Сердцу не прикажешь

Хару и Какаши задерживаются в Резиденции Хокаге и мечтают, чтобы им не влетело от Сакуры, когда они стоят возле дома и не решаются зайти. — Как думаешь нам сильно влетит? — посмотрев на сына, спросил Какаши — Если мама спит, то нет, — также взглянув с надеждой в глазах на отца, ответил Хару Они предельно тихо зашли в дом. Не считая, того что они отоптали друг другу ноги. Оба Хатаке прислушались. Тишина. — Фух, пронесло, мама спит, — вынес вердикт младший Хатаке, облегченно выдохнув и включая свет в прихожей. О чём сразу же пожалел. В коридоре стояла злая Сакура. Ну, прям очень злая. Паккун сидел рядом и всем взглядом говорил, что им тотальный пиздец. — Ты чего не спишь, любимая? — первый прервал тишину старший Хатаке — Вы время видели? Совсем офигели?! — Сакура смотрела, то на мужа, то на сына, — Ладно вы! Но, обо мне подумать можно было? Я волнуюсь о вас! Понеслась душа в запой. — Ну, мамааа — Не мамкай! Я волнуюсь, а вы?! Меня вообще никто не любит в этом доме, кроме Паккуна! — Сакура вздернула руки вверх и ушла в зал, — Вот соберу вещи и съеду от вас с Паккуном! Да, Паккун? — Да-да, — закивал пёс и лёг рядом с Сакурой на диван. — Подлиза, — сказал Хару, так чтобы его услышал только отец. — Ты только при маме этого не говори, а то ещё хуже будет, — Какаши снял плащ и повесил его на вешалку и пошёл в гостиную, где на диване его ждала беременная жена. Не то, чтобы Сакура не устраивала истерики… Просто, с беременностью они участились. Не было и дня без скандала. Какаши не жаловался. Да, и некому. Сам взял её в жёны. Он знал, что беременность сложная и непредсказуемая штука, вплоть от: — Я хочу жаренный банан с морской капустой! И не важно, что сейчас три часа ночи. До: - Ты меня не любишь... А второе происходило намного чаще. Ответом на вопрос: «С чего ты так решила?» Был: - Ты меня сегодня ночью не обнимал! И не важно, что она сама всю ночь говорила, что ей жарко и чтобы Какаши так горячо не дышал. Не важно. Какаши знал, что это всего лишь временные истерики Он всё равно очень сильно любил Сакуру и их замечательную дочку, которая подкидывала сумасшедшие идеи и без того непредсказуемой Харуно Хатаке. — Ты же знаешь, что мы с Хару тебя очень сильно любим, — сказал Какаши, прогоняя Паккуна с дивана и присаживаясь слева от жены. — Да, мамуль, мы тебя очень сильно любим, — младший Хатаке обнял Сакуру и поцеловал её в щёчку. На что суровая Сакура превратилась в самую милую и любящую весь мир (а в частности Какаши и Хару Хатаке) маму. — Эх, как я могу на вас долго обижаться? — спросила Сакура, смотря на мужа и сына, — Вы же мои самые любимые мужчины на свете. Не представляю, как жила бы без вас! — А мы без тебя! — хором сказали мужчины. Сакура не знает, как она раньше жила без этих двоих остолопов. Если бы Сакуре сказали пару лет тому назад, что она выйдет замуж за своего Сенсея, так ещё и родит ему сына с дочкой, то она покрутила пальцем у виска и пошла искать Саске. Она упустила тот момент, когда влюбилась в этого скрытого извращенца. Упустила тот момент, когда они уже жили вместе, а она забеременела от него. Да, она и не хочет искать эти моменты. Ей настолько хорошо с этим мужчиной, что все дни кажутся сказкой. Он всегда её защищает, поддерживает. Какаши ей дал, то что Саске не смог бы дать. Это любовь, заботу и поддержку. Всё-таки Сакуре нужен мужчина, а не мальчик. Так сказало сердце, а сердцу не прикажешь.