никто не видел.

суббота. 10.31 я проснулся из-за воя собаки на улице. от резкого движения заболела голова. ее как будто разрывали частицы алкоголя. и воспоминания. они мелкими осколками собирались воедино и впивались, как ножи, в кожу. только спустя минуту я понял, что руки дани обвили мою талию. было очень тепло и приятно, но неправильно. «я не гей» - эти слова повторял себе арсений все утро. 10.43 даня встал позже. он проснулся из-за жуткого холода и пустоты. пустоты внутри и на левой стороне кровати. - нет. нет, нет, нет,- эхом раздавалось в голове дани. он не мог поверить, что его вот так бросили, ушли. «какой же я гей» - эти слова крутились в голове дани уже неделю. было страшно, неестественно, но хотя бы он был такой не один. ему очень хотелось думать, что арсений все понял. здравый смысл подсказывал, что это не так, но парень стремительно прогонял эти мысли. 10.58 на первом этаже было очень мало народу. почти половина людей уехала, еще четверть спала. самые сильные и похмельные сидели на диванах и пили чай. среди них был и сеня. я не знал, что будет теперь, после вчера, но был уверен - будет пиздец. даня не был особо уверен, что все будет как раньше, и не был уверен совсем, что будет лучше. арсений не выглядел особо довольным: опухшее лицо, синяки, мятая рубашка, взъерошенные волосы. на нем не было галстука. того галстука. он сидел, как ни в чем не бывало, пил чай с двумя ложками сахара (чай без него он презирает) и смеется. о, эта улыбка. манящая, такая далекая, но такая родная. даня налил в кружку чай и сел рядом с арсением. парень сначала обрадовался, а потом резко оборвал эмоции и смутился. - ну что, голубки?- как снег на голову свалились слова насти. - как спалось? дыхание двух парней резко замедлилось. рука дани коснулась бедра арсения, секундно задержавшись, а потом одернувшись. парни смотрели на девушку, не понимая, откуда она знает. - ну чего вы замолчали? я знаю, что вы на одном диване спали - видела, утром в туалет ходила. ну че, даня храпит, да?- залилась смехом настя. она не знала. оба парня нервно выдохнули. сеня неловко засмеялся и ответил: - да с ним черт уснешь! то ногу закинет, то руки загребущие в спину упираются! - ну да, эти руки могут многое,- шепнул даня так, чтобы это слышал только арсений. по голосу было слышно, как он довольно улыбается. я незаметно для остальных ударил его бедро. 11.48 народ смеялся и говорил вслух. время длилось медленно - сеня был напряжен и задумчив: они больше не друзья, но и не пара. точно не пара. просто... товарищи с привелегиями. но эта ночь больше не повторится. никогда больше. в этом сеня был уверен. 12.26 мне было одиноко. сеня сидел рядом, но я не чувствовал его энергии. он был бесчувственной куклой в руках отчаяния. запутавшись в себе, пытаясь все развязать, он тонул в мыслях и воспоминаниях. дане было его очень жаль, но парень чувствовал то же самое. они оба метались из угла в угол своего подсознания, не находя укрытия. 13.01 - давайте в правду или выпивку!- выкрикнул кто-то из толпы. народ очень воодушевился: все хотели сплетен, но никто не хотел пить: слишком много алкоголя в крови. - играть будем по парам. оба человека отвечают на вопрос, либо пьют. толпа взорвалась. всем понравилась идея. нас разделили по парам. к великому несчастью, нас с даней сделали парой. нет, не в том смысле. он сидел рядом, такой родной, знакомый, нужный, но такой опасный, желанный, ошибочный. первый вопрос, как назло задали нам. - была ли у вас сексуальная близость с кем-то из присутствующих? сеня медленно взял бокал. было ясно, что ответить правду он не может, а соврать ему не позволит совесть. - ну, это как посмотреть,- начал даня. арсений опешил: он правда хочет рассказать? я взял его за руку под столом и сильно сжал. даня тихо ахнул и смутился. он понял, что сболтнул лишнего, и прикусил губу. рука арсения разжала чужую ладонь и неловко убралась от тела данилы. - а впрочем, за вас!- осёкся даня. толпа рассмеялась и нам налили бокалы. вишневая настойка пахла одновременно отталкивающе и маняще. я сделал глоток. горло обожгло с неистовой силой. данила тоже сморщился - это был не самый вкусный напиток в их жизни, но и не самый ужасный. послевкусие было приятным - отдавало лесными ягодами и морозом. - ну все, следующий!