украл какой-то свиток, то ли просто сотворил какую-то запрещённую технику и получил повязку генина. — Эй, Наруто-кун! — крикнул Рэйдан, как только проспавший Наруто ввалился в кабинет, солнечно ему улыбнулся, широко в приветствии махая рукой, — Поздравляю! Но, надеюсь, мы будем не в одной команде! — Чего? — возмущённо воскликнул, подлетев к парте Саске и Рэйдана, растолкав девочек. — Как это «чего»? — хитро-насмешливо улыбнулся Хаякава, — Не хочу.       Девочки рядом захихикали и Рэйдан, раздраженный из-за этого, продолжил свою шутку по-другому, не желая, чтобы те заговорили об оценках Узумаки и о том, что тот едва сдал экзамен. — Не должны быть в одной команде два таких красавчика, как мы! — театрально округлил глаза от ужаса, — От одного взгляда на нас будут разбиваться женские сердечки! Саске хмыкнул, а Рэйдан едва поборол желание пихнуть того локтем под ребра.       Наруто, искренний в своем смущении, покраснел. Уши вовсе запылали алым. И, видимо, стараясь побороть смущение, отвернулся от Рэйдана и начал лезть к Саске. Тот, почему-то, всегда велся на провокации Наруто. Всегда отвечал грубостью, всегда раздражался.       Узумаки запрыгнул на парту, сев на корточки, от чего та слегка пошатнулась. Поддался к Саске слишком близко, возмущенный донельзя. Едва не сталкивались носами. Прожигали друг друга взглядом, полным злости.       Девочки причитали, а Рэйдан веселился. Будто смотрел театральное представление. Поставил локти на парту и обнял собственное лицо ладонями. Улыбался умилённо, а ладони были на его щеках.       Стул спереди скрипнул, отодвигаясь, а Наруто слишком внезапно полетел вперед. Прямо на Саске. Рэйдан удивленно-испуганно вдохнул, широко распахнув глаза. От удивления открыл рот, глядя на то, как Наруто упал вперед. На Саске. Лицо к лицу. А их губы — в поцелуе.       Девочки, как одна, заверещали. И стоило лишь Наруто отпрыгнуть, судорожно вытирая губы, как Сакура попыталась его схватить. Налетела с кулаками, а Учиха, как-то испуганно, вытирал собственные губы.       Рэйдан же вновь задушено вздохнул, а после захохотал. Запрокинул голову, а на глаза навернулись слезы. Смеялся так, что не мог остановиться. Начал икать и едва не упал под парту. Попытался зажать себе рот рукой, но даже так продолжал хохотать. — Заткнись! — зашипел на него Саске. Щеки того горели от смущения, а глаза пылали злостью. — Извини-извини, Саске-кун, — между приступами смеха, ответил, — Саске-кун, — протянул, — тебе только тринадцать, а ты уже двух парней поцеловал!       Рэйдан вновь захохотал, не в силах остановиться, спрятал лицо в ладонях, а плечи дрожали от хохота. Хрюкнул, а после бросил на Учиху взгляд блестящих от слез глаз. — Признайся, Саске-кун, ты решил разбивать не только женские, но и мужские сердца! — Заткнись, тупица! — воскликнул, звонко шлепнув Рэйдана по затылку. Он тут же схватился за свою голову. — Ай-ай-ай, больно! — но было это настоящей ложью, — Саске-кун, ну что за насилие в семье! Это ты поцеловался с другим, хотя прошло только пару недель с нашего поцелуя, а не я! И меня ещё и избили! Так не честно, Саске-кун! — Заткнись, пожалуйста, заткнись, — страдальчески вздохнул Саске. — Ладно-ладно, — примирительно ответил Рэйдан, ласково улыбаясь, — извини. Не волнуйся так, это не считается. Это был несчастный случай. Так что ты ещё можешь подарить какой-то милой девочке свой первый поцелуй. А мне ты жизнь спасал. Искусственное дыхание тоже не считается. Так что все хорошо.       Но похоже нужно было это говорить не Саске, а девочкам, которые усиленно, едва ли не добивали Узумаки. Кричали, как тот мог похитить поцелуй Саске. Наруто страдальчески завывал, пытаясь убежать. Но женщина в ярости — похлеще любого чудовища. — Бедный мальчик, — зацокал языком Рэйдан, глядя на Узумаки, — что у него за неудачный день? Вначале парня поцеловал, потом ещё и избили. — Лучше меня пожалей, — буркнул Саске, — как ты сказал, тринадцать лет, а уже с двумя парнями поцеловался. Тем более, с Узумаки. — Фе, Саске-кун, как некрасиво, — зацокал языком Рэйдан, — откуда столько презрения на лице? Узумаки не так уж и плох. Ты хотя бы после этого в больницу не попал. — Так, что за шум? — внезапно гаркнул Ирука, которого никто не заметил за шумом и суетой, — А ну по местам!       Рэйдан тут же насмешливо выровнял спину и сложил руки на коленях. Но, хихикнув, вновь согнулся, сутулясь. Саске же, стал привычно холодно-спокойным, будто ничего и не было и его ничего не беспокоило. Дети, хотя уже подростки, разбрелись по местам, взволнованные тем, что вот сейчас они узнают, кто с кем в команде. — В этом году неравное количество сдавших экзамен, так что в одной команде будет четверо, — устало вздохнул Ирука, помассировав переносицу, когда одноклассники зашептались, он поднял руку, призывая к тишине, — не волнуйтесь, все нормально. Такое часто случается. В прошлом году в одной команде такое уже было. — А теперь, — после того как все успокоились, продолжил, — внимательно слушайте, дважды повторять не буду.       Все, казалось, превратились в слух. Неотрывно глядели на сенсея, как до этого не смотрели на него ни на одном уроке. Он раскрыл какой-то бланк и, прочистив горло, принялся зачитывать список команд. Некоторые восторженно вскрикивали или страдальчески вздыхали. Особенно девочки, которые понимали, что они не в одной команде с Саске. — Харуно, — начал он, после театральная пауза, — Узумаки. Сакура страдальчески, слишком громко вздохнула. Наруто же, наоборот, радостно вскрикнул. — Хаякава, — Харуно вновь страдальчески вздохнула, полная нелюбви к Рэйдану, — и Учиха, — а теперь девочка радостно подпрыгнула на своём месте, светясь счастьем.       Рэйдан удивленно бросил взгляд на Саске, лицо которого, казалось, ничего не выражало. Почему-то он не допускал мысли, что они будут в одной команде. Они были одними из лучших в классе, как и Харуно, и поставить их в одну команду было чем-то странным. Обычно силы распределяли равно — слабый, сильный, средний. Саске бросил на друга спокойный взгляд. Что и не поймешь — рад или же, наоборот, огорчен. — Мы в одной команде, — как-то неловко сказал Рэйдан, криво улыбаясь.       Он сам не мог понять, рад ли он такой перспективе или же нет. С одной стороны — Саске был другом, с другой, они должны прикрывать друг другу спины. Работать в команде. Находиться близко, и даже не физически, а душевно. А любая близость для Рэйдана была чем-то страшным. Потому что всегда грозила тем, что он может, совершенно случайно, навредить. — Наставник — Хатаке Какаши!       Ирука прочел ещё несколько фамилий, зачитывая список будущих команд и встал, сказав, чтобы ученики дождались своих наставников. Вышел с кабинета, скрывшись, оставляя подростков одних — радоваться и грустить. Поговорить с теми, с кем ближайшие несколько лет должны работать спина к спине. Рэйдан подорвался, от чего стул скрипнул. — Ты куда? — удивленно спросил Узумаки. Хаякава неловко улыбнулся, растрепав волосы на затылке. — Да мне что-то резко пописать захотелось! — засмеялся как-то неестественно и выбежал с кабинета.       Громко захлопнул за собой дверь и огляделся, пытаясь разглядеть Ируку. Тот неспешным шагом уходил в сторону учительской и Рэйдан рванул за ним, окликнув мужчину. Тот удивленно замер, глянув назад через плечо. Дождался, когда его догонит ученик, с ласково-доброй улыбкой. — Что-то не так, Рэйдан-кун? Тебя не устраивает твоя команда? — Да нет, дело не в этом, — неловко ответил, опустив голову, — обычно не объясняют, почему такой состав команд… Я понимаю это. Их составляют так, как лучше. Но все же, скажите, пожалуйста, сенсей, почему такой состав? — Все просто, — улыбнулся учитель, — Наруто один из худших в классе, Саске и Харуно одни из лучших. Чтобы уравновесить. — Я это понял, но я? — он нервно взмахнул рукой, — Я тоже один из лучших. Ирука ласково, понимающе улыбнулся и понизил голос. — Я скажу тебе, но это только между нами. Рэйдан кивнул, вглядываясь в лицо мужчины, ловя его выражение и каждое слово. — Было сложно из-за твоей… особенности. Было принято такое решение, потому что Наруто и Саске единственные, кто совершенно не опасаются. Не обращают внимания на то, что находиться рядом с тобой может быть опасно. — Разве не было бы логично поместить меня в команду, которая опасается? Чтобы она была в безопасности. Это было бы удобней. — Удобней для тебя. Потому что тогда ты бы смог работать один и игнорировать то, что вы команда.       Рэйдан промолчал, соглашаясь, но не говоря этого. Он знал, что одна из сложностей распределения, а так же его минус — он не командный игрок. Предпочитает работать один. Не готов распределить обязанности и силы. Довериться кому-то и принять доверие. И единственный способ побороть это — такой состав. Но, тем не менее, ему было страшно. Он опасался, что если он позабудет о том, что он не командный игрок, то, не специально, но все же, навредит дорогим для себя людям. Навредит собственной команде. — Не волнуйся, — будто прочел его мысли, сказал Ирука, — все будет хорошо. — Спасибо, что ответили мне, — искренне поблагодарил Рэйдан, отбросив привычку шутить и придуриваться, — я благодарен вам за это. — Все-таки я твой сенсей, — с добротой в голосе ответил мужчина, протянув руку. Казалось, хочет погладить по голове, но лишь в последний момент остановил этот порыв, неловко опустив голову и руку, виновато улыбнувшись. — Спасибо! — сказал Рэйдан, низко поклонившись, будто хотел разрушить эту неловкость. Помахал на прощание рукой и рванул обратно в кабинет.       Ещё вчерашние ученики академии, собрались в маленькие группки. Глядели друг на друга внимательно-изучающе, будто пытались увидеть то, что не видели на протяжении всех этих лет обучения. Рэйдан отметил, что количество детворы уменьшилось — некоторых уже забрали их наставники.       Он как-то устало, будто разговор с Ирукой его вымотал, прошагал к своему месту. Плюхнулся на стул и растянулся по столешнице. Закрыл глаза, стараясь не слушать разговоры. Сакура пыталась втянуть в разговор Саске, но втягивался только Наруто. Пытался привлечь её внимание, но она лишь от этого злилась.       Саске, казалось, все это было в тягость. Смотрел в окно, мастерски игнорируя присутствие Наруто и Сакуры. Рэйдан с какой-то иронией отметил, что его присутствие Саске тоже игнорирует.       Парень незаметно поджал губы. Было немного обидно. Наверняка, Учиха уже обрадовался, что сможет избавиться от вечно доставляющего беспокойство Хаякавы, а нет. Теперь ещё несколько лет терпеть. Повернул голову, утыкаясь лбом в наручи-браслеты на руке.       Те были приятно холодными, с четкой гравировкой иероглифов и печатей. Плотно прилегали к запястьям, обхватывали, как кандалы. Непривычно было не ощущать бинты. Хотелось замотать ими руки, спрятаться за ними. Но в этом не было необходимости. Он уже успел опробовать подарок Саске. Если он того желал — его руки оставались совершенно обычными и безвредными. Немного направишь чакру — привычно ядовиты, убивающие цветы, чьи стебли обхватил пальцами.       Наставники приходили, забирали теперь свои команды. Это продолжалось до тех пор, пока в кабинете не осталась только команда номер семь — Харуно, Узумаки, Хаякава, Учиха. От скуки они начали заниматься привычным для них занятием — ссориться. Наруто лез к Сакуре, та рычала на него, стараясь улыбаться. Саске игнорировал их, Рэйдан хохотал. — Я тут подумал, — задумчиво протянул Рэйдан, глядя в потолок, — Саске-кун, целовался и со мной, и с Наруто-куном. Саске рыкнул на него, прошипев «заткнись», но это лишь повеселило Хаякаву. — Эй, Саске-кун, а с кем приятней, со мной или с Наруто-куном? — хихикнул, хитро щуря глаза. Саске хмыкнул, гордо отворачиваясь. Но это лишь придало Рэйдану ещё больше стимула продолжить свою шутку. — Нам нужно завершить круг! Так что давай, Наруто-кун, поцелуй меня! — протянул, склоняясь над партой, приближаясь к Наруто. Тот испуганно отпрыгнул, а Рэйдан, сложил губы трубочкой, подставляя их для поцелуя, — ну, давай, Наруто-кун! Поцелуй меня. Не бойся, я постараюсь тебя не убить. А потом скажешь, с кем приятней, со мной или с Саске-куном! А то он такой хмурый, что ни за что не признается.       Узумаки запылал румянцем, нервно отходя, будто опасался, что Рэйдан накинется на него с поцелуями. Сакура старательно это скрывала, но недостаточно, чтобы не заметить, хотела дать Рэйдану подзатыльник, обозвав всеми возможными ругательствами. — Тупица, — бросил Саске, покосившись на Рэйдана, высокомерно хмыкнув. — Я не хочу целоваться с парнем, да, — кивнул Наруто. — А ты представь, что я Сакура-чан, — протянул писклявым голосом. Харуно возмущенно закричала и подлетела к Рэйдану, угрожая, что убьет его за такое. Но Рэйдан откинулся на спинку своего стула, хохоча, запрокинув голову. Волосы скользнули, теперь не прикрывая его лица. Рэйдан счастливо улыбался, от чего глаза изогнулись полумесяцами, а на щеках был легкий румянец от сильного смеха. — Да не бойся ты так, Наруто-кун, я тоже не горю желанием целоваться с парнем! — Узумаки облегченно выдохнул и тогда Рэйдан продолжил, хитро прищурившись, — Ты не в моем вкусе. Саске хмыкнул. — И кто же в твоем вкусе? — скептически спросила Сакура, скрестив руки на груди. — Хм, дай-ка подумать, — постучал указательным пальцем по губам в задумчивости, — мне нравится, нравится, нравится, — задумчиво тянул, — даже не знаю. Наверное, внимательные мужчины. Да, точно! Мне нравятся такие, как мой аники! — Придурок! — гаркнул Саске, раздраженно ударив Рэйдана по затылку. Тот тут же за него схватился, будто мучился от ужасающей боли. Смотрел на друга глазами, полными слез. — Ну, Саске-кун, ты что, меня осуждаешь? Саске-кун, а я думал, ты любишь меня не в зависимости от того, кто мне нравится! Саске-кун! А после захохотал с собственной шутки. — Да успокойтесь вы, шучу я, шучу. Мне девочки нравятся. Но не такие, как ты, Сакура-чан, не беспокойся. Мне милые нравятся.       Но это было гнусной ложью. Рэйдан пытался разбавить собственную скуку, от того и начал этот бессмысленный разговор. Правда была в том, что он сам не знал, какие люди ему нравятся. Визуальная красота — это одно. А влюблённость, совершенно другое. Он никогда не был влюблен, для него это было что-то странное и непонятное.       Его не волновали ни девушки, ни парни. Не хотел влюбляться, потому что слишком хорошо понимал, что не сможет ни за руку взять, ни обнять, ни поцеловать. От того лишь бесстыдно отмечал красоту людей. И это не зависело от пола. Без стеснения говорил людям, что они прелестны. Как и парням, так и девушкам. Когда ты местный шут — это делать легко. Никто не воспринимает твои слова серьезно.       Лишь Неджи, как его аники, знал, что Рэйдан является настоящим поклонником человеческой красоты. Не судил его за восхищенные взгляды. Понимающе кивал, когда Рэйдан ему шептал, увидев кого-то удивительно красивого, что тот прелестен. Хьюга благодарно улыбался, когда Хаякава восхищенно шептал ему, что сам Хьюга поразительно красив. Не задавал вопросов, когда Рэйдан говорил, что Саске, став старше, стал ещё более красив.       Рэйдан думал, что красота человеческого лица и тела не зависят от пола. А влюбленность — это совсем другое. Это отношение и чувство, а не просто подтверждение очевидного факта визуальной красоты.       Они заскучали. Ссоры были ленивыми, а каждая секунда казалась бесконечно длинной. Наруто причитал, что уже голоден. Мечтательно корчил лицо, расписывая прелести рамена. А после, рассердившись, решил подшутить над бесстыдно опаздывающим наставником.       Сакура крутилась рядом, пытаясь его отговорить. Саске лишь хмыкнул, так что не узнаешь, что он действительно думает. Рэйдан же погрузился в справочник по травам, решив не мешать ребенку развлекать себя.       Отчего-то ему казалось, что Наруто младше всех их. Самый невинный и беззаботный. Подумать, что Саске ребенок, просто не получалось. Слишком глубокие, печальные глаза, на дне которых бурлила ярость и желание мести. Обычные вещи, которые развлекали детей, стали ему неинтересны и неважны.       Дверь скрипнула и в дверной проём просунулась светлая макушка. По ней громко шлепнула губка в пыли мела. В кабинете тут же настала тишина, оглушающе-удивленная. А после тяжелый вздох их наставника. Оглядел каждого, а после, обозвав их придурками, сообщил, чтобы они последовали за ним для знакомства.       Наруто тут же оживлённо подпрыгнул, рванув за мужчиной. Остальные пошли спокойней, немного обеспокоенные и нервные, но скрывали это. Глядели на статную и крепкую фигуру их наставника, на его светлый, практически седой затылок.       Они все когда-то слышали о Какаши Хатаке. Говорили, что он гений. И что наставником быть не желает. А под его крыло хотят попасть многие генины, но удавалось это далеко не всем. Практически никому. О нем говорили много, но большинство из этого — глупые сплетни.       Как и когда-то слова о дьявольской натуре Учих. Сейчас, когда прошло несколько лет после смерти клана, люди будто начали забывать правду. Теперь говорили, что те были добры, милы, и красивы, как произведения искусства. То ли правда забыли правду, то ли думали, что об умерших нужно говорить лишь красивые слова.       Они сели полукругом вокруг наставника. Заглядывали выжидающе в его лицо. Ждали слов, ждали действий. Будто тот был не джонином, а каким-то небожителем. Тот в ответ глядел на них. Знал заранее, что его ждет. И понимал, что будет сложно. Хатаке даже не был уверен, что они пройдут проверку. Уж больно проблемные, травмированные детишки. Сакура — умна, но единственное, что её волнует — Саске. Казалось, сама не знает, хочет ли она быть шиноби. Талантлива, но не достаточно упорная.       Наруто — мальчишка, выросший без доброго слова и любви. Но при этом сверкающий улыбкой, яркостью с солнце. Самонадеян, упёрт, глуповат, но располагающий к себе. С чистым и добрым сердцем. Он был одним из самых добрых детей, которых когда-либо видел Какаши. Весь в своего отца.       Саске — озлобленный, самонадеянный ребенок, что не горит желанием работать в команде. Тот, кто пугает. Тот, от которого ты не знаешь, чего ожидать. Идущий к своей цели и не видящий преград. Силен и умен, талантлив. И холоден. Не желает подпускать к себе кого бы то ни было. Кроме, подумал Какаши, бросив взгляд на Рэйдана, этого мальчишки. Тот сидел на корточках, немного раскачиваясь, глуповато улыбаясь.       Рэйдан — умен, уверен в себе, жизнерадостный и общительный. Легко идет на контакт, но при этом не подпускает к себе слишком близко. Именно тот, кого работать в команде будет заставить тяжелее всего. Самовлюблен и эгоцентричен. Постоянно скрывает за глупой, яркой улыбкой живой и прагматичный ум. Хатаке хлопнул в ладоши. — Давайте познакомимся! Кому что нравится, не нравится, о чем мечтаете. — Может вначале вы? — неуверенно предложила Сакура, мило улыбаясь.       А Хатаке отметил, что на Рин она совсем не похожа. Ничего общего. Улыбка мила, но в ней нет той всепоглощающей теплоты. Саске похож на него, на Какаши, когда он был ещё юн. А Наруто похож на Обито. Рэйдан же, абсурдно, но имеет что-то общее с Рин. Тоже видит в людях хорошее. Хочет верить, что этот мир лучше, чем есть на самом деле. — Зовут Хатаке Какаши, того, что нравится — много, что не нравится — ещё больше. А о чем мечтаю — не ваше дело, — отмахнулся он, — а теперь вы. — Моя имя Сакура Харуно, — начала девочка, смущенно, — нравится… — смущенно покосилась на Саске, ломая себе руки, — мечта… — вновь взгляд в сторону Саске, — а не нравится Наруто! Какаши тяжело вздохнул. Махнул рукой, прося продолжить. — Наруто Узумаки! — радостно воскликнул, — нравится рамен и… — перечислил список, яростно сказал, что не нравится Саске, а после загорелся счастьем, воскликнув, что его мечта стать Хокаге.       Саске слишком серьезно и мрачно признался в том, что ничего не нравится, а мечты нет, лишь цель. И цель эта — месть. Какаши отметил про себя, что мальчишку ему жаль. Тот не понимал ещё, что нельзя жить одной лишь местью. Потому что, тогда это не жизнь вовсе. — Мое имя Хаякава Рэйдан, — плюхнувшись с корточек на задницу, сказал, — нравится много что. А не нравится… хм… А нам нужно говорить, кто не нравится из команды или вообще? Ладно-ладно, не важно. Моя мечта…       Он задумчиво поднял глаза к небу, промычав. А Хатаке заметил, как улыбка на лице Рэйдана на секунду дрогнула. Но тот усиленно вернул её на место, растягивая ещё более широкую и беззаботную улыбку. — Мечта — завести собаку! — Что за глупая мечта? — фыркнула Сакура, скрестив руки на груди. — Не такая глупая, как у тебя! — показал ей язык Рэйдан.       А в его голове, будто включился повтор, прокручивалось то, что он на самом деле хотел бы: «Хочу быть таким же, как все; хочу обнимать людей, которые дороги; хочу, чтобы ока-сан была жива; хочу, чтобы люди, которых люблю, могли прикоснуться ко мне; хочу влюбиться; хочу, чтобы меня любили; хочу поцеловать кого-то и этот человек не был в опасности из-за этого; хочу, не быть тем, кто причиняет страдания.»