ID работы: 10162848

Мужик и фуфайка

Джен
PG-13
Завершён
7
Размер:
15 страниц, 1 часть
Описание:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора / переводчика
Поделиться:
Награды от читателей:
7 Нравится 1 Отзывы 0 В сборник Скачать

Часть 1

Настройки текста
Жил да был человек в фуфайке. Жил не тужил, фуфайку свою холил и лелеял. И вот в тот день, когда его фуфайке исполнилось десять лет, в дверь к нему постучали. Ну, мужик ничего плохого не подумал, мало ли кто там стучит, и дверь открыл. На пороге стоял дед. С длинной седой бородой, длинными седыми волосами, длинными седыми бровями и длинным носом. Мужик удивился и спросил: — Дед, тебе чего? А дед ему и отвечает человеческим голосом: — За фуфайкой я твоей пришел, уж больно хороша. Правда, цвет не тот, но это не проблема, перекрасим. Хотя на самом деле проблема. Можно подумать, так это просто — фуфайку перекрасить… — Да ты офигел, дед?! — возмутился мужик. — Не знаю, кто ты, но фуфайку я тебе точно не отдам. Во-первых, зима на дворе. А, во-вторых, с какой вообще радости? Нахмурил старик седые брови, задумался, а пока он думал, мужик дверь закрыл и пошел дальше телевизор смотреть, там как раз очередной праздничный концерт шел. Зашел мужик в комнату, а там сидит себе дед, совсем не одет, телевизор смотрит, чаек горячий попивает. Мужик совсем обалдел, мало того, что какой-то псих его фуфайку требует, так он еще и в квартиру его пробрался. Да еще и раздеться где-то успел. Мужик рассвирепел, схватил веник и злобно сказал: — Да ты реально офигел, дед! Да ты на кой черт в мою квартиру вперся! А ну одевайся и уматывай. Дед ответил с хитрющей улыбочкой: — А ты дай мне свою фуфайку, я и оденусь. Сам же видишь, нет у меня одежды. И я надеюсь, ты не сильно задаешься вопросом, куда она делась. И не сказать, что мужик действительно не задавался этим вопросом, но знать точно не хотел. Хотел он только одного — чтобы странный старик умотал быстрее. И, кажется, откупиться фуфайкой от этого психа неплохая идея. Мужик вернул веник в угол, достал фуфайку из шкафа, намереваясь со всей злости бросить ее в старика и замер. Фуфайка стала нежно-розового цвета, хотя еще пару часов назад, когда он повесил ее в шкаф, она была синей. Дед посмотрел на фуфайку, задумался. Так они и молчали несколько минут. Первый подал голос мужик: — Слышь, старик, твоих рук дело? Но дед, казалось, был удивлен сильнее. Он почесывал подбородок, путался в бороде и, не отрываясь, смотрел на фуфайку. Наконец, он произнес: — Вот еще. Мне совсем не нравится розовый цвет. Уж лучше синий. Хотя и синий мне тоже не по душе. После этих слов дед поднялся с кресла, вытащил из-под него зеленые брюки и фиолетовую рубашку, оделся и, заплетая бороду в косичку, добавил: — Что ж, зато теперь не будет проблем, правда? Тебе ведь не нужна одежда столь странного цвета? — Зато тебе зачем-то нужна, не так ли? — перешел в атаку мужик. — А ну отвечай, зачем. Однако дед продолжал себе одеваться. Из левого кармана брюк он достал пиджак и галстук, а из правого — ботинки. Все это было такое же зелено-фиолетовое. Мужик замолчал еще на галстуке и просто продолжал наблюдать. Дед полностью оделся, смахнул с пиджака пылинку и решил-таки удостоить мужика ответом: — Скажем, мне стало холодно этой суровой зимой, а деньги закончились еще летом. А, быть может, я всю жизнь мечтал обокрасть кого-нибудь. Или от этой фуфайки зависит судьба двух миров. — Знаешь, что, забирай ты эту фуфайку, все равно по-другому от тебя, видимо, не избавиться. И вали отсюда, пока веником не получил. Дед тут же бросил взгляд на веник, который был отброшен за ненадобностью и из-за занятости рук фуфайкой. Веник тихо шуршал и продвигался к выходу — Непорядок, — дед опять поскреб подбородок. Из бороды тут же выполз паук, упал на пол и вприпрыжку побежал к окну. Веник продолжал шуршать. Мужик с ужасом проводил паука взглядом. Потом посмотрел на веник и кинул в него фуфайку. Тот продолжал ползти, потянув фуфайку за собой. — А вот это зря, — с укором сказал дед, ловко пробежал по стене, одной рукой схватил фуфайку, второй — мужика за руку и выпрыгнул в окно. Мужик зажмурился и заорал, ведь окно было закрыто и на тринадцатом этаже. Деда это совершенно не смутило, волей-неволей пришлось бежать следом. И, черт возьми, это начинало становиться интересным. Паук прицепился к штанине деда и изо всех сил старался не биться о пролетающие мимо балконы. Фуфайка весело развевалась в руке деда. В квартире разочарованно шуршал веник. К первому этажу дед снизил скорость и на землю ступил почти элегантно. Мужик почти упал рядом и тут же получил на руки фуфайку и паука. Дед же достал из кармана чашку с чаем, отхлебнул и опустился на стоявшую рядом скамейку. Мужик натянул на себя фуфайку, цвет цветом, а на улице было минус пять, и шел легкий снежок. Паук шмыгнул в щель в стене. — И что это было? — как можно спокойнее спросил мужик, хотя весь трясся от негодования. А может от холода — на ногах у него были только домашние шлепки. — Это был агент Мистери Пи. Вовремя мы смылись, — дед предложил было мужику чая, потом подумал и достал из кармана валенки. Валенкам мужик обрадовался, а вот словам деда не очень. — Что еще за Мистери Пи? — теперь мужик трясся точно лишь от негодования — валенки грели не только ноги, но и воздух вокруг него. — Сын Мерса Пи, — тон у деда был такой, будто он объясняет простейшие вещи. — И скажи спасибо, что он не явился сам. Потому что его пафосные речи — настоящее орудие пыток. Так что нам повезло, здесь, скорее всего, лишь Сифон и Сульфидна. — Кто? — только и сумел выдавить из себя мужик. — Сифон и Сульфидна. Сифон — это веник, — пояснил дед, окончательно сбивая с толку, — а Сульфидна его жена. И есть еще Миссири Пи, сестра Мистери. И им всем нужна твоя фуфайка. Которая почему-то розовая. Твоих рук дело? — грозно спросил он у мужика, забыв, что некоторое время назад тот и сам удивлялся такому цвету. Мужик замотал головой. Дед удовлетворенно кивнул и задумался, перемешивая чай невесть откуда взявшейся чайной ложечкой. Чай пенился и менял цвета. Когда он стал темно-синим, дед хитро улыбнулся и выплеснул его на фуфайку. Фуфайка стала синей, потом белой, а потом опять стала розовой. Мужик мрачно молчал. А дед тяжело вздохнул, засунул кружку в карман, достал вместо нее блокнот и ручку и начал что-то мелко писать. Мужик заинтересовался и заглянул в блокнот. Писал дед непонятно, явно не по-русски и слова тут же пропадали. Чернила были красные и сильно смахивали на кровь. Минуты шли, стояла полная тишина, что было удивительно, потому что район был опасным и полным полуночной гопоты. Будто вымерли все, пришла мужику странная мысль. Что вкупе с шуршащим веником, розовой фуфайкой и кровавыми чернилами пугало не на шутку. Дед тем временем писать перестал, смял в руке блокнот и ручку и выкинул их через плечо. — Одноразовые, — пояснил он мужику, хотя тот ничего не спрашивал. — Время проверить веник и квартиру. Возможно, но ты раньше времени не радуйся, там стало безопасно. Жди здесь и валенки не снимай. После этих слов дед направился обратно в квартиру. Тем же путем — через окно. Мужик молча наблюдал, как дед весело шагал вверх, стрельнул сигаретку у кого-то, решившего покурить в форточку и шагнул сквозь стекло. — В квартире не кури! — только и успел крикнуть мужик. Снег закончился, но мужик не обратил на это внимания, валенки все равно защищали от него не хуже зонта, уничтожая снежинки на подлете. Иногда даже казалось, что они жалобно кричат в последние секунды своего существования. Вернулся паук, попытался залезть мужику в бороду. Но бороды не было, и пришлось пауку ждать рядом. Дед вернулся минут через пятнадцать, изрядно потрепанный и с чемоданом в руке. Сигарета за это время трансформировалась в трубку. — А ты не говорил, что в холодильнике у тебя портал. Кто вообще делает его в холодильнике, когда есть шкаф? — дед был слегка возмущен. — И, боюсь, домой тебе путь заказан. Я собрал все необходимые вещи. Мужик взял протянутый ему чемодан и осторожно открыл. Внутри лежал паспорт, две смены одежды и банка с селедкой. Что странно, хотя смотря с чем сравнивать, селедки у него дома отродясь не было, не любил он ее. — А деньги? — вообще-то он хотел спросить какого черта, но селедка сбила с толку. — Не пригодятся, — отрезал дед. — Документы, конечно, тоже, но Сифон мог устроить подлость и через паспорт проклясть тебя на сто лет. Лучше было бы сжечь, но, по моей информации, без паспорта здесь никуда. А есть возможность, что ты вернешься живым. — Откуда вернусь? — спросил мужик. — Из Ландии, страны, которой никак не могут придумать нормальное название. Не волнуйся, это не навсегда. А даже если и навсегда, то всегда есть плюсы. Например, наше кладбище настолько шикарно и престижно, что все в очередь встают, чтобы быть похороненным там. И платят огромные взятки. А тебе, как беженцу, место дадут всего за полцены. — Я рад, — угрюмо ответил мужик. — Погоди, это не все плюсы. Хотя кладбище, конечно же, самый большой из них. У нас бесплатные библиотеки и дешевые бордели. И, хотя это не приветствуется, всегда можно задешево найти некроманта. — Зачем это? — поинтересовался мужик чисто для поддержания разговора. — Да мало ли, — пожал плечами дед. — Зомби там сваять или с предками побеседовать. Хотя зомби уже не так популярны, сейчас в моде големы. Но они дороже. Но намного квалифицированнее. — Квалифицированнее для чего? — а вот тут мужику уже стало действительно интересно. — Чаще как прислуга. Хотя стирают они отвратно. — Зомби? — Да что те, что другие, — вздохнул дед. — Один раз остановился я в гостинице, так мне мой пиджак постирали настолько плохо, что пришлось его сжечь. Два часа за ним охотился. Ладно, остальное на месте. Бери надоеду и шагай за мной. Кстати, если переход вдруг не удастся, что мне написать на надгробии? — Прости, что? — Звать тебя как? — Семен, — ответил мужик, не на шутку пугаясь. — И какова вероятность, что он не удастся? — Пока сбоев не было, но все бывает впервые. Я, кстати, Дукаш, будем знакомы. — Поляк? — Сам ты поляк, кто бы это ни был. И надоеду ты до сих пор не взял. — Кого? — А с тобой сложно. Паука в руки возьми. И смотри не помни, вдруг пригодится. Хотя он уже пять лет за мной ходит, пока только мешался. Семен осторожно подобрал паука, который тут же забрался ему на плечо, и поднял чемодан. Дед со странным именем Дукаш критично оглядел их тандем, кивнул, схватил Семена за руку и пошел прямо в стену. Семен немного мандражил, но Дукаш держал крепко, пришлось за ним идти. Дукаш прошел сквозь стену, как будто той и не было. Семен зажмурился и шагнул вслед за ним. Лбом об стену он не врезался и сразу почувствовал себя лучше. Через пару секунд руку отпустили и, открыв глаза, Семен увидел Дукаша, незнакомую девицу неопределенного возраста и трех ежиков. Ежики ожесточенно спорили на странном языке, состоящим из множества шипящих. Дукаш цыкнул в их сторону, и ежики смолкли. А потом растворились в воздухе. — Распустила ты их, — сказал он девице. Та только закатила глаза и стала полупрозрачной. И в таком виде плавно уплыла сквозь стену. Надоеда спрыгнул с плеча и ускакал за ней. Правда, воспользовался дверью. Дукаш тем временем снял пиджак и бороду, аккуратно повесил на спинку появившегося из ниоткуда стула. Умылся из стоящего рядом умывальника и в буквальном смысле помолодел лет на сорок. — Маскировка, — пояснил уже-не-дед, не уточняя, какой именно из видов ею являлся. — Гостевая наверху, если будешь подниматься больше пяти минут, пригрози пытками, они испугаются. Когда переоденешься, бери фуфайку и неси сюда, будем думать. Дукаш скрылся за той же дверью, что и паук, а Семен направился к единственной лестнице, изо всех сил надеясь, что грозить никому не понадобится. Так и вышло, дорога наверх заняла много меньше пяти минут, видимо таинственные они, возможно, те ежики, испугались заранее. Зато дверей было около десяти, каждая пронумерована и подписана. На ближайшей стояло число 25 и приписка «уборная». На второй — 36 и «спальня». На третьей 49 и «сорок два». Четвертая дверь была названа гостевой, и в нее-то Семен и вошел. Комната выглядела настолько нормально, что Семен даже удивился. Но когда распахнул шторы, чтобы немного осветить ее и увидел за окном летающую лошадь, кружащую вокруг дома, то удивляться перестал. Он быстро переоделся, натянул обратно валенки, которые тут же превратились в кроссовки и, прихватив фуфайку, вернулся вниз. Внизу опять спорили ежики. На этот раз на французском. Французский Семен учил еще в школе и давно позабыл, а потому понимал лишь по паре слов на фразу. Насколько он понял, спорили ежики о том, на каком языке спорить. И вполне вероятно, что для них это было в порядке вещей. Семен решил не мешать и осмотреться. В целом, комната не впечатляла. Посередине стоял вполне себе обычный стол с четырьмя стульями, с потолка свисала одинокая лампочка. Единственное, что было необычным, кроме ежиков, так это горшок с растением на подоконнике. Оно состояло из квадратов и треугольников, чередующихся, ветвящихся и уменьшающихся. И было странное чувство, что уменьшались они до бесконечности. — Кстати, ядовитое, — раздалось за спиной. Вернулся Дукаш, который успел переодеться в футболку и джинсы. Тоже фиолетово-зеленые. — Купил его у одного старика. У него были такие забавные штаны. Но это не главное. Главное — спрятать фуфайку так, чтобы ни Миссири, ни подручные Мистери ее не нашли. — Да на кой черт вам всем моя фуфайка? — Семен, наконец, задал давно мучавший его вопрос. — Долгая история. Впрочем, пара часов у нас есть, пока Сифон приходит в себя и гадает, куда мы делись. Хотя Сульфидна вполне может прийти на помощь, и тогда у нас от силы полчаса. Не говоря уже о Миссири Пи, которая наверняка готова к нашему появлению здесь. И хотя мой дом был скрыт от них, с появлением здесь фуфайки все изменилось. Миссири маг экстра-класса и обнаружит нас быстро. Поэтому… — Ближе к делу, — прервал Семен. — Как скажешь, — пожал плечами Дукаш. — Тогда садись и слушай. Все началось ровно десять лет назад, когда Миссири и Мистери обнаружили Великую Заразу. И хоть я и не люблю большие буквы, так оно и есть. Надо сказать, именно здесь большие буквы как никогда уместны. Но только здесь. А ведь ты наверняка замечал эту непонятную страсть к большим буквам. Взять хотя бы Зловещий Лес. Его и лесом-то не назовешь, так… — Ближе. К. Делу. — Ну так Великая Зараза была в зловещем лесу, — как ни в чем не бывало продолжил Дукаш. — И они ее нашли. А, как всем известно, Великая Зараза должна вызреть. Ровно десять лет. Вот Мистери и превратил ее на время вызревания в фуфайку. Вкуса, конечно, никакого, потому как в фуфайках здесь уже давным-давно никто не ходит, разве что совсем старики. Но это простой консерватизм, а не дань моде. И вот что интересно, когда я говорю о стариках, я имею в виду людей старше двух сотен лет. У нас климат хороший, вот и живем долго. Семен зевнул и прислушался к ежикам. Те перешли на очередной язык, напоминавший немецкий. Дукаш вещал о климате, стариках, а потом и курортах Ландии еще минут пять, прежде чем заметил, что его не слушают. — Довольно подло, — заявил он, привлекая внимание к себе, — не слушать о жизненно важных вещах. А ведь Зараза как раз вызрела. — То есть моя фуфайка и есть эта зараза? — не поверил Семен. — И как же она у меня оказалась? — У меня странное чувство, что ты забываешь о больших буквах. Но, да, это и есть Зараза, — Дукаш кивнул на фуфайку. — Хотя то, что она стала розовой довольно странно. Видимо это и есть результат вызревания. — Так почему она оказалась у меня? — Мой дед ее украл. И прежде, чем осуждать его, подумай, как много зла с ее помощью могут причинить Мистери и Миссири. — Да я и не спорю, — не стал возражать Семен. — А дед, я смотрю, у тебя еще о-го-го! — Так я же говорю, климат у нас хороший. Еще бы мой дед не спихнул на меня свои проблемы, уйдя на пенсию. Хотя это даже интересно. Так вот, дед оставил Заразу в вашем мире, думал, что Мистери и Миссири ее там не найдут. Ну, или умрут. Кто ж знал, что они окажутся такими упертыми. Слушайте, да вы задрали уже, — не выдержал вдруг Дукаш перебранки ежиков, которые спорили все громче и громче. — Пошли вон на кухню. Ежики синхронно вздохнули, и, вполголоса ворча, медленно и торжественно удалились на кухню. Ни у Дукаша, ни у Семена язык не повернулся прервать столь впечатляющий уход даже словом. Хотя уходили ежики очень медленно и прямо-таки напрашивались на то, чтобы их ускорили пинком. — И что теперь делать? — спросил Семен, едва ежики скрылись из виду. — Вариантов два. Во-первых, мы можем спрятать фуфайку в другом измерении и надеяться, что ее никто не найдет. Но Мистери все равно рано или поздно ее найдет. Поэтому есть «во-вторых». Нам надо уничтожить Заразу, пока не поздно. Ты сейчас, наверняка, задаешься вопросом, почему мой дед не сделал этого с самого начала, не так ли? — Нет, я скорее думаю, на кой черт понадобилось меня во все это впутывать. — Судьба, — припечатал Дукаш. — И отвечая на мой же вопрос, уничтожить Заразу можно только, когда она вызреет. Именно поэтому фуфайка так хорошо выглядит даже спустя десять лет. А вовсе не потому, что ты хорошо за ней ухаживал. — Да кто б спорил. И я так понимаю, чтобы ее уничтожить нужно провести сложный трехдневный ритуал со множеством условий? Иначе ты бы ее сжег еще при появлении сифона-веника. — В некотором роде. Но это не твоя забота. Ты можешь пока наслаждаться вынужденным отпуском и кататься на радужном пони. — Это та хрень, что наматывает круги вокруг дома? — Кто? А, нет. Круги наматывает кое-что другое, к нему лучше не подходить. Даже я не рискую, хотя достал он похлеще тех троих, — Дукаш посмотрел в сторону кухни. Оттуда выглянула полупрозрачная девица и вопросительно на него уставилась. — Ничего, я просто посмотрел. Так что располагайся, — он снова смотрел на Семена, — и отдыхай в свое удовольствие. Можешь взять надоеду или тройняшек, они все объяснят. Тройняшки хоть и бесят своей болтовней, но помогают всегда охотно. Ты главное спуску им не давай, а то они способны болтать несколько часов кряду, не уставая и не замолкая ни на минуту. Понятия не имею, как они так могут, но факт остается фактом. Что иногда выводит из себя. — И не говори, — Семен выразительно посмотрел на собеседника, но тот и глазом не моргнул. — Ведьму не трогай, она не очень любит компанию. Но хорошо готовит. И не забывай про лестницу и угрозы. И старайся делать это убедительно, они иногда наглеют. — А кто там? — вот это Семену действительно было интересно. — Мне удалось разглядеть только одного и то мельком. Но тело у него явно змеиное. Может, остальные такие же, а может и нет. Если покажутся, не сочти за трудность, расскажи. А мне ведь пора уже прятать фуфайку. И с этими словами Дукаш засунул фуфайку в карман и вышел через окно, чудом не задев растение. — Надеюсь, что нормальная дверь тут тоже есть, — пробормотал ему вслед Семен. Нормальная дверь появилась сразу после его слов. И даже сама открылась, приглашая выйти наружу. Вот только открылась с таким жутким скрипом, что напрочь отбила все желание. Но выбора не было, и Семен все же покинул странный дом, совершенно забыв про ежиков. Дверь вопреки ожиданиям не исчезла, как только он вышел, и даже осталась приоткрытой. Видать, с ворами проблем не было. Хотя кто знает, вдруг призрак, ежики и летающая лошадь по здешним меркам не так и пугающе. Про лошадь Семен вспомнил вовремя и, еле успев увернуться, отбежал с ее пути. Кроме лошади, на первый взгляд, на улице не было ничего необычного. Выйдя из дома, Семен оказался в небольшом дворике, окруженном частоколом. Судя по всему, была осень: деревца были покрыты желтой листвой, жухлая трава покрывала большую часть сада. Что было за частоколом, Семен не видел, но надеялся, что погода за ним не сильно отличалась от дворовой. Хотя кто знает, может, здесь ее можно было настроить для каждого в отдельности. Дверь в заборе нашлась сразу, не понадобилось даже ни о чем просить. И, надо сказать, за дверью все было гораздо интереснее. Нет, там стояла все та же осень, но вот в остальном все было по-другому. Взять хотя бы абсолютную тишину, стоявшую во дворе Дукаша, которая тут же была нарушена, стоило выйти наружу. И уходящего в небо столба, стоящего в нескольких кварталах отсюда, из двора тоже не было видно. Столб Семена изрядно заинтересовал, и он даже не поленился пройти эти несколько кварталов. Вблизи стало понятно, что столб был сделан из металла, был огорожен красной лентой и снабжен предупреждающими табличками в огромном количестве: «Запрещено описывать полный круг в непосредственной близости от столба». Семен на всякий случай отошел подальше, сразу заметив, что практически все жители обходили столб стороной. Жители, кстати, оказались на вид вполне нормальными. Но все они спешили по своим делам, и разглядеть их внимательно не удавалось. Семен решил повременить с изучением быта и нравов и просто прогуляться. Взяв за ориентир злосчастный столб, благо тот находился недалеко от дома Дукаша и вряд ли перемещался в пространстве. День уже клонился к вечеру, когда Семен решил вернуться домой. Однако он не успел даже дойти до столба, как его перехватил Дукаш. На этот раз он выглядел довольно заурядно, нацепив зачем-то обычный черный костюм-тройку. — Неожиданно, — прокомментировал новый стиль Семен. — Деловая встреча? — Бодрый Нэд не любит неофициальный стиль. А поскольку он мой начальник, одеться прилично будет нелишне. Кстати, я разве не говорил взять с собой тройняшек? А если бы ты заблудился? Между прочим, лучше них никто не ориентируется в городе, им даже карту как-то заказывали. Заказ был проигнорирован, но сам факт! И чем ты питался весь день, ведь я забыл дать тебе денег? Да если бы и дал, ты все равно не знаешь здешних цен, облапошили бы тебя как пить дать. Нет, серьезно, ты выглядишь сытым и довольным, а это удивляет. — Если ты дашь вставить мне хоть слово, — прервал очередной монолог Семен, — то услышишь много интересного. Во-первых, я так и не нашел радужных пони. А во-вторых, я встретил прекрасную незнакомку, которая устроила мне неплохую экскурсию. — Да неужели? — удивился Дукаш. Семен подождал немного, но продолжения не последовало. И только ветер завывал в кронах деревьев. Семен удивленно огляделся — ветра не было, просто что-то завывало в кронах деревьев. — Не важно, — отвлек его от странных звуков Дукаш. — Что там с экскурсией? — А, да. Я так и не понял, была ли это Миссири или та вторая, которая с веником… — Сифоном, — поправил Дукаш. — С Сифоном, — послушно исправился Семен. — Но это явно кто-то из них. Уж слишком настойчиво у меня пытались выведать мое место проживания и вкусы в одежде. Да и снотворное в бокале вина наводит на мысли. — Снотворное? Тогда это Сифон или Сульфидна, Миссири бы просто зачаровала тебя, и ты бы сам рассказал обо всем. Поэтому и надо было взять с собой тройняшек. Да нет, надо было пойти с собой. Правда тогда бы я не успел спрятать фуфайку, но это не важно… Не говори Бодрому Нэду, что я так сказал. И ведь ты хочешь знать, кто такой Бодрый Нэд, не так ли? — Сгораю от желания, — с сарказмом ответил Семен, но его не услышали, Дукаш продолжал говорить. — Когда мы к нему придем, главное не делать резких движений. Поговаривают, что он с женой развелся лишь потому, что она взяла в руки нож, когда он был рядом. А ведь бедняжка всего лишь хотела порезать яблоко. И ей еще повезло, что Нэд ей поверил, дело могло и тюрьмой закончиться. Надеюсь, тебя пропустит его защита, хотя, кто знает, пропустит ли она хотя бы меня. — Да я уже понял, что этот Нэд параноик. Когда мы к нему пойдем и зачем? И что мешает мне пойти отдохнуть, пока ты улаживаешь дела? Я уже давно не спал. И кто, черт возьми, так жутко воет? Вместо ответа Дукаш схватил его за руку и потащил в ближайшую стену. Семен даже не успел закрыть глаза, как в первый раз, однако ощущения сильно не изменились. Сначала резко потемнело, а потом они оказались в совершенно другом месте. На этот раз Дукаш привел его к шикарнейшему особняку из белого мрамора. Перед входными дверями стояли навытяжку двое солдат. А на террасе, развалившись в шезлонге, читал газету огромный мужчина с мрачнейшим выражением лица. — Подозреваю, что это и есть Бодрый Нэд, — кивнул на мрачного Семен, пока их тщательно обыскивали. — Увы, — Дукаш взглядом приказал стоять на месте, а сам подошел к Нэду и поздоровался, снимая шляпу. Семен готов был поклясться, что еще секунды назад шляпы не было. Бодрый Нэд с трудом оторвался от газеты и кисло посмотрел на Дукаша. Взгляд Нэда был полон вселенской тоски. — Это ты, — в голосе тоски тоже было хоть отбавляй. — Надеюсь, новости хорошие? — Зараза созрела и в надежном укрытии, — отрапортовал Дукаш. — Враги не дремлют, но все под контролем. — А он что тут делает? — Нэд ткнул пальцем в Семена. — Было опасно оставлять его, Сифон находился неподалеку. — По твоим же данным Сифон находился неподалеку в течение десятка лет. И что-то не припомню с твоей стороны такой заботы об объектах. Ладно, твое дело. Как, впрочем, и уничтожить заразу. Ты уже добыл книгу? — Не было времени. Но я работаю над этим. Просто так в башню Мистери не проникнуть, нужен план. — Года тебе не хватило? — Почему же? Просто старый план нуждается в доработке. Точнее, мне нужен кто-нибудь, чтобы обеспечить безопасность Семена, потому что надеяться на ведьму глупо, а остальные мне понадобятся. — Вспоминая твои же слова, забота об объектах — лишнее. Но, раз уж ты притащил его сюда, есть другая идея: сдать его Мистери и таким образом проникнуть в убежище врагов. — Эй, я, между прочим, здесь, — возмутился Семен. — Действительно, непорядок, — Дукаш щелкнул пальцами, и Семен тут же оказался в его доме. Это было подло. Из кухни выплыла призрачная ведьма и сочувственно подала чашку чая с сушками. Сушки Семен не любил, но не обижать же девушку. Тем более из всех окружающих она, не смотря ни на что, выглядела самой нормальной. — Сушками в этом доме принято делиться, — раздалось с пола. Семен опустил взгляд и увидел ежиков. Ежики смотрели на сушки с истинным вожделением, и, казалось, готовы были за них убить. Семен рисковать не стал и отдал им все. Ежики впечатлились, весело захрумкали и теперь смотрели с любовью. — Не обращай внимания, — в унисон сказали они, когда от сушек ничего не осталось. — Дукаш всегда ведет себя так, что хочется его убить. Но это сложно, у меня не вышло. А ведь просто заданием это было первые четыре попытки, потом стало делом чести. — Вы что, серьезно хотели его убить? — не поверил Семен. — Нам за это заплатили, — опять хором, видимо поодиночке они разговаривали только между собой. — Сразу трое. Тройная оплата за одну цель, разве мы могли отказать? Хотя знали бы, чем все закончится, отказали, конечно же. — А чем закончилось? — Семену стало интересно. — На шестой попытке он нас вычислил и перекупил. Ну и сейчас иногда подбрасывает работенку. — А здесь-то вы тогда почему живете? — А живу я здесь из вредности, — усмехнулись ежики. — Потому что мою квартиру этот гад разрушил, когда со своими людьми брал одного из заказчиков. Вместе с домом. После этого была седьмая попытка, и она почти удалась. Но потом я понял, что делаю это бесплатно и решил не убивать. Иногда желание возвращается. Хотя и без нас желающих хватает. — Да? — Ага, пытались тут прокрасться в дом пару раз, ловушку устроить. Но я-то профи, ловил на подлете. И знаешь, что? — Что? — Дукаш ни разу не поблагодарил материально. Только «спасибо» от него и дождался. А ведь он на этих придурках карьеру делает. Но в последнее время тишина. То ли выжидают враги, то ли закончились. А я ведь жду. Хоть какое-то развлечение. Даже сам ловушку смастерил. Дукаша тогда чуть не угробил. Хотя его не жалко… — Ежики постепенно снова увлеклись сами собой и, забыв про Семена, скрылись с глаз. Куда именно, он не заметил. Из кухни выглянула ведьма, посмотрела на остатки сушек и принесла бутерброды. Вот им Семен обрадовался, хотя парочка была с селедкой. — А вы… эм… совсем не разговариваете? — поинтересовался Семен у Ведьмы. Та смущенно улыбнулась и растворилась в воздухе. Стало совсем тихо и скучно. А ведь сегодня он собирался встретиться с друзьями, отпраздновать Новый Год. И концерт он не досмотрел. Зачем он вообще купил эту фуфайку? Или ему ее подарили. Странно, но подробностей ее появления у себя Семен так и не вспомнил. Вскоре вернулся Дукаш. Через окно, смахнув все же горшок с деревцем. Горшок остался цел, а вот деревце напротив, разбилось на множество кусочков, которые тут же расползлись по углам. Аккуратно отодвинув горшок к стене, Дукаш уставился на Семена, склонив на бок голову. От такого взгляда пробирал холод, да и план Нэда сдать его Мистери сразу же вспомнился. — Не беспокойся, план нуждался в доработке совсем по другим причинам, — успокоил Дукаш. — Сдавать Мистери или Миссири гражданского, который еще и не в курсе дела — глупо. Но это я так считаю, сами Пи могут придерживаться другого мнения, так что будь осторожен. А теперь спать. Дукаш направился на второй этаж, прихватив оставшиеся бутерброды. — Чувак, а ванная где? — крикнул вдогонку Семен. — На двери будет написано «не входить», — ответил Дукаш и растворился в воздухе. «Показушник», — пробормотал кто-то из угла. Семен не стал задерживаться внизу, не спал он уже давно, и глупо было не воспользоваться такой возможностью. Из душа, кстати, лилась зеленая вода. Семен, однако, колебался не долго, душ принял с удовольствием. Тем более, заглянувшие ежики (а ведь он точно запирал дверь) успокоили, заверив в полной безопасности воды. Уснул Семен практически сразу. А проснулся он от того, что на груди прыгали ежики. Прыгали и напевали: — Вставай! Вставай! Штанишки одевай! — Какого черта? — сонно пробормотал Семен, пытаясь повернуться на бок. Не получалось. — Великая ночь, — благоговейно прошептали ежики. — Все выходят на улицу и смотрят. — Ну так валите смотреть. — Не, приказано привести или принести. Поимей уважение к моему росту и иди сам, — с этими словами ежики испарились, оставив после себя легкий аромат роз. Раньше такого не было, видать ночь и в самом деле великая. Надеясь, что Великая ночь явление редкое, Семен, чертыхаясь, поднялся с кровати и пошел вниз. Внизу уже ждали ежики, ведьма и паук. Увидев его, ежики присвистнули, ведьма смутилась и покраснела, а паук упал в обморок. Семен пожал плечами, в конце концов, не голым же он вышел, просто футболку не одел, было душновато. И да, он был в хорошей форме. — Отлично, все в сборе, — с улицы вошел Дукаш. — Хотя про всех разговора не было. Я серьезно, вы эту фигню каждый год видите, а Семен в гостях ненадолго. Кстати, Семен, великая ночь требует соблюдать некоторые приличия. Я точно оставлял халат. А лучше было одеться полностью. — Да щас, — возмутился Семен. — Мои штаны вполне приличны, и я не просил вытаскивать меня из кровати. Да и кто бы говорил об одежде. — Он прав, — поддакнули ежики. — Вас не спросил, — обиделся Дукаш и вдруг замер, прислушиваясь. — Началось, — прошептал он и вытолкал Семена сквозь стену. Семен уже привык к этому способу и даже не стал говорить про дверь в полуметре от них. А потом он забыл и про стену и про дверь. Потому что увидел Великую ночь. На улице стояла звенящая тишина, а небо было освещено миллионами звезд, которые перемещались с места на место. Это было стократ красивее фейерверков. — На самом деле это не звезды, как ты мог подумать. Никто не знает, что это, но это точно природное явление. Наши волшебники изучали великую ночь, но… — О, заткнись, ладно, — попросил Семен. Дукаш пожал плечами и замолчал. И даже куда-то пропал ненадолго. Вернулся он минут через десять, когда эйфория от невиданного представления у Семена уже прошла, и он начал подмерзать. Видимо, догадавшись об этом, Дукаш принес кроссовки и халат. Кроссовки были все те же, с функцией подогрева пространства, но халат Семен тоже надел, дабы не смущать выглядывающую из окна ведьму. Та правда скорчила разочарованную гримасу. — А теперь гуляния, — сообщил Дукаш и опять куда-то потащил. — На гуляния мы не договаривались, — попытался отбиться Семен, но не получилось, держал Дукаш крепко. И, увернувшись от пролетающей лошади, они направились на улицу. На улице было людно и празднично. Народ сбивался в группы, тащил еду на вынесенные столы и веселился. Играла ненавязчивая музыка. — Веселись, знакомься с интересными людьми и мысленно благодари меня за лучшую ночь в твоей жизни, — отвлек Семена от созерцания толпы Дукаш. — Чего? — Я говорю, мне завтра вставать рано, так что я пошел. Приятно провести время. Если ежики пристанут, можешь пнуть. — То есть ты выдернул меня посреди ночи на улицу и смываешься? — Ладно. Пусть ежики останутся с тобой, если тебе одному скучно. Но в великую ночь скучно не бывает. И он все-таки смылся, не дав Семену сказать ни слова. Поэтому Семен только мысленно послал Дукаша далеко и надолго, а сам решил последовать его совету и веселиться. Тем более что его тут же угостили каким-то странным, но вкусным напитком и пригласили на танец. Что это был за танец, Семен так и не понял, зато в партнерши ему досталась девушка его мечты. Семен даже начал подозревать, что это опять вездесущий Сифон, но о фуфайке не было сказано ни слова, и он расслабился и позволил угостить себя еще одной кружкой странного напитка. Девушку звали Клара. Точнее, Кларанди, но она любезно согласилась на более короткий вариант. Устав от танцев, девушка предложила прогуляться. Семен с радостью согласился, тем более что ему велели приятно провести время. А гулять под луной с красивой девушкой, что может быть приятнее. Вот только долго это не продлилось. Семен со своей спутницей как раз дошли до столба, когда навстречу им вышли двое. Мужчина с самой кошмарной бородой, какую Семен когда-либо видел и беременная женщина. Они шли мирно, держась за руки и, казалось, ни на кого не обращали внимания, но Клара неожиданно остановилась и с непонятной злостью на них уставилась. Парочка заметила этот взгляд и остановилась. — Ну Великая ночь же, — грустно прошептала Клара. Семен хотел было по привычке удивиться, но вспомнил, где он находится. Пора было бросать это дело. Тем временем женщина высвободила руку и отошла от своего спутника на пару шагов. Замерла, склонив набок голову. А мужчина направился к ним. — На самом деле, это всего лишь глупые суеверия, что в Великую ночь не случается ничего плохого, — сказал он Кларе, останавливаясь метрах в пяти от них. — Поверь, сестренка, я был создан для того, чтобы обламывать такие приятные прогулки. — Я надеюсь, вы просто парочка очень странных гопников? — с тоской спросил Семен. Хотя в его случае сомневаться не приходилось, наверняка это были легендарные Сифон и Сульфидна. И надо сказать, веником Сифон был гораздо симпатичнее. — Гопники? — с интересом спросила Сульфидна. Голос у нее оказался на удивление приятным. — Разбойники, дорогая Сульфидна, — пояснил Сифон. — Как-нибудь привезу тебе парочку — посмотреть. Ты ведь не съешь их? В твоем положении вредно питаться всякой гадостью. — Конечно, нет, мой дорогой Сифон, — почти пропела в ответ она. — Но, возможно, я оставлю их на потом. Или можно сделать настойку. — Боюсь, дорогая Сульфидна, на вкус они будут преотвратны. — Меня сейчас стошнит, — прокомментировал диалог Семен. — Как я вас понимаю, — с сочувствием сказала Сульфидна. — Меня так мучает токсикоз. Странно, предыдущих пятерых я выносила нормально. Мой дорогой Сифон, давай разберемся с ним побыстрее. — Конечно, дорогая Сульфидна. — Нет, от этих обращений меня стошнит быстрее, — пробормотал Семен, стараясь придумать, удастся ли сейчас сбежать и как защитить Клару. Правда насчет Клары была мысль, что ее тоже кто-то подослал, да тот же Дукаш, уж больно сосредоточенно она выглядела. Увы, больше он ничего подумать не успел, потому что Сульфидна достала из сумки небольшую склянку и бросила прямо им под ноги. Склянка разбилась, и из нее повалил голубой дым. Закружилась голова, глаза начали слипаться. Последнее, что Семен увидел, прежде чем потерять сознание, был сосредоточенный взгляд Клары. Они заперли Семена в темнице. В самой настоящей, с каменными стенами и решеткой вместо двери. А за ней был длинный коридор, освещаемый факелами. Это было в какой-то степени прекрасно. А еще Сифон сказал, что Мистери себе отгрохал замок. С башенками, рвом с крокодилами и поднимающимся мостом. Сифон, как ни странно, оказался вполне нормальным мужиком. И, пока Сульфидна докладывала об успешной поимке Семена шефу, развлекал игрой в шахматы. Конечно же, это были не совсем шахматы. Даже совсем не шахматы. Фигур было всего тринадцать, а каждая из сорока девяти клеток поля поделена по диагонали. Хотя правила оказались достаточно просты, чтобы партии с пятой Семен начал понимать хоть немного. В целом было интересно, к тому же Сифон с готовностью отвечал на все вопросы, в том числе, какого же черта тут творится. — Мистери вообще-то псих, — Сифон передвинул очередную фигуру. — Но платит хорошо, а у нас пятеро детей. К тому же Дукаша он все равно не обыграет. Вот взять хотя бы твое похищение, думаешь, я его не отговаривал? Еще как! — А зачем отговаривал? — заинтересовался Семен. — А смысл тебя похищать? Заставить Дукаша принести Заразу в обмен на твою жизнь? Смешно. Даже если вдруг твоя жизнь представляет для него ценность, что возможно, притащил же он тебя сюда. Так вот, даже если вдруг, то Дукаш все равно это предвидел… — Если не подстроил, — Семен поделился диалогом Дукаша и Бодрого Нэда. — Тем более, — согласился Сифон. — Так что Мистери подставился по-крупному, притащив тебя сюда. Потому что Дукаш до сих пор не спер Книгу только потому, что не знал, где она. А теперь найдет тебя на раз плюнуть, ведь наверняка подсунул тебе что-нибудь из своих вещичек? Семен хмыкнул, бросив взгляд на кроссовки. — Вот и я о том же, — продолжил Сифон. — Он сначала через меня пытался, но Мистери все же мой начальник, не по-мужски это будет. — А вы с Дукашом друзья, что ли? — не понял Семен. — Родственники. Дальние, конечно. Там, то ли он мой троюродный дядя, то ли я его, не разберешь. Но не враги, это уж точно. Просто на конкурентов работаем, — Сифон усмехнулся. — Как у вас все сложно-то. — Да мы уж привыкли. О, да ты выиграл. — Здорово. Особенно учитывая, что даже не понял этого. — Ладно, — Сифон собрал фигуры в мешочек и поднялся. — Мне пора. А то у нас няня только до утра, а на старшую надежды никакой. Переходный возраст и никакой ответственности. Когда Сифон ушел, стало по-настоящему скучно. Мог бы хоть кроссворд какой оставить. Семен не удержался от смешка. — Рад, что ты не теряешь хорошего настроения, — из стены вышел Дукаш с чашкой чая в руках. — Твою ж мать, — только и ответил Семен. — Ну, конечно же, я подстроил твое похищение. Если бы Бодрый Нэд не проболтался, мне бы сейчас даже не пришлось извиняться. Держи, — он сунул чашку Семену в руки. — Будет чем заняться, пока я разыщу книгу. Семен попробовал чай и мрачно посмотрел в ответ. — Я поясню тебе весь свой план, как только мы заберем книгу и покинем сие мрачное место. Темница, ну надо же. Кто в наше время вообще пользуется темницами? — Так вроде бы Бодрого Нэда был план. Чертов Дукаш, ну почему у него всегда хочется спросить совершенно не главное? — Он тоже должен так думать. Хорошо бы, он вообще считал себя мозгом этой операции. Кстати, надо будет не забыть потом к нему зайти. В смысле, сразу после того, как выберемся отсюда. Ты ведь не сильно устал? Хотя о чем это я, ты прекрасно выспался после штучек Сульфидны. — Ты ничего не забыл? — перебил Семен, которому ужасно хотелось выбраться отсюда. Решетки жутко нервировали, да и Сифон, похоже, ушел надолго. — Сахар? — Да нет, сахар ты положил. Я про книгу. — Да, ты прав, нельзя терять ни минуты, — ответил Дукаш и, как всегда, ушел сквозь стену. Семен устроился поудобнее и продолжил пить чай. Он как раз сделал последний глоток, когда Дукаш вернулся с невзрачной тетрадкой в руках. — Дай угадаю, Великая Книга? — О, ты понял весь смысл больших букв, — обрадовался Дукаш. — Но что поделать, раз уж Мистери называет это книгой, то кто мы такие, чтобы говорить что-то против. Книга-то его, в конце концов. Да и название — это еще полбеды. Почерк у Мистери ужасающий. — И я так понимаю, самого Мистери я так и не увижу? — разочарованно спросил Семен. В самом деле, столько разговоров об этих злодеях, а показать так и не удосужились. — Нууу, я могу оставить тебя здесь, вот только Мистери очень разозлится, когда узнает, что я украл книгу. А у меня на тебя еще планы, для которых ты нужен живым и, желательно, здоровым. Или хотя бы в сознании. — Иногда ты просто бесишь, — вздохнул Семен, поднимаясь с пола. Дукаш обиженно замолчал, отобрал чашку, засунул ее в карман, и, схватив Семена за руку, все так же молча, провел его сквозь стену. За стеной оказалась резиденция Бодрого Нэда. — Ладно, извини, — сказал Семен, когда их обыскивала стража Нэда. Хотя, по-хорошему, извиняться должен был Дукаш. Хотя бы за похищение. — И давно хотел спросить, а почему никак не действует Миссири Пи? — О, — загадочно улыбнулся Дукаш. — Она действует. — Серьезно? — Да. А теперь молчи и слушай. — Как предсказуемо. Стражники привели их на знакомую террасу. Бодрый Нэд все так же лежал в шезлонге, но на этот раз был доволен жизнью. — Я вижу, тебе удалось достать книгу, — вместо приветствия сказал он. — Хорошо справился, пожалуй, дам тебе небольшой отпуск. Уничтожить Заразу я могу и сам. Как только передашь ее мне, можешь отдыхать. Трех дней тебе хватит? — Нет, — покачал головой Дукаш. — Больше не могу, сам знаешь, с нашей работой каждый второй на больничном. — Я не об этом, Бодрый Нэд. Тут дело несколько в другом — я просто не могу отдать тебе книгу, потому что мне предоставили некоторую информацию о твоих встречах с Миссири Пи. — Считаешь меня предателем? — Нэд резко сел. — Я в этом уверен. Но, к сожалению, без доказательств мне мало кто поверит. Именно поэтому сейчас… — Стоп-стоп-стоп, — перебил Нэд. — Все это очень интересно, но глупо. Действительно глупо прийти сюда, если уж ты так уверен в моем предательстве. Бодрый Нэд лениво взмахнул рукой, и его стража тут же оказалась возле Семена, вытащив мечи. Семен только тяжко вздохнул, сильно не пугаясь. В конце концов, у Дукаша там были какие-то планы. Поэтому Семен молча стоял и разглядывал меч правого стражника. Меч у него был странный, с широким черным лезвием и выгравированным посередине него числом. Число почти стерлось и Семен мог различить только самое начало: «3,243F6A». Что это число обозначало, он не представлял, только надеялся, что не номер телефона кузнеца. Он и сам не знал, почему эта версия была не по душе. — Серьезно? — с большим удивлением спросил тем временем Дукаш. — Я и не надеялся, что все будет так просто. Как ты вообще умудрился занять этот пост с таким предсказуемым поведением? Протекция? Или подкупил кого? Хотя нет, подкуп с бодрыми людьми не сработал бы. Видимо раньше ты был умнее. Или все устроила Миссири? Нет, она тебя завербовала совсем недавно… — Заткнись и дай мне Книгу, — Бодрый Нэд вышел из себя. — Иначе мои люди убьют этого твоего человека. — Ладно, — пожал плечами Дукаш. — Чего?! — удивительно слаженно прореагировали Семен и Бодрый Нэд. — А что, кто-то здесь всерьез считает, что я готов пожертвовать безопасностью двух миров из-за одного человека, которого знаю всего пару дней? — Ты притащил его сюда и эти пару дней носился с ним, как с писаной торбой, — возразил Нэд. — Не говоря уже о том, что наблюдал за ним целый год. — Триста двадцать три дня, — возразил Дукаш. — Впрочем, это неважно. Все дело в том… ну наконец-то! — вдруг воскликнул он. Потому что на террасу ворвался спецназ. Шестеро молодцев шустро обезвредили стражу и скрутили самого Нэда. Семен тихо выругался. Не то, чтобы он всерьез начал сомневаться в удачном исходе дела, но испугаться успел. Чертов Дукаш, мог бы хоть предупредить. Дукаш же тем временем отчитывал одного из молодцев: — Тирбаг, вы опоздали почти на минуту. Мне пришлось забалтывать противника, что недопустимо на серьезных операциях. Это Мистери Пи может позволить себе нести пафосную чушь в неподходящие моменты, а у нас серьезная организация. Я дал точные координаты и точное время. Ты совершенно распустил бодрых людей, — бросил он Нэду. Тирбаг что-то отвечал в свое оправдание, Дукаш рвал и метал. Семен вполголоса заметил: — Можно подумать, это такая уж проблема для него — заболтать кого-либо. Стоящие рядом согласно вздохнули. За всем этим они упустили момент, когда Бодрый Нэд резко ударил держащего его мужчину, в два прыжка оказался возле Дукаша, вырвал у него книгу и исчез в клубах дыма. Тот, начавший опять распекать Тирбага, замер на полуслове. Потом махнул рукой и бросил: — Пока разбирайтесь сами, я подойду через десять минут. — Но… — Тирбаг был в растерянности. — Этих двоих в камеру, упустившего Нэда — лишить премии. Потом свободны, я позабочусь об остальном, — и с этими словами он подошел к Семену, взял за руку и, как и всегда, повел сквозь стену. А так хотелось хоть раз проехаться на здешнем виде транспорта. Они ожидаемо оказались дома у Дукаша. Там их встречали все обитатели этого дома. Ведьма даже накрыла на стол. — Что это было? — Семен ни к кому конкретно не обращался, но не удивился, когда Дукаш тут же ответил. — Небольшое предательство. О нем я знал, но вот с доказательствами были проблемы. Хорошо, что Бодрый Нэд себя выдал. Жаль, что ему удалось сбежать, но не волнуйся, сейчас, когда у нас книга Мистери, они все равно ничего не смогут сделать. — У нас книга Мистери? — чертов Дукаш умел сбить с нужной темы. Семен хотел спросить совершенно другое. — Конечно у нас, я же не мог так рисковать и принести ему настоящую. И так как существует незначительная вероятность того, что Миссири может найти Заразу до того, как я ее уничтожу, предлагаю книгу сжечь. — Нам ведь не придется похищать еще какую-нибудь инструкцию по сжиганию книги? — Конечно, нет. Просто разведем костер. Еще вопросы? — Раз уж ты предложил. Что это было? — А теперь я в тупике, ведь ответил уже, — Дукаш смотрел с искренним изумлением. — Начнем, пожалуй, с года наблюдений. — А, ты об этом. До этого мне просто не интересно было, — Дукаш осекся. — Или ты про наблюдения как таковые? Так тебя больше должен смущать Сифон, как-никак десять лет вместе. И, следуя твоей странной логике, сейчас ты спросишь о том, почему, по мнению Нэда, я должен был просить судьбу мира ради твоих прекрасных глаз? — Логика нормальная, — Семен ожидал ответа. Вместе с ним ожидали ответа ежики, паук и Ведьма. Казалось, даже из-под лестницы показались светящиеся глаза. — Вы серьезно? — Дукаш закатил глаза. — Ну, начнем с того, что Нэд ошибался, если бы выбор действительно стоял, то я выбрал бы судьбу мира. Просто тебе повезло. А еще у него тоже довольно извращенная логика, что и позволило мне провернуть этот план. Мне нужно было лишь создать якобы рычаг давления на меня и раскрыть Бодрого Нэда. Довольны? — спросил он, обращаясь к существам под лестницей. — Ладно, сойдет, — усмехнулся Семен. Ежики тихо перешептывались. Ведьма махнула рукой и скрылась на кухне. Паук, кажется, спал. — Хотя сейчас он уже не Бодрый Нэд, — продолжал Дукаш. — В смысле? — в очередной раз не понял Семен. — Бодрый — это должность, — пояснил Дукаш. — Так что теперь мы остались без руководства, но это не страшно. Я рассчитываю получить это место. А теперь извини, мне еще отчитываться перед президентом. Ведьма тебя развлечет. — Иногда ты бесишь, — только и сказал вдогонку Семен. Дукаш отсутствовал до самого вечера, и Семену удалось, наконец, выспаться. Даже ежики не тревожили, занимаясь своими делами. Подробный рассказ о делах, правда, пришлось выслушать позже, за ужином. Вернулся Дукаш мрачный и усталый, от супа отказался, сославшись на то, что успел пообедать. Семен бы тоже отказался, уж очень странная в нем плавала зелень, но голод взял свое. Зато чай пили все вместе, щедро отдав сушки ежикам. Тем более что Дукаш притащил пирожные. Пирожные, как показалось Семену, были посыпаны той же зеленью. Во всяком случае, цвет она меняла так же. — Вот уж не думал, что за Нэдом придется столько разгребать, — пожаловался Дукаш. — Жаль, нельзя… хотя почему нельзя? Завтра найму себе пару заместителей. А у тебя как прошел день? Семен чуть не подавился от неожиданности вопроса. Потом ответил: — Все больше спал да размышлял, кем на самом деле была Клара. Это ведь ты ее подослал? — Конечно, — согласился Дукаш. — Должен же я был проследить, что тебя похитит именно Мистери Пи. А что, она тебе понравилась? — Я хорошо провел время. — Она замужем, — припечатал Дукаш. — И счастлива в браке. Так что тебе придется о ней забыть. — Да, не могло мне так подфартить, — с грустью согласился Семен. — Если избавиться от мужа и вовремя подослать тебя с соболезнованиями… — Забей, Дукаш, — испуганно прервал Семен. А то ведь с него станется. — Как скажешь. Но потом не говори, что я ничего не предлагал. А теперь спать, я жутко устал. Утром, когда Семен спустился к завтраку, Дукаш уже сидел за столом. Выглядел он донельзя официально и даже опять надел тот костюм-тройку. — Ты поздно, — вместо пожелания доброго утра сказал он Семену. — И явно хочешь о чем-то сказать. — Хочу, — согласился Семен. — Это все, конечно, было весело, даже не смотря на то, что меня чуть не убили. И валенки у тебя отпадные. И я рад, что ты избавился от нездорового пристрастия к зелено-фиолетовому. Но мне пора домой. — Я не избавлялся, это дресс-код. Как новый глава бодрых людей я должен соответствовать. — Предыдущий не утруждался. И ты ведь заметил, как я сказал про дом? — Предыдущий был предателем и чуть не развалил организацию. Ты даже не представляешь, что там сейчас творится. Мой отдел с опозданием на минуту — просто образец для других. Кстати, надо прекратить эту раздробленность. Мне она помогла, но теперь-то… — Дукаш, ты меня вообще слушаешь? У тебя теперь будет несколько десятков человек, чтобы им речь толкать. — Я тебя слышал, я уже все подготовил. Кстати, когда тебя будут спрашивать, где ты пропадал — ты был у тетки в Сасыколях. — Где я был? — В Сасыколях, — терпеливо повторил Дукаш. — Тетка приболела и просила навестить. Итог посещения выберешь сам. Все данные здесь, — он вытащил из кармана фиолетовую папку с зеленой надписью. И правда, не избавился. — Что там? — подозрительно спросил Семен. — Билеты туда и обратно, информация о тетушке, телефон, по которому подтвердят твою легенду. Свидетельство о смерти, на всякий случай. Знаешь, вы собираете вокруг себя слишком много бумаг. И да, если выберешь итог со смертью, скажи сразу, организовывать тебе наследство или нет. Потом в спешке можно попутать. — Меня не было три дня. Все эти три дня были выходными. Нафига, Дукаш? — Между прочим, тебе за эти выходные звонили двенадцать раз. Дважды — родители, вот для них ты мирно провел праздники дома, не забудь. Остальным ты сообщил о тетке и о своем отсутствии в городе. — Я сообщил? — Давай я не буду вдаваться в подробности? Но все разговоры были записаны, они в папке, ознакомься, чтобы не ляпнуть лишнего. — Хм, а если я захочу в разгар рабочей недели отдохнуть, ты мне сможешь выходные организовать? — не то, чтобы Семен действительно так поступил бы, но было интересно. — Только позже, хорошо. Сейчас слишком много дел. — Тогда пусть живет тетка, может, еще приеду. — Хорошо, — обрадовался Дукаш. — Тебя сейчас подбросить или подождешь до вечера? — А завтрак? — У тебя портал в холодильнике, я распоряжусь, чтобы завтрак тебе доставили на дом. — Да, насчет портала в холодильнике. Он что, действительно существует? И как его убрать? — Зачем убирать? — удивился Дукаш. — Он же ничем не мешает. — Если из него вылезет какая-нибудь пакость, я тебя убью, — предупредил Семен. — Если из него вылезет какая-нибудь пакость, ты ничего не успеешь сделать, — «успокоил» Дукаш. — Но если тебя он так раздражает, я его уберу. Хотя ты сам не знаешь, чего лишаешься. — И знать не хочу. — Отлично, собирайся. Если пойдем сейчас, то я успею к утренней пятиминутке. К пятиминутке Дукаш не успел, ежики прощались слишком долго. И не отпускали, пока Семен не пообещал навестить еще раз.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.