Ледяная река Ло

Документы. Одни, мать их, документы! Я, черт возьми, так надеялся, что в Царстве демонов будет меньше бюрократии, но как бы не так, сука! Из-за нового статуса мне приходится погружаться в жизнь демонов через кучу отчётов, запросов, прошений и так далее. Параллельно с этим Мобэй-цзюнь учит меня обязанностям Императора, дворцовому этикету (разумеется ему я следовать и не собирался, так же как и Мобэй, но знать то нужно), а так же подтягивает меня во владении демонической ци. Оказалось, что моя Трансформация тела — это подвид способности Метаморф, им обладают в основном полукровки двух разных видов демонов. Они способны менять свой облик от одного к другому, а я лишь смешиваю их. Думаю, что с поднятием уровня я смогу полностью поменять облик, а пока приходится от скуки наращивать и убирать чешуйки на руках. Ну как скуки… скорее от отчаяния из-за огромных гор бумаг в кабинете, что мне предоставил Мобэй-цзюнь, пока другие подчинённые строят мой собственный дворец. Идея постройки Императорского Дворца принадлежит Ситун и Хуалин. Они вбили себе в голову, что он у меня должен быть. При попытке отказаться меня чуть ли не связали и в течение пары недель выносили мозг, рассказывая как хорошо будет после его постройки. Пришлось в итоге согласиться, хотя я чую, что они все это затеяли, чтобы иметь собственные богатые покои и огромный гардероб. В общем все шло более менее тихо и спокойно, если не считать парочку восстаний, которые я быстро пресёк на корню, и всплывающие воспоминания о Юане. Каждый раз, когда я задумывался о Шэнь Цинцю, мое сердце начинало болеть, и я хотел тут же сорваться с места и отправиться к нему. Ситун не позволяла мне это сделать, пока мой статус Императора прочно не закрепится за мной. Поэтому мне приходилось почти каждый вечер играть на Юнхэндэай, чтобы успокоить чувства и не сойти с ума от тоски. Спокойствие, даримое флейтой, было словно наркотик, которым нельзя было насытиться. Но меня это не волновало, так как отказ от него значило потерю контроля над собой. Я успел разрушить (трижды) северное крыло дворца Мобэя, пока не начал заниматься игрой на Юнхэндэай с достаточной частотой. Ну… как я и сказал ранее, время протекает более менее мирно…

***

Очередной день в Царстве демонов для меня начался с целой вереницы посетителей, которые просили то денег, то земель, то разобраться в их проблемах, и которые настолько меня достали, что я просто вышвырнул их всех из зала и улёгся поперек трона, свесив голову с подлокотника. — Как же меня все достали! Хочу к моему А-Юаню! — с тяжёлым вздохом прокричал я на весь зал. Где-то из-за колонны в дальнем углу послышался звук падающего тела. Мобэй-цзюнь, стоящий справа от трона, незаметно вздохнул и обречённо прикрыл глаза. Я перевел с него заинтересованный взгляд на валяющееся тело в синих одеждах, от которого веяло светлой ци. Прищурившись увидел знакомый пучок волос и испуганные глаза. — Та~ак… И кто это тут у нас? Мобэй, ты скрывал от меня человека? Да и к тому же целого Лорда Аньдин, — сладко протянул я, переводя взгляд с одного на другого. — Нехорошо так делать. — Прошу прощения, Господин, — чуть склонив голову, холодно произнес мужчина. — Я хотел Вам рассказать, когда Вы бы заинтересовались внешним миром, а не только делами в Царстве демонов. Шан Цинхуа продолжал испуганно валяться на полу и смотрел на нас испуганно-шокированным взглядом. — Познакомишь нас, Мобэй? А то думаю, что наш гость так и продолжит молчать и лежать, если мы что-то не предпримем, — лениво взмахнув рукой в сторону заклинателя, проговорил я. Ледяной демон лишь понятливо кивнул и направился к задрожавшему Цинхуа, после чего рывком поднял его на ноги и подтолкнул в мою сторону. Мужчину знатно тряхнуло, когда я взглянул ему в глаза, перед этим нормально сев на троне. Давно я хотел увидеть брата-Самолета — того, кто создал по сути этот мир. На первый взгляд обычный трусливый человек, но что-то не даёт мне покоя… Как он так долго продержался в качестве подчинённого Мобэя? Эта ледышка рано или поздно грохнул бы как нефиг делать, но не сделал этого до сих пор. Терпит рядом с собой, хотя пару дней назад насмерть заморозил низшего демона за то, что тот влез в наш разговор. Впрочем… не важно. — Значит ты Шан Цинхуа? — положив голову на ладонь и откинувшись на спинку, поинтересовался я у мужчины. — Д-да, Ваше Величество… — заикаясь отозвался заклинатель.— П-простите, что прервал Ваш отдых. Я лишь беспечно махнул рукой и улыбнулся пришедшей в голову мысли. — Цинхуа, а, Цинхуа, ты наверняка знаешь что происходит на Цинцзин. Не хочешь рассказать как там обстоят дела? — доброжелательно проговорил я, наблюдая за мечущимся взглядом мужчины. — Ну… там уже т-третий год стоит траур по погибшему ученику во время последнего Собрания Союза Бессмертных. Шэнь Цинцю п-почти полностью отошёл от дел, передав управление Главному ученику, — заламывая пальцы рук и нервно оглядываясь, пробормотал он. Мои брови сперва взметнулись вверх, а после сошлись на переносице. — Траур? По кому такой длинный траур, да ещё и почти три года? — непонимающе спросил я. — По Л-Ло Бинхэ, Ваше Величество, — чуть испуганно сжавшись, ответил Цинхуа. По тронному залу разнёсся мой весёлый смех, от которого заклинатель сжался ещё сильнее и быстро отступил за широкую спину Мобэй-цзюня. Отсмеявшись, я вытер с уголка глаза слезу и с насмешливой улыбкой произнес: — Что-то рано меня похоронили. — ЧЕГО?!

***

Шан Цинхуа в тот день пришлось откачивать, так как после моих слов он упал в обморок. Видимо он не смог меня узнать из-за отличающейся от оригинала внешности, но я не думал, что он так отреагирует. Когда он пришел в себя, я заставил его рассказать более подробно, что происходит на Цинцзин. Как оказалось, там и правда стоит траур по мне, но это скорее из-за затяжной депрессии Юаня, чем от большого желания остальных жителей пика. По словам Цинхуа, он словно призрак ходил первый год по Бамбуковой хижине, иногда зовя меня. Мужчина был на грани Искажения по меньшей мере около десяти раз и его только чудом удерживали. Сейчас же такое происходит намного реже, но Шэнь все ещё не в порядке. От таких новостей у меня произошел внеочередной срыв, после которого тронный зал был уничтожен до основания, а меня привела в себя Ситун с помощью флейты. Цинхуа был напуган до чёртиков, так что его забрал Мобэй. Я без сил упал на колени среди обломков и, схватившись руками за голову, отчаянно завыл. Холодные маленькие ладони опустились мне на плечи и притянули к мягкой груди. — Тише-тише… А-Хэ, не плачь… Все будет хорошо… — медленно гладя по спине, нежно прошептала Ситун. — С А-Юанем все хорошо… Я проверяла, с ним все хорошо… Все не так страшно, как кажется… Я могу отправиться к нему и как-нибудь помочь… Хочешь? У меня совсем не было сил что-то ответить, так что я лишь кивнул и уткнулся носом в ее шею. — Все будет хорошо, А-Хэ… Совсем скоро вы встретитесь…

***

В тот же вечер после открывшейся правды о последствии моего «красивого» ухода на дно Бездны, я решил погрузиться в Мир Сновидений. Я очень сильно хотел увидеть А-Юаня, и единственным выходом были лишь воспоминания о нем. От мелькающих картинок воспоминаний на сердце становилось и сладко и больно одновременно. Мне так сильно захотелось почувствовать присутствие Шэня рядом, что я решил погрузиться в один из сценариев. Шелест бамбуковых листьев, лёгкий ветерок, а на поляне двое сидят на покрывале и пьют чай. Юный я с длинными волосами и светлых одеждах, а так же неземной Учитель с изящным веером. Давно я не думал о Юане как об Учителе… Уже больше двух лет я не являюсь его учеником, да и не научил он меня чему-нибудь толком… Но это не мешает мне сейчас наслаждаться этой картиной. Оперевшись боком на один из крепких бамбуков и слушая свой юный весёлый смех, я сложил руки на груди и лениво прикрыл глаза. Со стороны Бамбуковой хижины послышались шаги, а два силуэта передо мной исчезли. Переведя взгляд на выходящего на поляну человека, я ждал начала нового вспоминания. Но оно не начиналось. Ко мне вышел бледный с потухшими глазами Шэнь Цинцю. Заметив меня, его глаза шокировано раскрылись, а правая рука тут же раскрыла веер и прикрыла нижнюю часть лица. — Бинхэ? — тихим надломленным голосом позвал он. Я продолжал смотреть на него сквозь прикрытые веки, ожидая продолжения. Если уж мое сознание решило создать мне новое сновидение, я не буду ему мешать. Юань нервно закрыл веер с громким щелчком и сжал его в руках. Глубоко вздохнув и чуть всхлипнув, мужчина опустил взгляд на землю и тихо-тихо произнес: — …гэгэ? Мое тело мгновенно среагировало множеством мурашек. Выдохнув и опустив руки, чуть хриплым голосом я ответил: — Да? Ты что-то хочешь, А-Юань? Шэнь резко поднял влажные глаза на меня и сделал несколько шагов вперёд. — Это снова сон?.. Я уже не могу вас отличить в них… Вы слишком похожи… — уронив веер на землю и прижав руки к лицу, отчаянно зашептал мужчина. — …Я так скучаю… гэгэ… Бинхэ… Мое сердце забилось быстрее, а ладони вспотели. Это все меньше походило на сновидение… Это было похоже больше на тот раз, когда я убил Мэнмо. Но это невозможно! Юань был так далеко, что я не смог бы проникнуть в его сон… но вид такого разбитого и отчаянного Юаня отдавался сильной болью в сердце. Не раздумывая, я шагнул к сгорбленной фигуре и крепко прижал к себе за талию. Мокрое лицо тут же спряталось в вороте моей одежды, а тело мелко задрожало в объятьях. — Прости меня, очаровашка… Я так виноват перед тобой… Я так не хотел тебя оставлять, а сам же в будущем пообещал исчезнуть из твоей жизни… В итоге не сдержал ни одного своего обещания… Ну, что я за мудак, а? — перебирая длинные шелковистые волосы, печально шептал я. Шэнь в моих руках напрягся. — Бинхэ?.. — всхлипывая, позвал он. — Да? — зарывшись носом в его волосы, отозвался я. — Гэгэ?.. — вновь позвал мужчина. Я крепче обнял его, когда почувствовал что сновидение заканчивается. — Да, А-Юань, это я. Клянусь, я совсем скоро вернусь к тебе. И ты можешь делать со мной все что захочешь. Я не буду сопротивляться и последую любому твоему решению… Только дождись меня, прошу… — с отчаянием забормотал я, ощущая как тело в моих руках растворяется. Зелёные глаза потеряно взглянули на меня. И в следующую секунду я проснулся.