А ты соскучился?

Хэ Сюань снова смотрит вдаль. Это началось не так давно, но теперь задумчиво смотреть на воду с одного из множества балконов для него обычное дело, даже традиция, перед сном. Он не смотрит куда-то определенно, это могут быть как и скалы недалеко от берега, так и просто водная гладь около горизонта. Однако сегодня его взгляд остановился на одной из скал, а точнее на том, что происходит на этой скале. Там, спиной к нему, сидел человек, хотя не совсем, было ясно видно чешую начинающуюся от поясницы. Он слышал что-то о русалках, однако не мог и представить что в его воды заплывет хоть одна. "Может потерялась в море?", первая мысль после осознания кто перед ним. Он не может понять русал это, или же все-таки русалка. Плечи довольно широкие, однако волосы даже отсюда видно что они наверняка на ощупь такие же как шелковые нити, так блестят, и так красиво уложены. Свет заката отражающийся от воды на прекрасные волосы, скользящий по его изгибам прически, мальвинка с розочкой из волос. Умиротворяющее зрелище. Завтра он скажет найти ее, не нужно ей тут засиживаться если она потерялась, а если она приплыла сюда по своей воле... Одно из Великих Бедствий не рассматривает такого варианта, никто не приплывает в Черные воды по своему желанию, разве что Хуа Чэн решил бы напомнить о долге. Он говорит костяным драконам проверить всю территорию его владений, на наличие странного гостя. Однако ничего. Абсолютно ничего не найдено. Хэ Сюань уже думает что и сам ничего не видел, ведь невозможно вплыть в эти воды и суметь их покинуть самостоятельно. Однако его мысль о том что это была галюцинация пропадает этим же вечером. Он снова видит русала. Теперь он уверен что это парень. На мелководье, в нескольких метрах от берега, лицом к нему лежит русал, а немного дальше выглядывает изгиб хвоста и еще дальше неземной красоты плавник. Довольно длинный хвост. Хэ Сюань и не думал что они такие большие, у этого русала хвост был не меньше трех метров. Но уже через несколько секунд русал отталкивается и, делая сальто назад, грациозно прогибаясь спине, ныряет под воду, стремительно отплывая дальше. Черновод слишком засмотрелся на хвост и не обратил внимания на лицо, хотя увидел в нем что-то уже знакомое, а когда русал сделал этот маневр тем более забыл обо всем. Поясница прогибается невероятно плавно и будто в ней совсем нет костей, а чешуя, как выяснилось небесно голубого цвета, мистически блестит в свете кровавого заката. Плавник же был почти белоснежным, и даже казалось что если он сейчас скроется под воду то испачкается, это был пышный вуалевый хвост, как длинное платье для фламенко. И Хэ Сюань бы действительно подумал бы что он вот-вот испачкается, если бы не тот факт что этот плавник буквально светился под толщей воды. Неизвестный гость все чаще появлялся вечерами, всегда в разных местах, но его всегда можно заметить, будто тот сам этого хотел. Хотя вряд ли это так, ведь его хвост просто выделяется на фоне. Тогда Черновод сам решился пойти туда, где заметил русала. Но когда он спустился, даже белоснежного плавника нигде не было видно. Со временем Хэ Сюань стал присматриваться к этой фигуре и видел в ней что-то, до боли в груди, знакомое и родное. Через несколько дней, его верные костяные слуги издали рев из аппартаментов с бассейном, который выходит к водам вокруг острова, через подводный тоннель. Когда он вошел в это помещение ему сразу начали кряхтеть о том, что они смогли сделать ловушку для того русала, которым так заинтересовался их хозяин. Но какой же шок испытал Черновод когда ему показали не того прекрасного русала, а не менее прекрасного небожителя, которого он не так давно отпустил, вместо дарования ему такой же судьбы, которую испытал старший брат этого пленника. Между ребер у костяного дракона лежал, в не самой удобной позе, Ши Цинсюань. - Почему ты здесь? - довольно холодно спросил Хэ Сюань у своего бывшего друга. - Это довольно хороший вопрос...- начал немного нервно посмеиваться Ветерок, - Как насчет выяснить это в другой обстановке? - Нет, думаю не стоит.- он посмотрел на драконов, будто отдавая им немой приказ, хотя так и было, - Не знаю где они тебя схватили, но не стоит подходить к моим водам так близко, что тебя могут словить настолько легко. И за тем дракон, схвативший его, начал погружаться под воду. -О...- только и успел сказать бог, как он снова очутился в воде. Черновод развернулся ничего не сказав остальным костяным монстрам и ушел, развернувшись на пятках. А как только дракон с Ветерком скрылись достаточно глубоко в тоннеле, тот снова превратился в русала, не только для того что бы не задохнуться, а и просто чтобы остаться тут, он долго искал этот ход в резиденцию Великого Бедствия. Его божественное одеяние сползло с плеч облегая ноги, в то время как многочисленные украшения божества остались на его шее и плечах. Через время одеяние прямо-таки стало его хвостом, а платье тем самым белоснежным вуалевым хвостом. И легко выбравшись между ребер водяного монстра ближе к хвосту, он поплыл обратно к этому бассейну в помещении. Водяные драконы легко его приняли, все же младший Ши мог поладить со всеми. Поэтому он остался там, на глубине, и когда слышал шаги быстро заплывал в тот тоннель. Иногда он вылазил из этого бассейна и ходил по резиденции, очень осторожно и по определенной территории, заходил на кухню, брал что то с вечно накрытого стола, заходил в разные комнаты, и как же хорошо, что ни разу не попадал даже в одно крыло с хозяином этих владений. Ему было интересно и очень интригующе так жить. Чего нельзя сказать про самого Хэ Сюаня. Он слишком долго не видел русала. Он почти не выходил с того балкона, и напрягал зрение что бы заметить белоснежный плавник, к которому так привык. - Все же надолго здесь никто задержаться не может...- грустно заметил он. Наверное именно из-за того, что хозяин этой резиденции, почти не выходил из той комнаты, Ши Цинсюань ни разу на него и не наткнулся. Хэ Сюань на следующий день пошел в то самое помещение с тоннелем, и к нему сразу, без прежней ленивости, подплыли его монстры. Он хотел уже приказать им, чтобы те снова проверили воду в той части, где он видел того русала, потому что даже если живого его так и не нашли он реален, выплыть, из подвластной Великому Бедствию территории, у него бы не получилось. Но похоронить его было необходимо, хоть он и обдумывал то, что тот мог бы стать духом и тогда бы Хэ Сюань его бы встретил, но вспомнил что русалы это уже сами по себе духи утопленников, у них нет праха, и они не демоны, они становятся чем то иным, и вряд ли бы русалки были бы рады услышать что один из них потерялся во владениях Черновода и просто умер там. Но Хэ Сюань заметил что-то блестящее на глубине бассейна и нырнул туда сам. Он был невероятно удивлен, когда внизу обнаружил русала... нет, божество в облике русала, который спал на необычном растении подогнув белый плавник так, что его нельзя было заметить в воде. Он еще довольно долго шокированно смотрел на своего бывшего знакомого, которому так и не сказал что всё-таки он считал его другом, и не только, несмотря на все. Но тот почувствовал изучающий взгляд, и проснулся. Его глаза с сонных резко расспахнулись в каком-то неописуемом страхе, и он бы рванул к своему спасению в тоннеле, если бы его довольно грубо бы не схватили за предплечье и потащили наверх, а затем не кинули на мраморный холодный пол. Для только проснувшегося Ветерка это был шок. Хэ Сюань заметил нотки страха, поэтому глубоко вздохнул, хотя не нуждался в воздухе совсем, и попытался немного успокоиться. Это действие расслабило Ши Цинсюаня. - Итаааак...- начал прижатый к хлодному мрамору Ши Цинсюань. - Что ты здесь делаешь и.... Для чего это. - он вопросительно посмотрел на все что находится ниже живота, и он бы лучше там увидел человеческое обнаженное тело, чем огромный русаличий хвост, покрытый еще блестящими от воды чешуйками. - А что, тебе не нравится?- попытался посмеяться небожитель, но смог издать только срывающийся смешок. Хэ Сюань снова осмотрел прижатого собой все еще русала. - Мне сказать правду, что я об этом думаю? - Если тебя это не затруднит. - Что же, это... - он собирался с мыслями но что-то его останавливало,- ответь только, для чего ты здесь? - сказал Черновод, так и не поднимая взгляда на глаза собеседника. - О... Ну... Я соскучился? Знаешь... Ты поступил некрасиво, - на этом моменте Хэ Сюань вскинул удивленные глаза смотря на самого близкого и одновременно самого далекого к себе существа, - Не удивляйся так! Это действительно так! - То есть ситуация с твоим старшим... Это "не красиво поступил"? - Та при чем тут он? Я про него вообще ничего не говорил! Я разобрался с той ситуацией и узнал подробности, не скажу что одобряю, но и осуждать не могу! - Тише, не ори ты так,- сказал скривившись Хэ Сюань, - так, а что тогда не красиво? - Ушел ты не красиво, - сказал надувшись Ветерок, - а это... Помнишь наши с тобой превращения в девушек? Ну вот то же самое, но теперь так. - А для чего? Хотя зная тебя... Просто так. - Вот именно Сюань, а теперь скажи как тебе? - он приподнял хвост дотронувшись до сначала согнутых в коленях ног, а потом и до паха. - Сейчас... Я бы предпочел там ноги... Но твой плавник... Действительно запоминающийся, и иногда казалось что вода его испачкает... - Нет-нет, вода чистая, хоть и темная, тебе ли не знать Сюань. - Ммм? Сюань? А как же "Мин И"? - наконец-то обратил внимание он на это прозвище. - Я с ним никогда не был знаком... Поэтому нет. Хм... Хэ Сюань вопросительно посмотрел на лежащего под ним старого знакомого. - Ноги говоришь... - Нет. - Почему же?- с этими словами хвост начал снова превращаться в одежду, а платье с плавника просто упало в воду, и он остался только в штанах и согнул ноги в коленях что бы было легче лежать на итак не удобном полу. И это весьма хорошая поза. Для Ши Цинсюаня. Не для Хэ Сюаня. - Вот и ноги, - он показательно огладил внутреннюю часть бедра. - Что ты делаешь? - Разве я не сказал что скучал? Поначалу мне просто не хватало друга... Но потом мне стало не хватать тебя в целом. Хэ Сюань закусил губу и посмотрел на Ши Цинсюаня: - Ты не хочешь этого. - Хочу. Просто так бы я все это делал? Спустя мгновение, демон накрывает губы божества своими, а второй прикрывает глаза и блаженно улыбается в поцелуй. Больше слова не нужны. Цинсюань поднимает свои руки одной обвивая шею возлюбленного, притягивая ближе к себе, а второй поглаживая лопатки сквозь одежду. И первым углубляет поцелуй, скользит языком в теплый, что странно для демонов, рот. Хотя активничал он не долго, уже через несколько секунд, этот самый демон забирает ведущую роль и, лаская язык божества и скользя по нему вдоль, врывается в рот Ветерка, начиная ласкать нёбо скользя по нему языком и слегка надавливая, а потом поглаживая, сплетается с другим языком, так что от этого поцелуя Ши Цинсюань начинает легонько постанывать в поцелуй, что отдает вибрацией по языку Бедствия. Тогда Хэ Сюань убирает левую руку с ее положения и начинает поглаживать холодной рукой оголенную грудь недавнего русала, иногда задевая соски, а иногда скользя ниже по прессу, и снова возвращаясь. Он прервал поцелуй, их соединяла тонкая слюнка, которая очень скоро оборвалась и осталась немного правее подбородка, потому что демон решает обцеловать шею божества, которого не смог возненавидеть, оставляя небольшие засосы на бледной шее, которые скорее всего на долго не задержатся, либо они сойдут, либо их скоро перекроют другими, более яркими. Когда Хэ Сюань начал играться с сосками, то сжимая их, то крутя и надавливая, Ши Цинсюань начинает откровенно, но еще тихо стонать. Они оба уже чувствуют неподдельное возбуждение как свое, так и друг друга. Поэтому демон решил поменять их ноги местами, что бы, теперь его Цинсюань, смог их раздвинуть. Но прежде, он оторвал руку от изучения сосков, и стягивает штаны божества, а после тот и сам их скидывает слегка двигая коленками, так что те соскальзывают. Теперь, демон вставляет свою коленку между немного раздвинутых ног, и потирает ею уже вставший, и не особо скрываемый штанами, член. И уже через несколько секунд места хватает и для второй ноги. Руки Цинсюаня скользят по плечам любимого и затем спускаются до пояса, развязывая его, и распахивая темное, как и волосы его демона, одеяние. Руки перемещаются по точеному торсу за спину, и снова поглаживают, иногда даже царапая на слишком ярых поцелуях. Хэ Сюань привстает с такой позы, так что один, а теперь и единственный, Ши смотрит на него затуманенным взглядом все еще лежа на мраморном полу. Перед демоном сейчас прекрасное зрелище. Растрепаный, голый, покрасневший и возбужденный небожитель лежит и тяжело дышит, смотря только на него. Но его не устраивает одна деталь из перечисленных в описании состояния Цинсюаня. Хэ Сюань снимает свои штаны, и садится между ног божества, тянет руки к его пояснице и бережно держа, поднимает усаживая к себе на колени, а затем вытягивая ноги вперед, хоть и сгибая из немного в коленях для удобства. И вот скользя одной рукой по спине к плечам, затем шее, и уже к щеке, он надавливает двумя пальцами на пухлые, но не обкусанные, губы. Видно, Ветерок лучше будет сладко стонать и радовать слух демона, чем пытаться сдерживаться. Губы податливо открываются, впуская в теплоту рта холодные пальцы. Ши Цинсюань облизывает их, хорошо обводя языком и страстно сосет с причмокиванием. Вторая рука Хэ Сюаня все еще крепко лежит на пояснице божества, еле заметно, но ощутимо для возбужденного состояния, поглаживая большим пальцем, доказывая что готов ждать, и успокаивая этим Ветерка. А вот руки второго скользят по торсу, плечам, спине и шее. Иногда приобнимая за талию или легонько упираясь в плечи. Хэ Сюань внимательно смотрит на лицо того, кто сидит на нем, задерживаясь на губах, и том как эти пухлые губы обхватывают его уже три пальца, он бы хотел что б эти губы обхватывали не только его пальцы, но это в другой раз. Он уверен что он будет, оба уверены в этом. И вот, рот приоткрывается выпуская пальцы, а глаза приоткрываются и выжидающе смотрят. Хэ Сюань забирает слюну на губах и подбородке и заводит за спину божества опускаясь к ягодицам. Он проскальзывает между мягких половинок и оглаживает хризантему, расслабляя ее. Ши Цинсюань ложится на возлюбленного, упираясь головой в изгиб шеи, и еще больше прогибается в спине оттопыривая мягкое место, так что демон может легко скользя взглядом по позвоночнику увидеть всю красоту ягодиц. Он надавливает одним пальцем на расслабленную дырочку, и та его пускает. Ветерок издает вздох куда-то в ключицы, но не напрягается. Поэтому один палец уже через несколько мгновений полностью находится в Цинсюане. Бедствие поворачивает голову и легко целует небожителя в висок. И чувствует кожей, как губы того самого божества расстягиваются в легкой улыбке. Через несколько секунд, демон высовывая одну фалангу, запускает уже два пальца, уже не так легко, и Ши Цинсюань начинает тяжело дышать. Тогда Хэ Сюань начинает легко, почти не касаясь, поглаживать поясницу божества. И чуть подождав, начинает легко двигать пальцами внутри Цинсюаня. Через какое-то время туда присоединяется и третий палец, а руки божества начинают легко царапать кожу спины, однако дыхание уже стало полустонами. Когда Цинсюань уже нормально принимает пальцы в себя, Хэ Сюань достает их, и обхватывая упругие бедра приподнимает божество, который в это время выпрямляется и кладет руки на плечи любимого. Хэ Сюань придерживает его помогая сесть, сначала входит только головка, однако небожитель не владеет таким терпением и уже больше насаживается на возбужденную плоть демона. И довольно быстро садится полностью, закидывая голову назад и выпуская вздох-стон изо рта. Однако демон не спешит начинать движения, он начинает поглаживать крепкие бедра и ноги. Спустя минуту, а может и больше, Ши Цинсюань сам немного привстает и снова насаживается. Значит уже можно. Хэ Сюань довольно яро хватает того за талию и начинает в среднем темпе насаживать божество на себя. Сам небожитель в это время уже начал громко стонать, ведь каким-то чудом, его демон сразу начал ритмично вбиваться в простату. Скоро ноги небожителя обмякли, и теперь всю работу делали крепкие руки сжимающие талию с двух сторон. И вскоре вся ритмичность, которая была начала пропадать. Демон ускорился. Руки божества начали сжимать плечи любимого демона, а сам он начал безразборно стонать, хотя во всей этой мелодии, которая сопровождалась шлепками кожи о кожу можно было различить "Сюань", "дорогой" и "еще, прошу, еще". Демон стал вбиваться в поддатливое тело , при этом порыкивая, иногда хватая губы божества своими, начиная горячий и даже грубый поцелуй. Спустя долгое сумбурное вдалбливание в чувствительную точку, член небожителя стал подрагивать, а когда его завлекли в еще один грубый и обжигающий поцелуй, он кончил, простонав в рот любимого, так что это отдалось вибрацией. И через несколько толчков, из за сильного сжатия плоти после оргазма кончил и демон, разливая свое семя в Цинсюане. Когда Хэ Сюань прекратил движение, Цинсюань повалился на своего демона, кладя голову на плечо, зарываясь носом в черные волосы. А сам Хэ Сюань облокотив одну руку себе за спину для опоры, а второй обвив талию небожителя, начал проходиться россыпью поцелуев по его шее. Спустя несколько минут, сопровождаемых глубоким дыханием Ши Цинсюаня, тот заговорил первым. - Давно? - Достаточно. - Почему не сделал тогда раньше? - Я должен был ненавидеть вас двоих, не получилось, конечно второго я возненавидел легко, тебя не смог. А после осознания, возненавидел его еще больше. - Сюань, такое нельзя говорить, но все же сейчас я всё-таки рад что он уже мертв. - Да, действительно, Ветерок. Тот кого назвали так откровенно, поднял свой взгляд, встретившись с ответным, устало улыбнулся: - Рыбка. И получил не менее счастливую, но не такую широкую, улыбку в ответ.