Сердце Бо-ди

Ван Ибо знал даже точное время, когда душевная боль стала его верной спутницей. Разбуди его ночью, спроси, когда все внутри него заиндевело и он моментально ответит - двадцать девятое августа четырнадцать часов сорок семь минут. С того места, где он стоял, было видно кафе, в витрине которого было табло и высвечивалось время. Зачем в витрине кафе - часы? "- Сяо Чжань... Чжань-гэ, я люблю тебя! Давай встречаться! Ибо и Сяо Чжань стояли на аллее парка, куда выбрались прогуляться. Встречи их, в последнее время, были редки. Почти все общение велось через мессенджеры и каждая реальная встреча была желанна. Ван Ибо был уверен, желанна не только для него, но и для его Сяо Чжаня. Ведь он же правильно понял эти взгляды и улыбки, и как Чжань-гэ часто к нему прикасался? - Ох, Бо-ди, ты такой забавный, - заливисто рассмеялся Сяо Чжань на признание Ибо, - ну, что ты? Какая любовь? Ты такой ещё молодой. Твоя любовь впереди и это явно не я. Сяо Чжань смотрел на Ибо и улыбался, в глазах же... жалость? Ибо с трудом сглотнул слюну и без тени улыбки ответил: - Я серьёзен и я знаю что чувствую. Я люблю тебя! - Бо-ди, мы же друзья, - Чжань-гэ все так же улыбался и его тон был чуть неловок, но лёгок, - ты точно ошибаешься. Это все пройдёт и ты, конечно, встретишь свою любимую. Когда Сяо Чжань договаривал последние слова, то уже хмурился и улыбка стала растерянной. Ему не нравилось, куда повернул их беззаботный разговор. Ибо помолчал. Кивнул, принимая сказанное и развернулся, краем глаза замечая время на часах кафе. - Я - однолюб, - уже уходя, оповестил он Сяо Чжаня." С того самого момента Ван Ибо стало двое. Один - подписывался под любые проекты. Его график был расписан так, что почти не оставалось времени на отдых. Он всегда в чем-то участвовал, снимался, пел, танцевал и улыбался, когда это требовалось и улыбка даже смотрелась лёгкой и искренней. Он очень старался. Второй Ибо наблюдал за всем этим, стараясь удержать своё сердце и душу, разрывающихся от боли. Мир перестал быть так прекрасен и ярок, звуки - мелодичны и приятны, вкус... с этим вообще стало странно, так как все было безвкусным. В голове всегда было много мыслей и все - о Сяо Чжане. Если бы он промолчал? Если бы свёл в шутку? Если бы на смех Чжань-гэ рассмеялся в ответ? Так много вариаций и так все путано... Второй Ибо ждал, когда все пройдёт, как сказал Сяо Чжань. Когда пройдёт и станет как прежде. И он сможет снова общаться с Чжань-гэ. Общение с Сяо Чжанем сошло на нет после того разговора. Конечно, они пересекались в жизни. Их иногда сводили проекты. Все проходило спокойно и сдержано. Приветствие, стандартные вопросы-ответы о жизни друг друга и Ван Ибо старался абстрагироваться и вообще быстрее свести общение к нулю. Было слишком больно находиться рядом с тем, кого любил всем сердцем и кто не мог ни ответить ни принять его чувства. Как долго человек может прожить в таком экшен-драйве, без отдыха и передышек? Ибо все чаще задавался этим вопросом, так как чувствовал, как близок он к чему-то страшному, когда его нервная система не выдержит, сорвёт все ограничители и... Он даже не мог представить, что могло быть после этого "и". Знал одно - если он перейдёт определённую точку, дальше будет порушено все, над чем он так упорно трудился и вкладывал всего себя. Слава быстротечна и неблагодарна. Забвение ходит рядом с успехом. А многие только и ждут, когда ты оступишься, сорвёшься, чтобы тут же пройти по тебе, поднимаясь хоть на полшага ввысь. Два с половиной года прошло с признания в парке. Два с половиной года... Не прошло! Не отпустило! Не стало легче! Боль шла с ним рядом, крепко обнимая и не давая вздохнуть полной грудью. Не давая видеть и чувствовать. Ибо подошёл к своему пределу. Выход пришёл во сне. Бо-ди проснулся с уверенностью, что если он воплотит это в жизнь, то сможет реально начать жить заново. Да, не будет славы и поклонников. Не будет съёмок и концертов. Он потеряет все! Жизнь - чистый лист. Но, появится шанс жить. Не в этой стране. Потеряв друзей. Потеряв все! Но, родители будут рядом. Он не решится на все это без их согласия и поддержки. И почему то не сомневался, что поддержка будет. Родители все видели, понимали и переживали за него. Они любили его и хотели, чтобы он был счастлив. Ибо шёл в родительский дом с твёрдой уверенностью, что родные помогут ему получить этот шанс на счастье и покой. Через четыре месяца Китай и фанатский мир Ван Ибо потрясла новость: "Известный актёр, танцор и певец Ван Ибо, пропал без вести, катаясь на сноуборде. Сошедшая лавина... Поиски ведутся..." Небольшой канадский городок жил спокойной, размеренной жизнью. Люди никуда не торопились, спокойно работали, не мешая другим - отдыхали. Ты добр к людям и люди добры к тебе. Всегда помогут, согреют добрым словом и поинтересуются, искренне, как ты поживаешь, в тоже время, не лезли в душу, уважая личные границы. Ван Ибо отошёл от окна, за которым только закончился идти дождь. Стоять и любоваться весенней непогодой было некогда. Следовало готовиться к скорому обеденному времени, когда его небольшое кафе, наполнится голодными людьми, работающими в офисах рядом. Правда, некоторые рядом не работали и приезжали сюда на машинах, так им полюбилось то, что готовит Ибо и работающий на него повар Андре. Китайская кухня смешалась с разнообразной канадской и Бо-ди не был против такого явного мезальянса разных вкусов. Кафе, всего лишь месяц назад, расширилось, так как первое кафе не вмещало всех желающих здесь покушать, а в субботние вечера, когда любой мог на сцене поделиться своим талантом - вообще было не протолкнуться. Ибо никак не ожидал, что его задумка приведёт к такому успеху. Маленькое кафе станет чуть ли не центром отдыха для горожан и по вкусу придётся китайская кухня. Ибо улыбнулся своим мыслям. Наконец-то он может улыбаться. Пусть не часто и не так радостно, как раньше, но может и искренне. Ибо вновь чувствовал себя целостным, нужным, не только окружающим, но и себе, и даже в душе и на сердце стало легче. Подобие покоя и гармонии грело его измученное сердце. Конечно, тоска и боль никуда не исчезли, но притупились, перестав быть доминантными в его жизни. Первые две недели на новом месте, в чужом городе, прошли словно в тумане. Ибо, изначально зная, что он хочет иметь в итоге, сначала поселился в небольшом семейном отеле и принялся искать место для своего кафе, чтобы, желательно, недалёко от него была и его будущая квартира. Буквально на четвёртый день, поболтав с добродушной хозяйкой отеля, где остановился Бо-ди, он стал обладателем небольшого заброшенного кафе, на втором этаже которого была очень уютная квартира, в которой раньше жил бывший владелец. Все бумаги были быстро оформлены. Нашлись люди, кто принялся за ремонт и кафе и квартиры. Как-то быстро, все благодаря той же хозяйке отеля, Лилии, как она попросила себя называть, хоть и годилась по возрасту Ибо в бабушки, он познакомился с будущими поставщиками продуктов, которые уже по своей цепочке, помогли ему найти и работников для его кафе; Андре, бывший шеф ресторана, приехавший в этот городок по личным мотивам и мадам Божена, которая будет следить за чистотой в кафе, сразу приглянулись "начинающему ресторатору", как смеясь, окрестила Ибо Божена Вальховски. Все получилось быстро и легко. На несколько дней, пока его присутствие не требовалось на месте его будущей жизни, Бо-ди оказался не у дел. Вот тут и обрушилось на него все то, что произошло и в последние месяцы перед его исчезновением, и сам переезд и то, что послужило причиной всего хаоса. Разом нахлынуло все то, что мучило и терзало его несколько лет. У Ибо случилась банальная истерика. И как же хорошо оказалось, что он познакомился с Лилией, которая и приняла на себя заботу о выбитом из колеи Ибо. Рыдания сменялись тихим воем, тело било мелкой дрожью, Ибо тошнило и он никак не мог все это прекратить. Лилия поила его каким-то отваром, гладила по голове и обнимала, твердя, что такое бывает после потрясений и ему надо все выплакать, а затем поспать и все, потом, пойдёт на лад. Последнее, что он тогда запомнил, это добрые глаза женщины, смотрящие на него не с жалостью, а с сопереживанием и беспокойством. Все будет хорошо, надо просто поспать. Вот, снова отвлёкся. Ибо усмехнулся и отправился готовить свои любимые махуа, которые очень пришлись по вкусу местным жителям. Тем более, Ибо изменил их форму и делал в виде человечков-заклятий из "Неукротимого". Бо-ди вздохнул. Это единственное, что он оставил себе из прошлой жизни. Он удалил все фото с Сяо Чжанем. Он не следил за его жизнью в Интернете или в журналах. Он ограничил все, что мог, чтобы не натыкаться каждый миг и не думать, хотя последнее было очень трудноисполнимо. Запретить себе думать и чувствовать Ибо не мог. Но, так много сделано, чтобы вернуться к нормальной жизни, что назад дороги не было, а значит, в жизни Ибо не было места для Сяо Чжаня ни на одну йоту. Сегодня Ибо снова увидит Роберта, сероглазого и всегда позитивного Роберта, который в очередной раз позовёт его на свидание и Ибо в этот раз согласится. Он все решил. Так надо, чтобы снова дышать и видеть яркость мира. С Робертом хорошо и весело. Он приятен Бо-ди и мысль о возможном поцелуе не ввергает в неприятие. Значит, он пойдёт на свидание. Ибо мягко улыбнулся своим мыслям и принялся снова вырезать формой человечков из теста. От двери раздался перезвон колокольчиков, повешенных над дверью и оповещающих о том, что в кафе зашли. Ибо бросил взгляд на часы, удивился тому, что посетителям ещё рано, здесь редко кого можно было увидеть в рабочее время и вытерев руки о полотенце Бо-ди вышел к посетителю. Если человека бросить в воду, особенно, когда он не ожидает, то его сначала оглушит и дезориентирует, ввергнув на короткое время в вакуум и только чуть придя в себя, человек выплывет наверх, чтобы сделать вдох и выбраться на сушу. Вот и сейчас Ибо почувствовал себя так, словно его бросили в воду. Внезапно его окунуло в звенящую тишину и полное не восприятие действительности. Полотенце, которое он держал в руке, полетело на пол. Ноги стали ватными и он ни как не мог удержать себя стоя и стал медленно оседать на пол. И он никак, совсем никак, не мог оторвать взгляд от приближающего к нему Сяо Чжаня и точно так же не мог сделать вдох. Это не мог быть Сяо Чжань! Его не может быть здесь! Ибо бухнулся на колени и в тот же миг, так же на коленях перед ним оказался Сяо Чжань, который что-то говорил, но Бо-ди не слышал, а только видел, как шевелятся любимые губы. Чжань-гэ схватил его за плечи и потряс, видимо понял, что с Ибо не все в порядке и сразу же обнял так крепко, что стало больно и тут... Ибо вынырнул. Звуки и цвета обрушились сразу, внося в голову сумятицу и Бо-ди услышал Сяо Чжаня. - Ты живой, Бо-ди, ты живой! Как ты мог так поступить?! Как ты додумался до такого? Прости меня! Я даже подумать не мог... Прости, мой Бо-Бо! - Чжань-гэ?.. - Ибо все не мог поверить, что Сяо Чжань здесь, рядом с ним, обнимает его и говорит так сумбурно. Сяо Чжань чуть отстранился от Ибо и тот смог наконец его нормально увидеть. Его любимый осунулся, глаза были полны муки, а по щекам текли слезы... Такой весь любимый... Ибо и сам почувствовал, что плачет и что тех тисков, что сжимали его сердце - нет. - Я люблю тебя! - признание легко слетело с губ Ибо. Его чувства так долго копились, их сила была так велика, что не мог слабый человек ее сдерживать. - Черт, Бо-ди, что ты со мной делаешь? Люблю тебя до безумия! Всегда любил! Слышишь? Мое сердце и моя душа - твои, с первой минуты нашего знакомства. Прости меня за тот отказ! Прости, что не принял всерьез! Если бы я мог... Но, я просто теперь буду как можно чаще говорить тебе, что люблю, чаще целовать и все остальное тоже... чаще. Признание Сяо Чжаня бесследно смывало разорванность души и сердца Ибо и он смотрел в глаза любимого и все больше тонул в этих карих омутах, в которых видел только любовь и нежность. А затем он не выдержал и свёл расстояние между ними до абсолютного нуля, крепко целуя своего Сяо Чжаня, тут же чувствуя, как ему отвечают со всей страстью, жарко и многообещающе. Позже, много позже, Ибо узнает, как его нашёл Сяо Чжань. Про то, как увидел родителей Ибо, которые были вполне счастливы, а не страдали от потери сына, и как от этого у Сяо Чжаня зародились сомнения и надежда, что Бо-ди жив. Про нанятого им детектива и про слежку за его родителями, которые иногда прилетали его навестить. Их ждут долгие разговоры и ещё более долгое утоление страсти, а пока что... Вечером кафе не открылось. На двери был прикреплён листок, который гласил: "Кафе сегодня не работает. Владелец счастлив, а со счастьем познакомит завтра! Роберт, прости!"