Ледяная река Ло

Собрание Союза Бессмертных неумолимо приближалось, не оставляя мне и шанса на продление беззаботной жизни на пике Цинцзин. Все это время я носился туда сюда от леса Линь к родному пику, где уже принимался за вечную кипу документов с книгами. Мне так и не удалось выяснить ничего насчет таблички, да и проблему с мертвым озером разрешить тоже не получалось. Поэтому я справедливо решил на все забить и со спокойной душой вернуться к Учителю. Вернувшись после очередной поездки к Мёртвому озеру, которое так стали называть после моей последней миссии, я занес в свой сарай очередную маленькую деревянную фигурку. К слову, вырезать по дереву я начал после прочтения одной из древних книг про резьбу заклинаний на деревянных табличках. Хоть она и не помогла в разгадке тайны Молитвы Вэй Яна, зато подарила мне маленькое хобби на время пути к лесу Линь и обратно. Мне показалось, что резьба заклинаний на простых табличках это как-то слишком просто, поэтому я стал изготавливать фигурки животных и людей, покрывая их цепью заклинаний. Защитные, для хорошего сна, ароматизированные и многие другие письменные заклинания хорошо ложились на небольшую площадь поверхности фигур. Последняя, которую я закончил, была в форме Шэнь Цинцю и на ней были нанесены письмена на спокойствие духа, хороший сон и лёгкий аромат персика. — Надо будет ее подарить Учителю на день рождения, — пробормотал я, поставив ее рядом с другими фигурками около моей самодельной кровати. Окинув взглядом бесчисленных рыб, птиц и других животных с людьми, я поспешил к бамбуковой хижине, чтобы поприветствовать Цинцю после долгого расставания. Поднявшись к хижине, я встретил недовольного Мин Фаня. — Чего это ты с утра пораньше такой злой? Не уж то с Нин Инъин поссорился? — усмехнувшись, поинтересовался я. Фань бросил на меня недовольный взгляд. — Учитель запустил в меня металлическую пластину и в который раз отказался от еды, — проведя рукой по лицу, устало ответил парень. — Как только ты перестал появляться на пике и готовить ему, он будто впал в депрессию. Даже работа из-за этого удвоилась! Ведь Учитель перестал полностью работать! — Ну-ну, не надо так расстраиваться, — похлопав друга по плечу, сочувствующе произнес я. — Обещаю, я помогу тебе. Все равно я больше не планировал покидать Цинцзин. Мин Фань посветлел лицом и, положив руки на мои плечи, радостно протараторил: — Отлично! Жду тебя вечером в кабинете, отложу для тебя стопку документов! — после чего тут же умчался. С улыбкой покачав головой, я вошёл в бамбуковую хижину. Пройдя к комнате Цинцю, я учтиво постучал об косяк прохода, чтобы привлечь его внимание. — Мин Фань, я же сказал, что мне ничего не нужно! — раздражённо прокричал мужчина, развернувшись на рабочем стуле. Наши взгляды встретились, и я счастливо улыбнулся, прищурив глаза. — Не думал, что вы когда-нибудь спутаете меня с шисюном, Учитель. Вы разбили мне сердце! — наигранно расстроенно и приложив к груди руку, воскликнул я. — Бинхэ! Я очень рад тебя видеть, скорее садись, выпьем чаю, — подскочив с места, Шэнь заметался по комнате. Я же присел за столик посередине комнаты, с удовольствием наблюдая за движениями Учителя. Тонкие руки, скрытые рукавами ханьфу, ловко разливали ароматный чай по фарфоровым чашкам. Одинокая прядка шелковистых волос упала на лицо и была тут же убрана за ухо белыми тонкими пальцами. Светлые зелёные глаза добродушно прикрылись, встретившись с моими синими. Мое сердце не выносит такой красоты. Перед носом появилась чашка, содержимое которой тут же оказалось в моем пустом желудке. Давно я ничего не ел из-за практики отказа от пищи. Довольно трудно жить практически без сна и пищи, но у меня понемногу получается, да и в Бездне мне это пригодится, так что… — В этот раз ты вернулся довольно быстро, — пригубив чай, довольно произнес Цинцю. — Просто я очень сильно соскучился по Учителю, так что решил вернуться как можно скорее, чтобы больше его никогда не покидать, — положив голову на руку и как можно соблазнительнее улыбнувшись, ответил я. Мужчина поперхнулся, но быстро пришел в себя. — Ло Бинхэ, перестань использовать эти штучки на своем Учителе, — недовольно сказал он. А после тихо добавил с чуть порозовевшими щеками: — Мое сердце может не выдержать… Решив не акцентировать внимание на этом, я отпил ещё чудесного зелёного чая. Он был персиковый, так что я совсем не кривился как после других видов. Пока я наслаждался чаем, Цинцю неожиданно произнес: — Скоро собрание Союза Бессмертных. — Нам с Мин Фанем подготовить для вас список участников? — тут же отреагировал я. — Да, но лучше передайте сразу главе школы, — махнув рукой, ответил мужчина. Он все продолжал смотреть на меня, задумчиво постукивая пальцем по подбородку. Взгляд так и обжигал мое лицо, шею, плечи… От него внутри меня медленно разгорался огонь, значение которого я ещё не мог понять до конца. Встряхнув головой, я обратился к рассматривающему меня Учителю: — Почему вы так на меня смотрите? Неужели я всё-таки хоть чуточку вам нравлюсь? Цинцю встрепенулся и недовольно нахмурился. — Бинхэ, не неси чепухи, ты не можешь не нравиться этому Учителю, — хлопнув своим веером по моей макушке, ответил он, — просто смотрю как ты вырос за эти годы. Потерев место удара, я расплылся в самодовольной улыбке. — Надеюсь, вам нравится то, что вы видите, — положив голову на руки, сложенные на столе, отозвался я. Шэнь Цинцю мягко посмеялся, а после с потаенной грустью в глазах посмотрел на меня вновь. — Бинхэ, ты ведь хочешь стать сильным? Для этого ты так усердно тренируешься все свое свободное время? — теребя рукав одной рукой, поинтересовался он. Я задумчиво прищурился, смотря на напряжённого как струна мужчину, а после ответил: — Да, в принципе как и любой другой адепт. Он покачал головой и продолжил: — А если бы я сказал, что ты можешь стать сильнейшим под небесами, но для этого тебе бы пришлось пережить жестокие страдания, бесчисленные препятствия и смертельные опасности, которые будут угрожать твоему телу и душе? Ты бы согласился на все это ради силы? Хоть Цинцю и старался выглядеть спокойным, но в его голосе так и слышалось беспокойство, а в глазах читалась грусть. Неожиданно я понял, что он говорит про Бездну и про то, что совсем скоро мне придется страдать на ее дне, после того как он самолично меня в нее сбросит. Задумчиво повернув голову, но не отрывая взгляда от Учителя, я пытался понять, как мне ответить на этот вопрос. Я не рвусь за всемирным могуществом, но мне по статусу положено иметь огромную силу. Хотел бы я страдать, чтобы заполучить ее? Нет. Нужна ли она мне? Наверное, да. И как же ответить… Подумав ещё пару минут, я наконец решил. — Страдать ради силы, которая сделала бы меня самым могущественным в мире? Я бы этого не хотел… Но если эта сила поможет мне защитить людей, что стали для меня близки… То, думаю, я бы согласился на все что угодно, даже на смерть, — выпрямившись и уверенно смотря в глаза Юаня, ответил я. Мужчина печально улыбнулся.

***

Через три дня выбранные адепты вместе с горными лордами отбыли на собрание Союза Бессмертных. Я, разумеется, был в их числе, ведь это мое первое и последнее собрание, как не грустно это говорить. Уже восседая на своем любимом белом коне, я наблюдал за тем, как Шэнь Цинцю прокрался в повозку, в которую ранее вошла Ци Цинци. С улыбкой смотря как повозка трогается, я тут же пристроился около окна, уже предчувствуя как меня позовет Учитель, чтобы получить свои закуски. Впрочем, я был прав. Услышав стук по стене повозки, я чуть наклонился и, отодвинув шторку, с улыбкой спросил: — Чего желает Учитель? Закусок, воды или меня? Изумлённо поднятая бровь Цинци стоила того, чтобы в очередной раз получить веером по голове от Учителя. — Бинхэ, перестань так шутить. Ци-шимэй желает отведать закусок, — недовольно прищурившись, ответил мужчина. Я тут же вынул из-за пояса подготовленный мешочек и передал ему в руки. — Дайте мне знать, если вам что-то понадобится, — склонив голову, с улыбкой попросил я и опустил занавес. Мимо нас проехал Лю Цингэ, громко фыркнув. Я продолжал улыбаться и припустил коня, чтобы его догнать и пристроиться рядом, за что получил непонимающий взгляд. Покачав головой, я продолжил путь.