Её воспоминание

Представь: Ты — все время знала, кто таков Сейп, что он двойной агент, о его любви и о приказаниях Дамблдора. Вы с ним сдружились, другие лишь удивлялись, как такое вообще произошло. Вы много времени проводили вместе и вот однажды, когда ты была на последнем курсе, после смерти Дамблдора (ты знала, кто его на самом деле убил и по каким причинам), когда Северус взошёл на место директора, после того, как вернулся Гарри в школу и «выгнал» Снейпа, а следом все начали готовиться к битве, ты побежала искать Северуса. Ты и понятия не имела, куда он мог деться, да ещё и окружающие, что готовились к схватке не пускали из замка. Ты все же нашла лазейку и сбежала по влажной от вечерней росы траве прямо к гремучей иве — это была твоя первая версия, куда ушёл директор. И как дожидаясь тебя, он был не у ивы, я у дерева неподалёку, на линии запретного леса. Увидев ищущую кого-то девушку, он окликнул тебя, ибо знал, что никого нет в округе, ведь все заняты подготовкой. Как только ты услышала бархатистый голос человека, ставшего другом за все эти годы, в сердце ёкнуло, ты боялась, что он покинул пределы Хогвартса. Ты с безмолвной радостью в глазах подбежала к плохо озаренному светом заходящего солнца дереву, но когда встретилась глазами с Северусом, все внутри похолодело и радость мигом пропала от его грусного, сосредоточенного и одновременно отчаянно решительного на что-то взгляда. — Северус, что произошло, почему ты покинул замок и что за волнение на твоём лице? , — спросила ты беспокойным, обрывающимся от волнения голосом. Он вздохнул. Было что-то, что он явно не хотел говорить, что-то очень волнительное для него, на что он сам решался долгое время и сейчас не мог решиться погрузить в эту холодную воду и тебя. Наконец, в задумчивости покрутив твой блестящий в свете локон, он отрешенно, будто не тебе, сказал: — Этой ночью Тёмный Лорд нападёт на Хогвартс. Да ты впрочем и так это поняла. Он считает свою палочку недостаточно подходящей и сильной для того, чтобы убить Гарри. Для этого ему нужна сильнейшая колдовская палочка, что принадлежала Дамблдору. Он её добыл. Но по всей видимости, она его не слушается. И теперь он убьёт её владельца, дабы заполучить власть над ней. Ты нахмурила брови. Попытавшись понять сама, ты пришла к выводу, что придётся дальше расспрашивать, как бы того не хотелось: — Но ведь владельцем палочки был Дамблдор и он умер. Что мешает лорду? Или… Тут тебя осенило. От осознания этого, дрожь и мурашки пошли по всему телу, хотя на улице и было достаточно тепло. Ты ошарашено, до конца не приняв и не хотев принимать свою догадку, но понимая, что она то как раз и верна, тихим хриплым голосом прошептала: — Или это ты есть её владелец.?! Пауза в несколько секунд и ты, набрав воздуха, пытаясь собраться продолжила: — Ведь именно ты в тут ночь… убил профессора Дамблдора. Северус вздохнул. Этот вздох был тяжким и как бы, извиняющимся за то, что возложил такое бремя на хрупкие плечи. — Да, ты догадалась. Впрочем, как и всегда… И он улыбнулся. Ты совершенно не понимала, как здесь, в такую минуту, будучи в 2-3 часах от смерти, возможно улыбнуться. Особенно, как это удалось такому человеку, как Северус. — Что ж ты улыбаешься?! , — почти навзрыд выплюнула ты. — Ты ведь скоро умрешь! — Я не боюсь этого и тебе не советую. Чем больше боишься, тем ближе ты к смерти. Вспомни сказку про трех братьев. Младший, что не боялся и не считал себя лучше смерти, ушёл с ней на равных. И ведь жизни лишусь я, ты продолжишь жить и это для меня самое главное. — — Это не ты лишишься жизни. Нет. Ты лишаешь её других! Горевать о ней будешь не ты! Больно от её потери будет не тебе! Твоя жизнь в полной мере тебе не принадлежит, так не раскидывайся ей! Ты не сдержалась. Слезы тёплыми струйками потекли по твоим щекам. Но это была не истерика, а тихие слезы, как когда приходишь навестить чью то могилу и уж давно смирился с его смертью, но воспоминания и тепло в душе при их всплытие в твоей голове выплескивают наружу. Он обнял тебя. А ты лишь думала, что больше не почувствуешь этой отцовской любви, не сможешь так же крепко его обнять и как будешь приходить на его могилу каждый день, пока наконец не останешься там навсегда. — Я тебя не перестану любить, но тебе нужно с этим смириться и лучше заранее. У тебя ещё есть время. — Смириться, — думала ты, — как легко ты это говоришь, но сам ведь так и не смирился со смертью всей своей жизни. А сколько лет прошло. И ведь ты ещё не был так к ней привязан, как к тебе теперь привязалась я. Чего же ты хочешь в таком случае от меня. Он перебил твои мысли и продолжил: — Мне нужно на время исчезнуть с места боя и появиться к финалу, а точнее чуть раньше. Сколько все это будет твориться я не знаю, да и не хочу. Мне наплевать на других. Но ты… — он впервые за время общения с тобой замялся, — ты так же как и все здесь подвергнешься риску. Умрут многие и я не хочу, чтобы в их числе была и ты. Я бы тебя отвёл домой к себе или же спрятал где-то, но 1 — это ненадёжно и боюсь не безопаснее, 2 — ты наверняка скажешь… — Нет. Ты перестала плакать. Ты «смирилась». Но только для него. И расчётливый и свежий разум снова вернулся к тебе. — Я помогу, помогу всем кому смогу и всем чем смогу. И главное — я помогу тебе. — Но всем не поможешь, главное — ты. Не смей лезть сама на пожирателей, только при необходимости! Ты не должна умереть в эту ужасную ночь, только не ты. Вы прощались, прощались долго, прощались… навсегда. Ты вернулась в замок, тут все продолжали суетиться. Ты тут же нашла кому и чем помочь и принялась за бравое дело. Все бурлило и кипело, замок был готов к наступлению врага. Битва прошла. Гарри оказался жив и Волан де морт повержен. Пожиратели, что остались, сбежали, поджав хвосты. Ты все это время помогала на поле битвы, а не осталась в стороне, вопреки просьбам Северуса. Таким образом ты пыталась отвлечься и не считать минуты до смерти. Не побежать спасти его, закрыв своим телом, ведь от этого толку не будет. Так он говорил. А когда Лорд пришел к замку и ты поняла, что Снейп скорее всего уже мёртв, подавила в себе желание бежать сию же секунду искать тело. Ты молча стояла и смотрела на убийцу всей твоей жизни. Вскоре после победы, ты возвращалась в большой зал, где был развернут медпункт размером во весь зал. Тебе была нужна помощь, заклинание тебе оторвало или же расширило плечо, ты сама толком не понимала. Так же были ранения по всему телу, как от заклинаний, так и от падений и столкновений, был даже рубец от ножа. Ты плелась одна и никто и ничто не мешало мыслям о смерти близкого тебе человека распространяться по всей голове, причиняя в разы большую боль, чем все раны на твоём искалеченом теле. Но оставалось идти недолго и вот ты уже слышишь голоса друзей и знакомых, слышишь плач и смех. В голове проносится мысль о том, что ведь это две несовместимые вещи — слезы и смех. Ты видишь миссис Помфри, что всем пытается успеть помочь. Слизнорта, Макгонагалл, что улыбнулась тебе, а ты на автомате ей в ответ, видишь подругу Луну, что махает тебе, улыбаясь своей обычной улыбкой, сидя рядом с Невилом, который тоже рад тебе. Ты так рада, что все они живы… Но почему не он?! Выбросить это из головы! Плачет кто-то, но ты не хочешь знать кто, тебе и самой достаточно. Ты повернула голову, чтобы посмотреть, кто тебя позвал и среди размывчатой картинки твой глаз ухватился за до боли знакомые волосы. Ты тут же забыла о том, что тебя окликнули и начала искать глазами невозможное в толпе. Ты прошлась по рядам сидевших и подумала, что все же показалось, ведь хочется видеть то, чего не увидишь никогда боле. И проходя дальше, ты нечаянно толкнула сидящего человека. Пробормотав скудное извинение ты пошла было дальше, но этот человек ухватил тебя за руку. Ты устало обернулась и остолбенела. Это сон, видение, галлюцинации? Такого не может быть… Перед тобой сидел, обмотанный бинтом вокруг шеи Северус Снейп