Сильна, как смерть - любовь

На пресс конференции было все именно так, как я и представляла. Вопросы задавали корейским звездам. Незнакомая русская никого особо не интересовала. Спросили, как я попала в корейский проект. Спасибо менеджеру Ито, я знала что ответить – нашли мой профайл на актерской бирже. Так же спросили как мне в Корее – сказала, что очень нравится. Собственно и все. Я была этому страшно рада. После пресс конференции нас еще довольно долго фотографировали на фоне постеров. По одному и парами и вчетвером. Наконец все закончилось, я попрощалась с продюсерами, режиссером и сценаристом. И пошла на выход. Неужели этот безумный день закончился. В фойе меня задержал менеджер, записал номер моего телефона, сказал, что через два дня будет первое чтение первого эпизода. Где и когда он мне сообщит, выдал мне текст первого эпизода. Попрощался и ушел. Я с облегчением подошла к Вере. - Ну, вроде все, - я потянула ее к дверям, - поехали домой скорее, сил моих нет. - Ну, поехали… - Госпожа Со! Ю Ли! Подождите! Оглядываюсь. Рэйн. Широким шагами торопится к нам. Вообще он мне понравился, неплохой парень. Хотя какой парень – тридцать шесть лет, мужик. Улыбчивый, общается формально. Подсказал где встать во время прессухи, и на фото сессии поддерживал, смешил. Я после фото сессии под шумок сбежала, пока они втроем разговаривали. Но, как оказалось, недостаточно проворно. Подавляю тяжелый вздох. - Господин Чон? - Здравствуйте, - он здоровается с Веркой. - Господин Чон, это моя подруга Пак Ве Ра. Вера, это господин Чон Джи Хун, мой партнер. - Мы знакомы, - Верка улыбается и подает руку. - Точно! – Рэйн тоже улыбается и аккуратно пожимает протянутую ладонь, - Это вы должны были быть моей партнершей. - Да. Надеюсь, вы не разочарованы? — Верка само очарование. - Вовсе нет. Хотя я рад был бы поработать с вами обеими, — я закатываю глаза. Рэйн улыбается, Верка улыбается, одна я стою как дура, и пытаюсь справиться с раздражением. - Вы что-то хотели, господин Чон? — пора заканчивать этот обмен любезностями. - А? Да. Мы, Чунхо и госпожа Син решили посидеть где-нибудь, поболтать, выпить, познакомиться поближе, неформально. Вы ведь с нами? — когда он улыбается, в уголках глаз собираются мелкие морщинки, как лучики. - Нет, спасибо, я… Верка пихает меня в бок, улыбается и говорит по-русски. - Соглашайся, это часть корпоративной культуры, тебе с ними работать четыре месяца как минимум. Все что мне сейчас хочется, это смыть косметику, надеть пижаму и вырубиться часов на двенадцать. Я вымучиваю улыбку для Рэйна. И отвечаю Верке так же по-русски. - Я сейчас за кровать убить готова. - Послушай, - Верка переходит на корейский, - это ведь не надолго. Не так ли? - Конечно! — доносится сзади Я оглядываюсь. Позади меня стоит Ли Чун Хо. Руки в карманах, смотрит на меня с вызовом. Хе Сон рядом. Здороваются с Верой. - Почему вы отказываетесь, госпожа Со? Мы вам так неприятны, что вы не можете выпить с нами? - Чунхо, я не думаю, что причина отказа в этом, - Хе Сон смотрит на Чунхо с укоризной. Все смотрят на меня… - Соглашайся, - по-русски бухтит мне Верка. - Хорошо. Хорошо я поеду, - деваться мне некуда. Разве что помереть прямо тут. - Отлично! Госпожа Со, вы едете со мной, - Рэйн подхватывает меня под локоть и буквально тащит к выходу. Нас догоняет Верка. Сует мне мою сумочку в руки и забирает брошюру с текстом. - Я тебе адрес дома смской пришлю, продиктуешь таксисту, — в глазах у нее чертята, она мне подмигивает. Я мысленно вздыхаю и киваю. Мы выходим на улицу. На улице чуть прохладней, чем днем, но все равно влажно и душно. Верка пошла, ловить такси, а мы пошли на стоянку, к машине Рэйна. - О, кстати! – Рэйн остановился и оглянулся, - Чунхо, куда поедем? - Не знаю, — он равнодушно пожимает плечами. - Дамы, куда желаете? — Рэйн спрашивает у нас обеих, но смотрит на меня. Я смотрю на Хе Сон, она на меня. Какая она высокая, выше меня на пол головы. Да еще и на каблуках. - Я ничего здесь не знаю, - я качаю головой, - решайте сами. Хе Сон назвала какое-то место, Чунхо заявил, что это далеко и давайте поближе. Троица углубилась в обсуждение. Рэйн выпустил мою руку, и я тихонько отошла и присела на скамейку под деревом. Ноги не держат. Темнеет в Корее рано. Сейчас половина восьмого и уже темно. Воздух влажный и тело под одеждой неприятно липкое. В помещении такого не было, кондиционеры работали, но на улице сразу начинаешь потеть. Тренькает телефон – достаю, пришло сообщение от Веры. Я представляю ее едущей в такси, домой и завистливо вздыхаю. Мне бы так. - Госпожа Со! – наконец-то решили. Встаю, подхожу к остальным. - Вы едите корейскую еду? – это Рэйн, глаза у него поблескивают в свете фонарей и светлый костюм как будто светится в темноте. Я могла бы ответить, что ем все… Мы с Верой ели после разговора с менеджером, до мэйк-апа, чтобы не смазать, в каком-то ресторанчике с европейской кухней. В желудке ощутимо подсасывает. - Не знаю, еще не ела, - отвечаю, - но с удовольствием попробую. - Отлично, - Рэйн снова подхватывает меня под руку, - тогда едем! В машине у Рэйна кондиционер, и я облегченно вздыхаю. Он выезжает со стоянки, и мы катим по дороге. За окнами проплывает вечерний Сеул. - Жарко для вас, да? – Рэйн сочувственно на меня смотрит. - Да, не привычно пока, - киваю я. - Ничего, скоро сентябрь, станет прохладнее. Вы первый раз в Корее? - Да, первый. - Но вы так хорошо говорите на корейском! — он восхищенно качает головой. Я хмыкаю. - У меня большая практика - И где же вы практиковались? - Дорамы переводила. - О! Вот как! И много перевели? - Не знаю, точно не считала, — я качаю головой и пытаюсь припомнить примерную цифру, — порядка пятидесяти, наверно. - Сколько? – глаза у Рэйна округляются, он удивлен, - У вас действительно большая практика! А зачем вы вообще выучили корейский? - Моя подруга, Ве Ра, влюбилась в корейца, и чтобы иметь причину встречаться, решила учить корейский, а так как одной ей ходить к парню было неудобно, она мне предложила учить корейский вместе с ней. Так вот и вышло. На самом деле все было несколько иначе. Мы все со второго курса института участвовали в спектаклях, в учебном театре. Мин Хо первый к ней подошел после спектакля с букетом роз. И после следующего, и еще одного. Верка «поплыла» после четвертого букета, кажется. И была не против, познакомиться поближе. Но Мин Хо продолжал носить букеты и все. Тогда и был придуман «гениальный» план. - Это госпожа Пак? Она вышла за него замуж? — он смотрит на дорогу но изредка, заинтересованно, поглядывает на меня. - Да, — улыбаюсь, вспоминая ту историю. - А когда ее заменили, она не обиделась на вас? - Так это она меня сюда и вызвала. Она ждет второго ребенка, не может сниматься, — не думаю, что есть смысл это скрывать. - Вот оно что! Поздравьте ее от меня! У меня самого две дочери – дети это такое счастье! — улыбается счастливо, видимо любит дочек. - Хорошо, обязательно, — согласно киваю. Некоторое время мы молчим. Едем по мосту через реку Хан. На воде, прямо посередине реки вижу что-то странное. - Что это? Там на реке? - О, это искусственные, плавучие острова. Виста, Вива и Терра. Надо будет вас туда свозить. Там красиво. Я разглядываю совершенно нереальный пейзаж. В темной воде отражаются подсвеченные разными цветами здания, невообразимой формы. Отражение дробится и играет бликами на водной глади. Выглядят острова драгоценными камнями на огромных зеркалах. От такой красоты захватывает дух. Я провожаю их глазами. Рэйн даже скорость снижает, чтобы я могла полюбоваться. - Так красиво! И необычно. - Это самые большие искусственные острова, занесены в книгу Рекордов Гинесса, - в голосе Рэйна гордость. - Они действительно впечатляют. Мост заканчивается. Мы едем дальше. - А о чем вы говорили с подругой по-русски? Это ведь русский был? - Э, - вот ведь любопытная Варвара, - она говорила, что не обидится, если я поеду. - А, вот оно что! А можете еще что-то на русском сказать? - Зачем? - Я никогда не слышал русский от носителя языка. Скажите еще что-нибудь. Хочу послушать, как он звучит. Говорят, ваш язык очень мелодичный. Я задумалась, что сказать? Разве что стихотворение прочитать. Кто у нас там самый мелодичный? А вот хотя бы Есенин. - Белая береза под моим окном, - начинаю я. Принакрылась снегом, Точно серебром. На пушистых ветках Снежною каймой Распустились кисти Белой бахромой… Я помню, как саму меня всегда завораживала мелодика этого стиха. Как слова льются сами, напевно, потоком. Как перед внутренним взором встает береза в снегу. Это похоже на магию. Рэйна это тоже заворожило. Я замолчала, а он еще насколько мгновений ждал продолжения. Потом восхищенно покачал головой. - Невероятно. Это было стихотворение, да? О чем оно? - О березе, засыпанной снегом. О том, как этот снег словно серебро покрывает ветки и свисает бахромой. Как он искрится на рассвете. - Вот так и всего лишь про березу? — он недоверчиво смотрит. - Да, - смеюсь, - этот поэт был влюблен в родную природу и писал про нее такие прекрасные стихи. - Как его зовут? - Звали. Сергей Есенин. Он попытался повторить. - Сэригэи? Он уже умер? - Сергей – это имя, Есенин – фамилия. Да, умер, давно. - Йэсэни… Какие они у вас сложные! Как вы их сами выговариваете? – смеется он. Мы въезжаем на стоянку у небольшого, двухэтажного здания. - Приехали, — он паркуется. Глушит мотор, вылезает из машины и помогает выйти мне. Рядом из своей машины выходит Чунхо. - Идем, - Рэйн снова берет меня под локоть и ведет внутрь. А вернее тащит, ходит он быстро. Если честно, мне это порядком надоело. Но, мне неудобно вырывать у него руку. Поэтому просто семеню рядом. Внутри здания все в традиционном стиле. Дерево, светлые стены. Раздвижные двери в перекрестьях реек. Мы снимает обувь перед входом. Девушка в ханбоке ведет нас по коридору в отдельный кабинет. Там тоже все традиционно. Низенький столик, подушки на полу… И как садиться? Наверно на колени? Вот ведь блин. Оглядываюсь на Хе Сон, они с Чунхо входят следом за нами. - Садитесь, что же вы? — Рэйн уже сидит, сложив ноги калачиком. Но мне в юбке так не сесть. - Да, конечно, - опускаюсь на колени на подушку напротив него. Рядом так же садится Хе Сон. Я ерзаю, с непривычки я так долго не просижу. Хе Сон наклоняется ко мне. - Вы можете сесть боком, не на ноги, а на бедро, - тихонько говорит она, - а ноги, согнутые в коленях, рядом. Так тоже можно. Она понимающе мне улыбается. Я сажусь, как она мне предложила, да так привычней, я частенько так сижу дома на диване. - Спасибо, — я тепло ей улыбаюсь. Она тоже улыбается и кивает. Чунхо садится рядом с Рэйном, напротив Хе Сон. В комнату входят две официантки, одна раздает меню, вторая садится на колени, ставит на стол стаканы и кувшин с водой. Разливает воду по стаканам и с поклонами раздает их нам. Я делаю пару глотков. Вода прохладная, но какая-то безвкусная, что ли. Интересно, сколько нужно посидеть, чтобы уход не выглядел невежливым? - Раз это была моя идея, - говорит Рэйн, - то я и угощаю. Чунхо и Хе Сон хлопают в ладоши и шумно выражают радость, я присоединяюсь, но с куда меньшим энтузиазмом. Все углубляются в изучение меню. Я тоже листаю. Названия блюд мне ни о чем не говорят. Разглядываю картинки, выглядит вкусно, но какие они на самом деле? *** Краем глаза наблюдаю за русской. Она в некотором замешательстве разглядывает меню. - Что будете, госпожа Со? – Рэйн предельно вежлив. Понравилась она ему что ли? - А… я не знаю, закажите что-то на свой вкус – русская улыбается, но только губами. Только мне ее улыбка кажется неестественной? Она вообще какая-то, рассеянная, как будто и не здесь мыслями вовсе. Что там творится в этой мелкой головке? М? Мы делаем заказ. Рэйн заказывает и на госпожу Со. Она пьет воду и смотрит куда-то мимо стола. - Госпожа Со, - Рэйн начинает как самый старший, - мы трое, так или иначе, знаем друг-друга. А про вас мы не знаем ничего. Давайте сначала мы вам позадаем вопросы , а потом ответим на ваши? Вы не против? - Нет, конечно, - она почему-то нервничает, руки сжаты и улыбка как приклеенная. Что с ней не так? - Со Ю Ли это ведь не ваше настоящее имя? – начинает Рэйн. - Нет. Меня зовут Соколова Юлия Всеволодовна, — она смотрит на нас поочередно и смущенно улыбается, — но это слишком сложно. Я шевелю губами, пытаюсь шепотом выговорить. Со-ко-ло-ва – сколько слогов! Ю-ли-йа… Дальше не помню. Ловлю ее взгляд, мне кажется в ее глазах насмешка. Вот ведь! - А сколько вам лет? – это Хе Сон - Тридцать, — ну, надо же, тридцать, а на вид не больше двадцати пяти. Хе Сон и то выглядит старше. - О, ребята, - Рэйн хлопает в ладоши, - она вам нуна! И поясняет русской. – Вы старше их, Чунхо - двадцать восемь, Хе Сон - двадцать девять. Относитесь с уважением к госпоже Со, ребята. Рэйн смеется. Мы с Хе Сон улыбаемся и кланяемся. Тянем одновременно — Дэ-э-э! - Ну, не такая уж и большая разница, - говорит она, - не обращайте внимания. - О! А давайте, мы трое будем общаться неформально, - Хе Сон улыбаясь смотрит на госпожу Со, - что скажете? Я помню, как она мне сегодня выговаривала за неформальное обращение и заранее хмыкаю. Однако слышу в ответ - Да, конечно, — то есть в принципе она не против, нужно было только спросить? Вот же! - Ко мне тоже можете обращаться неформально, Ю Ли, — Рэйн наклоняется к ней через стол, смотрит на нее пристально, — Вернее можешь. Все таки - мы партнеры. М? Он заглядывает ей в лицо и мне, почему-то, становится неприятно. - Да, хорошо, - она улыбается и отводит глаза. Ей это тоже неприятно? — Ты специально учила корейский, чтобы работать у нас? — спрашивает Хе Сон. Вот да кстати, откуда он так хорошо корейский знает? Вспоминаю мучения Кхуна, как нелегко ему хангыль давался. — О это такая романтическая история! Расскажи им! — Рэйн уже знает. В машине наверно спрашивал. Русская послушно рассказывает о влюбленной подруге и переводе дорам. - Ты где-то училась актерскому мастерству? – мое время задавать вопросы. - Да. Окончила театральный институт, ну, это как университет, — смотрит на меня чуть настороженно. - Русская театральная школа знаменита во всем мире – важно качает головой Рэйн. - И что, диплом есть? – снова вклиниваюсь я. Рэйн с Хе Сон удивленно на меня смотрят. - Эй, младший… - Есть, - ее лицо спокойно, но в глазах льдинки, как и в голосе, - с отличием. Показать? - Да не обращай на него внимания, - Рэйн машет на меня рукой, - какая муха тебя укусила? Э? - А что значит с отличием, - Хе Сон смотрит с интересом. Русская вдруг смущается. - Ну, это значит, что девяносто процентов итоговых оценок имеют высший балл, — она смущенно разглядывает стол. Мы переглядываемся, ничего себе. - Но это ничего не значит без опыта, - продолжает она, - а вот опыта у меня маловато. Поэтому позаботьтесь обо мне, пожалуйста. Рэйн довольно кивает, Хе Сон тоже довольна. Хитрая эта Ю Ли, как лисица. - А почему опыта мало? – спрашивает Рэйн - Я последние шесть лет жила в Швеции, а там своих актрис хватает, — я вижу, что она нервничает. - Значит ты сюда приехала из Швеции? — спрашиваю я, она согласно кивает, — А зачем ты уехала в Швецию? Я получаю огромное удовольствие, говоря ей - ты. - По личным причинам, — губы сжаты, в глаза не смотрит и дальше говорить не собирается… Личные причины? Интересно — какие? Скрывалась от русского правосудия, или, наоборот, от русской мафии? - А парень у тебя есть? - Хе Сон как истинная женщина не могла это не спросить - А… Э… Нет, парня нет, - русская запинается, снова отводит глаза, ногти рассматривает. Стесняется этого что ли? Хотел спросить, но принесли заказ. Пока расставляли тарелки по столу, пока она спрашивала – что это принесли. Время ушло. Я взял чайник с соджу, налил Рэйну, хотел налить и Ю Ли но она замотала головой. - Не надо, я не пью, — и даже чашку отставила. Не хочешь не надо, заставлять не буду, но … - Что совсем? Даже пиво? — мне это очень удивительно. - Даже пиво, — терпеливо отвечает. - Почему? — Рэйну тоже интересно. - Не люблю, — пожимает плечами, как будто это самое обычное дело. - Странно, ты же русская, я слышал, русские много пьют, — это вырывается у меня не произвольно, и я тут же жалею о сказанном. Она смотрит на меня с просто ангельским терпением и улыбается, этой, своей, кукольной улыбкой. Ащщ, как же бесит! - А я слышала, - в тон мне говорит она, - что корейцы самая воспитанная нация… — ее глазами можно реку Хан до дна заморозить. - Чунхо, - Рэйн сердится, смотрит на меня с прищуром, - что с тобой сегодня не так? Я опускаю глаза - Извините меня, сонбэ, Ю Ли, - кланяюсь, вот ведь, и правда, что со мной не так сегодня? - Как же ты расслабляешься? – Хе Сон пытается разрядить обстановку. Ю Ли неопределенно пожимает плечами - А я не напрягаюсь… Хе Сон и Рэйн смеются, а мне не смешно, сдается мне, я давно не видел такого напряженного человека. - Давайте уже есть! *** -Давайте уже есть – говорит Рэйн и вопросы прекращаются, слава Богу. Весь стол заставлен маленькими и большими тарелками. Передо мной тарелка с мясом и зеленью в бульоне. Беру ложку, зачерпываю. Почти не чувствую, что ем. Как же вовремя принесли еду! Еще немного и пришлось бы откровенно врать. Черт бы побрал менеджера Ито и Дага, заодно. Я вздыхаю. Усталость наваливается с новой силой. Затылок будто налит свинцом, поясница ноет, в ушах шумит, глаза слипаются, и я держу их открытыми чисто усилием воли. Надеюсь, что с личными вопросами на сегодня покончено. Застолье идет своим чередом, мои будущие коллеги едят, пьют, смеются, рассказывают истории, иногда включают в беседу и меня, задают вопросы, в основном про Россию – а как у вас? Я отвечаю односложно и даже где-то, наверно, слишком коротко, но сил вести беседы уже нет. Этот поганец, Чунхо, больше ко мне не пристает, чему я рада. За что он на меня взъелся, скажите, пожалуйста? А? Я прикрываю глаза. А у Верки дома, наверно, сейчас тихо и кровать мягкая… Я даже про Дага думать не могу, так устала. И это, наверно единственный плюс. Хе Сон о чем-то журчит – рассказывает историю. Не могу сосредоточиться, ее голос меня убаюкивает. Прихожу в себя. Лежу на подушках, Хе Сон рядом на коленях, хлопочет, прикладывает мокрую салфетку мне ко лбу. Мужчины стоят, обеспокоенно смотрят на меня сверху вниз. Сажусь, опираясь на стол, тру лоб. - Ю Ли, ты как? – Хе Сон взволновано смотрит, на щеках красные пятна, не понять — то ли от выпитого, то ли от волнения. - Что случилось? — я пытаюсь вспомнить, что же было. - Ты сидела, а потом просто повалилась на меня, — теперь Хе Сон прикладывает салфетку к своим горящим щекам, — как ты себя чувствуешь? Это что, я заснула прямо за столом? Как неудобно то. - Может нужно в больницу? – Чунхо опускается рядом. - Не нужно в больницу. Я здорова. Просто устала, - пробую подняться. Чунхо встает и подает мне руку. Опираюсь, встаю, голову немного кружит, но в целом нормально. - Ты не очень хорошо выглядишь, - Рэйн тоже встревожен, - точно не надо к врачу? - Нет, - я мотаю головой, - я прилетела только сегодня, двое суток в дороге, не спала почти. Мне просто нужно отдохнуть. Вы не обидитесь, если я поеду домой? - Конечно нет, - Рэйн и Хе Сон говорят одновременно. - Я отвезу – Чунхо выглядит смущенным. Достает телефон и вызывает водителя, - пойдем, пока в машине посидишь. Тебе там, наверно, будет удобнее. Я киваю. Мы прощаемся и выходим. На входе он присаживается и помогает мне надеть туфли. Подставляет руку, что бы я могла опереться. Надо же, может когда хочет… Сажусь на заднее сиденье машины, достаю телефон, открываю сообщение от Веры. - Мне вот по этому адресу надо, - показываю сообщение Чунхо, он кивает. Я закрываю глаза и мгновенно засыпаю. *** Закрыла глаза и тут же уснула. Качаю головой. Спящая, она похожа на ангела. Видел статую, когда был во Франции. Такое спокойное, немного печальное лицо. И волосы светлые — нимбом. Из Швеции. Я представляю карту. Это фактически пол мира - за двое суток. А я ее, можно сказать, вынудил прийти сюда. Но кто ж знал то? Злился на нее весь вечер, улыбка мне ее не нравилась. А ей просто плохо было. Вот я болван! Пока жду шофера, просматриваю сообщения в Инсте и Твиттере. Наши фото с пресс конференции уже выложили в новостных лентах. Твиттер во всю их обсуждает. Тэк и Уен написали, что отлично выгляжу. Уен заодно, спросил — что за блондинка? Миджун написал, что я, улучшенная копия Рэйна — улыбаюсь, хён знает, что написать. Так здорово, что парни даже в армии продолжают следить за мной. Это согревает меня изнутри. Отсылаю им благодарности, пишу, что люблю их. Чансон и Кхун тоже написали, что я шикарен. Кхун пошутил, что ближайшие месяцы, мне придется научиться носить туфли на высоких каблуках. Вот шутник. У нас с ним разница в росте всего три сантиметра. Завтра выскажу ему все, что о нем думаю. Пак Джин Ён поздравил с началом работы. Наконец появился шофер, я диктую ему адрес, сажусь к Ю Ли, на заднее сиденье. Сижу, разглядываю фото с пресс конференции. И, правда, неплохие, я себе нравлюсь, хорошо вышел. Натыкаюсь на фото Ю Ли. Она тоже неплохо вышла, симпатичная. Хе Сон, со своим ростом, рядом с ней, выглядит слишком крупной. Смотрю на Ю Ли в живую. Да, она действительно хорошенькая, когда не злится. На повороте машина наклоняется, и она сползает по сиденью, я подставляю ей плечо. От ее волос пахнет зеленым яблоком. Я вдыхаю аромат и улыбаюсь. Так приятно. Тихонько прижимаюсь щекой к ее голове, волосы у нее мягкие, шелковистые, щекочут мне ухо и шею. Надо будет обязательно извиниться и не злиться на нее больше. Приехали по адресу. Выхожу из машины. Высокий кирпичный забор, ворота металлические. Дома из-за забора не видно. Но видимо, госпожа Пак неплохо живет. Я бужу Ю Ли. - Приехали, - говорю ей и тихонько трясу за плечо. Она хлопает глазами спросонок и очень мило зевает, прикрывая рот рукой. - Приехали? — я подаю ей руку и помогаю выбраться из машины, — Спасибо, что подвезли, господин Ли. - Чунхо, - напоминаю я. - Что? А, да, Чунхо. Спасибо, - она кланяется и идет к воротам. Нажимает на звонок и, когда дверь открывается, входит внутрь. Я сажусь обратно в машину и диктую свой адрес. Мне тоже пора домой.