Воспоминания
— Я хочу чтобы мои родные никогда ни в чем не нуждались. Вот вернём земли стены Мария, и снова будем жить как раньше. А потом ещё и победим титанов за стенами. Хочу чтобы мои братья увидели мир. — Уверенно говорила Мари на ужине.Настоящее
По лицу стекали дорожки соленых слёз. Тело её было изуродовано. Лишь верхняя часть тела по пояс от неё осталась. Глаза всё сильнее впивались в сознание, сводя с ума и так побитый разум. Найдя в себе силы поднять руку, и закрыть её глаза, я произнесла слова, которые вряд ли дошли до её души. — Прости… меня… — Тихо нашептала я. Быстро сняв с себя плащ и разорвав его, я привязала тело к своей спине, от чего моя форма тоже пропиталась алой кровью. Стерев слезы со своего лица, я поскакала к нужному месту. В назначенном месте уже собрались все разведчики, стоявшие по своим позициям. Привязав лошадь к дереву, я с помощью УПМ поднялась на ветку. — Ты задержалась, что-то случилось? — Спросил капитан Леви, не повернувшись ко мне. — Где… Где повозка с телами. — Слегка дрожащим голосом спросила я. Леви на мои слова взглянул на меня и увидел лицо застывшее в отчаянии и предательски стекающие слёзы. На лице местами была размазана кровь. А позади меня безжизненное тело. Он указал на повозку с пугающей горой трупов, закутанных в белую ткань. Осторожно развязав с себя плащ и запрятав тело в белую ткань, я положила тело в повозку, ещё некоторое время смотрев на него, не желая прощаться. Сзади ко мне подошёл Майк Захариус. — Мэйли, иди к тому дереву на свою позицию. Базы почти построены. — Приказал он. Я еле заметно кивнула и направилась к своему месту.Горе — это цена, которой ты платишь за любовь.
***
Смерть приходит совсем не так, как в книгах. Быстро. Без громких слов. И мир не перевернётся, лишь души людей останутся изранены. Такова правда, такова жизнь. Мир жесток, но этот парень обещал что все станут свободными. Вот только… Стоит ли верить ему? С начала вылазки прошло прилично времени, и мини «базы» на деревьях уже были построены. Дабы не повторять прошлых ошибок, вокруг расставили множество разведчиков. Было решено — мы останемся здесь на ночь, и проследим поведение титанов ночью. Солнце уже зашло, местность слегка освещали разведенные костры. — На замену, иди спать. — На мое плечо легла чья-то рука, от чего я слегка дернулась. Им оказался ещё один разведчик, имени которого я не знала. Кивнув и зацепившись об другое дерево, я оказалась у небольшого, деревянного домика. В нем, укутавшись в плащи, мирно спали солдаты. Я устроилась в углу, и собирая ноги к себе, уложила голову на колени. Множество часов проведенные стоя дали о себе знать, и я погрузилась в сон. Проснулась я из-за чьё того пристального взгляда. Когда я раскрыла глаза, я не на шутку испугалась, увидев прям у своего лица лицо Ханджи, с широко раскрытыми глазами. — Утречка. — Пропела она не отводя взгляда. — Что ты здесь делаешь?! — Спросила я. — Просто скучно было. — Неужели титаны наскучили? — Вскидывая бровь, спросила я. — Они спят, а Леви и Майк скучные. Не завидую тебе, уживаться со скучным командиром и возлюбленным. — Похлопывая меня по спине сказала она. Я цокнула, и поднявшись, вышла на улицу. Меня сразу же ударил утренний холодок и я слегка поежилась. Сразу же за мной вышла Ханджи. — Удалось что-то узнать? — Поинтересовалась я. — Не знаем даже точно это или нет, но мы предполагаем что ночью активность титанов снижается. Время от времени «дежурные» менялись, чем смогли сохранить неприкосновенность титанами этого места. Некоторое время я стояла у повозки с телами, молча прожигая их взглядом. Ко мне тихо подошёл Аккерман, и протянул что-то мне. Я взяла эту вещь, и увидела окровавленную эмблему разведкорпуса, сзади которой синей пастой было написано: «Мари Уолтер, 19 лет» — Зачем это? — Память о людях. — Кратко ответил он. Не успела я и сказать что-то, как вдруг он исчез. Я начала рассматривать отданную мне эмблему, как вдруг послышались крики. — Толпа титанов надвигается! — Крикнул кто-то сверху. — Их слишком много, мы не сможем их удержать! — Срочно, отступаем! — Приказал командор Смит. — Пусть некоторые отправятся выиграть нам время! Майк, Леви, отправляйтесь на защиту. Ханджи, отступаешь вместе с нами. Я сразу же вскочила с места, и быстро проверяя снаряжение, отправилась на ветку. Недолго думая, я решила. Я отправлюсь останавливать титанов. Нет, потеряв подругу, я не собиралась сразу же отчаянно бросаться в вонючую пасть. Сейчас я осталась одна, и никто меня не остановит. Я вольна делать, что сама пожелаю. Я не умру так просто. Покрепче сжав в руках клинок, я закрыла глаза, дабы собраться духом. Ошибка может стоить мне жизни. Взгляд прояснился, и перед собой я видела лишь цель: титанов. И вот толчок и я уже ловко парю в воздухе. Мимо меня тяжело падают тушки, а рядом уже кто-то кричит в агонии. Пользуясь высотой мне удалось убить двух титанов, и я вновь остановилась на дереве, рассматривая ситуацию. И только сейчас до меня дошла вся паршивость ситуации. Почти половину тех, кто принялся защищать строй, под адские крики ели на моих глазах. По сторонам брызгала кровь. С выпученными глазами я смотрела на это, и как в тот самый день меня окутала паника, и я не смогла двинуться с места. «Почему я стою?» вертелось в моей голове. Вдруг довольно грубо и резко, из-за того что это делали с высокой скорости, меня подхватили за талию и улетели прочь. Когда я перевела взгляд, то увидела Аккермана. Его зубы были плотно стиснуты, а на лице виднелось раздражение. — Стала столбом, я ведь кричал отступать. Из-за тебя нас всех могли сожрать. — Кричал капитан. Он отпустил меня, давая передвигаться самой. — Всё паршиво, но мы выиграли немного времени. На высокой скорости, чтобы нас не догнали титаны, мы направлялись к выходу из леса. Когда мы были у выхода, спустились, дабы сесть на своих лошадей. Их должны были привезти сюда и оставить те, кто отступил до нас. Все устроились на своих лошадях, но на месте моей лошади я увидела лишь развязанную веревку. Должно быть, она сбежала. Я стояла, бегая глазами от безвыходности. Заметив это, Леви прискакал поближе. — Садись скорее. — Сказал он. Не раздумывая, я забралась на лошадь. Слегка смутившись, не зная куда деть свои руки, в конечном счёте я приобняла его за талию, чтобы удержаться. Мы уже вернулись. Встретили нас взволнованные взгляды родителей, и ворчание жителей. Все разведчики шли с опущенной головой. Заметив родителей подбегающих к командирам, и спрашивающих о своих детях, я решила сделать кое-что. Я отпросилась, и меняя направление поскакала в другую сторону. Сегодня на крыльце дома семьи Мари не резвились дети. Покинув седло, я неуверенно зашагала к дому. Некоторое время я стояла у двери не решаясь стучать, но когда я всё же набралась духу, меня хватило лишь на один стук. Дверь открылась. — Привет, Мэйли. — Мило поприветствовала меня госпожа Клара, стоя в фартуке. — С чего такой визит? Я думала, что вы на вылазке. Я молча смотрела ей в лицо, не в силах сказать и слова. И она заметила, что что-то не так. — Почему ты одна? Где Мари? — Уже меняя тон на взволнованный, спрашивала она. Её улыбка становилась нервной, а тряпка выпала из рук. Ещё некоторое время я смотрела на неё. — Мари… Её больше нет. — Ели как выдавила я из себя. Тут же госпожа Клара затряслась, и из её глаз ручьем полились слёзы. Она упала мне на грудь, изливаясь в глубоком горе. Услышав то, как мама плачет, мальчишки выбежали из комнаты. Они что-то спрашивали дергая меня за одежду, но я уже ничего не слышала. В ушах ужасно гудело. Чем сильнее горестные слёзы пропитывали мою рубашку, тем сильнее я чувствовала себя виноватой. Сама не знаю почему. Вечером я вернулась в корпус, первым делом заходя в больничный корпус на осмотр. И зрелище было не лучше. Стоны от боли звенели в ушах, алые пятна с ужасом стыли в глазах. Раненых было много. Они заполняли даже коридоры, местами крася некогда белые стены в ужасающий, красный цвет. Убедившись что со мной всё в порядке, я быстро приняла душ, поменяла одежду и отправилась на ужин. Здесь было на удивление пустее, чем обычно. Я взяла свою порцию нелюбимого супа, и села на наше привычное место. Нет, больше нет нас. К еде я не притронулась. Отсутствие вечной болтовни подруги были слишком заметны, ещё сильнее давя на душу. Я смотрела на пустое место. И осознала, что больше не могу держать всё. Резко вскочив, и быстро покинув столовую, я направилась в неизвестное направление подальше от людей. Останавливаясь в углу, я схватилась за волосы, крича от душевных мук. Слишком долго я терпела. Всё чувства выходили наружу. Тяжело рыдая, я била каменную стену, надеясь на то, что физическая боль хоть как то перекроет душевную. Мне было слишком тяжело и слишком больно. А за стеной сидел он. Леви. Он слышал то, как ей больно. Слышал то, как она кричит моля о том, чтобы её родные перестали умирать. Но он и не двинулся с места. Пусть поплачет, пусть не держит ничего в себе. Я ей лишь помешаю. И он знает боль. Сначала тебе кажется, что сможешь вынести её, а на деле оказывается, что не можешь. И когда это происходит, ты либо находишь причины жить дальше, либо сдаешься.