Миром правят терпеливые

Поздний вечер и темный подвал, что может быть лучше? Правильно, если в этом подвале сидит мафия Сеула. Весь в таком в чёрном выглаженном костюме. У него расстегнуты три верхние пуговицы, рукава рубашки подвергнуты до локтей. А пиджак благополучно висит на спинке стула на котором он сидит. Так же благополучно как и мужик который подвешен вниз головой, прям как приманка на крючке. И так же забавно дёргается. –Я ещё раз спрашиваю куда ты дел 37 кусков зелени? –спрашивает альфа и зачесывает пальцами волосы назад. –Господин, я не знаю. Мои люди ничего не делали! – кричал мужчина. –Тэхён.– Говорит альфа и поднимает сжатую ладонь чуть выше всего плеча чтобы тому было видно команды. Тэхен все это время стоял облокотившись на бетонный столб. Держа в руках пульт всего с двумя кнопками и с удовольствием нажал на красную. По подвалу разнесся звук работающей конструкции. А тело мужчины стало медленно опускаться вниз, прямо в бочку с водой. Он не особо успел сообразить что происходит, хотя его голова уже была опущена в ледяную воду. Намджун разжал кулак тем самым приказывая Тэхену поднять тело. Пока тело поднималось, альфа рассуждал,что пора заканчивать с этим и стоит уже поехать домой. –Кёнджу, давай так, ты меня сейчас говоришь,куда дел 37 кусков чистой зелени – почему то именно сейчас Намджун решил разговаривать со своей жертвой, как со своим трехлетним сыном – и мы с тобой разойдемся? –Намджун, я правда не знаю где эти 37 кусков. Тем более мы договаривались, что с продажи зелени мне причитается десять процентов, мне нет смысла врать тебе! –Мне уже это надоело. Парни! – Намджун окликнул двух здоровых амбалов – передвиньте белую бочку на место черной. Намджун встал прямо впритык к Кенджу. –Слушай не хочешь стать моим любовником? –спрашивает альфа и проводит большим пальцем по губам того. –Что? –Ну знаешь, я с семьёй вижусь реже, чем с тобой, и вот и подумал что было бы неплохо иметь личную шлю… –Босс, ваш телефон. Намджуну отдает мобильный, на котором высвечивается фотография с его свадьбы. А сверху нет банального "любимый мой" или же "моя любовь", а стоит просто сердечко. Алое сердце. –Да милый? –Джуни, ты ещё долго, соскучился по тебе...–с того конца послышался глубокий вздох. –Джини, солнышко, я сейчас сижу в офисе пытаюсь разобраться с документами… –Понятно. Тебя можно не ждать. –Послушай– альфа смотрит на двух мужчин, которые пытаются открыть бочку, он сразу же прикрывает рукой микрофон–Вы придурки, наденьте перчатки. –Милый, я постараюсь закончить побыстрее, но ты не жди меня. Тебе стоит отдыхать больше. – Намджун сказал это с такой нежностью, что аж становится тошно. –Да ты прав, и Джуни? –Что такое? –Поговори со своим папой. –Зачем? Он что-то не так сделал? –Он слишком сильно балует твоего сына. Мало того, что он в прямом смысле этого слова родился с золотой ложкой во рту, я не хочу, чтобы он думал что все можно решить деньгами. –Ладно, Джин. Я поговорю, но завтра. –Хорошо, люблю тебя. –И я тебя. Намджун скидывает звонок и пихает телефон в карманы. Он смотрит, как ядовито желтая жидкость, тихо, но бурлит. –Ты так и не решился рассказать мне что-нибудь интересное? Кенджу начинает брыкаться,из-за чего его тело раскаивается в разные стороны. –Мне нечего сказать тебе. –Хорошо. Джо, подай трубку, что сзади тебя. А ты Тэхен–альфа посмотрел на своего помощника через плечо – дай мне пульт. В ту же минуту в одной руке у него лежал пульт, а в другой он держал кусок железа. Труба была намного выше, чем бочка. Намджун удобнее берет трубу в руку и медленно опускается, в реакцию вступает кислота с металлом из-за чего жидкость начинает сильно бурлить. Альфа продолжает опускать трубу, но никто не слышит удара об дно бочки. Он продолжал опускать пока в его руке не оказался остаток трубы около сорока сантиметров. Глаза Кенджу стали бегать из стороны в сторону. –Видишь, что стало с этой железкой? Боюсь представить, что будет с тобой.– улыбнулся альфа и специально поднес пульт к его глазам и нажал на кнопку. И это как и до этого стало медленно опускаться вниз. –Намджун! Прекрати! Я правда не знаю! Прошу тебя! Ты же не бессердечное создание! Тело резко остановить. Ни наверх ни вниз. Намджун нагнулся и смотрел своим черными глазами прямо в душу. –Я стал бессердечным, когда люди Кана убили моего отца на глазах моего папы и на глазах моего омеги. Из-за них я лишился своего наставника, человека, который дал мне жизнь, он оставил меня разбираться с крысами, которых пригрел у себя на шее. Из-за них же я почти лишился своего ребенка. Так что да, я бессердечный. – спокойным и рассудительным тоном сказал Намджун. –Намджун, но я же всегда был верен твоему отцу. – голос альфы дрожал. –Я знаю, но ты никогда не был верен мне.– альфа присел на стул и закинув ногу на ногу нажал на кнопку. Тело опускается вниз. До соприкосновения жидкости с альфой осталось по большой мере сантиметров двадцать. Кенджу начал орать, чтобы кто-нибудь ему помог. Это даже тяжело было назвать криком скорее плач с воем. –Ли Чон! Лии Чоон! –Что прости? – альфа как будто специально издевался над Кенджу. –Я продал двадцать кусков Ли Чону! Остальное я просто экспортировал в Китай. Механизм остановил, как только волосы Кенджа коснулись бурлящей жидкости. –Какой же ты врунишка, ты же сказал ничего не знаешь. –Это было слишком очевидно. – подал голос Тэхён. –Согласен, мог и сам догадаться. –Какие планы на завтрашний вечер?– спрашивает Тэхен подходя к своему боссу. –В вечер субботы у нас йога для беременных. – Джун вспоминает как сам записал своего мужа на те занятия. –Ну, а в поздний вечер? –А в поздний вечер я укладываю своего сына спать. –По тебе и не скажешь, что ты отец.– Тэхен улыбнулся своей фирменной улыбкой. –По тебе тоже не скажешь, что у тебя есть семья, ладно, пойдем. –альфа снимает со стула свой пиджак и накидывает на плечи. Уже стоят на последней ступеньки альфа даёт приказ. –Парни,приберитесь здесь и вывезти это за город. И, Джо, насколько я помню, у твоей дочери завтра день рождения, возьми выходной. Отдохни с семьей. –Спасибо, босс –Прощай, Кенджу. Альфа последний раз нажимает на эту кнопку и выходит на улицу. А за спиной слышится погибающий ор. Тэхен стоит около своей машины и курит. Ужасная привычка. Ему тоже хочется домой, но без разрешения не уходит. –Что будешь дальше делать? –Я не думал насчёт этого, хочу к Джину. –Намджун, я удивляюсь твоему терпению. –Ты же знаешь, миром правят терпеливые. Как говорится минута терпения –десять лет спокойствия. *** Намджун лежит в постели со своим любимым омегой. Вся комната сделана в белых тонах и только пару элементов выбивается из общей картины. Красная ваза, красные шторы и красное постельное белье. Весь интерьер дома был выполнен под чутким руководством омеги. Джин лежит на груди своего альфы, сам того не зная. Намджун почти не спал ночью и любовался своим мужем. Такой красивый, такой беременный,такой родной. –Мгх?Джун? –Доброе утро, милый. Поспи ещё… – проведя тыльной стороной ладони по щеке, предложил альфа. –Нужно разбудить Чонгука, не хочется чтобы он сбил свой режим.– омега перекатывается на свою часть кровати и смотрит на электронные часы. 11 :08 –Что? Намджун, почему ты меня не разбудил? – принимая сидячие положение тараторит омега. Альфа надавливает тому на плечо из-за чего он принимает лежачее положение.–Намджун, отпусти ты меня! Альфа наклоняется к Джину и целует его в губы. Без пошлостей, с нежностью, как умеет только он. –Успокойся. Чонгука я давно разбудил и даже накормил. Ты мне не веришь? –Конечно верю. –Джини, я так по вам соскучился –кладя руку на живот омеги говорит Джун Поверх руки омега кладет свою. Альфа приподнимает черную сорочку и целует в живот. В ту же минуту Джин издает приглушенный стон. –Видишь он тоже по тебе соскучился.–сказал омега и всем понятно о ком говорит он. –Я знаешь, что заметил? –Что же? –Твой живот достаточно эстетичный. Он такой аккуратный – поглаживая по бокам говорит Намджун– прям идеальный домик для маленькой омежки по имени Ким Юнги.–альфа говорит прямо в живот –Хватит, ты меня смущаешь.– щеки Джина стали розовые –Это правда, вспомни какой живот у тебя был с Чонгуком. А сейчас? Это же небо и земля! –Ну и Гуки родился почти четыре килограмма. Я надеюсь, с рождением второго внука кое-кто успокоится. –Ну Сокджин, поговорю я с ним!