Detego

      Теплый осенний день нежно встречал в свои объятия каждого, кто хотел окунуться в омут дождей, хандры и грустного настроения с щепоткой ностальгии. Падающие листья со стоящих поодаль деревьев от особняка Харрис придавали ему больше ощущений мистики и загадочности, а сам дом выглядел достаточно величаво. Вокруг были лишь деревья да дорога, ведущая в тёмный и густой лес.       — Завтра важный день. Должны приехать партнеры по бизнесу, оформить некоторые бумаги, — говорила Аннет, докуривая последнюю сигарету, смотря куда-то далеко в лес. Тишина. Вокруг была глубокая тишина, укутывающая и завораживающая каждого. Сидящая рядом девушка лишь слушала наставления своей тёти, которая в очередной раз говорила лишь о бизнесе. Сидя на пристроенной на веранде скамейке, она делала вид, будто заинтересована в разговоре, а сама уже устала слушать об одном и том же. — Агата, ты меня слушаешь?       Девушка нехотя подняла глаза, кивнула головой, а затем потянулась, словно после сладкого сна.       — Тебя так утомляют мои разговоры о бизнесе? — она это сказала мягко, но будто разочарованно.       — Прости, но я пришла не слушать презентацию от Пола Грэма, а пообщаться со своей тётей, — смеясь, сказала Агата, затем подвинулась ближе к Аннет, приластившись рядом с ней.       — Немного не в ту сторону, но приятно, что ты знаешь таких личностей. Не всё потерянно, — улыбалась женщина, затем приобняла племянницу, целуя в лоб. — Прошло так много времени, а я всё еще не могу забыть твоих родителей.       В самое сердце без предварительной подготовки. Сначала Агата испугалась того, что тётя стала так резко говорить на тему, что была запрещена в доме, а потом её отпустило, ссылаясь на то, что рано или поздно придётся обсуждать.       — Знаешь, — немного неуверенно, зато так искренне, — я рада, что память о них всё еще гуляет среди нас. Часто мне казалось, что лишь я одна их помню, одна скучаю, — Агата это говорила так тихо, но будто громко, закутавшись в своём одиночестве, говоря это не Аннет, а самой себе, — листая фотографии с надеждой на то, что это всего лишь страшный сон. Надеясь на то, что мама придёт, вновь назовёт меня «солнышком», а папа опять принесёт мою любимую шоколадку, затем вместе сядем и будем смотреть какой-то семейный фильм…       Агата резко замолчала, осознав, что давно не говорила подобное кому-то. Раньше это было либо в голове, либо в дневнике, что вела девушка периодически. Когда в голове не оставалось места, а высказаться очень хотелось, всё благополучно переходило либо на рисунок в любимый скетчбук, либо на написанный в том же скетчбуке текст, что хранил в себе как и загадку, так и ответ на неё.       — Милая, мы можем делать то же самое, но…       — Но никто не вернёт мне моменты, проведённые с ними, — выдохнула Агата, смотря куда-то прямо перед собой. — Спустя столько лет ни одной зацепки по их делу?       Аннет удивленно посмотрела на Агату, не ожидая подобного вопроса от неё, затем выдохнула и тяжело ответила «нет», на что рядом сидящая девушка лишь промолчала, продолжая и дальше смотреть вперёд.

***

      В доме Харрис завтракать всей семьей было традицией. Несмотря на то что могли возникнуть некоторые недопонимая среди живущих, какие-то конфликты или разборки, всегда все приходили за стол, забывая о мелочах жизни. Смерть родителей Агаты показала всем, что время никого не щадит. Лучше закрывать глаза на мелкие пакости друг друга, чем потом переживать о потраченных минутах без семьи.       — Элиза, как твои дела? — спросила Аннет, завуалированно пытаясь узнать её планы на ближайшее будущее, которые она тщательно скрывала от тётушки, чтобы та не встревала в её жизнь. Но белокурая красавица была не так проста, чтобы выдавать ей всё на блюдечке.       — Всё отлично, а твои как? — ответила она, улыбаясь ей, смотря исподлобья. Мелкий смешок от Данте поднял напряжение в комнате. Аннет опустила глаза, не ответив на вопрос девушки. Чарльз даже не пытался вникнуть в колкий разговор родственников, он лишь как-то нервно одергивал свой галстук, словно задыхаясь.       — Всё в порядке? — поинтересовался Данте, сидящий рядом с ним. Верить в искренность парня — то же самое, что в Деда Мороза: ходят мифы и легенды, но большинство относится скептично.       — Да, я ещё не умираю, — ответил Чарльз, пользуясь моментом, чтобы отослать от себя назойливого парнишку.       Последующие полчаса завтрака проходили в игре под названием «Молчанка», где каждый считал своим долгом высокомерно показывать своё превосходство над друг другом, не обращая внимания на этикетные нормы. Пока над ухом не раздался какое-то жужжание со двора. Сначала показалось, что это обычная головная боль, сопровождающаяся шумными проявлениями, но, когда все резко повернулись, они не сразу поняли, откуда исходит звук. Квадрокоптер кружил над особняком, цепляя каждый периметр дома.       — Это ещё что за дьявольские игрушки? — взбунтовалась Аннет, прищурившись смотря на вылезающую из окна знакомую фигуру. — Неужели, Фредерик!       Она быстро встала со своего места, поправив блузку, пытаясь пригладить все свои неровности, затем побежала к стоящему во дворе мужчине с криками «Я так рада».       Все остальные остались сидеть на своих местах, доедая десерт, приготовленный Мартой. Никто даже не шелохнулся за Аннет, чтобы поприветствовать гостя, появившегося действительно неожиданно.       — Это тот самый Фредерик? Партнёр из… — пытаясь вспомнить, Чарльз случайно задел локтем горчицу. Та упала ему на черные брюки. Миллион новых ругательств полились из уст мужчины, пытающегося держать себя в руках, но всё было тщетно. Марта забежала, посмотрела на Чарльза, пытаясь скрыть улыбку, а затем повела его в какую-то из комнат.       Оставшись втроем, разговор не сразу стал клеиться. Всем трём было дико некомфортно.       — Ну да, давайте и дальше помолчим. Мы всего лишь родственники, не волнуйтесь, — с сарказмом сказала Агата, разложившись на стуле. — Каждый день одно и то же: одна пытается выведать все тайны, а остальные показывают свой характер, словно маленькие дети.       — А что ты предлагаешь? Скакать под дудочку Аннет как ты? — спросил Данте, смотря Агате прямо в глаза. Элиза была нейтральной стороной, она пыталась игнорировать колкости семьи.       — Не забывай, что ты живёшь за эту «дудку», Данте, — отвечала девушка, смотря в сад. — Приехал Фредерик. Не думаю, что это просто так.       — Горе-сыщик, — ответил Данте, затем продолжил и дальше дуться в свою тарелку. Он показательно закатил глаза, выражая недовольство в сторону вечных тревожных мыслей Агаты.       Элиза тихо хихикнула, затем встала со своего места, показательно вытерев уголки рта, отправляясь наверх. Оставшись вдвоем, каждый ожидал того, чтобы кто-то первый уступил и ушёл, но это было не просто ожидание, а некое соревнование: кто больше протянет в компании друг друга. Но только Агата хотела встать, в комнату вошла Аннет в присутствии двух… достаточно молодых людей.       — Вижу, пралине не всех задержало за столом, — отшутилась Аннет, а потом решила всё-таки представить нам её спутников. — Агата, — сделав акцент именно на ней, Аннет посмотрела на Данте, который с первой же секунды был недоволен, — помнишь, я тебе рассказывала, что к нам должны приехать партнёры?       Девушка легонько кивнула, осматривая каждого, кто стоял перед ней, начиная с самой Аннет.       — Дорогие мои, это моя племянница — Агата Харрис, — гордо сказала Аннет, намекая девушке, чтобы она встала. Агата легонько поправила платье, затем поднялась со своего места. — Агата, это Фредерик, — показывая на стоящего слева мужчину, тётушка мило посмотрела на него, испытывая некую нежность, — а это Александр, — голубоглазый шатен стоял с ровной спиной, высокоподнятой головой, смотря сверху вниз на девушку. Протягивая руку для дружеского рукопожатия, Александр бережно взял руку девушки, прикладывая к губам.       — Будем знакомы, мисс Харрис, — ответил он, не отводя взгляда от девушки.       Агата заметно покраснела, затем убрала руку, протягивая её Фредерику. Спустя мгновение рядом оказался и Данте, протягивающий руку, стараясь не смотреть на Аннет.