Февральское утро. 10 утра. Елена, Деймон и Стефани

Было чудесное февральское утро. За окном особняка Сальваторе шёл снег, создавая прекрасные иссиня-белые пейзажи. 10 часов утра. Елена, проснувшись впервые, за столь долгое время, так поздно, медленно протёрла глаза. Всё сулило о наступлении хорошего дня, пожалуй кроме одного печального обстоятельства — Деймона, а точнее его отсутсвия рядом. Но не заостряя на этом внимания, Елена после недолгих размышлений решила выполнить свои материнские обязанности и проверить, а заодно и покормить 2-х месячную Стефани, которая пока не успела подать знака о своём пробуждении. Хотя кое-что в отсутсвии мужа рядом бывшую Гилберт всё же настораживало. Обычно сразу после пробуждения в свой такой редкий и желанный выходной к ней в спальню влетал или собирался влететь Деймон с завтраком в постель. Это было что-то типа традиции - сначала совместное поедание чего-нибудь вкусного в кровати, а потом долгие и очень сладкие поцелуи. Сегодня же всё было иначе: с кухни не веял аппетитный аромат панкейков и не слышалась мелодия радио “90-Tys FM”, это было как минимум странно. Но как только Елена заглянула в колыбельку, так сразу же по отсутствию ребёнка в ней поняла, что же на самом деле происходит. Деймон был без ума от малышки с голубыми глазами и чёрными, как смоль, пока жиденькими волосами, которая в последнее время начала вести активный образ жизни преимущественно по утрам. Отсюда вывод: муж и их неугомонная дочь вместе пытаются не разбудить маму, играя или смотря телевизор. Елена вышла из комнаты со словами: «А кто это у нас тут уже..» Она хотела было закончить фразу, но увидев разворачивающуюся в гостиной картину, замерла от умиления. Деймон сидел на диване, а на его согнутых в коленях ногах и небольшом розовом одеяльце лежала, как ни в чём не бывало, Стефи и не много сонными глазами смотрела на папу. Они были так увлечены друг другом, что даже не заметили появления третьего лица, которое внимательно и с какой-то нежностью и любовью следила за каждым движением обоих, прислушивалась к каждому шороху. Пожалуй, единственным не увлечённым семейной идиллией, а наслаждающимся падающим за окном снегом оставался Генри. Большой лабрадор с удивительно мягкой шерстью цвета соломы и небесно-голубыми, как и у большей части семьи Сальваторе, глазами. Генри - подарок Деймона Елене на их первую годовщину свадьбы, на вторую же Елена решила удивить мужа, рассказав об ещё одном скором пополнении - малышке Стефани. — О прекрасная миледи, позвольте пригласить вас на свидание. Деймон аккуратно взял в руку маленькую ладошку дочери. Он не улыбался и выглядел совершенно серьёзно, лишь пристально и с интересом глядя на неё, словно взаправду приглашая. Девочка внимательно посмотрела на него, непонимающе нахмурив брови. — Что вы сказали? — с искренним недоумением произнёс Деймон. — Папа не отпускает? Услышав эти слова, Елена сама не заметила, как улыбнулась уголками губ и, не отводя глаз от Деймона и Стефи, прислонилась плечом к стене. Казалось, дыхание стало тише, а сердце начало биться чуть медленнее. В этот момент малышка, внимательно наблюдавшая за отцом, вдруг перестала хмуриться, и в следующее мгновение на её лице засияла широкая и такая искренняя улыбка, настолько счастливая, что казалось девочка вот-вот звонко рассмеется. Увидев улыбку дочери, Деймон скромно ухмыльнулся, войдя в роль. — А если только на пару часов? Совсем-совсем не отпускает? Деймон замолчал. — Я не знаю, что сказать, — через некоторое время произнес он. — Но, в таком случае, я не буду спорить с вашим папой. Говорят, он достаточно строгий человек. После этих слов Деймон подхватил дочку на руки, поднял чуть выше головы и начал кружить вокруг оси, как бы в медленном танце. Он делал это так бережно, всеми своими аккуратными движениями демонстрируя лишь любовь к этому маленькому созданию в своих объятиях, что смог заметить сразу 2 прекрасно одинаковые улыбки. Стоило мистеру Сальваторе наконец рассмотреть Елену, как он остановился, крепко обнимая крошечного ангела теперь на уровне сердца, и уставился на жену. Девушка не смогла сдержать лёгкого и такого нежного хихиканья и, обойдя диван, со всей теплотой поцеловала мужа, а затем и дочь. — Что-то мне подсказывает, что сегодня воскресный завтрак на мне, — смеясь, заметила девушка, — может яичницу с беконом и тосты с нутелой? — Неет, — протянул супруг, и снова чмокнув любимую теперь в область около уха, добавил,— тебе панкейки с шоколадом или ягодами? — Того и другого, и побольше! Флирт. У обоих загораются искорки в глазах. И снова поцелуй, теперь горячий и мокрый. Слишком горячий, манящий наконец перейти к самой интересной части ритуала выходного дня. Тут уже спохватилась Стефи, своим слабым смешком, переходящим в звук напоминающий возражение, отрывая родителей друг от друга. Тем самым заставляя их начать новый разговор.  — Репетируешь, как будешь учить Стефи отказывать навязчивым парням? — мягко улыбнувшись, спросила Елена и, видимо уже чувствуя друг друга, одновременно с Деймоном села на белоснежную софу, с которой открывался потрясающий вид в заснеженный сад через панорамные окна. Мужчина сперва чуть хитро улыбнулся своим мыслям, а затем усмехнувшись произнёс: «Да, думаю это умение будет не лишним». — Мне кажется, с таким отцом, как ты, нашей дочери это не будет угрожать, — усмехнувшись, ответила Елена Деймон на секунду опустил смешливый взгляд, потом снова начал смотреть в черноту любимых глаз, уголки его губ чуть заметно приподнялись. — Я не такой монстр, как ты думаешь. — Да? — Елена с хитростью, немного кокетливо, словно желая его подразнить, скептически изогнула бровь. — Ты хотел запретить ей знакомиться с парнями, пока не исполнится двадцать пять! Супруг закатил глаза, посмотрев куда-то в заснеженную даль. — Ну, я могу и пересмотреть эту цифру. На мгновение замолчав, и немного подумав, произнёс: «Может быть» — Да уж, не монстр, мне 27! А значит мы поженились, когда мне было 24. — заметила Елена, а под внимательным взглядом мужчины добавила, — типо. Деймон усмехнулся, вспоминая события, происходившие с ними на протяжении 6 лет до победы над Кадом и принятием им лекарства, тем временем миссис Сальватор продолжила. — Знаешь, а ведь у нас никогда не было разговора о бывших. Тут на Елену уставились сразу 3 пары пытливых глаз. И пока шокированный Деймон не пришёл в себя, девушка забрала явно уставшую от крайне продуктивного, проведённого с отцом утра дочь из крепких объятий мужчины и быстро отнесла малышку, которая даже сопротивляться не стала, в любимую колыбельку. Вернувшись, Елена обнаружила на себе всё те же взгляды: один странно удивлённый, а второй умоляюще голодный, и не смогла сдержать милого смеха. Тогда Деймон оттаял, и глядя как женщина с его фамилией медленно, но так легко идёт на кухню, подзывая к себе верного пса, отправился за ней. — Ты серьёзно хочешь поговорить со мной о всех-всех-всех моих бывших? Потому что о всех твоих я итак уже давно знаю! — Слабо усмехнулся мужчина, окидывая до сих пор ошеломлённым взором как жена спокойно высыпает Генри корм. — Не совсем, мне не так уж и важно сколько женщин у тебя было до меня, — Елена положила руки на плечи Сальватору, приобнимая его, и с улыбкой лисы добавила: «Намного важнее сколько женщин у тебя будет после меня!» Сладкий поцелуй. — Просто я тут поняла, что мы никогда не говорили... — она запнулась, но уже через секунду с большей уверенностью и рвением вновь посмотрела в глаза, которые излучали особенное тепло голубого цвета только к ней и их ребёнку. — Никогда не говорили о первом разе! Деймон посмотрел на Елену, как на умалишённую, и чуть изогнул бровь. Девушка усмехнулась и продолжила. — Да, о первом разе. Я говорю не только о сексе, я имею ввиду первую влюблённость и любовь, первый поцелуй, первый случай настоящей дружбы и первое предательство. — Неужели, я так плох в постели, что ты хочешь узнать настолько много о моём прошлом опыте?! — Не меняя форму бровИ и теперь добавляя фирменную ухмылку, флиртуя, с вопросительной интонацией воскликнул Деймон. Теперь Елена тоже, выгнув одну бровь, чуть хмыкнула, стараясь не выдать смешок, но через секунду вернула серьёзное выражение лицу. — Нет. — Тихо выдохнула, — Дело в том, что помнишь как вовремя нашей второй, как выяснилось, встречи, — Деймон улыбнулся кончиками губ, и в его синих-синих глазах заискрились опасные лучики пламени, — Ты начал вести разговор о бывших Стефана, заметив по моему смущённому лицу, что раньше неприятными историями о прошлом мы не делились. — Тут они оба немного поникли. Имя. Одно имя, которое заставляло сердце обоих биться чаще. Но поборов себя, они одновременно подняли глаза в поиске помощи, и как бы услышав мысли друг друга, встрепенулись и продолжили этот непростой диалог. — Так вот, я тут подумала и пришла к выводу, что нам нужно один раз провести такой разговор. — Снова возвращая уверенность в голос, проговорила Елена. — Ладно, я понимаю. 20 секунд молчания, которые могли бы показаться вечностью для всех кроме них самих. Они обдумывали, что и каким образом сказать. Лишь бы потянуть время, даже вернулись на диван в гостиной. — Итак, я начну, — как же неловко Елене сейчас это говорить, единственное спасение она находила в глазах, которые просто искрились искренней поддержкой и пониманием. — Первый раз случился в 16 лет в старой машине моего отца. Она была низкой, спортивной и это была не только моя первая ночь, но и Мэтта. Однозначно, не самый лучший первый раз. Неловкое хихиканье. Ведь оба прекрасно помнят страстный секс сначала на капоте нового Porsche Cayenne Елены (подарок мужа на окончание колледжа) поздней ночью посреди поля, а потом через 11 месяцев и в чёрном салоне на заднем сидении машины Деймона, когда молодым родителям всё же удалось ускользнуть из дома на пару часов, оставив одномесячную дочь на тётю Кэролайн, дядю Аларика и их девочек. — Да, надо будет повторить тот однозначно лучший НЕпервый раз! — усмехнулся Деймон. Елена лишь закусила губу и продолжила. — Несмотря на то что встречаться мы начали в восьмом классе, взаимная симпатия появилась ещё в 5 лет, тогда мы очень много времени проводили вместе из-за дружбы родителей и в какой-то момент поняли, что нравимся друг другу. Первый поцелуй, как ты понимаешь, произошёл тогда же. Немного помолчав, глядя на человека, с которым собиралась прожить целую относительно короткую, но вечность, девушка сново заговорила. — Думаю, Мэт был моей первой серьёзной влюблённостью, но не любовью. Я никогда не видела будущего с ним, никогда не мечтала просыпаться, лёжа в одной кровати с ним. Это было не про нас. Я думаю, что между влюблёнными всегда должны оставаться дружеские отношения, невозможно страстно любить и при этом не быть друзьями. — Она сжала ладони Деймона в своих. — А между нами не было огня, была лишь дружба, просто друг и подруга, которые целуются на переменках и обмениваются валентинками в день всех влюблённых. Да, я люблю Мэта, но понимаю, что, наверное, никогда не была способна полюбить его так как он меня ДУМАЛ, что любил. Елена специально выделила «думал», так как когда-то благодаря словам Элайджи поняла, что любовь просто не может быть не взаимной, и Деймон прекрасно знал и даже немного разделял такое мнение жены, в конце концов, он ведь и сам думал, что был влюблён в вампиршу двойника, которая на самом деле ничего кроме симпатии и похоти к нему не испытывала. Тут Елена набрала воздух в лёгкие, готовясь перейти к самой сложной части. — Так, первая любовь - Стефан, без сомнений. В один момент он стал всем для меня. Стал не просто любимым человеком! б Буквально за несколько дней он превратился в возможно самое дорогое мне существо на этой планете. Он был опорой и поддержкой, моим защитником и другом, вампиром-любовником, в конце концов. Он всегда, что бы не случилось, был на моей стороне, и я просто не могла перестать любить и держаться за него. Да, я боролась за него, даже после кровавого следа на пол Америки, даже после нашего расставания, ведь любовь остаётся любовью, возможно в изменённом понимании, но всё же. После мощной кульминации, когда девушка, пытаясь подавить слёзы переходила почти на крик, миссис Сальватор снова вернулась к нормальному темпу и громкости звуков. Последнюю фразу же, она произнесла почти шёпотом, неуверенно выделяя каждое слово. Деймон просто слушал, не перебивал, давая высказаться всему тому, что так давно томилось в душе самого близкого существа. А потом просто обнял. Так, как мог обнять только он. И в этот момент, Елена просто размякла в его руках, понимая, что как бы сильно ей сейчас не хотелось расплакаться прямо здесь и сейчас, сидя на диване в собственной гостиной, в таких нужных объятьях любимого, она не могла позволить себе слёзы. Только не сейчас. Она ещё раз сделала глубокий вдох и выдох, из-за всех сил стараясь переключиться на следующий объект их с Деймоном диалога. — Первой лучшей подругой, как ты уже понял, была Бонни! Тут уже улыбнулся мистер Сальватор, припоминая как во время их с Бон-Бон последней встречи он решил устроить ведьмочке сюрприз и запульнуть в неё свежеиспечённым Кэролайн пирогом, и хотя суть сюрприза заключалась не в этом, именно этот момент Деймон выделил у себя в памяти как самый нужный и основной. — Мы с Бонни подружились ещё до детского сада. Когда наши мамы были лучшими подругами, мы с Беннет буквально целыми днями сидели на моём старом крыльце и играли во всё подряд, иногда к нам присоединялась Кэролайн, но: 1. С ней не всегда было легко, — усмешка на лице обоих супругов. — 2. Она жила относительно далеко, а так как её родители много работали, то не всегда были готовы доводить её к нашему с Бонни месту встреч. Тепло, вот что сейчас разливалось по телу сидящих напротив и держащихся за руки влюблённых. Им всегда было так хорошо вместе, и что бы не происходило сейчас вокруг, Деймон и Елена знали, что всегда могли просто посмотреть глаза в глаза друг другу и просто забыть обо всём хорошем и плохом, что окружает их. Чудесная светлая сила любви. — Ладно, — как будто очнувшись от самого прекрасного сна сказала Елена. — Разочарования потом, сначала, Деймон Сальватор, расскажи мне о своём тёмном любовном прошлом! — И снова эти огоньки в глазах обоих, и лёгкие поцелуи на губах. — Хорошо, — на этот раз ответил муж, нехотя отрываясь от таких вкусных уст. — Итак, первый секс в 14, но не совсем по моей воле, — Елена подняла одну бровь, создавая милое не понимающее выражение лица. — Знаю как, наверное, странно и жутко это звучит, Елена Сальваторе, — в глазах появилась лёгкая, но такая искренняя улыбка.— Дело в том, что отцу надо было на старости лет проверить мои семенники. Старший сын самого Джузеппе, ведь не может быть недетоспособным. — Ухмылка. — Поэтому одним прекрасным днём он подослал ко мне прислугу... Как выяснилось позже, девушка действительно оказалась беременна. — Тут заметив немой вопрос жены, Деймон спохватился и добавил: « Нет, Елена, Маргарет, так звали служанку, не ждала моего ребёнка, она залетела ещё до нашей связи то ли от повара, то ли от конюха. Хотя как мы знаем сейчас, это не так уж и важно (в этот момент Деймон посмотрел на закрытую дверь комнаты, за которой спокойно спала, сладко посапывая, их с Еленой дочь, их чудо). Но отец об этом не догадывался, поэтому сразу же после появления слуха о беременности, Маргарет была отправлена на другую, очень далёкую от нас плантацию в качестве подарка хозяину - старому знакомому отца, но во время долгой и тяжёлой для девушки в положении дороги у неё случился выкидыш, к счастью всех, кроме пожалуй самой Маргарет, которая так в последствии и не смогла пережить ту дорогу!» Почувствовав, что руки жены чуть разжимают его, Деймон окончательно высвободившись из почему-то холодных ладоней, взял лицо Елены в свои, тёплые, и со всей серьёзностью и нежностью одновременно посмотрел в шоколадные глаза. — Ты в порядке? — Эти слова как бы вывели Елену из транса и стоило ей заглянуть в глаза отца своего ребёнка, как она вновь всем человеческим нутром почувствовала тепло. Объятия со словами: «Люблю тебя!» — И я тебя! — В ответ. Они немного сменили позу (Елена легла, свернувшись комочком, головой на чужих коленях, а Деймон просто приобнял её) и теперь 20 минут любовались свежим снегом, слушая стук сердца друг друга, а потом, осознав, что нуждаются в небольшом перерыве вернулись на кухню уже с малышкой Стефи, которая удивительно удачно проснулась. Позавтракав и переодевшись, решили устроить утреннюю семейную прогулку по заснеженным дорожкам Мистик Фолз....