Чёрная/Белая полоса

Двадцать девятый день рождение Шото. Он никак не хотел отмечать этот день, аргументирую тем, что дата не круглая, нет настроения, нет смысла и тому подобное. Но Кацуки, Очако и Изуку так не думали. Прошло два года с того самого злосчастного года, когда Тодороки потерял много, но и приобрёл что-то новое. Это были самые тяжёлые времена в его жизни, но сейчас, спустя время, он может точно сказать, что полностью смирился и принял всё. Тем более Бакуго всегда рядом, даже очень близко, настолько, что уже почти два года делил с ним один дом, один шкаф, одну кухню, одну спальню, одну кровать, одну жизнь. Очако и Изуку пытались всегда быть рядом, но после рождения дочки Эри, они стали чаще звонить, но приезжали чуть ли не каждую неделю в гости. Маленькая девочка всегда была рада видеть Кацуки и Шото, ибо те часто присматривали за ней, когда родители уезжали ненадолго. А потом не хотела отпускать их, чуть ли не до истерики. В такие моменты, Тодороки присаживался перед ней на корточки и щекотал её, тем самым занимая от грустных мыслей, пока блондин рядом что-то ворчал про то, что им пора домой. Несмотря на сопротивления, семья Мидории, Кацуки и члены семьи Тодороки решили устроить ему скромный, но домашний праздник. Вот только выпадал этот день на четверг, поэтому единогласно было решено перенести вечеринку на пятницу вечером после работы. Как раз всё подготовить успеют. Даже Бакуго принимал активное участие в процессе подготовки, что было на него совсем не похоже. Рей, Фуюми и Нацуо Шото уже успел кратко рассказать о Кацуки, но не в ярких подробностях, а скорее «просто очень близкий человек» Но безусловно, те трое понимали эту тонкую грань и отнеслись с пониманием.

***

Вечер четверга. Шото заходит в дом, закрыв за собой дверь и какое было его удивление, когда он увидел включённый свет и блондинистую макушку на кухне. Мужчина легонько улыбается и подходит к нему, обнимая со спины. -Ты сегодня рано...- протянул половинчатый, положив голову на чужую спину. Бакуго приподнимает уголки губ, и смотрит куда-то в пол. -Как я мог сегодня задержаться?- усмехнулся психолог и Тодороки хмыкнул. Блондин плавно высвободился из объятий и гетерохромные глаза устало, но счастливо посмотрели на него. Приятная усталость. -Ну может забыл,- пожал плечами Шото, шутливо отводя взгляд в сторону. Кацуки улыбнулся и взял в руки второй бокал с вином и протянул гетерохрому,- За что пьём?- блондин подошёл ближе и разноцветные глаза бегали по встревоженному лицу напротив.- Кацуки, что-то не так?- врач глубоко вздохнул и поставил напиток на край стола. Половинчатый проводил взглядом стеклянный сосуд, слегка нахмурившись. -Тодороки...- даже по фамилии начал Бакуго. Шото приготовился слушать уже с неким волнением на лице,- Я не хочу напоминать, что мы пережили вместе, как больно было, как плохо было, но оно на то и прошлое, чтобы оставаться позади. Ты очень сильный человек. И за эти два года, я поменялся совсем в другую сторону. Только благодаря тебе...- половинчатый бегал глазами по чужому лицу, пытаясь хоть за что-то зацепиться и понять, что такое. Почему Кацуки так потянуло на сентиментальность? Одной рукой блондин достал красную, бархатную коробочку и открыл её. - Тодороки Шото...- глубокий вдох.- Ты станешь моим мужем?- ноги казалось перестали держать и стали ватными, причём у обоих. У одного от стресса, а у второго от шока. Гетерохром смотрел на этот подарок, словно теряя дар речи. Но Бакуго продолжал ждать хоть какого-то ответа. Шото перевёл взгляд на блондина и еле заметно кивнул головой. -Да...- тихо ответил половинчатый и бросился на шею к блондину, крепко обнимая его. Бакуго легонько обнял мужчину за талию, прижимая к себе.- Это лучший подарок, милый...- «милый» как красиво и нежно звучало из уст Тодороки... -С днём рождения, Шото...

***

На следующий день на празднике не пришлось ничего и говорить, как все гости увидели кольцо на пальце. Сказать, что все были в шоке- ничего не сказать, но все были безумно рады за них, даже Рей улыбалась и крепко обняла сына, а после и Кацуки, что-то прошептав ему на ухо, но никто этого не услышал, лишь улыбка появилась на лице блондина.