Дополнительные занятия.

После того, как Киётака сдружился с этим несносным байкером по случайности, его жизнь начала меняться, приобретая самые разные яркие краски. Ему определённо искренне нравилось общаться с Мондо, но иногда его чересчур энергичный бро вытворял достаточно нелегальные вещи, которые были запрещены на территории академии, да и не только. Ишимару был Абсолютным Дежурным и часто отчитывал Мондо, читая ему нотации и в тысячный раз повторяя каждое правило школы, которые, казалось, он когда-то выучил наизусть, ведь они у него от зубов отскакивали. Овада даже думал, что если он разбудит Таку среди ночи и попросит повторить даже самое незначительное правило, Киётака чётко проговорит его, несмотря ни на что. Мондо лишь тихо вздыхал, стараясь вникнуть в слова и дослушать своего лучшего друга до конца, чисто из уважения, хотя эти правила он слышал ни раз, при чём не только от самого Ишимару, а от директора в том числе. Но был он в директорском кабинете лишь два раза, после чего пообещал себе действовать более аккуратно, чтобы его вновь не застали за нарушениями. Каждый день Овада нарушал с десяток школьных правил, от курения в школьном туалете, до прогула уроков. Но каждый раз он умело выкручивался, поэтому его всё ещё не исключили, а стоило бы. Конечно, Абсолютный Дежурный был в курсе всех этих дел, которые творил его бро, но он просто не мог сделать что-то серьёзное или как-то доложить на своего друга, поэтому раз за разом лишь пытался его вразумить. И Овада старался. Правда старался ради своего братана. Курить, конечно, он реже не стал, но по крайней мере, на уроки систематически ходил. Это радовало Киётаку, немногие нарушители принимали его слова всерьёз, просто убегая или пропуская мимо ушей все нотации, но Мондо был другим. И Таке это качество действительно нравилось. Но из-за многочисленных пропусков, Овада, естественно, отставал от программы, и Киётака героически вызвался помочь другу догнать школьный материал. Мондо не горел желанием учиться, но отказать не смог, всё же какая-то ответственность внутри него присутствует, да и обучение со своим лучшим другом явно должно быть повеселее, чем в душном классе под монотонный монолог учителя. – Почему бы и нет? – Пожал плечами байкер, – Сегодня в семь, пойдёт? – Да, я свободен. – С надёжной улыбкой проговорил Киётака. – Зачёт, увидимся. – Немногословно попрощался Мондо, хлопнул друга по плечу, развернулся на пятках и вышел из комнаты общежития. Сегодня была суббота, выходной в академии, так что Овады скорее всего не будет здесь до назначенного времени, он будет со своими друзьями – байкерами. В прочем, Ишимару было чем заняться, ему нужно было подготовить материал для Мондо. Подойдя к полке с учебниками, он провёл по корешку каждой книги пальцами и, найдя нужные предметы, достал учебники, которые в следующее мгновение почти механическими движениями аккуратной стопкой сложил на своём письменном столе. Достав подставку для книг, он уселся за стол, держа идеально ровную осанку, открыл один из учебников и принялся в голове отмечать, какие темы нужно будет “преподать“ Мондо. Едва он начал читать, в дверь его комнаты раздался стук. Ишимару слегка вздрогнул. На его знакомого байкера это не было похоже, тот обычно со всей силы открывал дверь без предупреждения, и она с резким звуком стукалась о стену. Также, такие визиты обычно сопровождались громким и низким голосом, кричащем о какой-то ерунде с порога, по-типу «здорова, братан!». В этот же раз ничего подобного не последовало. – Входите! – Крикнул дежурный, и дверь медленно приоткрылась, а из щели начали виднеться два будто бы виноватых небесно-голубых глаза. – Хэй, Ишимару… – Это был никто иной, как Леон Кувата, Абсолютный Бейсболист, – У тебя не найдётся, ну, знаешь, конспектов по некоторым урокам за эту неделю? – Он нервно улыбнулся, почёсывая затылок. Конечно он знал, что найдётся, просто он уже в который раз пропускает занятия, а за отсутствие записанного материала сильно ругают. – Так точно! Какие именно тебя интересуют? – Ишимару не сбавлял свой привычно громкий, истинно подходящий для дежурного тон голоса. – Ээм… Хе-хе… – Леон почему-то чувствовал себя очень неловко и неудобно, хотя Абсолютный Дежурный даже не задавал лишних вопросов таких как: «зачем это тебе?» или «а где твои конспекты?», – Все, я думаю… – Первое слово он проговорил почти себе под нос. – Все, говоришь? – Ишимару тут же поднялся со стула, открывая ящики и моментально находя нужные записи, – Вот. Занеси их позже, как только закончишь! – Така услужливо протянул стопку тетрадей. – Д-да, конечно! Спасибо. – Кувата быстро выхватил тетради и поспешил смыться в свою комнату, прикрыв за собой дверь. Как-никак, а писать ему нужно было достаточно много. Киётака же вернулся на своё место, продолжая искать материал для лучшего друга.

***

– Здорова, братан! – Дверь распахнулась с бешеной скоростью, запуская в комнату с прелым воздухом хоть немного прохлады, – Чё делаешь? – Овада захлопнул за собой дверь, широким шагом проходя в комнату, вставая за спину Киётаки и кладя руки ему на плечи, с ощутимым давлением разминая напряжённые мышцы. Мондо заглянул Таке через плечо, рассматривая текст в учебнике. – Привет, брат! Я просматривал темы, которые ты должен пройти. – Таке было приятно получить своеобразный массаж от своего другана, тем более после того, как он несколько часов просидел с идеально прямой спиной. – А, я забыл про это. – Несколько более разочарованным тоном проговорил байкер, выпрямляясь, но не убирая руки с плеч друга, – Там много? – С надеждой спросил Овада. – За несколько часов управимся! – Ишимару пытался приободрить, но кажется ещё сильнее осадил былой энтузиазм Мондо. – Часов…? И сколько ты тут протирал свои штаны, пока всё это читал? – Овада явно был удивлён усидчивостью своего бро. – С того момента, как ты ушёл. – Для Киётаки это не было пределом, хотя спина, он должен признаться, немного побаливала. – Чего?! Ну ты и даёшь. – Абсолютный Байкер убрал руки с плеч дежурного и, издав сдавленный смешок, больше похожий на усмешку, пододвинул другой стул, сев рядом с Ишимару, – Ну, что там? Киётака показал стопку книг, в каждой из которой карандашом аккуратно был отмечен нужный материал. – С чего начнём? – Парень выжидающе уставился на Мондо. – С физики, наверное… – Скучающе и как-то безучастно пробубнил байкер.

***

Ишимару старался рассказывать как можно более доходчивее и понятнее, водя пальцем по тексту в книге и периодически спрашивая: – Тебе понятно? – Да, да, понятно. Может, сделаем перерыв? – Мондо сидел на стуле широко расставив ноги, из-за чего коленом задевал ногу Киётаки, голову он подпирал рукой, из-за чего выглядел достаточно удручённо. – Там осталось совсем немного. Два предмета. – Така чувствовал соприкосновение с коленом Овады, но ногу не отодвигал. Его это нисколько не смущало. – Да ладно тебе, давай хоть немного передохнём? Неужто сам не устал? – Мондо решил стоять на своём. – Абсолютный Дежурный не может уставать! Но если ты хочешь, мы можем отвлечься, но разве что немного! – Така повысил голос, сделав его более командным, “дежурным“, хотя при Мондо он так не разговаривал, предпочитая свой обычный спокойный голос. – Ага. Может чай заварим, или типа того? – Овада оживился, наблюдая за выражением лица своего брата. – Конечно! – Ишимару поднялся и отлучился за чаем.

***

– И ты правда никогда не устаёшь? – Засмеялся байкер, отпивая чай. – Совсем нет! – И тут же запнулся, – Ну, если говорить на чистоту, ты ведь мой брат, так что немного всё-таки устаю… – Ишимару лучезарно улыбнулся. – Скажи мне, бро, ты целовался когда-нибудь? – Непринуждённо спросил Овада, но всё же в его глазах читался интерес. – Я? – Така переспросил, будто в комнате находился ещё кто-то, – Не помню такого. – Честно сказал тот и немного зарделся, но дискомфорта не почувствовал. Мондо был его лучшим другом, перед которым не стыдно даже показаться без одежды, что он уже делал, будучи с ним в одной бане. – Если говорить по-честноку, – Байкер отпил из кружки, – Я тоже. – Как? Я тебе не поверю! – Така засмеялся, но без доли издёвки, скорее даже с весельем. – Вот так. Не клеится что-то с девчонками. – Он спокойно пожал плечами, не чувствуя стыда или чего-то подобного. – О, замри! – Неожиданно изрёк байкер, взгляд его устремился на губы Ишимару. Медленно, он потянулся рукой к его рту и его большой палец мягко лёг на розоватые губы дежурного. Така почему-то почувствовал, как его обдало жаром, его щёки, кажется, вспыхнули, но отстраняться он не стал. – У тебя тут… – Овада двинул пальцем, вытирая сахарную пудру, оставшуюся после поедания моти¹. – Пудра. – Он, казалось, либо не замечал реакции своего брата, либо делал вид, что не замечает, потому что окончив со своим делом, он весело ухмыльнулся и облизал собственный палец от сладкого порошка. – Ох… Спасибо, бро. – Дежурный, попытавшись успокоиться, покрутил в руках свою чашку, которая приятно грела пальцы, будто на ней было что-то интересное. Он опустил взгляд. Почему-то он начал размышлять о том, с каких пор его бро задаёт такие вопросы, но быстро отбросил все мысли из головы, их разговор был действительно слишком дружеским и не напрягающим, чтобы искать в этом какой-то скрытый смысл. Почему-то в глубине души Ишимару даже обрадовался тому, что его друг ни разу не целовался, но не мог понять почему он испытал такое облегчение. Они ведь обычные друзья, ну как обычные, лучшие. Кореша, братаны, братья, бро, товарищи, приятели, перечислять синонимы можно вечно, но смысл понятен. Из раздумий дежурного вывел низкий голос Мондо: – Ты чего? Я что-то не то сказал? – По какой-то причине Мондо выглядел действительно обеспокоенно. – Нет, брат! Я задумался. – И как-то нервно опустил чашку на стол, с громким стуком. – Ну так что, продолжим? – Да, окей. – Мондо тоже опустил кружку.

***

– На сегодня ты выполнил всё, но нужно дополнительно пройти ещё кое-что. – Проговорил Така, закрывая учебники. – На сегодня?! Я ещё не прошёл всё? – Было видно, что Овада слегка вспылил. – Да, брат. Ты не против прийти и завтра? Это не займёт много времени. – Ишимару попытался его слегка остудить, положив руку ему на запястье. – Я… Разве что если не долго! – Мондо не имел ввиду то, что не хотел проводить время с ним, он просто очень не хотел учиться. Но голос Киётаки был явно приятнее голоса любого учителя, да и объяснял он понятнее. К тому же, можно было задавать один и тот же вопрос бесчисленное количество раз, никто на тебя не накричит, а наоборот, будет повторять столько, сколько потребуется. – Хорошо, завтра в это же время. Спокойной ночи, бро. – Така только сейчас заметил, что всё ещё держит руку Овады, поэтому поспешил её убрать. – Спокойной, бро. – Напоследок байкер одарил своего друга немного вымученной улыбкой и вышел из комнаты, тихо закрыв дверь. Ишимару же начал приготовления ко сну.

***

Завтрашний день обещал быть действительно крутым. После повторения тем, Така и Мондо может быть даже смогут поболтать или заняться ещё чем-нибудь весёлым вместе. Когда Ишимару лёг в кровать и закрыл глаза, в его разуме начали рисоваться различные черты, и эти черты принадлежали его другу, Мондо Оваде. Конусообразная причудливая причёска, глубокие фиолетовые глаза, снизу которых подводкой была нарисована острая длинная стрелка, его улыбка, мимика, пальто… Дежурный не помнит, с какого момента он начал думать о Мондо перед сном, ему это почему-то казалось каким-то странным или неестественным, но он списывал всё на то что просто сильно восхищается своим бро, его подтянутым мускулистым телом, превосходящей большинство парней из академии физической силой, угловатым лицом, плотными бицепсами, выступающими ключицами и… Киётака резко открыл глаза и прикрыл рот рукой, чувствуя как сильно вспотел. Восхищаться, это, конечно, хорошо, но он только что поймал себя на мысли, что думает о теле своего брата в таком свете, и это заставляло его чувствовать себя странно. Ишимару перевернулся на другой бок, думая, что разберётся с этими чувствами позже.

***

Уже после пробуждения и всех сопутствующих ему процедур, Така сидел за своим столом и немного скучающе листал книжки. Страница никак не хотела переворачиваться, поэтому дежурный слегка облизнул палец, дабы было легче её перелистнуть, но это действие натолкнуло на него воспоминания о вчерашнем дне. То, как Мондо стёр с его губ сахарную пудру, с какой непринуждённостью он это сделал, не придав этому почти никакого значения. Он сделал это настолько естественно, как если бы он просто поздоровался. Но Киётака так не думал. Почему-то в этот момент его сердце пропустило удар, для него эта ситуация была какой-то интимной, будто перед ним в этот момент сидел не его брат Мондо, а объект его воздыханий – Абсолютный Байкер Мондо Овада. Ишимару почувствовал, как вспотел и его накрыла пелена взволнованности. Лицо его покраснело, как в тот раз в сауне, а сам он не понимал, почему так реагирует на такие обычные действия. На книге уже невозможно было сконцентрироваться, Така прикрыл рот рукой и зажмурился: – Мондо… – дрожащим голосом проговорил тот. – О, чел, серьёзно? Как ты меня увидел?! – Послышался голос байкера. Он сделал акцент на слове “как“. Киётака чуть не сошёл с ума, и почти упал со стула, но вовремя успел ухватиться за край стола и испуганно уставился на друга. Мондо выглядывал из-за двери, почему-то выглядев так, будто его хитроумный злодейский план только что сорвался по случайности. В какой-то мере, так и было. – Я хотел тебя напугать, чувак. –Объяснил тот и без стеснения прошёл в комнату, закрывая дверь. – И кажется, у меня всё-таки получилось! – Он немного развеселился. – М-м-мондо?! – Сердце бешено заколотилось, гулом отбивая по ушам, делая все другие звуки приглушёнными, будто бы из-под толстого слоя ваты. – Он самый! Я решил зайти с утречка чтобы просто оторваться вместе, как на это смотришь? – Сегодня байкер был явно в лучшем настроении, и он вновь присел рядом с Ишимару. – Чё делаешь? – Он задавал этот привычный вопрос каждый раз, так что дежурный скорее всего удивился бы, если б его не последовало. – Читаю книгу. – Вроде Така смог немного успокоиться и перевести дыхание. – Про что? – Овада не любил читать книги, но спросил чисто для того, чтобы начать разговор. Он взял книжку с подставки и с интересом повертел её в руках, рассматривая текст. Потом бесцеремонно закрыл её, рассматривая обложку. «Балы Викторианской эпохи» – гласили буквы золотого цвета на ней. Обложка книги была выполнена из гладкого бардового материала, напоминающего кожзам. – ”Балы Викторианской эпохи“? История нравится? – Он небрежно пробежался глазами по книжке ещё раз. – Да! – Вскрикнул Ишимару, стараясь аккуратно перехватить книгу. Долго пытаться не пришлось, его друг, насмотревшись, вскоре сам всунул её в руки Таки. – Ты сам то танцевал на балу? – Нет! – Киётака отвечал на всё кратко, пытаясь скрыть волнение. – А я бы потанцевал с тобой, бро. – Нечаянно выпалил Мондо, приложив указательный палец к подбородку и осмотрев Таку снизу вверх. – Я имею ввиду как братаны, понимаешь? Киётака дрогнул. – Да, я тоже, бро! – Всё же, он выглядел даже слишком взволнованным, будто только что пробежал кросс. – Ну так чего ты ждёшь? – Оживился Овада. – Что? – Дежурный искренне удивился и потеребил воротник своей формы. – Давай сделаем это, брат! – Байкер резко поднялся с места, утягивая за собой Киётаку. – Потанцуем вместе! – Он притянул того неприлично близко, взяв его за обе руки, так, что они почти соприкоснулись своими телами. – Прямо здесь? – Ишимару почувствовал, как к щекам приливает жар, а руки начинают буквально трястись и потеть, хотя на самом деле он не видел в этом жесте со стороны Мондо ничего такого. – Да! – Овада посмотрел на его лицо, раскрасневшееся и полное смущения. Красные глаза бегали туда-сюда, избегая контакта с глазами байкера. Решив не медлить, левой рукой парень начал придерживать талию Киётаки, а правой продолжал держать руку дежурного. – Бро, ты когда-нибудь танцевал с девчонкой? – С блеском в глазах спросил Мондо. – Единственный раз в средней школе, брат. – Така знал, как это делается, поэтому положил свою левую руку на плечо другу, хотя сделал он это не без стеснения. Для него до недавнего времени был незнаком столь тесный физический контакт, да что уж там, Овада стал ему первым и единственным лучшим другом, так что с социализацией у Абсолютного Дежурного было не совсем всё в порядке. Ему были чужды даже маленькие соприкосновения, ведь многие считали его занудой, полностью поглощённым каким-то “воображаемым“ моральным долгом. В глубине души Ишимару действительно иногда хотел отбросить все свои предрассудки и просто подурачиться, как и все его сверстники, но он был слишком ответственным для этого. Но рядом с Мондо он часто чувствовал свободу и некоторую раскрепощённость, поэтому и поступал чаще так, как велит ему сердце, а не мозг. Оба парня медленно начали двигаться в ритме вальса. Несмотря на то, что Таке не удавалось так часто танцевать, движения его были словно отточены, что опять же свойственно дежурному. Байкер же наоборот, двигался не очень умело, но явно вкладывал душу, неспроста его движения оказались плавными, будто несочетаемыми с его грубым и резким характером. Рядом со своим другом он мог показывать целый спектр эмоций, не только привычные ему стойкость и напористость. Порой хотелось хоть иногда отдыхать от твёрдости, кою он показывал в своей байкерской банде, и просто отдаться танцу, что он и делал в данный момент, рассматривая необычные черты лица своего брата, считывая эмоции и впечатления от того, чем они сейчас занимались. Они оба чувствовали необычайную лёгкость, хоть комната общежития и не представляла из себя какое-то большое помещение и не могла предоставить полную свободу действий. Спустя несколько мгновений, танец потерял былую скованность и приобрёл пылкий, романтичный настрой, дежурный и байкер вошли во вкус, кружась по комнате, не думая ни о чём. Неожиданно, Овада поднял правую руку, не отпуская руки Ишимару, и тот, быстро вникнув в суть действия, прокрутился вокруг своей оси. Вновь приняв позицию, те возобновили танец. Мондо искренне улыбнулся, отчего сердце Таки пропустило удар, и это заставило его смущённо улыбнуться тоже, затаив дыхание. Выждав пару мгновений, байкер наклонил своего партнёра по танцам под небольшим углом, отчего между их лицами почти максимально сократилось расстояние. – Ох…! – От неожиданности дежурный тихо вздохнул и тут же опешил от действий лучшего друга и от того, как близко друг к другу они оказались впервые. Когда Мондо вернул Таку в первоначальное положение, он решил закончить этим танец. – Это было круто, скажи!? – Овада стал ещё более энергичным, чем был до этого. – Ты хорошо танцуешь, братан! – Да, брат, это было нечто… – Ишимару слабо улыбнулся, явно задумываясь о чём-то. – Я запомню этот день ещё на долго! – Байкер явно находился под большим впечатлением от своего первого танца. Но тут в кармане у Мондо зазвонил телефон. Он потянулся за ним и взял трубку. – Я слушаю. – Голос его стал грубее. – Ага. Нет, в академии. – Ишимару не мог расслышать о чём ведётся диалог, так как байкер немного отошёл, но Така не любил подслушивать в любом случае. Он заметил, как парень немного переменился в лице. – Серьёзно? Сейчас буду. – Он положил трубку и подошёл к Киётаке. – Мне нужно валить к своим. Приду сегодня в семь, как обычно, окей? – Мондо привычным жестом положил руку другу не плечо. – Окей, бро! – Дежурный хоть и был слегка расстроен тем, что они не могут побыть вместе хоть ещё чуть-чуть, но понимал важность банды для Овады. – Не кисни только. – Он вышел, чуть посмеиваясь.

***

Ишимару опять сидел за своим рабочим столом, сцепив руки в замок и думая обо всём случившимся. С минуты на минуту должен был прийти Мондо. Он не понимал предпосылок к действиям своего друга, он, кажется, даже самого себя не понимал в этот момент. Возможно, Мондо не вкладывает в какие-то вещи особого смысла, делая всё на импульсах, непринуждённо и легко. Скорее всего, так и есть, а Ишимару просто выдумывает себе что-то особенное. По крайней мере, он так думал. Но что насчёт него самого? Он ведь с недавних пор начал странно реагировать на присутствие и прикосновения Мондо. Краснел, смущался. Думал о нём перед сном. И он, как человек с низкой социализацией, даже не мог понять, в чём дело. До одного момента. Он только что смог осознать, что во время танца, когда они оказались друг к другу настолько близко, он действительно хотел, чтобы Овада его поцеловал… Киётаку будто ледяной водой окатило. Нет, не может быть… Осознание. Трепет. Ужас. Дрожь. Его бросило в холодный пот. Он зарылся руками в колючие волосы и опустил голову. Он влюбился. Влюбился в лучшего и единственного друга. В своего первого друга! Мужского пола! Это было самое логичное и единственное объяснение такой реакции. Он долго отрицал, врал самому себе, но теперь нечего отпираться. Он влюбился. Втюрился, как подросток. И сам не мог того понять до этого момента. Может, это временно? Может, он придумывает? Он всё ещё не верил. Он никогда не думал, что его первая любовь случится так неожиданно, как снег на голову в июле. И тем более не мог подумать, что он влюбится в парня. Что ему теперь делать? Как себя вести? Как оставаться хладнокровным в компании байкера? Не успел он придумать решение, как дверь его комнаты привычно стукнулась о стену и в помещение влетел радостный Овада. – Привет, бро! – Ногой по пути он закрыл дверь, идя прямо к Таке. – Ну и видок у тебя, конечно! Выглядишь так, словно у тебя горячка. Киётака поднял испуганный взгляд на друга и не нашёл в себе слов, даже чтобы поздороваться. – Эй, ты чего? Температура что-ли? – Он приложил тыльную сторону руки ко лбу дежурного. – Нет, брат, я в порядке! Ты готов учиться? – Не только его лицо, но и руки тоже вспотели. – Я-то готов, а вот ты не очень. – Он присел рядом. Сочтя это за обыкновенный подкол, Така снова не нашёл что ответить, лишь потянулся за книгой, стараясь успокоить дыхание и мысли. Но руку его перехватили на полпути, кладя её обратно на стол. Байкер говорил серьёзно. – Тебя что-то тревожит? – Он с неким беспокойством оглядел друга. – Никак нет! – Когда дежурный начинал отвечать будто на автомате, Мондо это раздражало. – Ладно. Я хотел тебе кое-что показать, но ты пообещаешь мне, что никому ничего не скажешь, окей? – Выражение его лица стало серьёзным, а руку он сунул во внутренний карман пальто. – Даю слово! – Всё же, это немного отвлекло и заинтересовало Таку. Из-за пазухи Овада вынул бутылку какого-то явно алкогольного напитка. Не успев его достать, он увидел, как зрачки дежурного расширяются и он перехватывает сосуд с жидкостью в свои руки, испуганно оглядывая и вертя бутылку. Это, кажется, были виски. – Мондо! – Возмутился дежурный и пытаясь найти хоть какие-то слова для того, чтобы отчитать друга. – Мондо, распитие алкогольных– – Алкогольных напитков на территории школы строго воспрещено, я знаю! – Байкер перебил Киётаку на полуслове, продолжив его мысль. – Я знал, что ты так скажешь! Давай ты не будешь читать мне нотации, а вместо этого мы займёмся чем-нибудь поинтереснее. – Из внутреннего кармана пальто он также достал пару рюмок. Он явно подготовился, чтобы напоить своего друга и себя заодно. – Я не буду пить! – Парень испугался даже от одной мысли, что может попробовать алкоголь. – Да успокойся, чувак, никто не узнает. – Он забрал бутылку у Киётаки и уже начал открывать её. – Я узнаю! – Не смотря на то, что Така упирался и не хотел, Овада уже разливал содержимое по рюмкам. – Это запрещено! Так нельзя! – Попробуй хоть на секунду забыть эти слова! Сейчас – можно! Оторвись со мной хоть раз, Така! – Овада оторвал взгляд от рюмок и посмотрел на Ишимару, тон его был уже более раздражённый. – Я – Абсолютный Дежурный, мне не положено нарушать правила! Я должен держать дисциплину во всей школе, а ты предлагаешь мне выпить?! – Его негодование подкрепилось криком и активной жестикуляцией. – Да, потому что тебе нужно расслабиться прямо сейчас! – Овада тоже перешёл на крик и поставил бутылку на стол. – Есть много способов расслабления, а ты выбрал самый радикальный! – Он чуть понизил тон и скрестил руки на груди, поняв раздражение байкера. – Агх, слушай, ты не знаешь чего мне стоило достать это для тебя, уж лучше ты попробуешь это сейчас со мной, чем не попробуешь никогда! Да что может пойти не так? А? Ты мне не доверяешь, брат? – На последних предложениях он слегка смягчился, а голос его стал почти умоляющим. Неужели Овада решил достать алкоголь для Ишимару? Специально для него? Этот факт заставил дежурного в который раз за день окунуться в омут ступора и смущения, и он от чего-то почувствовал себя крайне неблагодарным. – Я… Я доверяю, брат… – Он опустил руки, а вместе с этим и взгляд. – Я просто не уверен… – Парень всё ещё не мог перешагнуть через свои принципы. – Давай договоримся, если тебе не понравится, я не стану заставлять. – Овада поднял руки в безоружном жесте. Така тяжело вздохнул, явно обдумывая следующие действия, под молчаливое ожидание своего лучшего друга. Наконец, он изрёк таким же неуверенным тоном: – Хорошо, брат, я верю тебе. – Вот и славно. – Он одарил его приободрительной ухмылкой, протягивая рюмку. Ишимару неловко взял её в руки, рассматривая янтарный цвет содержимого, налитого в неё. Он поднял сомневающийся взгляд на друга, который ждал от него пробы. Така поднёс рюмку близко к носу, вдыхая резкий присущий алкоголю спиртной шлейф и тут же поморщился. Байкера эта невинность позабавила, он даже подумал, что Киётака смахивает на котёнка. Приложив край ёмкости к губам, он вобрал в рот каплю жидкости, чувствуя, как вкус алкоголя расползается на языке. Он был достаточно горький и терпкий, не сказать, что Така любил такое. Проглотив каплю, она оставила после себя странное кисловатое послевкусие, а по горлу разошлось обжигающее тепло. – Ну, как? – Байкеру, казалось, было настолько интересно, что он даже приблизился к нему. Ишимару затруднялся с ответом, на его лице сначала выступило непонимание, а потом он решился отпить ещё немного. В этот раз вкус оказался немного понятнее, появились новые оттенки, вроде послевкусие стало кисло-сладким. Но пить всё равно было тяжело из-за того, что алкоголь сильно грел внутренности. – Это… Что-то…? – Ишимару совершенно не разбирался в алкоголе, поэтому не смог охарактеризовать его так, как ожидал Мондо. Он отпил ещё немного, чуть больше, чем в прошлые разы и облизнулся, заметив азарт, блеснувший в глазах Овады. – Ну хватит колебаться! – Байкер в очередной раз проявил свою нетерпеливость. – Как оно? – Он был похож на ребёнка, который сделал кому-то сюрприз и ждал реакции. – Это не так отвратительно, как я раньше представлял. – Он всё ещё привыкал к греющему свойству алкоголя. – Давай ещё! – Овада принялся пробовать и свою порцию, не отрывая взгляда от Киётаки. – Ты уверен? – Пока что дежурный выпил не так много, он мог остановиться в любой момент, а также его начала грызть совесть. – Да, напьёмся сегодня! – Байкер по полной разошёлся и загорелся энтузиазмом.

***

Спустя ещё пару рюмок дежурный уже был достаточно пьян, как и его друг, в связи с неопытностью по выпивке алкоголя. Оба они разговорились о какой-то ерунде и выглядели слегка растрёпано. – Брат, у меня уже кружится голова… – Простонал бедный дежурный, кладя руку себе на лоб. – Это нормально, бро. – Совершенно спокойно объяснил байкер. Киётака попытался встать, но сделал это напрасно, так как не удержал равновесие и грохнулся прямо между ног Мондо, который моментально отреагировал и рефлекторно обхватил его руками. – О, чёрт. Осторожнее. – Сказал Овада. От Киётаки доносился неслабый запах алкоголя, остатки здравого ума покидали его, заменяясь на плавающее спокойствие. Не желая снова вставать, он приподнялся и уселся прямо на колени к парню, уткнувшись тому лбом в плечо. Абсолютный Байкер не убирал своих рук, лишь переместил их на спину Ишимару, создавая импровизированные объятия. – Да уж, для первого раза ты перебрал. – Он начал медленно, с трепетом оглаживать его спину. – Мондо… – Така поднял голову, взгляд его был виноватым и полным смущения. Он положил руки тому на плечи. Овада был по-настоящему очарован этим зрелищем. В Ишимару ему нравилось всё, строгая форма идеально подчёркивала его фигуру, высокие сапоги на шнуровке выглядели на нём достаточно сексуально, раскрасневшееся лицо и пьяное дыхание будоражили мысли, которые итак сегодня были наперекосяк, а алкоголь сделал их ещё вульгарнее. Грудь Таки тяжело вздымалась, мысли поплыли, он сидел на коленях у своего лучшего друга и выглядел настолько невинным, что Овада мог поклясться, что он уловил что-то особенное в его взгляде. Первым не выдержал Мондо. Он поднял ладонь к лицу Киётаки, прикоснулся к его щеке и они оба резко, интенсивно и импульсивно потянулись за поцелуем, будто прочитав мысли друг друга. Сомкнув губы воедино с губами байкера, Ишимару томно прикрыл глаза. Из-под подрагивающих чёрных ресниц виднелись кровавые озёра алых глаз. Киётака придвинулся сильнее, уже практически нависая своим телом над Овадой и наслаждаясь процессом. Поцелуй оказался не менее алкогольным, чем та жидкость, которую оба парня совсем недавно распивали из рюмок. Он был сладко-кислым на вкус, несдержанным со стороны Мондо и таким желанным со стороны Киётаки. Язык байкера прошёлся по нижней губе дежурного, а спустя мгновение он эту же губу несильно прикусил. Ишимару старался лишь сильнее вжаться в друга, до побеления костяшек сжимал его пальто, будто может ощущать его тело под своими пальцами в последний раз. Руки Овады потянулись к воротнику дежурного, расстёгивая его. Им пришлось на мгновение оторваться, и они оба смогли лицезреть выражения лиц друг друга. Ишимару был очаровательно смущён, часто и глубоко дышал, множественный спектр эмоций играл на его лице, мысли растекались в лужу, глаза будто заполонила пелена наслаждения и недавнего алкоголя, из-за чего зрачки были расширены. У Мондо в глазах читалось желание, нетерпеливость, он тоже часто дышал, и, кажется, ухмылялся. Закончив с верхней одеждой Таки, он снял её и не глядя положил на стол. Поняв, что стоит переместиться на кровать, он перенёс туда Киётаку, а сам навис сверху, отбрасывая своё пальто куда придётся. Следующий поцелуй получился в шею Таки и заметно перешёл в укус, а потом в засос, заставляя дежурного застонать от неожиданности. Этот звук ещё сильнее возбудил байкера, и он оставил уже в другом месте багровеющий засос, который тут же расцвёл хаотичным цветком на месте укуса. Киётака вцепился руками в спину парня, сжимая такую тесную в данный момент майку без рукавов. Тем временем байкер спускался ниже и ниже, к торсу дежурного, оглаживая обжигающе горячие бока и пресс. Остановив одну руку на ремне Ишимару, тот решился огладить нарастающую выпуклость в его штанах, моментально получив реакцию в виде стона, заглушённого рукой, прижатой ко рту. – М-мондо, подожди! Притормози. – Единственное, что смог выдавить из себя дежурный, смотря на него стыдливо. – Я не готов. Я не могу. – Парень поднялся на локтях, берясь за запястья лучшего друга. – В каком смысле? – Непонимающе прошептал байкер. Голос его будто осип от желания. – Ты разве не сам этого хотел?! – Росло возмущение. – Брат, ты мне нравишься, но я не могу. Сейчас не могу. – Ишимару всё равно не мог сразу полностью распрощаться с моралью и запретами, ему нужно было время, даже под действием силы алкоголя, он не смог преодолеть себя. – Хорошо, я понял, бро. – Мондо убрал руки и опустил взгляд на свои джинсы, в которых уже красовалась эрекция. – Если ты не возражаешь, мне надо кое с чем разобраться сейчас. Я пойду. – Он встал с кровати и прихватив по пути своё пальто, удалился. Киётака откинулся на кровать, тяжело дыша, и пытаясь переварить информацию, которая только что поступила в его голову. Он мог только что переспать со своим лучшим другом, в которого был влюблён. Также, он в первый раз напился, и в первый же раз перебрал. Нарушил школьные правила. На его шее красуются два засоса, и он отказался от полового акта, хотя он почти не успел начаться. И сейчас у него, кстати, стояк. Насыщенный день, ничего не скажешь. Это было последнее, о чём он успел подумать, прежде чем отрубиться в сон.

***

Голова неприятно ныла, тело ломало, а он даже сначала не понял, что происходит. Киётака открыл глаза, которые предательски не хотели фокусироваться и не видели окружение перед собой. Он тут же потянулся к ним руками, потирая их, и при этом издавая болезненный стон. Он приподнялся на локтях и попытался сфокусировать взгляд. Он понял, что лежит в своей комнате, в кровати, да ещё и без верха. Воспоминания бессвязным туманом то всплывали, то так же незаметно рассеивались. Бутылка виски. Пьяные разговоры. Лицо Мондо. Поцелуй. Разлетающиеся вещи. По кусочкам пазл стал складываться, и Ишимару смог вспомнить почти весь вечер, за исключением мелких деталей. Он с ужасом глянул на часы, но на уроки он не опаздывал. Встав с кровати, он подошёл к столу и забрал свою форму, на ходу её одевая. Он должен был найти Мондо. Выйдя в коридор, он тут же столкнулся с идущим ему навстречу Леоном. – О, вот ты где! Я, эм… – В руках он держал стопку тетрадей, которую должен был отдать. – Я хотел их занести вчера вечером, но услы… Вернее, я подумал, ты занят, вот и хотел сегодня с утра их… Оуу, ты заболел, кажется? – Кувата неразборчиво тараторил, сильнее вжимаясь в тетради с конспектами. По неизвестным причинам ему было достаточно некомфортно в компании дежурного. Ишимару потёр глаз и подавил желание зевнуть. – Я в полном порядке! – В его голосе проскальзывали уставшие нотки, но он как мог пытался их скрыть. Он забрал свои тетради у Леона и поспешил по-быстрому удалиться. Леона такое поведение немного поставило в ступор, хотя он отдалённо всё-таки понимал причину “недосыпа“ Таки. Всё-таки, обоняние у него есть, и запах похмелья он учуял, сначала подумав, что ему показалось. Двигаясь дальше по коридору, дежурный смотрел себе под ноги, обдумывая как и что он может сказать своему другу после всего произошедшего. Неожиданно, он врезался во что-то твёрдое и высокое. – О, извините! – На автомате выпалил Абсолютный Дежурный, поднимая глаза. К своему удивлению, перед ним стоял никто иной, как Мондо Овада. – Мондо! – Воскликнул он. – Привет, бро, я как раз тебя искал. – Вид у него был не лучше, чем у самого дежурного, тоже помятый, и было ощущение, будто его что-то гложет. – Ты… В общем, прости. – Ему явно не без труда пришлось процедить короткое извинение. – Зря я, наверное, тебя споил. Не хочешь забыть, что было вчера? – Одна его рука была в кармане джинс, а другой он потирал затылок. Ишимару понятия не имел, как на это реагировать, он даже не ждал извинений и, более того, хотел пригласить Оваду сегодня к себе, чтобы нормально всё обговорить и признаться в чувствах, чтобы всё получилось по-человечески, а не в пьяном бреду. В его голову пришла не самая стандартная, слегка вульгарная идея о том, как бы он мог ответить, чтобы снять напряжение, повисшее между ними, но он долго не решался озвучить свой ответ. И только под напором проницательных фиолетовых глаз он выпрямился и достаточно громко, но не настолько, чтобы их могли услышать, провозгласил: – Мондо Овада, вы были уличены в распитии алкогольных напитков на территории школы, пожалуйста, сегодня вечером зайдите в комнату моего общежития, чтобы получить своё наказание! – Звучал он не слишком уверенно, и даже скованно, но Мондо мог бы даже и поверить, если бы не знал Киётаку и не различал его мимику и жесты, когда он явно преувеличивает. Удивлению не было предела, но он решил ответить не менее оригинально. Он слегка наклонился над ухом дежурного и с ухмылкой прошептал: – Решили в коим то веке наказать меня, дежурный Ишимару? – Тепло дыхания байкера почти обожгло покрасневшую кожу, по телу Таки побежали мурашки, снизу вверх будто прошёлся умопомрачительный заряд электроэнергии. Он не ожидал такого ответа и явно не был готов к такой реакции. – Что ж, брат, я зайду. – Мондо выпрямился и подмигнул, уходя дальше по своим делам… Кого-то ждал особенный вечер.