Маньяк, убийства и два ствола

      Антон сидел возле кабинета в больнице уже 15 минут, ожидая конца приёма. Сергей, находившийся на ночном дежурстве, сразу же приехал после звонка парня. Осмотрев следователя, он заключил, что ему все же придется поехать в больницу для более точного анализа. Шастун сразу же вызвался с ними, хотя Арсений всячески пытался оставить его дома, ведь несмотря ни на что, про ранение не стоило забывать. Но Антон был настойчив, да и Сергей дал свое согласие, объяснив тем, что скоро больничный все равно закончится.       Парень сидел на холодном стуле, скрестив пальцы в замок. Он проигрывал у себя в голове худшие сценарии развития событий и пытался подготовить себя к их принятию. Самое странное, что во сне его знакомый дал ему команду проснуться и вернул в реальный мир очень быстро без всяких кровавых сцен. Сев в кровати, Антон сразу услышал кашель и понял, что человек практически не может дышать. Сказать, что он испугался тогда, это значит ничего не сказать. Увидев своего любимого, сидящим возле стены на балконе и в прямом смысле задыхаюшимся, Шастун действительно подумал, что может потерять его прямо сейчас. Он бы никогда не простил себя, если Арсений умер бы у него прямо на руках. Неожиданно открывшаяся дверь заставила парня убрать все свои мысли на задний план. — Антон, проходи. — тихо позвал его Сергей. Шастун сразу же встал со стула и прошел в кабинет. Попов сидел на койке, держа голову руками. Антон подошёл к нему и, аккуратно сев рядом, обхватил торс руками, чтобы следователю было легче сидеть. Матвиенко прошёл за парнем и, вернувшись на свое рабочее место, взял в руки различные снимки и результаты тестов и покачал головой, с укором смотря на старшего. — Скажи мне, ты стал выкуривать в три раза больше сигарет за день? Это правда?       Арсений посмотрел на друга, но тут же снова опустил голову, не ответив на вопрос. Сергей сузил глаза и перевёл своё внимание на Антона. Тот обречённо вздохнул и молча кивнул. — Понятно. Ну что же, ты добился того, чего хотел? — спокойно задал еще один вопрос доктор. — Нам повезло, что у тебя не рак лёгких. — Что с ним случилось сегодня вечером? — не выдержав, тихо спросил Шастун. — Я правильно понял, что когда ты проснулся, то обнаружил его задыхающимся? Были кашель, хрипы, так? — Да, все верно. — все также держа старшего, ответил Антон. Сергей кивнул и откинулся на спинку кресла, всем своим видом говоря, что его теория подтвердилась. — У него отёк лёгких. Причем развивается он прямо в данный момент. Но, если верить результатам тестов, то он находится еще не на последней стадии. Значит, если мы начнём лечение сейчас, то сможем победить его.       Антон молча слушал доктора, чувствуя, как внутри все холодеет и останавливается. Для него любое слово вместе с «легкие» всегда значит что-то ужасное и неизлечимое. — Я знаю, что все это звучит страшно, но поверь мне, это лечится. Однако сколько на это уйдёт времени, я уже не могу сказать. — Сергей огорченно кинул ручку на стул и скрестил пальцы в замок. Наконец, впервые за весь разговор, Арсений открыл глаза и посмотрел на друга. — Я останусь в живых? — охрипшим голосом, напрямую спросил Попов. Сергей посмотрел на своего товарища и вздохнул. — Проблема в том, что от отёка лёгких могут пойти осложнения на другие органы. И это невозможно предугадать или остановить, только лечением самого отёка. Но… — Сергей прервался, вспомнив о присутствии Шастуна и посмотрел на него. Парень был уже напуган до максимума, однако доктор обязан был сказать это. — Если отек переберется на другие органы, то остановить его будет практически невозможно. И, поверь мне, исходя из своей практики, я могу сказать, что он поражает абсолютно любые внутренние органы, у него нет исключений. В плоть до того, что однажды твое сердце просто остановится во сне.       Попов слушал заключения своего друга молча, обрабатывая полученную информацию у себя в голове. Он почувствовал, как Антон крепче вцепился в него, словно боялся отпустить. Старший накрыл своей ладонью худую кисть младшего, успокаивая его. — Значит так, лечение нужно начинать прямо сейчас. На сутки, я оставлю тебя в больнице, чтобы посмотреть действуют ли препараты как надо. Насчет работы не волнуйся, я сделаю справку, Дима передаст ее. Если лечение будет помогать, то сможешь вернуться домой. На работу будешь ходить только разбирать бумажки. Никакой беготни, ты понял меня? — Сергей повернулся к следователю и посмотрел прямо в его глаза. Мужчина молча кивнул. — Если лекарства не помогут, придётся делать операцию. Но это очень опасно. Поэтому, будем надеяться на лучший исход. Все ясно? — Сколько может занять лечение? — спросил Попов. — Я не знаю точные сроки, Арс. Может быть месяц, может быть год, может несколько лет, а может и всю жизнь. — А я смогу лечиться дома? Вкалывать себе эти препараты сам? — Только когда твое состояние станет на 89% лучше и ты научишься ставить уколы и системы. Иначе нет, обязательно в больнице. — сказал Сергей, что-то написав на бумаге. — В общем так, я сейчас пойду подготовлю комнату, а вы пока подождите здесь. — Матвиенко встал из-за стола и покинул кабинет. Антон повернулся к Арсению и прижался к нему, положив свою голову на его плечо. — Мы не позволим этому случиться. — тихо прошептал парень, положив свою ладонь на грудь старшего. Попов положил на нее свою руку и поцеловал Антона в макушку. Шастун молча закрыл глаза, чувствуя сквозь слой одежды ровное сердцебиение старшего. — Я буду рядом. Ты не будешь один.       Через пару минут, Сергей наконец вернулся в кабинет и позвал мужчин пройти за ним. Попов спустился с койки и тут же почувствовал боль в горле. Снова, он начал задыхаться. Кашель разрывал гортань, а кислород будто бы упирался в какую-то невидимую стену, не позволявшую ему сделать вдох. Старший упал на колени, схватив себя за горло. Сергей взял шприц и выбежал из кабинета, чтобы ввести препарат прямо сейчас. Антон сел на колени и прижал Арсения к себе, обхватив его сильную спину своими руками. В зелёных глазах начали появляться слёзы страха и отчаяния. Попов закрыл глаза, чувствуя полное отсутствие доступа к воздуху. Каждый кашель отдавался неимоверной болью в груди, от которой хотелось кричать. Казалось, что внутри него все горит. — Арс, пожалуйста… — тихо проговорил Антон, положив свою руку на тёмные волосы. Через пару секунд, вбежал Сергей и, взяв старшего за руку, сделал укол спасительного препарата. Кашель начал медленно отступать и Арсений наконец получил доступ к долгожданному воздуху. Антон и Сергей выдохнули с облегчением. Шастун продолжал сидеть с Поповым в обнимку, аккуратно поглаживая его по дрожащей спине. — Нет, мы точно начнём лечение прямо сейчас. — с отдышкой заключил Матвиенко. Мужчины помогли следователю встать на ноги и дойти до специального кабинета, оборудованного под пациентов, которые нуждаются в получении систем. Арсения усадили на ближайший стул, рядом с которым стояла готовая капельница со специальными лекарствами. Сделав все необходимые процедуры, Сергей подключил старшего к системе и жидкость начала медленно стекать по трубке вниз. — Не знаю, что насчет тебя, Антон, но Арс может поспать прямо здесь. — Я останусь рядом, не думаю, что захочу спать сегодня. — ответил Шастун, посмотрев на доктора. — Хорошо, тогда я зайду через 15 минут. Если что-то пойдёт не так, сразу же зови меня, хорошо? — Да, я понял. — сказал Антон. Когда дверь закрылась, парень посмотрел на следователя, который лежал с закрытыми глазами, пытаясь выровнить дыхание. Шастун аккуратно гладил руку Попова, к которой была подключена капельница. Он готов был на все, чтобы видеть каждую из этих родинок еще долгое время. Он подался вперед и оставил поцелуй на теплой руке Арсения. Следователь все также лежал с закрытыми глазами, проваливаясь в сон. Антон положил свою вторую руку на волосы старшего и начал медленно гладить их. — Все будет хорошо, слышишь? Я не позволю тебе уйти.