Мне всегда будут нравится твои шортики

POV Пятый После встречи с Куратором и Лайлой, парень не находил себе места. Он, конечно, продолжал пытаться спасти семью всеми способами — встреча с отцом, согласие на сделку с Куратором и убийство всего Совета Директоров, встреча с самим собой, но всё безуспешно. От отца он получил лишь дурацкий совет о секундах, Куратор обманула его, дав чемодан, на котором установлен дедлайн, семья не успела к этому времени, и встреча с самим собой тоже не увенчалась успехом, так как чемодан, ради которого он пошёл на этот шаг, повредился. Всё шло к чертям и ужасно давило на парня, а предательство Айи ещё больше добивало его. Он так винил себя в том, что поддался своему подростковому телу и гормонам. Парень так ненавидел себя за то, что подпустил кого-то так близко. В душе у мальчика была боль…и, что самое ужасное для него, эта боль была не от предательства, а от любви к девочке, которая разбила его сердце. Он впервые влюбился…и сразу же поранился… Пятый ненавидел Айю так же сильно, как и любил… В его голове так мерзко звучало это слово…любовь… Как можно полюбить незнакомку? Как? Он каждую минуту думал о ней и уверял себя, что никого он не любит и не любил никогда, но, к сожалению, это всего лишь самообман. Диего заметил, что с братом что-то не то и когда он пытался узнать в чём дело, то получал оскорбления и упрёки, но не ответ. В тот день, когда Пятый перебил весь совет, Диего сорвался, потому что видел тревогу брата и мужчину это пугало. Диего: «Да что с тобой творится? Что ты скрываешь от нас? Это всё из-за Айи, верно?» — кажется он начал догадываться. Пятый: «Диего, это сейчас не важно! Совсем скоро этот мир снова погибнет и все вы тоже! Так что давай без твоих мамочкиных переживаний» — он кричал и злился. Лютер: «Пятый, нам надоело, что ты вечно всё скрываешь и вечно косячишь! Либо ты рассказываешь нам, либо мы сваливает отсюда» — он тоже был зол и взволнован. Пятый: «Какие же вы придурки, Господи! Да ваши маленькие мозги и представить не могут, что я сделал ради того, чтобы вытащить вас отсюда!» — он близко подошёл к Лютеру и указывал на него пальцем. Диего: «Мы ждём, Пятый» — он сложил руки на груди и серьёзно смотрел на брата. Пятый ещё немного покричал и позлился, но чувства и переживания дали о себе знать. Он сел на диван и схватился за голову. Братья с испугом сели рядом. Пятый: «всё это время, Айя врала…она втёрлась ко мне в доверие, втёрлась в доверие к вам! Лайла и Айя — сёстры, которых подослала к нам комиссия, Диего. Только вот твоя тупица слишком сильно выдавала себя, а Айя…а она хорошо сыграла. Строила из себя Божий одуванчик, а на самом деле…» — он со злости скинул всё со стола. Лютер и Диего сидела с раскрытыми ртами. Они не раз видели злого брата, но настолько — никогда. Помимо агрессии и ненависти, Диего смог уловить в Пятом что-то ещё… Что-то очень знакомое…боль…боль от предательства и лжи. Диего чувствовал тоже самое, но очень хорошо скрывал. Не смотря на такие откровения от брата, мужчина почему-то в глубине души не верил в это…точнее не верил в то, что девочка притворялась. Он не отрицал того, что она лгала, он отрицал то, что она играла с чувствовами и приследовала какую-то цель. Вся семья собралась в квартире Эллиота. Встреча с самим собой прошла неудачно, но зато ребята спасли мир. Диего заикнулся о том, что был в комиссии. Пятый сначала смеялся над этим, но после слов Номера Два о коммутаторе вечности, все возражения пропали. Спустя пару минут он увидел её…она спустилась по лестнице к ним на первый этаж. Парень просто захотел убить её, ноги сами кинулись у девочке, а руки как по рефлексу наносили удары. Парень не сдерживался и бил во всю силу. Номер Два просил послушать его, но Пятый и Айя были слишком заняты друг другом. Всё было как в тумане, парень и бил, и получал. Он даже не заметил как они оказались на полу. Айя: «ненавидишь меня за то, что пользовался мной? Мама всё мне рассказала! Я была твоим заданием!»  Пятый исчез из-под девочки и появившись позади неё, он схватил её за горло, чтобы начать душить, но он не мог… Пятый: «это я был твоим заданием! Она рассказала мне зачем ты связалась со мной. Она рассказала, что ты её дочь! Ты врала всё это время! Ты её типичная собачка, пляшущая под дудку». Айя: «ты утаил от меня, что подорвал комиссию. Утаил, что ты вытащил меня из пожара! Тот старик — это был ты!»  Эти слова прорезали дорогу в памяти парня. Он вспомнил тот жуткий пожар и двух кричащих людей. В тот день ему отдали приказ спасти только маленькую девочку. Он тогда совсем не понимал зачем, ведь раньше его заданиями были убийства, а не спасения. Когда Пятый телепортировался в горящий дом, то увидел на полу женщину, которую придавило какой-то доской. Она кричала и просила о помощи, но Номер Пять даже не вздрогнул. Он увидел в углу маленькую девочку, она спала, обняв свои колени. Пятый забрал её и отнёс к Куратору, которая что-то затевала. Девочку отнесли в больницу, где установили трахеостомическую трубку в горло. Пятый: «та девочка из горящего дома…это ты…»  Айя: «дело 730. Найти и забрать только девочку. Только девочку»  Пятый: «она знала о тебе…вот почему мы вытащили только тебя…тот пожар…это ты его устроила…»  Айя: «а говоришь, что это я пляшу под её дудку» — девочка почти плакала, отчего сердце парня сжалось, но обида и боль перекрыли все другие чувства и эмоции. Диего: «та белобрысая тётка настроила вас друг против друга» Ты: «они что-то задумали. А точнее она. Лайла просто её марионетка, мама ей манипулирует. Я здесь, чтобы доказать, что нет никакого задания, Пятый. Не хочу, чтобы кто-то из вас пострадал, потому что я знаю, какого это — терять близких. Мои родители умерли у меня на глазах. Им никто не помог…а они заслуживали жить! Заслуживали!» — она горько заплакала, кажется ей тоже было больно. Но собственная боль была для парня важнее. Пятый: «почему ты ушла от нас, если терпеть их не можешь?»  Айя: «не могла больше терпеть ложь. Я боялась сказать тебе правду» Пятый: «боялась? Серьёзно? Это самая тупая отмазка. Я больше не верю тебе. Делай, что хочешь, но не приближайся ко мне» — он говорил это уверенно, но на самом деле, внутри была ужасная боль. Айя: «значит, всё, что ты делал и говорил…пустое?» — она спросила это, стоя спиной к мальчику Пятый: «именно поэтому…я не хочу больше видеть тебя…» — он нервно почесал затылок вышел на улицу. Свежий воздух наполнил его лёгкие, но ком, который стоял в горле не ушёл…от внутренней боли парень заплакал. Для него было дико видеть и чувствовать себя таким слабым и раненым. Ему было больно от собственных слов, которые он только что сказал девочке…но только так он может защитить себя. Через пару минут парень вернулся обратно, глубоко в душе надеясь, что девочка не ушла…но увы… Они с Диего подошли на поле к трём девушкам, которые причинили боль и дали лишь разочарования. Каждая по-своему. Пятый старался не смотреть на девочку, но глаза делали это сами. Она будто пыталась что-то сказать, но что? Парень испытывал смешанные чувства на протяжении всего времени нахождения на этой ферме. Айя дралась с сестрой и помогала Пятому. Он совсем не понимал её. Айя поддерживала его, когда он убеждал Лайлу в том, что Куратор вовсе не милая и любящая. Диего успокаивал Лайлу, все молча слушали их. Айя подошла к Пятому и взяла его за локоть. По телу парня пробежала дрожь и тепло. Айя начала извиняться, но не успела, так как в сарай вошла Куратор и начала расстреливать всю семью. В этот момент весь его мир рухнул, он снова увидел как умирала его семья. Девочка попыталась защитить парня, но пули прошли сквозь них обоих и они упали на землю. Эти секунды длились вечность, время будто замедлилось. Парень умирал не от физической боли, а от утраты близких людей…он чувствовал, что девочка, лежащая сверху на нем, ещё дышит. Она подняла голову и смотрела прямо Пятому в глаза. Он только сейчас принял тот факт, что девочка нравится ему…нет, он любит её. Айя: «мне…всегда…будут…нравится твои…шор…тики…» — она с трудом потянулась к парню, он сразу понял, что у них сейчас общее желание — поцеловать друг друга перед смертью. За 45 лет он впервые хотел не думать ни о чём…только о ней и о её губах. Когда их губы соприкоснулись, то парень почувствовал тепло и удовлетворение. Айя: «я дорожу…каждой секундой…проведённой с то…бой…» — она с трудом произнесла это, а после бездыханно легла на его грудь. Он не заметил, в какой момент из его глаз потекли слёзы. Тут резко в голову парня въелось это слово «секунда». Пятый сразу вспомнил слова отца на встрече, о том, что нужно начать с секунд. Шанс…у него появился шанс спасти всех. Он из последних сил сжал кулаки, они засветились голубой вспышкой. Всё началось отматываться назад. У парня получилось прыгнуть в прошлое на пару секунд. Он резко очутился около входа в сарай. Его руки начали трогать его тело, чтобы убедиться в том, что он живой…что живы все. Диего убеждал Лайлу, все были живы… Айя тоже. В сарай вошла Куратор и парень быстро и ловко выхватил из её рук оружие, которым она должна была убить всех, и направил на неё. ***** Вы услышали странные звуки около входа в сарай и резко повернулась. Запыхавшийся Номер Пять стоял с оружием и целился в куратора. Женщина подняла руки вверх. Лайла: «это правда, да? Что сказал Пятый…» — она со слезами на глазах обращалась к матери. Ты: «расскажи ей правду…мама» — последнее слова ты произнесла с отвращением. Лайла: «отвечай! Это правда?» — она сорвалась на крик. Мама: «ну…» — она не успела договорить, так как к вам ворвался швед и пристрелил женщину. От неожиданности ты визгнула и закрыла рот рукой. Теперь она точно мертва… Все стояли в шоке. Лайла кинула на тебя взгляд и побежала к портфелю, который оставила мать. Лютер: «портфель!» — он кинулся за девушкой. Вы с Диего: «нет!» — Диего помешал брату и они свалились на пол. Лайла взяла чемодан, из её глаз катились слёзы, она показала тебе мизинец и исчезла. Ты впервые за это время почувствовала любовь к сестре. Ты вспомнила, как раньше, когда вы еще хорошо относились друг к другу, то после каждой драки, мирились мизинчиками. Это было чем-то особенным. Вы так выражали любовь, сочувствие, сожаление и даже извинение. Слёзы лились водопадом. Ты ненавидела сестру и одновременно любила. Во всем виновата ваша мать, но ты не смотря на то, что она испортила ваши жизни, была благодарна ей за то, что знаешь Лайлу. Когда ты вышла из воспоминаний, то увидела, что Пятый бросил оружие на землю и развёл руки в стороны. Швед посмотрел на всех вас, в его глазах была…грусть? После мужчина тоже бросил оружие на землю. Швед: «хватит» — он сказал это на шведском и вышел. Все облегчённо выдохнули. Лютер: «я мог бы догнать её, какого хрена ты влез?» — он смотрел на Диего. Диего: «потому что…я люблю её» — он был счастлив. Его слова заставили тебя улыбнуться, Лайла заслуживала любви…как и все. Клаус: «а это ещё че за мужик был?» — он возмущённо развёл руками. Вы услышали крик Сисси, которая мама мальчика. Сисси: «Ваня! Помоги!». Все кинулись бежать вниз. Ты увидела маленького мальчика, он сидел, обняв свои колени и боялся. В нём ты увидела себя…от этого мальчика исходил небольшой ураган, это он создавал грозу и снег. Ваня залезла к мальчику и приложила к нему руки. Вы увидели, что из мальчика выбегали маленькие огоньки. Спустя пару секунд ураган исчез и Ваня упала облегчённо на пол. Это всё закончилось…вы вышли и направились в дом, ты повернула голову на поле, где валялись трупы сотрудников и увидела там Дот и Герба. Ты: «Дот! Там Дот и Герб!» — ты с улыбкой побежала к ним. Диего и Пятый пошли за тобой. Ты подбежала и крепко обняла женщину, в этот раз не было неловкости. Она бархатно посмеялась и обняла тебя в ответ. Пятый: «Герб? Дот?» Дот: «здрасьте» — она странно и мило улыбнулась. Пятый: «привет» Диего: «чё как, Герби?» — они начала здороваться руками, но не просто, а как какие-то лучшие друзья. Герб: «дружище» — он смеялся и был рад. Пятый: «рад вас видеть, ребят» — он улыбнулся. Диего: «всё норм?». Ты до сих пор обнималась с Дот, от неё пахло древесными духами. Герб: «даже не верится! А она…» — он начал показывать рукой жест, который обозначал смерть. Пятый: «теперь, правда, мертва?» Диего: «о дааа» — он сначала был рад, но потом посмотрел на тебя. Все посмотрели на тебя. Ты: «всё в порядке…» — ты слабо, но искренне улыбнулась. Ребята облегчённо выдохнули. Пятый: «ну и, когда куратора нет, что происходит в комиссии?». Герб хотел ответить, но ты перебила. Ты: «избирается новый Совет Директоров, все сотрудники голосуют за того, кто по их мнению будет держать порядок и контроль» Герб: «аа…да…всё верно!» — он хихикнул. Пятый: «откуда ты знаешь, раньше же не было такого?» — он больше не был зол на тебя, и это удивляло. Ты: «за 13 лет в комиссии я перечитала все уставы и правила» — ты слегка улыбнулась и задумалась. Герб: «ноо…пока что, я…исполняющий обязанности председателя» — он был рад, а Дот хлопала в ладоши и довольно, но тихо визжала. Вы все поздравляли Герба и были искренне рады за него Пятый: «Герб, сделай одолжение» — он говорил таким тихим и приятным голосом, что ты залипла на него. Диего: «Айя?» Ты: «а? Что? Я…задумалась» — ты покраснела и опустила голову. Диего: «так…ты с нами?» Ты: «я…не знаю. Мне кажется…что мне лучше вернуться в комиссию…». Диего расстроено кивнул. Ты и сама расстроилась, но понимала, что тебе не место среди ребят. Пятый смотрел на тебя как-то странно, он будто хотел что-то сказать, но не решался. Ты: «Герб, я хочу попращаться со всеми, подождёте меня?» Герб: «конечно!» — он снова хихикнул. Ты тепло посмотрела на них и побежала в дом к остальным. Ты: «ребята! Где вы?» Эллисон: «ты… Айя, верно?» — она вышла к тебе с кухни и слегка улыбнулась. Ты: «да…я рада, что с тобой всё хорошо» — ты неловко смотрела на неё, она почему-то напоминала тебе сестру. Эллисон: «я так понимаю, добро пожаловать в семью?» Ты: «нет…я…ухожу, поэтому пришла попрощаться с вами. Вы показали мне, как выглядит семья, любящая семья. Я не особо знакома с вами, но вы всегда будете занимать часть в моем сердце» — ты улыбалась, но внутри было как-то грустно. Девушка резко обняла тебя. Клаус: «тут что, обнимашки и без меня?» — он подошёл к вам и крепко обнял. Лютер: «я тоже хочу» — здоровяк обнял вас, вы все засмеялась. Клаус: «теперь нас на одного больше?» Эллисон: «а…нет, Клаус. Айя уходит». Все резко вылезли из объятий и посмотрели на тебя с удивлением. Лютер: «но…куда?» — он непонимающе смотрел на тебя. Ты: «ну, я жила в комиссии, так что…мой дом там» — ты натянуто улыбнулась. Пятый: «мы можем поговорить?» — он стоял сзади вас с чемоданом в руках, следом за ним зашёл Диего. Ты кивнула, сердце перестало биться. Самым тяжёлым прощанием будет прощание с Пятым. Вы отошли на кухню, семья смотрела на вас. Пятый: «наедине!» — он раздражённо крикнул на них, отчего они все разбежались в рассыпную. Парень повернулся к тебе, он переживал и пытался подобрать верные слова. Ты: «почему ты так резко простил меня?» — ты перебила неловкую тишину. Пятый: «с чего ты взяла, что я тебя…я…в это сложно поверить, потому что…это кажется невозможным» — начало фразы он говорил с высокомерием, но потом резко сменил тон и замешкался. Ты: «да брось, Пятый. Вся моя жизнь — это что-то невозможное. Я столько пережила за последние дни, вот в это, действительно, сложно поверить. Так что, меня уже ничем не удивить» — ты улыбнулась. Пятый: «не удивить?..» — его взгляд поменялся, он что-то задумал. Ты: «ну да, меня пугает твой…» — ты не успела договорить, потому парень резко подошёл к тебе, и положив руку на твоё лицо, поцеловал тебя. Пару секунд вы просто касались губами, но потом ты приоткрыла рот и захватила одну губу парня своими. Почувствов это, парень аккуратно обнял тебя, едва касаясь талии и тоже начал углублять поцелуй. Ты просто таяла в его руках. Парень немного остановился, а потом ты почувствовала его холодный язык в твоём рту. Отдаваясь чувствам и доверяя рефлексу, ты тоже вытянула язык. Теперь поцелуй был не таким…он был очень влажным и взрослым. В животе были не бабочки, а что-то другое и очень приятное…низ живота затянуло. Ты подняла руки и взялась за руку парня, которая была на твоём лице. Время остановилось. Сейчас были только вы вдвоём. POV Пятый Когда парень услышал, что Айя не пойдёт с ними, а вернётся в комиссию, то его сердце кольнуло, а душу сковал холод и страх…страх больше не увидеть её. Айя: «Герб, я хочу попращаться со всеми, подождёте меня?» Герб: «конечно!». Девочка побежала в дом. Мир парня окончательно рушился, в его голове были мысли о том, что он больше никогда не полюбит, не потому, что это больно, а потому, что он будет любить только её. Только эти яркие зелёные глазки, только эти чёрные короткие волосы…маленькое и милое лицо, худенькие и аккуратные ручки… Герб: «Номер Пять…это не моё дело…но ей не место в комиссии. Она должна быть с вами, должна быть в любви и заботе». Диего: «Пятый, он прав. Ты должен переубедить её. Она послушает только тебя». Впервые в жизни парень не хотел перечить ребятам, он хотел быть рядом с ней. Пятый: «вы можете не ждать её?» — он неловко выдавил это из себя. Герб: «удачи вам, Номер Пять. Позаботьтесь о ней как следует» — он снова хихикнул. Пятый и Диего, попрощавшись с Дот и Гербом, быстро пошли в дом. Сердце Пятого вылетало из груди, он боялся не успеть…он боялся потерять её. Когда они вошли в дом, то увидели как Лютер, Клаус, Эллисон и Айя стоят рядом и грустят. Набравшись смелости парень позвал девочку на разговор. Он никогда в жизни так не переживал. Ему 58, но на самом деле, он всё ещё глупый мальчишка. Айя: «почему ты так резко простил меня?» — она прервала парня, не дав ему подобрать нужные слова. Пятый: «с чего ты взяла, что я тебя…я…в это сложно поверить, потому что…это кажется невозможным» — сначала он удивился тому, что девочка подумала о том, что парень её простил, но потом он понял, что и правда простил её. Айя: «да брось, Пятый. Вся моя жизнь — это что-то невозможное. Я столько пережила за последние дни, вот в это, действительно, сложно поверить. Так что, меня уже ничем не удивить» — она мило улыбнулась. Голова парня забилась мыслями о том, что никакие слова не смогут переубедить девочку остаться…поможет только одно… Пятый: «не удивить?..» — ему выпал подходящий момент. Айя: «ну да, меня пугает твой…» — он не дал договорить девочке, так как впился в её губы. Они как и тогда были очень мягкими. Пару секунд он ждал реакцию девочки, когда она зашевелила губами, то парню стало легче и он медленно поднял руку и слегка коснулся её талии. Парня била дрожь от переживания. Сердце готово было выпрыгнуть. Пятый решил попробовать как в романтических фильмах, он неуверенно включил в поцелуй язык, было не понятно как им правильно крутить, но когда парень почувствовал, язык Айи, то будто сразу понял как это всё работает. Пятый снова почувствовал возбуждение, но он не мог оторваться от девочки, поцелуй был очень сладким и нежным. Когда девочка положила свою руку на его, то мурашки покрыли всё тело парня, его бросило в жар, дыхание совсем сбилось, но Пятый не отрывался от Айи, как и она от него. ***** Голова кружилась, вокруг всё плыло. Твою грудную клетку зажгло, ты почувствовала прилив сил. По всему твоему телу прошло тепло. Кажется, твои силы вернулись, но в этот раз не на время, а навсегда. Тебя это так обрадовало, что ты плотнее прижалась к парню и с ещё большим напором начала целовать его, благодаря таким образом за то, что пробуждает в тебе чувства и помогает вернуть силу. От этого парень попятился назад и упёрся на стол. Он убрал руку с твоего лица и положил на талию, в этот раз он не просто касался, он крепко держал девочку. Клаус: «Господи Боже…» — он закрыл рот от удивления. Вы резко отпрянули друг от друга. Румянец моментально обжог ваши щёки, вам стало неловко и стыдно. Пятый обозлился, схватил со стола какую-то плетённую корзинку и кинул её в брата. Клаус: «ай!» — он увернулся от корзинки, на его лице была удивлённая и довольная улыбка. Пятый: «пошёл вон отсюда, пока я тебе эту корзинку в жопу не засунул» — он был так зол, что казалось, будто сейчас убьёт брата. На шум сбежалась вся семья. Клаус: «когда ты молчишь, то нравишься мне намного больше» Пятый: «последний раз тебя предупреждаю, сектант недоделанный» — от злости у парня сжималась челюсть. Ты аккуратно коснулась его руки, он посмотрел на тебя и нервно выдохнул. Вы уже стояли на улице, взявшись за руки. Ты стояла рядом с Пятым и держала его за локоть. Он раскрыл чемодан и вас ослепила голубая вспышка. Когда ты открыла глаза, то увидела уже знакомую гостиную. Стояла тишина, но только первые 5 секунд, а потом вся семья начала радоваться и смеяться. Эллисон крепко обняла Лютера, а Клаус обнял Ваню, Диего стоял с улыбкой на лице. Ты кинула быстрый взгляд на Пятого и увидела, что он смотрит на тебя очень внимательно. Прошло 10 дней с момента, когда вы вернулись. Ты сидела на кровати, обняв колени и думала. К тебе в дверь постучали. Ты: «входите» Эллисон: «обед уже готов, идёшь?» — она заботливо улыбалась. Ты: «Спасибо, Эллисон, но я не голодна…прости» Эллисон: «не любишь картофельное пюре с отбивной?» — она знала, что ты голодна. Ты: «можешь…позвать Пятого?» — ты грустно посмотрела на неё. Она кивнула и вышла. Пятый вылез из голубой вспышки. Пятый: «что случилось?» — он предполагал причину твоей грусти, парень залез к тебе на кровать и сел напротив тебя, свесив одну ногу. Ты: «Герб сказал, что может вернуть нам наши тела, но…» Пятый: «но ты боишься. Я знаю» — он перебил тебя, продолжая твоё предложение. Ты кивнула и резко обняла парня так, что твои ноги обхватили его. Он нежно, но всё ещё с неловкостью обнял тебя, так как ему было не привычно, что кто-то обнимает его 100 раз за день. Пятый: «Айя, тебя никто не заставляет делать этого. Если ты не готова и хочешь быть в этом теле, то будь» — он тихо и успокаивающе говорил тебе это. Ты: «но…как же ты? Я знаю, что ты не хочешь быть ребёнком» Пятый: «не хочу, но и старым быть я тоже не горю желанием. Вполне хватит 25-30 лет» Ты: «но как мы тогда…будем с тобой…?» Пятый: «ну, я могу быть твоим папочкой» — парень начал смеяться, отчего ты тоже развеселилась. Ты: «а если серьёзно?» — ты вылезла из крепких объятий и посмотрела на парня. Пятый: «если…для тебя это так важно…то…я готов остаться в этом теле. Я уже привык» — он слегка улыбнулся. Ты: «именно это я и хотела услышать. Я рада, что ты готов идти на такие жертвы…ради меня». Пятый: «а это и не ради тебя» — пару секунд он выглядел серьёзно, но потом засмеялся — «я шучу, только не дерись». Ты: «тебе точно 58? Мозгов как у улитки» — ты ехидно улыбнулась. Пятый: «у меня они хотя бы есть» — он натянул свою фирменную улыбку. Ты: «обещай, что научишь меня всему, что умеют взрослые люди?» Пятый: «могу уже начать учить. Первое, что делают взрослые — едят. У меня уже слюни текут». Вы с улыбками спустились к семье за стол. Ты никогда не чувствовала себя такой счастливой и любимой. На лицах ребят были искренние улыбки, которые согревали тебя. Это идеальный конец этого фанфика и идеальное начало нового.